Белоснежка

-Почему я должен играть принца?! – возмущался Ичиго, потрясая сценарием одной старой и красивой сказки. -Молчи, глупый сын! Урахара очень просил, чтобы принца играл именно ты! К тому же, ничего больше тебе доверить нельзя. Ты только мечом махать умеешь с серьезным видом! -Придурок! – выдохнул рыжий, вообще не понимая смысл происходящего. -Тебе-то что? – проворчал Урюю, посматривая на свою роль. – Ты же хотя бы не гном. -Кстати, кто будет Белоснежкой? – спросила Тацки, которой тоже достала участь одного из семи маленьких человечков. -Ей будет Рукия-сан! – торжественно объявил отец семейства Куросаки, он же главный режиссер. – Посмотрите только, она же идеально подходит для этой роли: черные как смоль волосы, алые губы и белая, как снег, кожа! -Ну, что вы, Куросаки-сан, - смутилась девушка, утопая в комплиментах. – Вы мне льстите. -Нет, Кучики-сан! – поддержала Иноуэ. – Вы ведь правда идеально подходите для этой роли! Куросаки-сан, а кто будет играть злобную мачеху. -Ее буду играть я! – в комнату зашла Мацумото Рангику с высокой прической и в черном платье с глубоким декольте. -Рангику-сан! – Орихиме пришла в восторг, рассматривая уже перевоплотившуюся злую королеву щенячьими глазами. – Вы восхитительны! Рангику коварно засмеялась зловещим смехом, сразу оставив все остальные кандидатуры на роль злодейки вне конкуренции. -Итак! – подытожил Ишшин, потирая руки, - актерский состав утвержден. Пора начинать репетиции! -Нет, нет, нет и еще раз нет! – орал режиссер, заливаясь слезами. – Что вы делаете с бессмертным произведением?! -Отец, ты достал! По-моему, ты придираешься! -Просто, Куросаки-кун, - влез Исида со своими замечаниями, - принц не должен краснеть, когда целует Белоснежку! -Да! – хором подтвердили гномы в лице Орихиме, Тацки, Кейго, Мидзуиро, Ренджи и Чада. -Заткнись! -Ты неумеха, Куросаки! – фыркнул Ренджи, - лучше поиграй гнома, а я буду принцем! -Заткнись, гном! Я справлюсь с этим лучше! -А в чем проблема? – не поняла Рангику, мило моргнув глазами, - если у вас не получается, то нужно просто по репетировать отдельно от всех. Рукия тоже бледнеет не слишком романтично. Парень лежал на кровати и отвлеченно рассматривал потолок. На открывшуюся дверь он даже не обратил внимания. Рукия подошла ближе, присела на край кровати. -Мы может поговорить? -Ты о том дурацком спектакле? Не обращай внимания на них. -Ичиго, я думаю, Мацумото-сан была права, когда советовала порепетировать. -Я понимаю, что ты во всем стараешься добиться совершенства. Но по мне так это просто бред. -Ичиго, понимаешь, - замялась Рукия, опуская глаза в пол, - завтра этот спектакль будет смотреть все Сообщество душ. Я бы хотела, чтобы моему брату понравилось! В голове у парня мелькнула мысль, что он играет принца только потому, что больше никто не сможет отбиться от сенбонзакуры. Но он тут же загнал ее в угол сознания, понимая, что дело не в этом. -Ну, если для тебя это важно, можно и порепетировать. Ичиго соскочил с кровати, уступая место девушке. Кучики, поправив как следует подушку, легла, очень натурально изобразив мертвую. -О, моя любовь! – Ичиго встал на одно колено рядом с кроватью и наклонился. – Как я могу жить без тебя? – он запинался, повторяя эти слова, и краснея под цвет своих волос. Он наклонился и поцеловал ее, так же неуклюже и по-детски, как во время репетиций со всеми. Рукия лежала неподвижно, «очнувшись» только когда перестала чувствовать его дыхание. -Не знаю, что тут можно сделать, - смущенно пробормотал Ичиго, усаживаясь на полу и приваливаясь спиной к кровати. -Может быть, стоит просто потренироваться в поцелуях? А потом должно пойти легче. Ичиго покраснел, но послушно пробормотал: -Ну, если ты так думаешь. Но садиться на кровать рядом с девушкой не спешил. Рукия спустилась к нему, нерешительно присаживаясь рядом. Расстояние между ними оказалось слишком большим, поэтому девушка, нерешительно поднявшись на ноги, спросила: -Можно? – и тут же уселась на его колени, как будто так и надо. Парень покраснел, но честно даже положил свои руки ей на талию. Их глаза встретились, время замерло, а сердца стали биться чаще. Они утонули в бездне, не в силах вернуться в реальность. -Я что ли тебя целовать буду? – спросила Рукия, не отводя взгляд. Он обнял ее, притягивая к себе. Губы коснулись губ. Это было совсем не похоже на те поцелуи, которого до этого были на репетициях. Они целовались страстно и нежно, безудержно и мечтательно, не желая отрываться друг от друга и не успевая перевести дыхание. Он перенес ее на кровать, она повалила его за собой. Они так и заснули, не понимая, когда закончился очередной поцелуй. *** Декорации буквально летали по сцене в разные стороны, следуя за суетящимся главным режиссером. Естественно, начало задержали на 15 минут, но зал встретил Рангику, сидящую в величественной позе напротив зеркала, бурными аплодисментами. -Свет мой зеркальце, скажи, - начал Рангику спектакль, - да всю правду доложи: Я ль на свете всех милее? -Ты, королева, всех здесь милей! – ответило ей зеркало голосом Кона, после чего зал буквально оглох от злобного истерического смеха Мацумото. Хитсугая, который вообще не хотел смотреть этот спектакль, но пошел ради своего лейтенанта, в этот момент подумал, что запах сакэ намного приятнее подобных выходок. -Я умна, талантлива, красива! Чего же мне еще желать? -Госпожа моя, - на сцену прибежала Карин, переодетая мальчиком-слугой. – Мой хозяин, король, желает, чтобы вы стали его женой! -Ах, насколько я хороша! Сам король сватается ко мне! Я буду королевой! Тут пошла музыка, под которую привлеченные для помощи свободные шинигами сменили декорации, вместо мрачной колдовской башни построив прекрасный замок. Но зеркало осталось стоять на месте. -Ах, как же я хороша, - хохотала Мацумото, в то время как Хитсугая уже прикрыл уши, - так еще и королева теперь. Вот только король умер и осталась одна дочка его, - Рангику сделала вид, что подошла к окну. На второй части сцены танцевала Рукия в красивом белом платье. – А зовут-то ее как – Белоснежка! Бледная, словно моль! То ли дело я! Свет мой зеркальце скажи, - снова уселась она перед своим отражением с голосом Кона, - да всю правду доложи: я ль на свете всех милее? -Ты, королева, красива собой, а все же Белоснежка выше красой! -Ах! – Рангику схватилась за сердце, опираясь на декорации, которые опасливо пошатнулись под ее напором. – Как же так? Ведь это я должна быть самой красивой на свете! Мерзкая девчонка! – Рангику крикнула за сцену: - Позвать ко мне лесника! -Я здесь, ваше высочество! – на сцене возник Ишшин, разодетый в камзол подороже королевского платья. -Уведи Белоснежку в лес и убей там! А в доказательство принеси мне ее сердце! -Но как же! -Ты посмеешь ослушаться моего приказа?! – топнула Мацумото ногой. -Нет, ваше величество! Сию минуту, ваше величество! Ишшин и Мацумото разошлись в разные стороны, занавес закрылся, и через полминуты перед глазами зрителей была уже полянка, которую должны были изображать криво торчащие из сцены искусственные цветы. -Пожалуйста, добрый человек! Не убивай меня! – Рукия стояла на коленях и причитала так натурально, что Бьякуя невольно схватился за катану. – Я убегу в лес и больше никогда не вернусь домой! -Хорошо, дитя! – у Ишшина проступили слезы на глазах, и он прижал Рукию к себе так, что бедная девочка чуть не задохнулась. – Беги, я не выдам тебя! В итоге убежал он сам, а Рукия, причитая и плача, дошла пару метров до предусмотрительно поставленного домика в лесу. Постучалась Рукия, и из домика, пригибаясь, чтобы не сломать дверной проем вышли семь гномов в смешных красных колпачках. Гномам начали аплодировать сразу же, как их увидели. Хитсугая аплодировал стоя, потому что прекрасно понимал всю тяжесть своего положения, если бы режиссер решил сделать гномов как положено маленькими. -Что делаешь ты в такой глуши, девочка?! – важно спросил Исида, поправляя очки. -Меня хотела убить моя мачеха! Но лесник, которому она приказала это сделать, пощадил меня! -Ах, бедная-бедная девочка! – крикнула Орихиме и принялась обнимать заплаканную Рукию. В этот момент, глядя, как у Рукии набегают слезы на глаза, весь зал прослезился. Даже Бьякуя решил после спектакля поговорить с Мацумото и Ишшином об их поведении. - Не хочешь ли ты присматривать за нашим домашним обиходом – стряпать, стирать на нас, постели постилать, шить и вязать? И если ты все это будешь умело и опрятно делать, то можешь у нас остаться надолго и ни в чем не будешь терпеть недостатка? – спросила Тацки как самый практичный гном. -Извольте! – ответила Белоснежка. -Тогда оставайся у нас, сестренка! – Кейго хотел было броситься обнимать Рукию, но Чад поднял его над землей во избежание изменений в сценарии. И они все вместе зашли в домик, пока декорации снова стали меняться. Перед закрытым занавесом появилась Рангику, за которой семенило зеркало с голосом Кона и ножками Ишшина. -Я ль на свете всех милее? – без предисловий спросила ведьма. - Ты, королева, красива собой, Но все же Белоснежка, что за горой В доме у гномиков горных живет, Много тебя красотой превзойдет. -Ах! – закатила глаза Мацумото. – Ну, я им всем покажу! И оставила зеркало догонять ее, умчавшись за кулисы. Сцену посередине разделяла одинокая дверь. На одной половине Рукия подметала пол, заставив Бьякую скрипнуть зубами, пожелав Куросаки старшему умереть от икоты. К двери подкралась старушка, хищно закатившись смехом злой королевы. -Тук-тук-тук! Рукия встрепенулась, будто и не ожидала, и пошла открывать дверь. -Кто там? -Старая больная женщина, - прохрипела Рангику, заставив Хитсугаю задуматься о том, что лейтенанта на всякий случай надо сводить к врачу. – Не купишь ли ты у меня яблоко? Смотри, какой румяное. -Ах, и вправду! – восхитилась Рукия. – Только вот нет у меня денег. -Что же за беда такая? Ну, ладно. Так и быть, такой красавице я дам яблочко бесплатно. Когда Рукия, изображая, что задыхается, упала на пол, а Рангику дьявольски рассмеялась, Бьякую пришлось усаживать аж впятером, уверяя, что это такой сценарий. Рангику скрылась, а на сцене незамедлительно появились семь гномов, которые устроили на десять минут такой «реквием по Белоснежке», что женщины в зале рыдали в открытую, а мужчины стоически прятали слезы. Хрустальный гроб, который был изготовлен из пластмассы, Чад и Ренджи вынесли почти в зал. И мирно устроились на сцене в скорбных позах. Ичиго, верхом на Забимару прорвавшийся прямо к гробу через весь зал, произвел фурор. Соскочив с Банкая, рыжий упал перед гробом на колени: -О Боже! Какая красавица! Как может она лежать здесь неподвижно?! Я покорен этой красотой! – ему не поверили ни на грош, особенно потому, что Ишшин из-за сцены показывал сыну кулаки. -О, любовь моя, - произнес Ичиго без тени наигранности, которая до этого звучала в его словах. – Как я могу жить без тебя? В полной тишине он, уже не краснея, коснулся ее губ своими. Мертвая ответила на поцелуй, обвив его вопреки сценарию руками. -Я так и знал, что этим кончится, - ледяным голосом поведал всему залу Бьякуя, на секунду отрывая внимание от парочки. -Как же долго я спала! – произнесла Рукия, глядя только на своего принца. Ичиго подхватил ее на руки, гордо произнося только ей: -Пойдем, любовь моя! Больше никто не заставит тебя страдать! На сцене с их появлением явно оживились, все гномы, кроме Чада и Ренджи, которых взяли только, чтобы перенести гроб, радостно запрыгали и коллективно решили идти мстить королеве. Под крики Мацумото, которую жгли на костре, Ичиго и Рукия самозабвенно целовались, репетирую следующий спектакль.