Миска супа

      Хатаке Какаши ждал их троих на крыше Академии. До этого он читал книгу с ярко-оранжевой обложкой. Но стоило ребятам явиться через пару минут, как он тут отложил её в подсумок, встал как можно удобнее и рассматривал с такой скукой во взгляде, что впору было бы лучше извиниться, покаяться, что вообще прошел экзамен, и уйти по какой-то неведомой причине.       Инь Чжу оглянулся на своих бывших одноклассников. Саске выглядел, как всегда, мрачным. Интересно, что у него в голове. Возможно, он вообще не знает, что сказать и просто стесняется, а вследствие этого строит из себя человека, который вот-вот решит прибить тебя или что-то натворить. Бедный парень, у него с таким подходом появятся ранние морщины. Затем внимание перевелось на Наруто. Тот был улыбчивым, явно стремился показать себя во всей красе и доказать, что достоин всевозможных титулов, после получения которого тебя заметят. Ладно. Возможно, этот парень в оранжевом костюме обязательно справится и через десяток лет можно будет с чистом совестью заявить, что он вместе с ним служили в одной команде.       Сереброволосый джоунин похлопал в ладони, разбавляя тишину, и все взгляды сосредоточились на нем. — Ладно. Теперь, когда все собрались, неплохо бы представиться. — И как нам это сделать? — спросил Наруто.       Мужчина развёл руками. — Назовите своё имя, кто вы, что вы, что вам нравится, не нравится и какие у вас мечты или планы на жизнь и всё в таком духе… — Эй, эй! А вы кто такой вообще? — нахмурился Наруто.       Возникла ленивая мысль в голове, что они всего лишь впервые встретились и ничего не знали об этом явно таинственном парне. Опять же возможно все ниндзя о нём знали, а свежеиспечённые выпускники совсем ничего. Нет, нет, имя Хатаке Какаши было на слуху, причём у многих, но не каждый же день удаётся поговорить с живой легендой. Правда, слышал ли сам Наруто предстояло ещё узнать, но как говорил Шикамару, это будет проблематично. — О… Я-то? Я Хатаке Какаши. Что нравится, что нет, я вам рассказывать не хочу. Мечты? Хм… Ну, увлечений у меня много. Ну теперь ваша очередь. Начнём справа налево. — Я! Я! — подпрыгнул Наруто. — Меня зовут Узумаки Наруто. Я люблю рамен быстрого приготовления. Больше всего обожаю рамен из Ичираку, которым меня угощает Ирука-сенсей. Во время приготовления рамена ненавижу ждать больше трёх минут! Моя мечта — превзойти всех Хокаге И тогда я всем покажу каков я на самом деле! Увлечения… э-э… хулиганить, наверное. — Следующий.       Саске сложил руки в замок. — Меня зовут Учиха Саске. Есть много вещей, которые мне не нравятся и нет ничего такого что бы нравилось. Вряд ли это можно назвать мечтой но… Я должен возродить свой клан и… убить одного человека.       На крыше все замолчали. Инь Чжу по какой-то причине сначала фыркнул, а затем согнулся, трясясь от безмолвного смеха. Все уставились на него, пока он не начал заваливаться на бок, грозя упасть. — Знаешь… ты ведь мог бы… ой, не могу… завести гарем… уверен много женщин и девушек помогут тебе… ты только это… подожди до совершеннолетия… а то… ой мама не могу… возродить… так ведь ещё проще дать какому-нибудь бедолаге свою фамилию набрать таких под несколько десятков и… Ну ты вообще…       Инь Чжу выговаривал слова с трудом держась за живот, который болел от раздирающего смеха. Он стучал по полу, чуть ли не задыхаясь. Успокоившись, он пожал плечами и беззаботно улыбнулся. — Меня зовут Инь Чжу, вроде как не студент и ещё не генин; наверное, что-то среднее между этим. Люблю острую еду и изучать что-то новое. Не нравится, когда кто-то судит книгу по обложке, а ещё назойливые люди и просто шум в голове. Мечтаю… э-э… постичь флористику и стать специалистом в фуиндзюцу.       Когда все представились, Какаши произнёс — Достаточно. Завтра мы приступим к выполнению заданий. — Но сначала мы кое-чем займёмся вчетвером, — добавил он, заметив энтузиазм Наруто. — Чем? — нахмурился блондин. — Тренировкой на выживание, — с таинственной интонацией ответил джоунин. — Тренировкой на выживание? — повторил Наруто. — Какое отношение тренировка имеет к заданиям? — спросил Саске. — Это вроде голодных игр?       Наруто удивленно посмотрел на Инь Чжу. Тот пожал плечами и кратко рассказал, что голодные игры являются аналогом экзамена на генина в Скрытой деревне Облака. — Это будут не совсем голодные игры. Вашим противником стану я, да будет это не просто тренировкой.       Внезапно Какаши зловеще рассмеялся. Видимо, ему доставляло удовольствие в невинности юных генинов. — Что случилось, Какаши-сан? Вам вызвать врача? — поинтересовался Инь Чжу. — Нет. Если я расскажу вам о дальнейшем развитии тренировки, врач уже потребуется вам. От кондрашки. — Мужчина одарил их пронизывающим взглядом. — Из двадцати семи студентов только девять станут генинами, остальные попросту провалятся. Эта тренировка на самом деле — очень сложный тест с отсевом шестидесяти шести процентов.              Офигеть просто, с кислой миной подумал Инь Чжу. Вон, Наруто точно хватил испуг. Даже Саске слегка скривился. — Говорил же, кондрашка будет. — Какаши был удовлетворён проделанным эффектом. — Какого чёрта?! — от всей души закричал Наруто. — Мы ведь так старались! Зачем тогда вообще нужен этот глупый экзамен?! — А, этот… Чтобы отобрать тех, у кого есть шанс стать генином… — Но почему? — растекся Наруто грустной лужицей.       Инь Чжу сочувствующе похлопал того по спине. Тем временем джоунин информировал незадачливых генинов: тест будет проходить на тренировочной площадке; приносить всё оружие; не завтракать, чтобы не стошнило.       Вернувшись домой и принявшись за готовку ужина, Инь Чжу не мог не подумать, что ему следовало сразу поддаться в повара. Серьёзно, это казалось ему гораздо проще, чем вступать в команду, где их темпераменты точно не сложатся и велик риск постоянных конфликтов.       Раздражённо вздыхая, мальчик пробормотал что-то на своём языке.       Лёгкая оплеуха отрезвила. — На чём отвлёкся? — прозвучал суровый голос с до боли родным диалектом и чуждым для местных жителей языком.       Инь Чжу уставился на сухощавого мужчину в ханьфу. У него была длинная ухоженная козлиная бородка, острый взгляд чёрных глаз и удивительная привлекательность для того, кому шёл седьмой десяток. Лишь трость под рукой выдавала его возраст. — Дедушка, если продолжишь дальше бить, я растеряю все твои драгоценные рецепты. Кто ж потом будет тебе готовить? — заговорил он на том же языке с тем же диалектом.       Инь Ан показал ему поварёшкой, которой дал внуку оплеуху. — Если не можешь установить покой в своей душе, о каких тут рецептах речь? — произнёс тот. — Разве я не учил тебя тому, что…       Подросток торопливо перебил дедушку. — Знаю, знаю. Мудрый обретает покой в том, что дарит ему покой, и не ищет покоя там, где его нет. Заурядный человек ищет покоя в том, что не даёт покой, и не имеет покоя. — Верно, — мужчина одобрительно кивнул. — А теперь рассказывай, что случилось       Инь Чжу поведал о произошедшем утром и днём. — Хатаке Какаши? — задумчиво проговорил Инь Ан. — Ты знаешь его? — Упрямый мальчишка, который вдруг решил, что неплохо бы перестать строить из себя пугало.       Инь Чжу беспомощно поглядел на кастрюлю с хулатангом. По сути, он и не собирался слушаться Какаши. Ему вообще не хотелось, чтобы его тошнило из-за ничего. — Так что если он ещё раз решит что приходить на голодный желудок на тренировку — это хорошая идея, то пусть прочитает медицинский справочник Чжан Шу Цзы и сам скажет мне в лицо, в чём я ошибаюсь. — Угу.