Сказ о последнем из людей

Эта история началась со сказки. Сказке о человеке, что обрёк свой народ на вымирание. Сказка о том, кто подарил свободу зверолюдам. Многоликий странник не оставил нам своего имени, но оставил идею. Идею, гласящую о равноправии между людьми и зверолюдами. Однако, его мечта о мире рухнула, когда поколение рабов, Первое Поколение, сменилось Вторым и Третьим, возомнившими себя вершиной пищевой цепочки. Но давайте расскажем подробнее. Давным-давно, задолго до моего рождения, зверолюды являлись рабами, создаваемые в лабораториях. Сейчас их зовут Первым Поколением. Они, словно машины, были запрограммированы служить хозяину — человеку, ради которого они создавались. Их жизни не принадлежали им самим, и они даже не думали о том, что должны иметь хоть какие-то права. Они были по-настоящему счастливы. Однако, однажды появился «хороший» человек, который даровал возможность зверолюдам, по природе бесплодным, возможность иметь детей. Это стало началом конца человеческой эпохи. Зверолюды Второго Поколения — первые рождённые естественным путём — подчинялись людям словно по инерции, и уже были способны принимать самостоятельные решения, противоречащие воле хозяина. Это был первый звоночек, который все проигнорировали. На тот момент население планеты насчитывало десять миллиардов человек и более трёх миллиардов зверолюдов. С виду, у людей значительный перевес, однако зверолюды размножались куда быстрее, давая за роды более двух потомков, не говоря уже о том, что от союза зверолюда и человека всегда рождался маленький зверолюд. Испугавшись, люди начали хвататься за своё единственное преимущество — за свои технологии. Всего пара строчек кода, и ни один зверолюд больше не имеет доступа к продуктам научного прогресса. Однако, это лишь ускорило приближение конца. Третье Поколение не просто отказалось подчиняться людям, а решило, что оно является вершиной пищевой цепочки. Тогда появился предводитель восстания — получеловек-полузверь. Он считал, что люди недостойны права на существования. Звучал он достаточно убедительно, чтобы собрать вокруг себя единомышленников. Под его командованием началась резня. Используя современное оружие, люди могли уничтожать сотни тысяч врагов, пока мы могли лишь поразить их из старого ружья. Эта битва продолжалась годами, пока последний человек не был наконец убит. Уже не сосчитать, сколько душ покинуло свои тела, сколько территорий было уничтожено или заражено. Имя этого предводителя, истребившего свой вид, было утрачено навеки. Пожалуй, это к лучшему, ибо вместе с борьбой он унёс с собой в могилу и тот научный прогресс, которого достигли люди. Вместо нашего века «будущего», мы получили постиндустриальную эпоху. Единственное, что осталось, это генная инженерия, благодаря которой зверолюды впервые появились на свет. Мы смогли удлинить наши жизни, замедлив развитие. Если раньше половозрелыми зверолюды становились в пять лет и младше, то теперь этот срок увеличился в три раза. А ошейники, что сдерживали рабов Первого Поколения, были полностью уничтожены, знаменуя нашу свободу! Слегка тяжёлая история для ребёнка, что скажете? Впервые я услышала её от матери, когда мне было всего пять. Тогда я посчитала это обычной сказкой, но уже в школе это преподавали на уроках истории. Тогда я заметила, с каким воодушевлением дети вокруг слушали учителя. Мне казалось это таким странным. Целый разумный вид был истреблён, но они так радуются этому. Это так смутило меня, что я чуть было не заплакала. Собравшись с духом, я спросила у учителя, почему эта история преподаётся так позитивно, ведь она такая ужасная. Это была моя первая самая большая ошибка в жизни. Наверное, этот взгляд моих одноклассников я не забуду никогда. Эта сцена до сих пор снится мне в кошмарах. Все, включая моих лучших друзей, посмотрели на меня с таким презрением, что я моментально почувствовала себя изгоем и врагом, точно я не зверолюдка, а человек. Я было хотела получить хоть какую-то поддержку от своего любимого учителя, однако от также скривил свою морду. Не проявляя никакой тактичности к ребёнку, он начал утверждать, что люди были очень жестокими, и что хорошего человека было попросту невозможно встретить, и именно поэтому эти твари должны были сгинуть. И это я, цитируя, заменяю особо грубые слова. Стоило мне только попытаться возразить, меня криками выгнали из класса. Никто не хотел меня слушать. До самого вечера я сидела в раздевалке, дожидаясь, когда моя мама, отпросившись с работы, приедет в школу. Лишь вместе с ней мы вошли в кабинет директора, где уже нас поджидал и учитель истории, и школьный психолог. Глупо было мне полагать, что я смогу объясниться, что меня смогут понять. Их ответ был один и тот же: «Люди – главное зло планеты». Стоит ли говорить, что дальнейшее обучение постепенно превращалось в пытку. Хотя все вокруг твердили мне, что именно люди были самыми жестокими существами, но именно одноклассники превращали мою жизнь в ад. И я больше не могла получить защиты от учителей, ибо слух о моей «любви к людям» разошёлся по всей школе. До того дня я была круглой отличницей, однако после моя успеваемость стала быстро падать. Это связано не столько с постоянным занижением оценок, сколько с потерей интереса к учёбе. Всё чаще я стала прогуливать. Не ходила чуть ли не месяцами. И, что печально, это никого не волновало. Хотела бы я сказать, что стала сильнее, но боюсь соврать. Приходя в школу, одноклассницы пытались утопить меня в унитазе, а потом я слушала претензии от учителей, что в один голос твердили о моей безалаберности. Вернувшись домой с порванными наушниками, я слушала крики матери из-за постоянных прогулов. Друзей у меня, что логично, не было. Но если я не ходила в школу, при этом уходила из дома каждый день, где же я была? Ответ прост и банален — в библиотеке. По книгам я пыталась научиться жить самостоятельно, мечтая лишь о том, чтобы однажды сбежать как можно дальше, пускай даже в джунгли, лишь бы никого рядом не осталось. К слову, старинные книги почти все были уничтожены. Но те, что сохранились, становились моими любимыми. Я перечитывала их от корки до корки каждый день. Именно по ним я писала свою историю мира. Думаю, именно это увлечение помогло мне не озлобиться на всех. Всё это продолжалось вплоть до тех пор, пока не закончилась базовая школьная программа. На церемонию награждения я так и не явилась. Экзамены были кое-как сданы – вот и чудно. Но продолжать обучение намерений не было. С того рокового дня я мечтала сбежать из этой деревни, чтобы больше никого из них не видеть. И тогда я попрощалась с матерью. Сначала она кричала на меня, но потом, осознав серьёзность моих намерений, стала умолять меня остаться. Несмотря на то, что биологически я наполовину песец — плодовитый вид — я была единственным ребёнком в семье, а отца не видела никогда. Но удержать меня уже ничто не могло. Взяв все накопленные мною деньги, я уехала в город. Тогда я впервые была в поезде. Было так необычно ехать, куда глаза глядят. Однако отступать было попросту некуда.