The Mudblood of Slytherin

– Тонкс, Люсиль, – позвала Макгонагалл. Шепот и шипение эхом раздались с правой стороны большого зала. Со стороны Слизерина. Они знали историю о Теде Тонксе и Андромеде Блэк. Они все еще возмущались дерзостью старшего Тонкса. И они все еще приходили в ярость от мысли, что грязнокровка убедил Блэка запятнать свою честь и честь ее семьи. Они были разъяренными и возмущенными, но также им было любопытно. Первый Тонкс был помехой, а война еще даже не началась. На что же способна самая маленькая из Тонксов? Люсиль Тонкс была маленькой милой девочкой. Пухленькая, с круглыми щеками и густыми блондинистыми косами. Она была поразительно грациозна, удивительно горда. Несколько слизеринцев заерзали на своих местах. Так себя вели Блэки, как и воспитывали чистокровных детей. Андромеда Тонкс совершила отвратительный поступок, предательский поступок, если судить по этой девочке. Одно дело, отказаться от наследства своей семьи из-за грязнокровки. Другое дело, рассказать этой грязнокровке свои секреты. Шляпа опустилась ей на голову и захохотала. Она хохотала и хохотала, раскатистый смех раздавался по Большому залу так сильно, что Макгонагалл нервно посмотрела на нее. Затем, когда гогот обратился в смешок, она закричала, – Слизерин! Все застыли. Все, кто знал историю Теда Тонкса и Андромеды Блэк. Они знали, что он был маглорожденным. Они также знали, что это маленькая девочка была его сестрой. И они знали о войне, которая шла за стенами замка. И похоже, что девочка тоже это знала. Ее большие голубые глаза расширились и она натянула Шляпу еще сильнее, пряча свое детское лицо в тени. Шляпа засмеялась еще раз. – Ох, нет, Мисс Тонкс. Я не распределю вас куда-либо еще. Вы созданы для великих дел. Ужасных, да, но великих, – она снова засмеялась, будто бы она рассказала шутку, понятную только ей. – Вы не достигнете величия нигде, кроме Слизерина. Девочка вцепилась в стул побелевшими костяшками. Директор, который все это время боролся с внутренним собой на его троне, резко встал во весь рост, сверкающий в золотой мантии. – Шляпа, пожалуй, было бы мудрее- – Чепуха, Альбус. Я не видел такого желания со времен самого Тома Марволо Реддла. Альбус Дамблдор замолчал. Его испуганные глаза потемнели, когда он обратил внимание на застывшую на табурете девочку ниже него. – Идите, Мисс Тонкс, – сказала Шляпа. – Идите, будьте Ужасной и Великой, и вернитесь ко мне чтобы я могла сказать вам, что я предсказала это. Позже той же ночью Люси Тонкс выпрямилась в своей постели, крепко сжимая палочку в руках. Она смотрела на изумрудные навесы и повторяла каждое заклинание, которое она знала. В ту ночь она не спала. И не будет спать еще две.