Сказ о последнем из людей

Морис в телефоне: Адам, это Морис. Ты совершил чудо! Мои родственники со всего мира звонят и спрашивают, правда ли с города сняли блокировку. Мужик, весь мир теперь знает о том, что ты сделал! – кричал Морис в телефонную трубку. Элис: И это всё, что происходит на поверхности? Морис: Ой, Элис, и ты там? Не только. Речь Адама разошлась вместе с утерянными данными людей. Сейчас чуть ли не каждый зверолюд скачивает некогда удалённую информацию. Чёрт, на всех улицах звучит твоя музыка. Знаешь, поначалу многие испугались, особенно после подрыва корабля, но вот теперь повсюду я всё чаще слышу фразу «Паук плетёт паутину свободы», чтобы она не значила. Когда переходим к фазе посылок? Адам: Скоро, друг. Склады уже почти заполнены. До ноября успеем. Предупреди всех наших, чтобы скорее относили коробки в тоннели, если они их запасали. Роботы сами разберутся с их доставкой. И да, Морис, если что-то наверху изменится, тут же предупреди меня, хорошо? Морис: Так ведь уже изменилось. Все федеральные СМИ называют тебя террористом, говорят, ты хочешь подорвать город вместе со зверолюдами, поэтому туда никого не пускают. Однако, что могут сделать военные, когда туда прутся тысячи тысяч? Чёрт, так волнующе! На месте хочется прыгать от такого количества народа. А ещё твой дом нашли… Адам: Не переживай насчёт дома. Мы забрали оттуда всё важное. Пока будем отсиживаться в тоннелях, снимая блокировку с проходов и городов. Чем больше зверолюдов мы убедим в нашей доброжелательности, тем быстрее паук сплетёт паутину свободы. Морис: К слову, откуда пошла эта фраза? Адам: Элис подсказала. А ей сказал хирург, что оперировал меня. То есть, получается, с низов фраза пришла. Морис: Ладно, у меня ещё дела остались. До связи. - Адам, ты не говорил ни про какие посылки… – задумалась Элис. - Ох, это будет грандиозно. Но сейчас говорить об этом слишком рано. Как никак мне нужно собрать посылок на все города близ столицы. А пока давай разблокируем очередной городок. Жаль, что он сильно разрушен, – Адам подключился к терминалу. Снова заиграла музыка, но на этот раз другая, ещё никому неизвестная, кроме Адама. Потанцевать под неё не получится, к несчастью для Элис. Тем не менее, голос певицы почему-то радовал душу. Уцелевшие части города вновь загорались. Из-под земли стали выезжать роботы, чем очень сильно напугали охранников, сразу открывших огонь. Однако выстрелы не брали роботов, но и сами машины не трогали патрульных. Они ехали к разрушенным строениям, разбирая их на части. Всё больше строительной техники покидало тоннели, чтобы разобрать все завалы. - Всем зверолюдам внимание! Вы прослушали отрывок некогда уничтоженной оперы «Кармен». Блокировка с утраченного города снята, но возвращаться в него пока ещё рано. Нужно дать время строительным роботам полностью восстановить все разрушенные здания и инфраструктуру. На время стройки просьба избегать своего нахождения в пределах города. Паук плетёт паутину свободы! – звучал голос из динамиков, раздаваясь эхом по всему миру. - Адам, роботы правда могут это сделать? – удивилась девушка. - Ха, в былые времена именно роботы строили города. Для них это раз плюнуть. А теперь либо уйди, либо прикрой тело чем-нибудь, либо надень ошейник, встав позади меня. Нас снимают. Удивительно, что здесь самый мощный передатчик для ТВ, – улыбнулся Адам. Элис призадумалась. Она не хотела оставлять Адама одного наедине с миром, но и надеть ошейник не смела. В конце концов, этот ошейник – символ былого рабства, и сильно бы подпортил отношение к Адаму. Ещё пару месяцев назад она без зазрений совести нацепила бы его, чтобы не подставлять себя, но сейчас… - Я буду рядом с тобой без ошейника. Не хочу выставлять тебя рабовладельцем, – ответила девушка. - Во время прямого эфира ты будешь с ошейником, – Адам нацепил на неё ошейник раба, когда вдруг понял, что эфир уже давно начался. – Упс… Эм, мы уже в эфире… - Как, уже? – удивилась девушка, руками поправляя причёску. - Да чего ты там поправляешь-то? – улыбнулся Адам. – Так, приветствую вас, зверолюды. Я – последний человек на планете, и я здесь, чтобы объяснить некоторые свои действия. Для начала я извиняюсь за ошейник на этой особе – он необходим для её защиты, ведь без него она оказалась бы заперта в этих катакомбах. Я хочу вам преподать урок истории. Настоящей, а не изменённой для пропаганды. Начнём же. На самом деле, Первое Поколение сражалось на стороне людей, как это не удивительно. То есть ваши предки бились с собственными детьми. Элис продолжила за Адамом: Во-вторых, люди не создавали технологий, неподвластных зверолюдам. Наше правительство само ограничило вашу свободу путём создания эмблем. Они блокируют возможность владельцу использовать утраченные технологии. Ну и ещё одна проблема – уничтоженные ошейники рабов. Вторым критерием для использования технологий людей является именно он. Любой, кто сломает эмблему и наденет ошейник, сможет проникнуть в любой город, использовать любую утраченную технологию. Но делать этого мы вам не рекомендуем, так как снять ошейник может только человек. Задумайтесь, зачем нам вживили эмблемы? Кому понадобилось нарочно забирать у нас прошлое и будущее? - В-третьих, я прошу вас понять одну простую истину: мировое правительство называет меня террористом, потому что я несу для него прямую угрозу. Но они лишь кучка существ, желающих власти. Для всего же мира, для каждого зверолюда на планете, я не враг, а единственная, пока ещё живая, возможность вернуть своё законное право на свободу. Я – не мои прадеды, что участвовали в войне. Я – ребёнок этой эпохи и этого времени, и я на вашей стороне. - Я отдам свою жизнь, чтобы помочь ему… – дождавшись своей очереди, начала Элис, когда её перебили. - Так, вот только давай без самопожертвования, пожалуйста. - Ладно… Я сделаю всё возможное, чтобы помочь ему. И я прошу ВАС помочь ему, чтобы он мог помочь вам. У него нет будущего. Но он продолжает стараться! Стараться ради нас! Хватит уже игнорировать простой факт того, что мы нуждаемся в нём! Он паук, что плетёт паутину НАШЕЙ свободы. Хватить уже это отрицать, – кричала девушка. - Всё-всё, ты как-то резковато, – попытался вмешаться мужчина, но Элис закрыла ему рот лапой. - Молчи, Адам, – резко ответила девушка, световой сигнал на ошейнике окрасился в оранжевый – вот-вот может раздаться предупредительный разряд тока, – я не закончила. Адам резко вскочил и обнял девушку, сдавливая ей грудную клетку и лапы, чтобы она не могла даже вдохнуть. Лицо её даже с белой шубкой становилось ещё более бледным. - «Элис, – шептал он ей, – ни слова больше. Ошейник принесёт тебе ещё больше боли, если ты не успокоишься». - Что же, – Адам вновь посмотрел в объектив камеры, не переставая держать Элис под боком. – Хватит на сегодня вам пищи для размышлений. В Интернете появилось ещё больше сайтов, созданных людьми. Рекомендую перекачать их как можно скорее, ибо среди вас есть предатели, которым не понравится возвращение утраченной культуры. Паук плетёт паутину свободы! Камера перед ними замигала красным огоньком, сигнализируя об отключённом эфире. Элис упала на колени, пока её тело шатало. Адам присел рядом, позволяя ей улечься на него. - Глупая ты, лисичка. С ошейником нельзя показывать такие сильные эмоции, – проговаривал Адам, снимая с неё ошейник. - А это… и правда очень… больно. Будь у меня воздух в лёгких, я бы взвизгнула. Хорошо, что ты сжал меня, как клубок шерсти, – улыбнулась Элис, но глаза её, покрываясь слезами, не могли сфокусироваться на лице Адама. - Здесь где-то должен быть холодильник, может, в нём остался лёд… – Адам начал искать взглядом что-то. - Не нужно. Твои руки достаточно холодные. Просто прижми ладони к моей шее. Ты испугался за меня, – заулыбалась девушка, – или за то, что я сорву тебе эфир? - Эфир меня не интересует. Если зверолюды не хотят свободы, я не буду настаивать. Это их решение, – Адам поправил ей волосы. - Я немного посплю, можно? – не дожидаясь ответа, мышцы Элис расслабились, сознание помутнело, и она отключилась. - Поспи, лисичка. Ещё немного, и нам с тобой дадут шанс. А до того момента, я буду тебя оберегать. Ты в безопасности, – Адам поднял взгляд на экран выше камеры. – Была бы, если бы здесь не было сразу две камеры! Чёрт… Эм… и снова привет, хе-хе… Как неудобно получилось… Закончить эфир…