DRABBLe & StoRy TWICE (PG-13/ NC-17)

Солнечный свет заливал кухню, делая её уютной и тёплой. Воздух был наполнен сладким ароматом корицы и свежих яблок. Момо, сосредоточенно наклонясь над столом, аккуратно выравнивала тесто в форме для пирога. Её движения были точными и выверенными, как у часовщика. В этот момент к её плечу прижалась НаЁн, обвив руками её талию. - Момо, я хочу персик, — прошептала она, и её губы коснулись кожи Момо где-то между шеей и плечом. Её руки медленно скользнули вверх, лаская живот девушки через тонкую ткань фартука. Момо, не отрываясь от мерного стакана с мукой, ответила с лёгкой улыбкой: - Мы покупали их вчера. Они до сих пор лежат в холодильнике, онни. Возьми, если хочешь. - Ты снова меня не понимаешь, детка, — НаЁн сжала объятия чуть крепче, а её пальцы нарисовали на животе Момо соблазнительный, едва уловимый узор. В её голосе звучала игривая обида. - Подожди, освободи на секунду, мне нужно проверить температуру духовки, — мягко, но настойчиво высвободившись из объятий, сказала Момо. Она потянулась за телефоном, чтобы ещё раз свериться с рецептом. НаЁн отступила на шаг. Её большие глаза, обычно сияющие лукавством, теперь смотрели с искренним огорчением. - Тебе рецепт важнее твоей собственной девушки? — она надула губы, демонстративно топнув ногой по кафельному полу. Без лишних слов она резко развернулась. - Тогда и оставайся со своим пирогом! А я пошла гулять. Момо лишь подняла взгляд, когда услышала торопливые шаги, удаляющиеся в спальню, а затем — решительный хлопок входной двери. Она вздохнула, пожимая плечами. - Будь осторожна! И не забудь на обратном пути купить молока! — крикнула она в пустоту прихожей, прежде чем вернуться к своему тесту. НаЁн иногда вела себя как капризный ребёнок, но её настроение обычно менялось так же быстро, как весенний ветерок. Час спустя идеальный яблочный пирог золотистого цвета остывал на решётке. Момо, наконец вытирая руки, почувствовала, как от долгого стояния заныли плечи. Она плюхнулась на диван в гостиной. - Детка! — позвала она, вкладывая в голос всю возможную нежность. — Сделай мне массаж, а то плечи затекли». В ответ — лишь тиканье часов. - Онни? — снова позвала Момо, и тут до неё медленно дошло. Она устало вздохнула, припомнив обиженное выражение лица НаЁн и хлопок двери. - Ох… Она обошла весь дом — спальню, ванную, даже заглянула на балкон. Всё было пусто. Лёгкая тревога начала шевелиться у неё в груди. Едва она собралась набрать номер НаЁн, как телефон завибрировал у неё в руке. На экране светилось имя «ЧонЁн». - Детка, яблочный пирог готов… — начала Момо, но её перебил взволнованный голос подруги. - Момо, чем ты опять расстроила НаЁн-онни? — спросила ЧонЁн, и её тон был необычайно серьёзным. Из фонового шума тут же послышались другие голоса. - Она у нас тут уже час рыдает! Всё твердит, что ты глупая и совсем её не любишь! — это кричала ЧжиХё. - Мина пытается её успокоить, но всё безрезультатно. У неё просто истерика, — добавила Сана, и в её голосе слышалась беспомощность. Момо, сбитая с толку, устроилась поудобнее на диване. - Я… я не понимаю. У нас всё было отлично. Мы были на кухне, я готовила пирог, а онни стояла рядом. Всё, как всегда. - Тогда при чём здесь персики? — прямо в трубку спросила Сана. - Персики? — Момо окончательно запуталась. — Мы вчера их купили, и они лежат в холодильнике. Я же говорила ей… ЧонЁн перебила её, и её голос стал терпеливым, как у учителя, объясняющего очевидное. - - Момо. Ты уверена, что правильно поняла значение слова «персики» в личном… ммм… лексиконе НаЁн-онни? - Ну да, конечно, — настаивала Момо. — Фрукты. Персики. Она всю последнюю неделю только о них и говорила! Утром, днём и даже ночью, перед сном. У меня всё время не получалось их купить, и вот вчера я наконец-то принесла домой целый пакет. Но странно… она так ни одного и не съела. На другом конце провода воцарилась гробовая тишина. Настолько глубокая, что Момо услышала, как вдали, за спинами подруг, всхлипывает НаЁн и как Мина что-то тихо и ласково ей нашептывает. - Девочки? Эй, вы ещё там? — наконец спросила Момо. — Не могли бы вы попросить НаЁн-онни ответить на мой звонок? Я всё объясню. Ответ пришёл хором, в котором смешались exasperation и невероятное удивление. - Момо, ты такая ГЛУПАЯ! — прокричали ЧонЁн, ЧжиХё и Сана в унисон. — Мы вообще не понимаем, почему НаЁн из всех нас выбрала именно тебя! Вот если бы… Подожди-ка… Мина, можно тебя на секунду? Момо услышала шуршание и шаги, а затем экран её телефона ожил — ЧонЁн переключила звонок на видео. Мелькнула знакомая гостиная ЧжиХё, а затем его закрыли четыре серьёзных лица: ЧонЁн, ЧжиХё, Сана и слегка смущённая Мина. - Минари, — с деловым видом начала Сана, держа телефон так, чтобы в кадр попадали все. — Ответь честно. Если бы тебе НаЁн-онни целый день на ушко шептала, что хочет «персиков», что бы ты сделала?» Мина, которая и так уже была розовой от смущения, мгновенно покраснела, как маков цвет. Она отвела взгляд от экрана, уставившись куда-то в пол, и прошептала так тихо, что Момо едва разобрала слова: «Я бы… я бы дала ей то, что она желает». «Сразу же? — безжалостно допытывалась ЧонЁн. — Или стала бы ждать целую неделю, покупая ей фрукты?» Мина, казалось, вот-вот испарится от стыда. Даже её шея покрылась румянцем. - С-сразу, конечно, — выдавила она, почти беззвучно. — Зачем ждать… НаЁн-тян… ей невозможно отказать. Момо смотрела на экран, и в её голове будто щёлкнул выключатель. Все пазлы — нежные прикосновения НаЁн, её обиженный шёпот, её постоянные намёки, которые Момо воспринимала буквально, — всё это вдруг сложилось в одну кристально ясную, ошеломляющую картину. Она моргнула раз, потом второй. Щёки её сами собой начали наливаться густым, пунцовым румянцем. ЧжиХё, наблюдая за медленным, но верным прозрением на лице Момо, не выдержала. Она наклонилась ближе к камере и, раздражённо крикнула на весь их дом (и, вероятно, на половину улицы), поставила жирную точку: - ОННИ ХОЧЕТ СЕКСА С ТОБОЙ, ГЛУПАЯ! В трубке снова наступила тишина, но на этот раз — напряжённая, звенящая. Момо сидела с горящими ушами, уставившись в пустоту перед собой. Она медленно подняла руку и прикрыла ею пылающее лицо. - Так… — её голос был тихим, сдавленным, обращённым больше к себе, чем к подругам на экране. — Так «персики» для неё… это… Она не закончила. Ей не нужно было. Тихий, сдавленный смешок Мины, а затем и непристойный хохот остальных трёх девушек в телефоне был красноречивее любых слов. Где-то на заднем плане, сквозь смех, послышался новый, уже более обнадёживающий всхлип НаЁн. Момо опустила телефон, глядя на идеальный яблочный пирог на кухонном столе. Уголки её губ дрогнули, а затем расплылись в медленной, смущённой, но тёплой улыбке. «Детка, возвращайся домой, мой «персик» очень скучает по твоим губам» - Момо написала следующее сообщение на телефон НаЁн.