Чужой среди своих

Проснувшись посреди ночи, Драко потер переносицу. Шестое чувство болью отзывалось внутри, сообщая, что нужно срочно вылезти из постели. Звало и манило своим эхом предупреждая об опасности. Ведомый им, слизеринец едва накинул мантию, как тихо выскользнул в гостиную. Сердце гулко билось внутри не понимая причин куда-то бежать именно сейчас. Никого. Прислушавшись к себе, он, словно в трансе вышел в коридор, следуя зову внутри. Преодолевая этажи, он не совсем осознавал что делает и зачем, но все внутри подсказывало что ему надо туда. И он шел. Ни разу не остановившись для того, чтобы обдумать свои действия. Шестое чувство кричало о том как надо поступать и Драко не спешил оспаривать правильность всего этого. Уже поднимаясь на астрономическую башню он услышал пронзительный женский крик. Это моментально привело его в чувства, потому что звук был позади него. Спрятавшись за выступ в стене, Малфой притих чтобы узнать какого хрена вообще происходит. Девушка со спутанными кучерявыми волосами влетела на башню со скоростью света, сжимая голову. Она по-настоящему выла, выливая всю боль накопившуюся внутри. Рухнув на колени посреди комнаты, возвела лицо к потолку. Лунный свет упал на опухшие от слез глаза, обкусанные до крови губы и раскрасневшиеся от бега щеки. Малфой с ужасом осознал, что это Грейнджер. Она только сегодня защищала его с ледяным спокойствием, которое передалось и ему, помогло не сказать ничего лишнего, не проявить разрушающих эмоций. Или он обманулся приняв ее отчаяние за нечто положительное? Боясь шевельнуться, он наблюдал за ней из-за выступа, вспоминая тот случай. Эти уроды сломали ее и еще планировали добивать, если верить тому слушку, который прошел сразу после слушания. - Грейнджер. - выйдя из тени, сказал он. Малфой не умел поддерживать людей и сам никогда не желал жалости, но сейчас, он ощущал как это самое чувство растет в нем с геометрической прогрессией. - Грейнджер. - Малфой? - она не сразу узнала его судя по реакции. - Какого черта ты тут делаешь? Вали в свою гостиную и не нарывайся на наказание. Командуя даже в таком виде, она вызывала смешанные эмоции. Такая странная. Сломленная, но сражающаяся из последних сил. За всех кроме себя. - Ты не услышал меня? Иди. В. Свою. Гостиную. Блять. - она отчеканила каждое слово. - Можешь не тратить время на ругань. Сегодня никто не патрулирует школу, так что расслабься. И тебе сейчас точно не стоит оставаться в одиночестве, смекаешь? - Ты понятия не имеешь что мне стоит делать, а что нет, Малфой. Я всю войну была одна и справлялась со своими ужасами сама и можешь не сомневаться, я не скинусь с астрономической башни. У меня есть как минимум два мстителя, которые скоро придут по мою душу. Так что иди нахер со своим сочувствием. Злая. Опустошенная и обиженная на весь мир. Малфой присел рядом с ней на корточки, всматриваясь в заплаканное лицо. Слезы больше не катились по щекам. - Никогда бы не подумал, что Грейнджер которую я знаю позволит каким-то недоумкам довести ее до точки. - Ты никогда не знал меня, Малфой! - Кричи. Давай, наори на меня и скажи, что я никогда не видел настоящую тебя. Только беда в том, что я гораздо проницательнее твоих бывших друзей идиотов и вижу какая ты. Сквозь всю эту мишуру с Золотым Трио и твоей якобы зависимостью от них. Правда в том, Грейнджер, что ты всегда была гораздо сильнее их обоих вместе взятых. Ты самодостаточная личность, которая способна на все, что захочет. Ты умнейшая ведьма последнего столетия и никто никогда не сможет посостязаться с тобой. Твоя бесконечная тяга к знаниям и идеальности - вот твои главные сильные стороны. Да, они попытались сломать тебя, выловили в темном углу, когда ты была одна. Нападали, ожидая когда у тебя закончатся силы. - Стоп. - девушка подняла руку, призывая его замолчать. Пазл в ее голове сложился. - Это ты отвлек их, чтобы я могла сбежать? Ты наколдовал щит для меня? Это было так очевидно и на поверхности, что Гермиона даже не заметила этого. Впервые не обратила внимание на то, что было перед глазами. - Я лишь слегка помог тебе. - подтвердил ее догадку Малфой. На лице гриффиндорки отразилась благодарная улыбка. Она думала, что пойди он с ней, ничего бы не случилось и даже не вспомнила про то, что кто-то все же защитил ее, когда собственные силы закончились. - Ты очень громко думаешь. - усмехнулся слизеринец. - Но да, я мог бы защитить тебя сразу, но мне очень хотелось посмотреть насколько далеко зайдут эти ублюдки. Уж извини. - Ничего. Я и сама в какой-то момент захотела узнать это. Этим ответом она удивила Драко, а еще больше тем, что не только позволила сесть рядом, но и положила голову ему на плечо. Теперь ее дыхание было ровным. Пустота и ужас никуда не ушли, но они будто бы временно прекратили свою непрерывную атаку. Ненавязчивый аромат парня проник ей в легкие. Все, что о нем можно было сказать - приятный и смутно что-то напоминающий. Как будто бы она уже чувствовала его однажды. Так они и просидели всю ночь, пока новый рассвет не воцарился. В этот раз он не принес с собой нового страха, лишь оставил прошлый, а с ним уже можно было попытаться бороться. - Спасибо тебе. - прошептала гриффиндорка, поднимаясь с пола. - Возможно ты прав и мне еще стоит побороться за себя. Драко поднялся следом и утвердительно кивнул на ее слова. Он знал, что если ей этого захочется, она в раз обойдет полудурков Уизли и Поттера. У них на двоих мозгов меньше, чем у нее одной раз в пятьдесят. И если для того, чтобы воспрянуть духом ей нужна его поддержка, Малфой не против побыть рядом. Все же она спасла его задницу от главного страха в жизни - унижения. Навязанный отцом с самого детства, он всегда преследовал Драко по жизни. Потерять статусность рода было хуже смерти. А теперь, когда выиграл Дамблдор и кучка его идиотов благодаря просто невероятной удаче и доле лицемерия, престижность его рода стала зависеть только от регулярных пожертвований, он мог позволить себе быть собой. В том числе позволить общение с грязнокровкой, которую раньше был обязан ненавидеть. Пенси и Блейз наверняка уже ждали его в гостиной с кучей вопросов о том, где он провел ночь. Когда-нибудь эта парочка сведет его с ума своими допросами с пристрастием. Коротко попрощавшись с гриффиндоркой он первым покинул астрономическую башню, бегом спускаясь по ступенькам. Он не собирался рассказывать все, но некоторые обстоятельства они должны узнать. Пусть будут чаще с Грейнджер, чтобы она минимальное количество времени оставалась одна. Драко доверял им и знал, что они как никто другой умеют вытаскивать из состояния полной задницы и апатии. Пусть проделают тоже самое с Грейнджер. Дождавшись пока слизеринец уйдет, Гермиона взмахом палочки скрыла припухлость лица и приложила волосы в подобие чего-то приличного. Ее могли увидеть. А сейчас, несмотря на свое внутреннее состояние, она должна была транслировать нормальную оболочку окружающим. Добравшись до своего убежища, она впервые представила другую комнату. Что-то из личных фантазий касаемо будущего жилища, после окончания Хогвартса. Учитывая, что вчера она разгромила там все, что смогла, Гермиона хотела абстрагироваться от образа домашнего уюта. Почти стерильная обстановка комнаты с минимумом предметов, еще не накопившая кучи воспоминаний, пронизывающих воздух, она была прекрасна. Двухспальная кровать с белым постельным бельем, две обычных тумбы из темного дерева, столик для макияжа в тон тумбам - достаточно для нее. Ванная комната в белых оттенках с душевой дополняла уровень комфорта. Кто бы подумал, что комната и так и сяк могла создать вообще все что угодно. «Это же рай» - подумала про себя гриффиндорка. Приняв горячий душ, она села на кровать. Радость от открытия новых границ выручай-комнаты спадала. Пустота возвращалась на свое место, пуская рой мурашек по нежной девичьей коже. Отжимая мокрые волосы полотенцем, Гермиона обдумывала модель своего поведения. Еще вчера она была уверена в том, что позволит себе распадаться на части, а теперь одними только словами Малфой провоцировал в ней желание бороться. Собственная двойственность ощущений сбивала ее с толку. Одевшись, Грейнджер заплела волосы в косу, выпустив передние пряди. Благодаря заклинаниям, у нее получалось взаимодействовать с копной своих непослушных волос. Спустившись на завтрак, она первым делом обратила внимание на слизеринцев. Пенси и Блейз радостно замахали ей руками. Малфой лишь слегка приподнял уголки губ. Гермиона заметила это только потому что все ее внимание было обращено к нему. Махнув слизеринцам в ответ, гриффиндорка заняла место ближе к краю, но не совсем на конце стола. Таким образом она как бы утверждала, что не будет бороться за право быть под солнцем, но и обидеть себя не даст. Чертов Малфой пробудил в ней желание бороться. - Разве твое место не за слизеринским столом? - грубо обратился к ней Поттер, усаживаясь за стол вместе со своим лучшим другом. Порой у Гермионы появлялось ощущение что Уизли разучился разговаривать. В последнее время она вряд-ли и слова услышала от него. - А тебе еще не надоело грубить людям, Поттер? - высоко задрав подбородок, ответила гриффиндорка. - Или может твой исполнитель Уизли и мне по лицу заедет? Гарри фыркнул, отворачиваясь. - Хотя, я же забыла, с девушками вы предпочитаете по другому решать вопросы, особенно со своими бывшими подругами. Эти слова были полны яда и намека: «Отвалите или я начну говорить об этом». Гермиона надеялась, что это присмирит их хотя бы на некоторое время, пока она придумает что сделать с пустотой в душе, которая снова разрасталась, отравляя ее. Но эффект оказался совершенно противоположным. Поттер вскочил со своего места и рывком кинулся на девушку. Гермиона не успела даже осмыслить происходящее, как он схватил ее за горло, поднимая со скамейки. Перекрывая кислород, Гарри шептал ей на ухо угрозы. - Только попробуй и тогда то, что случилось в лесу покажется тебе легкой разминкой. Я лично найду способ заставить тебя страдать и твоя смерть не будет быстрой. Можешь не сомневаться за время войны я научился пользоваться и непростительными заклинаниями и простыми магловскими пытками. Поэтому, лучше тебе не злить меня, Грейнджер. Ученики зашумели, поднимаясь. Все без исключения были в шоке от происходящего. Герой войны, святой Гарри не мог просто так напасть на девушку. Дамблдор уже бежал к ним, придерживая лиловую мантию и стараясь не наступить на собственную бороду. Гермиона смогла набрать легкими воздух, когда чьи-то сильные руки оторвали Поттера от нее. Потеряв способность видеть, она водила рукой в воздухе, стараясь определить где находится скамейка. Кто-то перехватил ее в объятия, помогая удержаться на ногах. По запаху Гермиона поняла что это Паркинсон. Из-за отсутствия зрения у нее обострилось обоняние. В нос тут же проник второй запах, который вернул ее в гостиную слизерина, на вечеринку. Тот парень с которым она танцевала был тут. Но из-за отсутствия способности видеть, она не видела его. - Гермиона? - позвала Пенси из темноты. - Ты как? - Я ничего не вижу, Пенс. Слеза скатилась по щеке гриффиндорки. Истерика накатывала на нее волнами. - Тише, - убаюкивала ее слизеринка. - он просто сильно пережал тебе горло, скоро зрение вернется, все будет хорошо. Я тут, с тобой. Больше этот ублюдок не посмеет до тебя дотронуться. Драко уже выдвигает обвинения в сторону Поттера. Скорее всего это дело выйдет за пределы школы. Дамблдор похоже на твоей стороне. - Не надо. - Что не надо? - Я не хочу чтобы это дело вышло дальше Хогвартса. Скажи Малфою, чтобы он замял это любыми силами. Я в долгу не останусь. - Какой долг? О чем ты, Гермиона? А если в следующий раз он убьет тебя, подключив своего верного слугу Уизли. У Грейнджер защемило в груди. Персефона так беспокоилась за нее, словно они были друзьями. Словно гриффиндорка могла что-то значить для кого-то. Но ее планы по жизни не включали дело об удушении в биографии. Тем более зная против кого она идет. Ей не выиграть. В лучшем случае очередной висяк. - Отведи меня к Малфою. - строго говорит Гермиона, зная, что Пенси не станет спорить и выполнит ее просьбу. Запах с вечеринки снова вернулся к ней и только тогда Гермиона осознала с кем танцевала. Малфой. А ведь тогда он был довольно нежен и обходителен. Занимательно. - Гермиона просит, чтобы это дело не придавалось огласке. - поясняет за гриффиндорку Пенс. Грейнджер физически ощущает как изменилась энергетика в комнате. Напряженная тишина повисла между ними. Драко был явно недоволен заявлением девушек. - Я лишь хотел помочь ей, но если Гермиона считает, что лучше будет скрыть этот факт, то так мы и поступим. Я отправлю Дамблдору патронуса и скажу, чтобы старик выдыхал. Гриффиндорка прекратила дышать. Малфой впервые назвал ее по имени. Оно довольно специфически звучало из его уст, как будто чужеродное слово. Но при этом не менее красиво. Малфой вообще умел зачаровывать звуком собственного голоса и этот момент не был исключением. Сморгнув еще раз, девушка почувствовала как тьма перед глазами начала рассеиваться. Она крепче сжала руку слизеринки, поделившись наблюдением. Ей сказали что это нормально и означает, что скоро зрение придет в норму. Еще долго они обсуждали случившееся в гостиной слизерина. Когда дымка спала и Гермиона смогла разглядеть своих спасителей, она искренне улыбнулась, не переставая выражать благодарность. Они стали ее поддержкой в это непростое для нее время.