Пилатес-бой

      Когда твоим основным источником дохода является писательство, невольно проводишь кучу времени за ноутбуком. Страдает осанка, может появиться лишний вес или наоборот худоба из-за атрофии мышц, поэтому нужно периодически отвлекаться на занятия спортом. Да и мозговая активность становится лучше, следовательно, гениальные идеи для сюжета сыплются как из рога изобилия. Именно об этом думал молодой писатель Питер Паркер, занимаясь пилатесом в доме с панорамными окнами, который он выгодно снимал на Бали. Дом принадлежал его агенту и по совместительству близкой подруге Мишель. Бесплатно жить в нём Питер отказывался, поскольку считал это неэкологичным. И именно этот дом разделил его жизнь на до и после.       А всё потому, что дом был стеклянным снаружи и это было именно задумкой архитектора. Занавесками наружные стены никак не закроешь, если не хочешь прослыть ослом без чувства стиля и вкуса. Конечно, межкомнатные стены были из прочных материалов и душевые были полностью скрыты от посторонних глаз, но вот комната с огромной ванной была... в общем, ванну Питер не смог принять ни разу, хотя это дело он очень любил — не хватало смелости светить гениталиями. Несмотря на то, что в соседних виллах по всей видимости никто не жил, он всё равно предпочитал соблюдать осторожность и не ходил голым. А вот пилатесом в обтягивающей спортивной одежде занимался с удовольствием. И именно за этим занятием его впервые увидел Тони Старк.       Бывает же такое: прилетаешь пару раз в год в свой "храм духовности" на Бали, чтобы воздерживаться от секса и других плотских удовольствий в течение двух недель, очистить свою сексуальную энергию, а тут перед тобой целыми днями мельтешит самый сексуальный сосед в мире. Тони заметил его сразу. Тот вначале сидел за ноутбуком и что-то увлечённо печатал, а потом резко встал, потянулся и начал заниматься какой-то порнографией, которую люди почему-то называют пилатесом.       Поначалу Тони принял его за программиста-фрилансера — таких на Бали выше крыши. Но понаблюдав за ним подольше, пришёл к выводу, что он либо журналист, либо писатель. И скорее всего второе. Слишком уж творческим он выглядел, особенно когда временами ложился на пол, смотрел в потолок и шевелил губами. По всей видимости, разговаривал с самим собой.       По этому сексуальному соседу можно было сверять часы. Два раза в день — в восемь утра и шесть вечера у него были занятия. Причём без преподавателя, парень просто был дисциплинированный. Включал видео на ютубе и повторял движения. Сам Тони в это время неизменно лежал в гамаке у себя во дворе, предусмотрительно скрыв свой пристальный взгляд за солнцезащитными очками. Не то чтобы мистер Гибкость (так прозвал его в своей голове Тони) проверял, наблюдает ли кто-то за ним, но подстраховаться было нужно. Профессиональным спортсменом парень явно не был, но Тони нравилось. Зрелище было умилительным и в то же время он фантазировал, как подошёл бы к нему сзади, сорвал с него одежду и облизал его разгорячённое тело с головы до ног. Почему-то он был уверен, что даже пот этого паренька идеально пахнет и не менее идеален на вкус. Причуды богатых и слегка староватых, но Тони Старку простительно.       Иногда Питер пропускал тренировки и Тони точно знал, когда это произойдёт. А именно когда накрывало вдохновение и он писал почти всю ночь. Такое бывало раз в несколько дней. Спустя пару недель Тони понял, что хочет провести с этим писателем ночь. И может, даже не одну. А потому он не нашёл способа познакомиться умнее, чем выставить фотографию молодого красавца в позе сфинкса, снятого исподтишка, в "сторис" на всю десятимиллионную аудиторию. И подписать следующим образом:       "Кто знает, как его зовут?"       Питера разбудила громкая мелодия звонка. Звонила Мишель. Прикинув в голове, сколько осталось до сдачи новой книги, он успокоился. Звонила вроде не из-за поджимающих сроков. — Да, Мишель? — Пит, что за шоу ты там устроил? Почему тебя ищет сам Тони Старк?       Питер нахмурился и задумчиво почесал затылок. — Извини, кто?       По вздоху Мишель было ясно, что не знать Тони Старка было чем-то невероятным. Однако Питер реально его не знал, потому что просто не интересовался такими людьми в принципе. — Да так, один богатый хрен выложил твою фотографию и явно хочет от тебя... всякого. — О, правда? — воодушевлённо спросил Питер. — А он красивый? Я, может, был бы не против.       Мишель фыркнула. — Ну-ну. Только предохраняйся, ладно? Этот хрен переспал со всей Америкой. Короче, скорее всего, он тебя зафолловит в течение суток. И расфолловит, как только с тобой переспит. Он всегда так делает. — Спасибо за предупреждение, — флегматично ответил Питер.       Первым делом он открыл поисковик и узнал всё, что известно прессе о Тони Старке. Гений, миллиардер и всё по списку — скучно до тошноты. Питер частенько использовал клише в своих эротических романах, ведь читатели обожают клише, однако до такой банальщины ещё прежде не опускался. Конечно, его произведения были откровенным ширпотребом, но и Питер не с золотой ложкой в заднице родился, чтобы прикидываться "нитакимкакфсе" и увлекаться какой-нибудь футуристикой типа трансгуманизма и прочей лютой херни. Он был не из тех, кто пишет ерунду и радуется. Да, его книги весьма обычные, но не примитивные. Они приносят людям радость, они обучают их искусству секса через действия главных героев. Они учат поднимать грёбаную планку в отношении выбора партнёра и перестать спускать с рук какой-нибудь кринж вроде переноса родительской фигуры на любимого человека. Так что Питер постоянно метался между синдромом самозванца и ощущением, что он непризнанный гений. Но пока его книги кормят и обеспечивают высокий уровень жизни, можно и пометаться иногда. Почему бы и нет.       Прочитав разные статьи о Тони, он решил исследовать его страницу в Инстаграм. Там картина была не менее скучной. Какие-то официальные снимки, вылизанные фотографии с фотосессий и много брошюр про какие-то изобретения в мире оружия. Ну так, Леонардо Ди Каприо на минималках с его задрачиванием на экологию. Вердикт — не впечатляет. Поэтому страницу его Питер заблокировал. А вот у него самого в уведомлениях творился бедлам. Подписчиков становилось всё больше и больше, пока из скромных двухсот тысяч цифра не выросла до миллиона. Питер решил опубликовать селфи, чтобы поприветствовать новых читателей. В этот момент у него зачесалась левая рука — явно к деньгам, а в денежные приметы он верил всегда. Ещё бы, восемьсот тысяч потенциальных покупателей его романов о разврате, который может позволить себе не каждый. Тони, может, и кажется скучным, но пользу приносит даже без личного знакомства. Хотя к разврату у такого человека доступ явно имеется, так что не такой уж он и скучный.       Чего Питер явно не ожидал, так это звонка в дверь. Звонить могли только курьеры, которые не прочитали комментарий "Оставить у двери, не беспокоить" к заказу с едой. Но за месяц жизни на острове почти все усвоили это правило. Так что пришлось ему спуститься вниз и столкнуться лицом к лицу с самым красивым, пусть и слегка староватым мужчиной в мире. Тони ошалело улыбался, смотря во все глаза на своего сексуального пилатес-боя. Сам же Питер неосознанно шумно втянул воздух вокруг Тони. И пропал. От своих гормонов он такого предательства не ожидал, пусть и описывал подобные моменты сотни раз в своих текстах. Но здесь и сейчас всё было по-другому. Более интенсивно. — Можно познакомиться? — спросил самый невероятный мужик на земле. — Э-э... с кем?       Тактика "притворись максимально тупым" обычно работала, но Тони не был обычным. — С тобой. — Он протянул руку. — Я Тони, а ты? — Я... я Питер, — промямлил тот.       Тони тем временем продолжал засасывать Питера в этот водоворот под названием "любовь с первого взгляда". — Я тут видел, как ты занимаешься пилатесом... и меня очень заинтересовал этот вид физической нагрузки. Может быть, ты не против стать моим инструктором на эту, скажем, неделю? — На целую неделю? — Питер не мог поверить, что посчитал этого человека скучным. Хотя выходило, что скучные тут больше журналисты и маркетологи. — Даже не знаю. Я не инструктор. — Я понимаю, но... — Тони замялся. Давненько с ним не было такого, чтобы добыча не шла в руки сама. — Может, сделаешь исключение? — Я могу скинуть тебе ссылки на видео с упражнениями, по которым занимаюсь сам, — отрезал Питер. Любовь с первого взгляда — это приятно, конечно. Бабочки в животе, все дела... Но куда приятнее использовать эти чувства для вдохновения. — Жутко занят, понимаешь. Нет времени... — Понимаю, — ответил Тони. — Может, тогда сходим на ужин вместе? — Дай-ка подумать... Ты знаешь, вообще-то можно, — сказал Питер, прикидывая в уме дни недели. — Сегодня у нас понедельник, а я буду свободен в... пятницу вечером. Либо в субботу.       На самом деле Питер безбожно врал. Занят он был только написанием книги, на экскурсии и разные духовные практики ходил лишь в крайнем случае — когда иссякало вдохновение и требовалось пообщаться с разными отбитыми людьми, чтобы срисовать с них особенные черты характера. А на Бали таких экземпляров достаточно. Да даже взять Тони. Наверняка притащился сюда на какой-нибудь новомодный ретрит — времяпрепровождение для зажравшихся толстосумов, которые страдают от того, что у них есть всё, о чём можно мечтать. Но поморозить Тони несколько дней Питеру было необходимо. Во-первых, нужно проверить степень заинтересованности. Одноразовый трах или что-то большее? По поводу того, давать ли в Ж на первом свидании Питер пока не решил — будет зависеть от степени возбуждённости в тот день. Ну и от пары других нюансов. В конце концов, можно ведь и обойтись взаимным минетом. Или на худой конец дрочкой. Ну, если там действительно худой конец. — Эм... хорошо, давай встретимся в пятницу, — согласился Тони. — Чем бы ты ни был занят, желаю расправиться с этими делами как можно скорее. Возможно, ты освободишься раньше? Хотелось бы на это надеяться. — Э-э-э... хорошо, Тони, можешь подойти сюда в пятницу вечером. Вряд ли я освобожусь раньше.       С этими словами Питер просто захлопнул дверь перед носом Тони, оставив его в недоумении. Ещё никто не выставлял ему условий типа "подождать перед свиданием четыре дня". Но Тони это заинтриговало. Стоило признать, что будь это кто-то, кто не особенно его заинтересовал, он бы не стал ждать и дня. Но в Питере было что-то такое... настолько самодостаточное, что этим хотелось завладеть. Причём желательно надолго. Тони испугали его собственные мысли и допущения об отношениях, длящихся дольше недели. И в то же время недолюбленный ребёнок внутри него ликовал — может быть, вот оно, счастье в личной жизни?       Тони следил за Питером все эти дни и пришёл к выводу, что этот пилатес-бой просто обманщик. Никаких серьёзных планов кроме праздного образа жизни у того не было. Он всё так же занимался медитациями, йогой и прочей ерундой для усиления вибраций два раза в день, а в остальное время строчил что-то на ноутбуке и по большей части просто читал что-то, смотрел видеоролики и созерцал красоту вокруг. И пил кофе. Много кофе. Тони не знал, что это и есть работа Питера — стимулировать мозг разными способами, чтобы написать интереснейший эротический роман. И успешно продать его. Ему казалось, что настоящая работа существует только в офисе и его лаборатории. А потому, когда наступил вечер пятницы, Тони даже думал отменить свидание. Но не успел, потому что это сделал за него Питер, сказавшись больным. Тони был в смятении и обещал себе всё же сходить на свидание и обязательно соблазнить этого смазливого писателя, посмевшего отменить их встречу.       На Питера же, как это обычно бывает, снизошло небывалой силы вдохновение аккурат к моменту, когда нужно было идти на свидание. Вот он и отменил встречу и просидел за ноутбуком до четырёх часов утра. Зато написал отличную главу к роману, в котором сублимировал самые смелые сексуальные фантазии. Тони отлично подходил под роль музы. Вот только Питер боялся, что всё волшебство рассеется, стоит им переспать. Выжав из себя всё в творческом смысле этого слова, он наконец позволил себе заснуть с мыслью, что бегать от свидания больше некуда. Если, конечно, Тони не передумает.       И Тони не подвёл. Ровно в семь вечера в субботу он стоял у входной двери с милым веником в руках. Питер мысленно прыснул от смеха, задаваясь вопросом, с чего все его кавалеры взяли, что он любит цветы? То, что он очевидно любит секс в принимающей позиции, не означает, что он автоматически приобретает женские черты характера. Но открыв дверь, он понял, что Тони держит в руках букет из... мяса. Чертовски благоухающий букет. И где только нашёл? Во рту невольно собралась слюна и идти уже никуда не хотелось. Хотелось затащить Тони внутрь и съесть... всё, что предлагают. — Здравствуй, Тони, — поздоровался Питер и забрал букет из его рук. — Как ты узнал, что я фанат всех существующих мясных блюд? — Интуиция, — ответил Тони. Не говорить же, что он следит за Питером целыми днями и с удовольствием наблюдает, как тот хищно и просто порнографично вгрызается зубами в сочные стейки два раза в неделю.       Питер пригласил Тони зайти в гостиную под предлогом выпить воды, а сам расположил букет на бортике в кухне-студии. — Забыл уточнить: а какой у нас план на сегодня? — передав стакан с водой Тони, поинтересовался Питер. Тот незамедлительно утянул своего пилатес-боя на диван рядом с собой. — Я идеально продумал всю программу, — начал Тони, придвинувшись к Питеру вплотную. — Вначале мы сходим в ресторан с лучшими морепродуктами на острове. Говорят, в морепродуктах содержатся вещества, похожие на афродизиаки. — Нагло врут, — перебил Питер. — Сколько ни ел, а возбуждения просто ни в одном глазу. — Может, всё зависит от партнёра? — поиграв бровями, предположил Тони. — В конце концов, афродизиаки не призваны вызвать возбуждение. Они усиливают его.       С этими словами он на пробу положил свою ладонь на колено Питеру. В штанах у обоих потеплело от этого простого прикосновения. — М-м-м... — простонал Питер, прикрыв глаза. И быстро взял себя в руки, отстранившись. — Хорошо, сходим в этот ресторан. Только никаких сырых морепродуктов, всё только после заморозки, если ты рассчитываешь на продолжение. А ты, я вижу, рассчитываешь. — Он встал и пошёл к выходу, поманив Тони за собой. — И правильно делаешь, кстати! — донеслось из прихожей.       Тони тут же вскочил с места и побежал к выходу. Ну просто как довольный пёсик, подумал Питер. Оставалось только хвостом повилять. К ресторану поехали на мотоцикле — Тони это обожал. А вот Питер никогда этим видом транспорта не пользовался. Будет что описать в своём романе. И секс у мотоцикла тоже можно будет прописать. Если повезёт, Питер просто опишет свой опыт.       Ресторан действительно был одним из лучших. Как и условились, никаких сырых продуктов они в пищу не употребляли. Как и алкоголя, потому что... — Я не пью, я только ем, — сказал Питер и положил в рот очередную креветку.       Тони невольно любовался им, его непосредственностью и природной сексуальностью. Надо же так удачно совмещать в себе разные архетипы, чтобы почесать все неврозы Тони. Выглядящий младше своих лет, предельно искренний, с чётким мнением буквально на всё, он не просто понравился Тони.       Тони влюбился с первого взгляда, чего с ним никогда ранее не случалось.       Чего не скажешь о Питере — он влюблялся много раз в своей жизни с первого взгляда. И столько же раз обжигался, дарил тело, душу, которые ни разу не оценили в достаточной степени. А откуда же ещё могла появиться столь успешная карьера писателя? Конечно же, из личного опыта. Питер чётко знал, чего хотят другие мечтательные люди — любви, конечно же. Причём взаимной с самым лучшим и подходящим партнёром на земле. Чтобы и секс был огненный, и повседневная совместная жизнь была преимущественно приятной. И разговоры после секса чтобы были. И вот эта жареная на скорую руку картошка после этих разговоров. И крепкий сон в обнимку в позе большой и маленькой ложки. И ленивый утренний секс, если есть настроение.       Оттуда, откуда появилась коммерческая писательская жилка, появилась и удивительная самодостаточность. Это когда тебя — такого, как есть, — просто достаточно и всё. Питеру больше не нужно было что-либо доказывать этому миру, ему больше не нужно было быть кем-то другим для потенциального партнёра. После оглушительного успеха третьей книги он вдруг осознал, что просто... счастлив. Счастлив жить в этом мире и счастлив быть собой. И он решил улететь на Бали на полгода или год — он всегда мечтал о жизни на этом острове — чтобы это счастье разделить с самым нужным и любимым человеком на земле. С самим собой.       И как это обычно бывает — когда полностью принимаешь себя таким, какой есть, тебя настигает наконец любовь всей твоей жизни. Питер ещё не знал об этом, но чувствовал, что даже если он отдаст в эту ночь своё тело и даже душу — от него не убудет. Это не отразится на самооценке, потому что он больше не давал никому себя оценивать. И больше не позволит это делать никому. Даже Тони, который оказался невероятным. В этот вечер он не казался Питеру староватым. Да и в последующие вечера тоже. Он оказался приятным собеседником с отменным чувством юмора. И с ним есть, пожалуй, то, чего не было ни с кем, — ощущение свободы. — Поверить не могу, что это твоя работа, — сказал Тони после того, как они заказали десерт. — То есть ты ведёшь абсолютно не обременённый обязанностями образ жизни и при этом неплохо зарабатываешь? — Ну я бы не стал так обесценивать всё это, — защищался Питер. — Прости, если так прозвучало, просто... объясни мне, как это возможно? — Слушай, Тони, ну у тебя в жизни всё тоже довольно неплохо. Более того, из нас двоих это у тебя более расслабленный образ жизни. По крайней мере, так выглядит в социальных сетях. — Вообще-то я буквально впахиваю, чтобы так жить, — Тони нахмурился и взял замолчавшего Питера за руку. — Прости. Знаю, как это прозвучало. И понимаю сейчас, что и ты впахиваешь, но по-своему. Полагаю, писательство — это тоже тяжело. Даже когда есть талант. Просто я... не совсем понимаю, как можно так жить. В смысле... неужели это возможно? — Писательство действительно довольно тяжёлый труд. Самое простое — это написать свой первый роман. Там у тебя нет ожиданий. Либо ты выстрелишь, либо бросишь это дело и всё. Но когда у тебя за спиной несколько достаточно успешных книг, невольно начинаешь смотреть на себя глазами твоих читателей и прогибаться под них. Поэтому большую часть времени со стороны кажется, что я веду праздный образ жизни. На самом деле мой мозг работает постоянно, даже ночью. Даже сейчас на свидании я думаю о своих героях, понимаешь?       Тони удивлённо уставился на Питера. — Ты сейчас мои мысли прочитал! — воскликнул он. — Если немного адаптировать под мою сферу деятельности, конечно. Я тоже постоянно будто на работе. А ещё нужно исполнять обязанности генерального директора и, если честно, ничего в жизни меня так не утомляет, как это. Я могу проводить дни напролёт в лаборатории, но даже это не заставляет меня так уставать, как может заставить одно совещание. — Почему не поставишь кого-нибудь на должность гендира? — спросил Питер так, будто это было чем-то очевидным. — У тебя проблемы с доверием или ты просто контрол-фрик? — О боже... — Тони вдруг засмеялся в голос, чем здорово удивил. — Я не думал об этом, представляешь? Можно ведь делегировать даже это... Как тебе это удаётся? — Что именно? — не понял Питер. — Ну это! Быть таким... знаешь, вдохновляющим на перемены. — Я просто не создаю себе ад в жизни. Какой создают себе многие в силу привычки после трудного детства, например, — просто ответил Питер. — Когда много лет живёшь в аду, трудно перестать создавать его во взрослой жизни. — В этом определённо что-то есть, — согласился Тони. Некоторое время они молчали. — Слушай, может, сходим поплаваем? Я так наелся, что мне абсолютно точно нужна физическая нагрузка. И нет, сексом её заменить не получится, не прямо сейчас, — правильно трактовав взгляд Тони на "физическую нагрузку", с улыбкой сказал Питер.       Для заплыва они выбрали уединённое место, куда Тони привёз их на байке. Одежду скинули прямо там и аккуратно сложили на него. Тони думал остаться в нижнем белье, пока не увидел, как Питер раздевается догола. — Что? — Нет, я просто... восхищаюсь тобой.       Они зашли в воду, держась за руки. Прижимаясь друг к другу разгорячёнными телами, они ещё не знали, что их одежду своруют местные хулиганы. Они не знали, что добираться до дома придётся на мотоцикле голышом, вызывая интерес у зевак. Кто-то даже узнает в них тех самых Тони и Питера, о которых вот уже несколько дней писали в прессе. Они не знали, что после первой ночи, проведённой вместе, им захочется остановиться друг на друге. Что так приятно будет дарить себя другому. Что существует та самая взаимная любовь на всю жизнь, которую можно пронести сквозь годы.       Всё, что они знали прямо сейчас — это то, как приятно целоваться на сказочном острове без каких-либо ожиданий. И как приятно наконец начать создавать персональный рай у себя в душе.