Часть 1
8 ноября 2022 г., 01:02
Дело идёт к вечеру, в мужской общаге уже собирались кто куда: на оставшиеся факультативы, погулять по городу.
В комнате номер двадцать восемь тоже бурлила своя жизнь.
Клим разглёгся на кровати с учебником истории, Серёга восседал на спинке кровати, Антон опёрся на подоконник.
— Блин, Серый, представляешь, Милана опять надулась, — жаловался Седачёв. — Ну потискал Дашку, что такого?
— Стерва, что с неё взять, — хмыкнул в ответ Бельцев. — Вот именно, забей, помиритесь. Тёлки долго обижатся не умеют.
— Не тёлки, а девушки, — поправил его Клим
— Да ну тебя, — махнул рукой Антон. — Кстати, я с такой девчонкой в городе познакомился. Поветруля и рядом не стояла.
Потом Седачёв начал рассказывать про свою новую знакомую.
— Так, парни, вы хуже девчонок, серьёзно, даже Соловьёва со Степановой меньше о ухажёрах болтают, — оторвавшись от чтения учебника, воскликнул Поликутин.
— Так, правильный мальчик Клим, не видишь взрослые разговаривают. А ты, я смотрю, тесно с девками общаешься, — оторвал свой зад от подоконника Антон.
Клим пропустил его слова мимо ушей и отправился дальше изучать восстания декабристов.
— Поликутин, ты что, оглох? — плюхнулся рядом Седачёв.
— А ты как думал, не зря у нас в шкафу девчачья пижама завалялась, причём красивая такая, — сел с другой стороны Сергей.
— А зачем ты по моей полке шаришься, я деньги в карманах не храню, — уже начал раздражаться Поликутин.
— А нет, это Климчик у нас такой фасон носит, — подливал масла в огонь Бельцев.
— Скоро у нас и трусики с лифчиком заведутся, — похлопал по спине Клима Антон.
— Ну лежит и лежит, тебе она сильно мешает? — брякнул в ответ Клим.
— Мне мешает то, что она просто лежит, а я хочу видеть обладательницу, желательно снимающую эту пижамку.
Поликутин тяжело вздохнул и сжал кулаки:
— Лучше заткнись.
— Да ну, тебе жалко, что ли, — расплылся в улыбке Антон.
— Что жалко, если тебе так одёжка понравилась, я спрошу где купить, — ответил Клим.
— Ну ты и тугодум, ты серьёзно не понимаешь? Знаешь фотки такие, красивенькие и желательно без одежды, — потянулся к мобильнику Седачёв. — вот, смотри, мне Милана наскидывала столько, — Антон перелистывал фото за фото. — А твоя, как там её, блин, имечко сложное, пофигурестей Поветрули будет.
— Извините, но не пошли бы вы нахер.
— Какие мы скромные, если ты не знал, то твои фотки — достояние общественности, — прегрозил указательным пальцем Сергей.
— Не достояние, и раз так руки чешутся, то смотрите друг на друга. У меня ведь не только пижама на полке завалялась, будете развлекать друг друга, я мешать не буду, — ответил Клим и отправился в ванну.
— Ты глянь какие вещи наш добрый и хороший Клим знает, — брякнул Антон.
— И не такие знаю, — раздалось из ванной.
— Ой-ой-ой, и это мне говорит человек, который тёлок даже за задницу не держал, — продолжил своеобразную дискуссию Седачёв.
— Зато не меняю девушек как перчатки, и людей как тело не воспринимаю.
— Так это же и плохо, нужно ведь попробовать все вкусы, а потом только выбирать один.
— А можно и один вкус выбрать и больше не пробовать.
— Ничего ты не понимаешь, Поликутин.
Клим вышел и, накинув полотенце на обнажённый торс, сел на соседнюю кровать. — Всё я понимаю, в отличии от некоторых.
— Да ну его, Тох, пошли в город, — встал с кровати Поликутина Бельцев и потянул за собой Антона.
Стоило братцам кроликам выйти за дверь, как они поймали не сулящий ничего хорошего взгляд Долмацкой, подпирающей стену возле двери.
Девушка проскользнула в комнату.
— Сима! — раздался радостный возглас Клима стоило только двери закрыться.
Поликутин прижал Серафиму к груди.
— Давно под дверью стоишь?
— Как раз к разговору о моей пижаме пришла.
