Любовь среди боли

Глупо улыбаясь, девушка шла по освещённым тротуарам города к своему дому. День она провела просто прекрасно. Кажется это и нужно было ей. Передышка. От дел. Школы. Пустого дома. В который она сейчас опять возвращалась. Достав маталические ключи из кармана рюкзака и уже вставляя их в дверь, девушка поняла, что она не заперта. «Неужели родители вернулись? Ох, а если..» Блондинка, быстро дёрнув на себя дверную ручку, увидела не столь приятную картину, которую хотела бы сейчас видеть. Мама ходила из стороны в сторону. Не к добру. Она всегда так делала, когда что-то её беспокоило и, видимо, София знала, что волнует её в этот раз. Отец с кем-то разговаривал по телефону на кухне. Неприятное чувство разлилось по всему телу Фроловой. А ведь, кажется, совсем недавно она сидела рядом с Мией и болтала обо всем, также успевая воровать у неё сладкую вату. Соня постаралась закрыть дверь как можно тише, но мать всё равно её заметила и завопила. — София! — Громко крикнула и при этом очень рассерженно. — Мы с отцом уже обыскались тебя! Как ты могла прогулять школу?! Неужели мы что-то сделали не так? Почему, София? Что произошло? Где. Ты. Была?! Фролова виновато снимала весь верхний слой одежды, выслушивая претензии. Вот и отец на мамины крики подтянулся. —София. Марш на кухню.— Строгий и зловеще спокойный голос. Соня всегда боялась отца в гневе. Сейчас она боится не то что в глаза взглянуть, а просто глянуть в его сторону, поэтому она тупо смотрела на светлый пол. —Антон.. —Я сам с ней поговорю.  Отец ушел на кухню. Софии только и оставалось пойти следом. Зайдя на кухню, Соня вспомнила как хорошо и уютно было в этой комнате рядом с родителями. До того как они решили что работа это - всё. Сейчас на кухне было нехорошо и совсем не уютно. Скорее наоборот. —София, ты хоть понимаешь, что сделала? Она всегда. Всегда. Старалась быть послушной, хорошей, прилежной дочерью. Каждый раз, когда она делала что-то не так, она начинала трудиться ещё усерднее, усерднее и усерднее. Пока тело не упадет от изнеможения. Она начинала ненавидеть себя. И каждый раз, когда такое повторялось, ненавидела себя ещё сильнее. В голове всегда была лишь одна мысль Недостаточно. —Да..— Соня ненавидела себя за свою слабость. Особенно перед отцом. —Этого ответа недостаточно. Где ты была? В горле будто ком застрял, который не давал ей говорить. —Я.. я была с Мией. —И что ты делала с этой Майей?! —В разговор вмешалась встревоженная и рассерженная мама. Было чувство, что она специально корявит имя Мими. —Мией. Громкий удар кулаком по столу. Отец зол. —ТЫ ЕЩЁ И ПРЕПИРАЕШЬСЯ?! —Дорогой.. —София, я вижу мы тебя совсем распустили. Мало того, что ты школу прогуливаешь, так ещё и не слушаешься. Ты говорила про подругу, да? —Да.. —Связалась чёрт знает с кем и школу прогуливаешь. Мы запрещаем тебе с ней общаться. И теперь будем отслеживать каждый твой шаг. Также урежем твои карманные. —Ещё раз узнаем, что ты прогуливаешь, отправим в интернат для девочек. — Мама начала помогать отцу. —Но..! —НИКАКИХ НО. Я всё сказал. Я разочарован в тебе.— Мужчина ушел из комнаты, оставляя женщин. Слыша, как удаляются его шаги в гостиную, Фролова поняла. Это конец. —Я надеюсь, ты всё поняля, София. А сейчас иди в комнату и подумай над своим поведением. Соня ненавидела, когда родители так зовут её. Особенно мама, которая сейчас ушла вслед за отцом, оставив Соню одну. «Это катастрофа» Неприятное чувство поселилось в груди блондинки. Ноги словно сами управляли собой и несли её в комнату. Такую милую, розовую. Там, где она сможет подумать над своим поведением. Скрип кровати под её весом. Она не могла понять. Почему? Что она делает не так? Она же так старается. Неужели один единственный прогул такая катастрофа?! Они разочарованы в тебе. Ты ужасная дочь. Ты ужасная ученица. Ты ужасная. Жестокий голос, который отравлял жизнь Фроловой. Но что если.. он говорит правду?

—

—Ах.. Девушка, ощущая ужасный кислотный вкус, упала у унитаза. Она уже неделю делает всё по одной схеме. Ест меньше. И больше не ест мучного, сладкого и жирного. Пока она вызывает рвоту, после которой ей очень хреново, зато она худеет. Уже 3 кг потеряла! Она нашла силы подняться и посмотреть в зеркало. Там она увидела жирную и столь ненавистную девушку. Себя. От постоянной тошноты, которую она вызывала, у неё в уголках губ образовались трещины, и к тому же чувствовался постоянный отвратительный кислотный привкус. Она не могла смотреть на себя. «Он тоже не мог смотреть на тебя.. поэтому и выбрал её..» Она умылась и прополаскала рот, лишь бы избавиться от этого ужасного вкуса. Единственное чего она хотела с тех пор, как Дэн влюбился в Алёну, так это стать красивой, то есть похудеть. Она делала всё, лишь бы скинуть ещё один грамм. Она старалась не смотреть в зеркала, чтобы не видеть толстуху и не вспоминать, почему он влюбился в Алёну. «Потому что она красивее и худая..» Девушка, закрывая дверь ванной, направлялась в свою комнату и всеми силами старалась игнорировать кухню. С тех пор она решила реже заходить и вообще не смотреть на неё. Евгения упала на кровать, опять думая о весе и как быстро она худеет. Кажется, эта цель завладела Смирновой. Все мысли были посвещаны лишь ей. Похудеть. Ей нужно похудеть. Тогда.. тогда же он обратит на неё внимание..да? Тяжёлая голова и постоянная усталость выматывали, хотя Женя вроде даже привыкла. Вроде. Хорошо, что Влад сейчас весь в учебе, а мама как всегда на работе. Хах, впервые она может благодарить за это. Смирнова понимала, что будь они хоть чуточку внимательнее, они бы поняли, что она всеми силами хочет стать красивой.

—

«АААА ЧЁРТ» Парень ходил из одного конца комнаты в другой, не находя себе места. Кажется, мысли сводили с ума. Он не мог понять. Ну просто не мог понять, почему! «Все же было идеально! Почему? Она была.. просто прекрасна, но.. она слушает Инстасамку?! Боже, лучше убиться об стенку. Ладно, вкусы в музыке, окей. Она ненавидит картошку.. КАРТОФЕЛЬ, ЧЕРТ ВОЗЬМИ. Ещё и её привычка перебивать, и.. она постоянно трогала меня, бр-р, ужас, никакого личного пространства! А ещё её духи.. были слишком.. слишком сладкими. Думал, задохнусь.. она ещё и болтала без умолку это, конечно, мило, но.. постоянные разговоры о каких-то тусах с друзьями.. Как же меня бесило то, что она вечно смотрела в телефон и с кем-то переписывалась. А-А-А-А-А ОНА НАЗВАЛА МЕНЯ ДЕНИСКОЙ! ДЕНИСКОЙ, БЛЯТЬ! Это переходит все границы. Ненавижу. Когда. Меня. ТАК. Называют!» Самое неприятное воспоминание из младшей школы, наверное, было именно это. Когда-то он был неуверенным и очень стеснительным мальчиком. Тот день, когда им задали гребанный стих Пушкина «У Лукоморья дуб зелёный..».. Он слишком переволновался и запнулся, из-за чего все стали ржать над ним. Очень неприятно. Особенно для очень стеснительного мальчика. Но самое неприятное было не это, а то, что какой-то идиот выкрикнул "Дениска - редиска" на весь класс, когда Денис стоял и краснел, как помидор. После, это прицепилось за ним до конца 3 класса. С тех пор он и просит звать его Дэн. К Дэну же никакого неприятного прозвища не придумаешь. Ну кроме Дэн-хрен разве что, но теперь это его не так волнует. Парень наконец сел на кровать, упёршись локтями в колени и закрыв лицо в ладонями. Было чуство, что что-то всё время на свидании было не так.. слишком странно. Неужели все первые свидания такие? Жуть. У неё ещё и на цветы аллергия оказалась. Какого черта именно на тюльпаны, блин! «Да, она красивая. Да, она крутая, веселая, добрая, милая, но.. это было не то. Я хотел другого. Я не знаю чего, но просто другого» Распластавшись спиной на кровати, парень зачесал руками волосы назад. —Ааах.. видимо, не судьба.. Кажется, Петров слишком идеализировал её.