Чужой среди своих

Компания друзей проснулась рано утром. Гермиона продолжала толкать спящего Драко в плечо, пытаясь привести его в адекватное состояние, но парень только сонно потирал глаза и зевал, не успевая прикрывать рот рукой. Блейз красовался перед зеркалом, поправляя прическу, а Пенси угрюмо смотрела в одну точку. От нее так и веяло хреновым настроением в перемешку с то и дело наваливавшимся сном. Будь ее воля, она бы еще пару часов не вылезала из теплой постели.   - Какого хрена мы встали так рано? - ворчала она. - До завтрака еще целый час. Мы могли бы спать и видеть сны, вместо того, чтобы тщетно пытаться разбудить себя.   Гермиона весело улыбалась. У нее самой сна не было ни в одном глазу. После вчерашнего приключения она вдруг осознала, что может попадать в передряги не только с бывшими лучшими друзьями. Для нее стало феноменальным осознание того, что от них не зависит есть ли у нее в жизни приключения, радостна ли ее жизнь, насыщена ли воспоминаниями о которых вспоминаешь с улыбкой на лице. За время войны и после всей этой неразберихи в их взаимоотношениях, она совсем позабыла какого это бояться наказания Филча, бегать ночью по пустым коридорам и смеяться. Просто жить, чтобы снятые баллы были катастрофой, а не мысли о тяжелом течении жизни, людских смертях и опасностях, поджидающих на каждом углу. Разглядывая новых друзей, Гермиона чувствовала предвкушение нормальной жизни. Она снова становилась уверенна в том, что все будет хорошо. В груди больше не щемило от боли, перенесенной в военное время. Теперь Гермиона была уверена, что хочет перешагнуть через это, бесповоротно оставить тяжелую жизнь в прошлом и перестать нести это бремя на своих плечах. Она уже сделала все, что было в ее силах. К остальному она не причастна.   Девушка снова улыбнулась, расправив плечи. Слизеринка задрала правую бровь в вопросе, ведь мысли Гермионы были известны лишь ей одной. Помахав головой из стороны в сторону, гриффиндорка отказалась от объяснений.   Драко наконец вышел из астрала в котором прибывал пока его пыталась разбудить гриффиндорка. Одним движением он зачесал белокурые волосы назад, а потом поправил одежду.   - Прошу прощения, друзья, мне надо привести себя в порядок. - с этими словами слизеринец скрылся за дверью ванной комнаты, придуманной Гермионой.   Иногда он поражался ее магическим способностям и знаниям. Ему казалось, что нет ни одной вещи в мире о которой бы гриффиндорка не знала. Ее стремление к получению новых знаний было поразительно и не могло не восхищать. Тем более зная, что она не утрачивает этого после всего, что пережила.   Многие после пережитых потрясений больше не могли колдовать. Гермиона же почти справлялась со страхом варить зелья, после работы в госпитале. Не стала бояться дуэлей, после того как собственные друзья едва не убили ее в неравном бою.   Она была восхитительна и не похожа ни на кого.   Разглядывая себя в зеркале, слизеринец приступил к принятию водных процедур. Мысли, подобно воде, текли у него в голове распространяя теплое ощущение восхищения по телу. Каждый раз думая о ней, он ощущал это в своей груди. Будто бы она была родным человеком, за которого ты готов искренне радоваться, которого обожаешь всем сердцем.   - Герм, как ты думаешь, будет здорово если мы все вместе придем на завтрак? Компания бандитов и золотая девочка. - расчесывая волосы заклинанием, сказала Пенси.   - Думаю, это будет потрясающе.   - И впечатляюще. - добавил Забини.   Троица рассмеялась. Им было интересно как на их дружбу будут реагировать окружающие. А особенно герои войны с очень уязвимым эго.   Дождавшись пока все соберутся, трое слизеринцев и гриффиндорка покинули, теперь уже общее, убежище. Драко взял Гермиону за руку, делая очередное заявление. Пенси и Блейз шли рядом, перекидываясь шутками и периодически делая колкие замечания проходящим мимо студентам. Так, Паркинсон показалось, что шестикурсница пуффендуя уж слишком нелепо ходит на высоких каблуках и она порекомендовала ей начать с чего-то пониже и полегче. Замечания Блейза больше касались парочек, который спешили к друг другу, чтобы позажиматься перед завтраком. Это выглядело так, будто ему самому очень хотелось сейчас держать в объятиях одну очень обаятельную особу, которая ставила весьма четкие рамки касаемо их отношений.   «Блейз, ты же знаешь, что мы не можем. - говорила Пенси, гладя его волосы, пока его голова лежала у нее на коленях. - Я помолвлена и уже давно. Мой отец дал обещание на крови и я не смогу его нарушить.»   Это была их тайна, которая никогда не позволит им быть вместе. Поэтому он довольствовался тем, что она проводит с ним ночи в тайне ото всех. Лучше уж так, чем потерять ее навсегда.   Стоило им войти в большой зал, все взгляды были обращены на них, в том числе преподавательские. Да, они действительно были необычной компанией. Первой, во всей многолетней истории школы чародейства и волшебства.   - Слизеринская сука. - прошипел Поттер, когда Гермиона проходила мимо, чтобы занять место за гриффиндорским столом. - Тебе здесь не место.   Улыбаясь, Грейнджер обратила свой взгляд на него, приподнимая бровь. Этому Гермиона научилась от Паркинсон. Поднимание брови было ее фишкой. Она как будто бы всегда спрашивала: «Ты идиот или да?»   - Поттер, займись уже своей жизнью и перестань докапываться до моей. Я свободный человек, могу и буду делать то, что считаю нужным. Освободись уже от предрассудков, которыми тебя напичкали и взгляни правде в глаза. Нет тут уже хороших или плохих. Все запачкались. А винить детей за грехи родителей как минимум не разумно. У всех есть прошлое, так пусть оно там и остается.   Подмигнув Мальчику-Который-Выжил, гриффиндорка приступила к завтраку, который сегодня показался ей вкусным. Благодаря новым друзьям и ей самой, краски жизни потихоньку возвращались. С каждым днем Гермионе все проще было смотреть в светлое будущее, стараясь не оглядываться на туман прошлого.   - Поттер опять доставал тебя? - Драко подошел к ней сразу после обеда. Его ладонь собственнически легла ей на талию.     - Пытался задеть, как обычно. Но больше этого у него не выйдет, так что тебе не о чем переживать. - взяв парня за руку, гриффиндорка посмотрела ему в глаза и взяла с него молчаливое общение ничего не делать и не говорить ее бывшим друзьям. - Я знаю, что ты способен доставить ему неприятности, но это того не стоит. Гарри сам для себя их создает.   Малфой усмехнулся. Гермиона была чертовски права на счет Поттера и его тупоголовости, которая помогала создавать дерьмо в его мозгах. Причем в невероятных количествах в последнее время. Слизеринец был уверен, что когда-нибудь стереотип о невиновности Мальчика-Который-Выжил рухнет и он останется ни с чем, потому что вся его добродетель держится на старых поступках, а новыми он едва ли отличается от заносчивого мальчугана, которым раньше был Малфой.   - Кстати, - вдруг вспомнил он. - нам разрешили провести матч по квиддичу через две недели. Сказали, что это достаточно для того чтобы команды все вспомнили и пришли в форму.   - И кто играет?   - Первый матч: слизерин против гриффиндора. Уверяю тебя, мы порвем вас.   Гермиона закатила глаза. Малфой и его самодовольство всегда шли рядом, как старые добрые друзья.   - Мне надеть зеленый шарфик, чтобы поболеть за тебя?   - О дааа...   Наклонившись ближе, Драко притянул гриффиндорку для поцелуя. Медленного и сладкого. Чуть сминая ткань ее свитера, он не сдвигался с талии. Все в рамках приличия и только зарождающихся крепких отношений. Ради такого не стоит спешить.   - Студенты, а вам ли не пора ли на трансфигурацию?   Строгий голос профессора МакГонагалл оторвал их друг от друга. Она стояла в паре метров от них, скрестив руки на груди. Щеки Гермионы тут же приобрели красноватый оттенок. Ей было неловко, что ее застали в такой интимный для нее момент. Драко же выглядел напротив слишком спокойным, засунув руки в карманы. Эта ситуация не доставляла ему дискомфорта. Его заставали и за более непотребными вещами.   - Уже спешим. - буркнула гриффиндорка и первой поспешила в класс.   Драко оставалось удивляться как при всей ее храбрости этот пустяк смущает ее. Она уникальная девушка. И это единственное оправдание, что приходило ему на ум.   Обернувшись на профессора он впервые за долгое время увидел ее улыбку. Всегда строгая, с идеальной осанкой и прилизанным пучком, МакГонагал вдруг открылась с другой стороны. Видимо потому ее и любили гриффиндорцы. Так же как и Снейп наедине со своими студентами, она могла позволить себе снять маску строгости и некой преподавательской жестокости. Разумеется, эта улыбка не была предназначена ему, она была для нее. Для его маленькой малышки с вьющимися волосами и забавными веснушками, которые видно только если хорошо присмотреться.   - Берегите ее, мистер Малфой и она подарит вам свой свет. - сказала она проходя вперед него в класс.   И это было правдой, она уже делилась с ним частичкой этого света. Все волшебство проиграло бы, если бы сразилось с ним. Грейнджер действительно была волшебной до мозга и костей. Со своим гребаным притяжением, которое она излучала за километры. Каждый раз,  когда он встречался с ней взглядом внутри вспыхивал огонь, топящий лед родительского воспитания и сдержанности. Малфой ощущал жгучее желание подбежать к ней и закружить, подняв над землей, каждый раз, когда ее макушка мелькала в поле его зрения.   Поджав губы, Драко коротко кивнул больше сам себе, профессор не могла увидеть этот жест. Когда он вошел в класс, Гермиона уже сидела за первой партой, как типичная отличница. Как будто бы не она вчера зависала со слизеринцами напиваясь до беспамятства. Внешне она была все той же примерной девушкой с стальными идеалами и своими убеждениями, но внутри она была сломана на куски своими же близкими людьми, растоптана ими в прах, чтобы потом снова возродиться из пепла. Теперь те, кто ее знают близко, видят, что нет и следа той девочки перед войной. Она все тот же свет, но под другим углом.   Драко считал, что пережитое сделало ее сильнее и многограннее. Она как будто бы раскрылась, научившись делать то, чего действительно хочется. А не соответствовать мнимым рамкам общества.   Зайдя в класс, слизеринец сел рядом со своей возлюбленной. Ему хотелось, чтобы весь мир узнал, что она его.   - Так мило смущаешься, когда нас застают за поцелуем. - Драко приблизился к ее уху, отодвигая густые волосы. - Твои порозовевшие щечки сводят меня с ума.   Легко улыбнувшись, она стукнула его по руке, призывая вернуться на свою половину парты, если уж он решил стать ее соседом на сегодня. Ее так и подмывало сказать ему, чтобы он вел себя прилично. Но рука парня, получившая удар, тут же спустилась под парту, благо они были закрыты спереди и преподаватель не могла увидеть этот беспредел. Зато ученики позади отлично могли разглядеть как рука Малфоя проследовала от колена под юбку гриффиндорки. Шепот на задних рядах привлек внимание профессора.   - Что здесь происходит? - строго спросила МакГонагалл, поправляя прилизанный пучок.   - Отсадите Малфоя от Гермионы! - заорал Поттер с задних рядов. - Вы бы знали где сейчас находится его рука!   Гермиона вспыхнула словно спичка от пламени. Встав со своего места, она развернулась в сторону бывшего лучшего друга и не успев обдумать свои действия, кинула в него заклинание. Ученики закричали, отклоняясь в стороны. Поттера откинуло в стену.   - Закрой свой рот, Поттер. - ледяным голосом произнесла гриффиндорка. Огонь внутри потух так же быстро, как вспыхнул.   - Рональд Уизли, отведите мистера Поттера в больничное крыло. Пусть мадам Помфри осмотрит его. Грейнджер и Малфой останьтесь, все остальные свободны. - все, кроме Пенси и Блейза быстро покинули кабинет. - Паркинсон и Забини, вам особое приглашение нужно, чтобы вы покинули мой кабинет? Никогда ранее не замечала у вас такого рвения к учебе.   Под причитания профессора эти двое все же покинули кабинет, притаившись за дверью, прислушиваясь к каждому слову.   МакГонагалл отчитывала пару за неприемлемое поведение на уроке, а так же отдельно Гермиону за применение заклинания на уроке. Она говорила о том, какие последствия могут последовать за выходкой гриффиндорки. Через дверь было слышно как извиняется Грейнджер и ехидно хмыкает Малфой. Кажется, она даже треснула ему подзатыльник один раз, судя по характерному: «Ой!».   Пара вышла из кабинета смеясь под шутливое предостережение преподавателя и просьбу больше не нападать ни на кого.   - Мы так понимаем пересказ вам не требуется? - спросил у друзей Малфой.   - Не-а. - кошачья улыбка Забини красноречиво указывала на то, что они услышали все, что хотелось. - Предлагаю это отметить!   - С удовольствием.   -  Когда я отказывалась!   - Ура-а-а-а... - обреченно протянул Малфой.   Под общий смех, компания отправилась переодеваться в свои комнаты. Сегодня они снова планировали напиться.