All my shit

***

Время тянулось бесконечно сладко. Чонгук наслаждался каждой минутой. Изматывающая течка оставалась позади. Тэхён становился собой все больше. Но при этом он менялся. Его ершистость, которая так бесила и заводила Гука одновременно, будто сгладилась. Возможно, его изначально просто нужно было хорошенько оттрахать? В любом случае сейчас Чонгук пребывал в блаженной неге. Они валялись перед телевизором или на кровати с ноутбуком, просматривая старые сезоны «Теории большого взрыва» и «Как я встретил вашу маму». Последний сериал никогда особо не интересовал Чона, но он начал смотреть из-за Тэ. Точнее Тэхён заявил, что они смотрят его и никакие возражения не принимались. Впрочем, Чонгук постепенно втянулся. Как и есть овощи. Серьезно, при всей своей любви к сладкому, Ким был слегка помешан на здоровом питании. Как только он пришел в себя настолько, чтобы суметь встать к плите, начал готовить разное здоровое дерьмо, от которого Чонгук воротил нос. Тэхён заставлял его есть это, шантажируя двумя способами. «Ешь и я тебе отсосу» или «ешь, или я тебе не дам». Гук, как малолетка, велся на оба. И к вечеру субботы он очнулся поедающим пиздец какой полезный салат из пиздец какой полезной морской капусты. Самое дерьмо заключалось в том, что это нравилось. Нет, не отвратная морская капуста, кто, блядь, ее так назвал. А то, что Тэхён в весьма своеобразной манере тоже заботился о нем. Чонгук никогда не чувствовал себя недолюбленным, но именно сейчас он начал ощущать, что такое быть по-настоящему нужным и дорогим кому-то. Его сердце заходилось в сумасшедшей скачке каждый раз, когда Тэ просто улыбался ему. Как сейчас, например. — Что? — чуть хмурясь, уточнил Чонгук, пережевывая чертову капусту. — Ты смотришь как маньяк. — У тебя тут… — Тэхён потянулся и убрал с щеки Чонгука кусок водоросли. — Подумываю подарить тебе слюнявчик. — Иди на хуй, — Чон закатил глаза. — Кстати, может сходим все же в магазин? — с некоторой надеждой спросил он. — Зачем? — искренне удивился Тэхён. — У нас еще осталось несколько банок капусты и, кажется, есть фасоль. Чонгук посмотрел на него с непередаваемым выражением лица. Тэхён не выдержал и расхохотался. — Ладно, думаю, магазин в паре кварталов отсюда еще открыт. Можем сходить и найти что-нибудь мясное, — сжалился он. Чонгук возвел глаза к потолку и вознес слова благодарности всем известным ему богам. Быть хорошим мальчиком было пиздец как трудно. — Кстати, — Тэ облизнулся и поерзал на своем стуле. — То есть, не совсем кстати, я просто хотел об этом поговорить. — Что? — Чонгук заметил, что Ким слегка волновался, поэтому протянул руку и переплел их пальцы, выражая немую поддержку. — Ты не мог бы… Мы не могли бы не афишировать всего произошедшего? — Тэхён отвел глаза. У Чонгука внутри все заболело. Не то чтобы он жаждал бежать и рассказывать всем и каждому о своей любви, он был достаточно скрытным для этого, но все же. Одно дело, когда ты никому не говоришь просто потому, что в этом нет особой необходимости. И другое, когда тебя просят этого не делать. Словно Тэхён стеснялся этого. Их отношений. Гук вспомнил когда-то брошенные слова Кима о том, что ему не нужен малолетний альфа. Кашлянув, он аккуратно убрал свою ладонь с руки Тэхёна и сел прямо, стараясь выглядеть как можно непринужденней. — Я тоже не вижу в этом особого смысла, — он пожал плечами. Тэхён вскинул голову и внимательно посмотрел на него. — Правда? — по его тону хер было разобрать, расстроился он или обрадовался словам Чонгука. Впрочем, чего бы ему расстраиваться, сам предложил. — Без проблем, — Чон кивнул и наколол на вилку еще капусты. Он стал пережевывать ее, совершенно не чувствуя вкуса. Ну а чего ты хотел, Чон Чонгук? Чтобы этот парень, который никогда не ложился ни под какого альфу, вдруг признал перед всеми, что ты его нагнул? Видимо, случившееся задело самолюбие Тэхёна. В какой-то мере Гук мог его понять. Но эта мера была слишком мала по сравнению с тем неприятным, сосущим чувством, что поселилось у него в животе.

***

До магазина они шли в тишине. Она была довольно комфортной. Чонгук рассматривал свои кеды, подумывая, что пора покупать новые. А Тэхён просто курил. — Может сходим в кино? — вдруг предложил он. — Уверен? — Чонгук удивился. — Там ведь будут люди. Нас могут увидеть. — Мы можем пойти как друзья, — Тэхён пожал плечами. — Коллеги, в конце концов. — А, ну да, — пробормотал Гук, пнув ногой попавшийся камень. В итоге до магазина они не дошли, свернув по дороге к кинотеатру. В глубине души Чонгук надеялся, что в темноте кинозала ему удастся вдоволь полапать Тэ. Не то чтобы ему не хватало секса. Они занимались им и теперь, когда течка окончилась. Но именно сейчас ему остро хотелось почувствовать их близость. Вот только ничего не вышло. Ким выбрал какую-то мелодраму и в результате они оказались в переполненном зрительном зале, не оставлявшем никакой надежды на уединение. Неприятное ощущение закралось Чонгуку в самую душу. Ему стало казаться, что после этого разговора Тэхён решил его избегать. Что если его мозги окончательно прояснились, и теперь он понял, как сглупил, решив провести течку с Гуком? Дебильные мысли буквально преследовали Чонгука весь сеанс и особенно усилились, когда он попытался взять Тэхёна за руку, а тот аккуратно вынул свою ладонь, якобы потянувшись за попкорном. Который в итоге так и не взял. — Что-то не так? — прошипел Чон ему на ухо. — Ты решил избегать моих прикосновений? — Тут полно людей, — Тэхён кивнул в сторону соседа Чонгука, который, к слову, совершенно не обращал на них внимание. — Ясно, — Чонгук недовольно поджал губы. Что за блядство? Вернулись старые-добрые времена, когда ему приходилось сражаться с ветряными мельницами за возможность просто коснуться Тэхёна? Ладно, у него еще оставалось как минимум две ночи до понедельника, чтобы исправить это дурацкое, неправильное и неестественное положение вещей.

***

— Что хочешь? — Тэхён стоял у кухонного стола, разбирая пакеты, которые они принесли из магазина. Тот, что был у дома, успел закрыться, и в результате им пришлось пройти лишние пять кварталов. Но зато пока они гуляли по ночному городу, Чонгук крепко схватил Тэхёна за руку и не отпускал, хотя тот по началу пытался козлить. Удовлетворенный своей маленькой победой, Гук повеселел. — Тебя, — заявил он уверенно. — Хрен с ним с ужином. Ты, я, кровать. И возражения не принимаются. Тэхён забавно покраснел и отложил в сторону кабачок, который успел вытащить из пакета. Он облизнул губы и стрельнул глазами из-под челки. Тогда Чонгук понял, что еще не все потеряно. Несмотря на свое странное поведение, Ким по-прежнему хотел его, хоть и не бросался больше с просьбой отыметь его во всех мыслимых позах. — Иди ко мне, — позвал Чонгук, постепенно отступая из кухни в сторону спальни. И Тэхён пошел за ним как привязанный. Он был таким покорным и послушным этим вечером, что у Чонгука начало сносить крышу. Уложив Тэхёна на кровать, он навис над ним сверху и сначала долго смотрел в глаза, утопая в их глубине, а потом стал покрывать его лицо короткими и торопливыми поцелуями, будто пытался напиться в жаркий день. Тэхён лежал, прикрыв глаза и почти не дыша. Его кожа казалось сейчас почти прозрачной и будто светящейся изнутри. Чонгук осторожно раздел его, целуя каждый сантиметр обнажавшейся кожи. А потом прошелся полностью, начиная с самого низа. Он не пытался оставить засосы или укусы. Напротив, сегодня его переполняла сумасшедшая нежность. И острая горечь. Она душила его изнутри, разрывая грудь сухими рыданиями. Он целовал Тэхёна, боясь, что разревется прямо сейчас. Не понимая, что с ним происходит, Чонгук пытался совладать с собой, но инстинкты брали верх над разумом. Он практически вылизывал все тело Тэ, стремясь оставить след на каждом участке, до которого мог дотянуться и добраться. Разнеженный и разморенный Тэхён лежал, запрокинув голову и приоткрыв рот. Его дыхание оставалось по-прежнему тихим, но стало более частым и рваным. Эти чуть слышные звуки рождали в Чонгуке желания, которых не было даже на пике течки. Его буквально трясло, так хотелось войти как можно глубже и долго кончать внутри, наполняя Тэ своей спермой. Оставляя часть себя внутри. Но при этом Чонгук чувствовал, словно часть его уже была внутри Тэхёна. Это сводило с ума. — Малыш, — позвал он, оставляя на внутренней стороне бедра Кима короткие поцелуи. Тот посмотрел чуть расфокусированным взглядом, почти лишенным осмысленности. — Все хорошо? Чон не мог понять своих собственных чувств и потому надеялся, что хотя бы с Тэхёном все было в порядке. — Пожалуйста, быстрее, — попросил тот, раздвигая ноги шире. От этого простого и развратного жеста одновременно у Чонгука чуть не случился микро инсульт. — Мне нужно почувствовать тебя внутри. Так, похоже, не в порядке были они оба. Лишь войдя полностью и почувствовав, как ноги Тэхёна обняли его за талию, Чонгук чуть успокоился. Гнетущее и тяжелое чувство внутри немного притупилось. Он мягко поцеловал Тэ в губы и осторожно сделал первый толчок. Они занимались любовью в последние дни бессчетное количество раз, но этот отличался от всех остальных. Это было так горько-сладко. Так правильно-неправильно одновременно, что буквально выворачивало жилы. Они оба молчали, нарушая тишину только своим хриплым дыханием. Оба двигались навстречу друг другу с какой-то болезненной жаждой, будто боялись не успеть, боялись потерять хоть мгновение. У Чонгука в груди нарастал огромный ком. Это не походило на привычный оргазм. Это было чем-то совершенно иным. Это разрывало грудную клетку, выпихивало сердце наружу. Навстречу Тэхёну. Раскрывало все нутро Чонгука, делая его абсолютно беззащитным. Лишая остатков собственной воли и самообладания. Это оказалось настолько сильным, настолько распирающим и раздирающим, что на пике оргазма, содрогаясь всем телом от накатившего болезненного удовольствия и совершенно непрошенных сухих рыданий, Чонгук простонал: — Люблю тебя, господибожеблядь. Он не сразу понял, что за слова сорвались с его губ, потому что его мозг очнулся только через некоторое время. Замерев, он прислушался к звенящей тишине, надеясь только на одно — Тэхён был слишком обдолбан собственным оргазмом, чтобы услышать его или осознать смысл его слов.