Любовь среди боли

В голове так и заела песня, которая даже и не думала выходить из мыслей. Всё, что оставалось парню, это пританцовывать, напевая резвый мотив. Настроение как никогда было хорошим, несмотря на сгущающиеся тучи и прогноз погоды, в котором можно было увидеть лишь серые дни. Но Дэн был доволен даже им. Лето, как всегда было жаркое и свежий дождь, даже если на самом деле является ливнем, будет в радость. Дэн старался не думать о том, что после похода в магазин ему придется вновь вернуться на работу, прыгая из одного столика за другой, улыбаясь всем угодным и неугодным посетителям, как кузнечик. Да, пожалуй, он подумает об этом потом. «Так, нужно купить зелень к салату, лимонад.. корм! И гречку..» До магазина оставались считанные метры, как Дэн заметил знакомые тёмные кудряшки. Мия? Что она тут делает? Подруга выходила из магазина с дядей, который тащил бордовый чемодан. Дэн был в семи метрах от них, но смог услышать слова Мии. — Во сколько вылет? — К нашему сожалению, я взял билеты на ночь. Вылет в час пятнадцать, — мужчина посмотрел в телефон, а после глазами нашёл машину. — Вот наше такси. Залезай. Мужчина подошёл к окну водителя, а Мия осталась одна, и Дэн подбежал к ней. — Мими? — она в удивлении обернулась на него. Дэн вновь посмотрел на дядю, который переговаривался с таксистом, и опять на подругу, не понимая вообще ничего. — Что это значит? Что за вылет? Мия с широко раскрытыми глазами смотрела на него и молчала. После обернулась на дядю. — Я подойду чуть позже.. — повернулась к Дэну и отвела их в сторонку, а после замолчала, опустив глаза. Мими была в расстерянности, а он все больше и больше начинал волноваться. Вишнёва ведь Вишнёва! — Мия, что за вылет? Ты куда-то собралась? — парень пытался заглянуть в глаза. — Дэн.. я уезжаю. — она наконец подняла глаза. Денис какое-то время просто смотрел на лицо подруги, осмысливая слова. Уезжает? Куда? На море? Тогда зачем чемодан? Надолго? Она же вернётся? Да? — Куда? Когда? Зачем?! — вопросы сыпались, но Дэн и не думал останавливаться. — Почему не сказала? Мия молчала, а после тихо ответила. — В Москву. Сегодня.. — Она закусила губу, а Дэн пытался понять, она говорит про столицу или есть ещё одна Москва рядом? — Жить.. Дэн во все глаза уставился на Мию, не понимая, она серьезно или нет. Жить? — Сколько? — с усмешкой спросил он, и Мия посмотрела на него, не понимая. — Сколько жить? Неделя? Две? — она молчала. Дэн не тупой, всё понял и без подачек. — Жить - значит. — с кривой усмешкой он отошёл от неё на пару шагов назад. Врала. Она опять врала ему. «Господи! Да она постоянно мне врёт!» — Денис.. — И когда ты собиралась мне сказать?! Завтра? Уже у кремля?!— улыбка сама лезла на лицо. Нервы были натянутой струной. Он уже переходил на крик. Мия сжимала голову в плечи и прятала глаза. А потом Дэн вспомнил. — А Соня? — С шоком спросил он и с потрясением увидел страх в карих глазах. — Не сказала.. ТЫ НИКОМУ НЕ СКАЗАЛА! — Мия вздрогнула, но Дэн уже не собирался сдерживаться. Всё. Хватит. Он устал. — Мы что, тебе никто? — с желчью спросил он, наклоняясь к сжатой подруге. Мия дрожала, не в силах поднять глаза. — Соня и вся любовь к ней - просто шутка?! Мия была на грани, и Дэн это видел. Он всегда это видел. Старался быть рядом, всегда был готов прибежать, прийти на помощь. Успокоить, обнять, укрыть. А она? Что она сделала для него? Позанималась математикой? Наорала матом в первый же день, когда он старался подружиться? Кем он был для неё? Платочком для слёз? Тряпкой? — А я? — чёрно-карие, ставшие уже родными, до боли знакомыми, смотрели в душу, и если раньше это радовало, то сейчас он хотел закрыться, уйти, забыть об этой Вишнёвой. — Я вообще что-то значил для тебя? — он усмехнулся, не веря, что говорит это. — Или был мальчиком для слез? — Мия вздохнула, смотря на него во все глаза. Её нижняя губа дрожала, и он чувствовал, как ей больно, но, увы, теперь он лучше подумает о себе. Денис больше не хотел быть хорошим другом. Он хотел быть ранимым и значимым. Хоть один раз. Пусть плачет. Он устал быть жилеткой. Денис делал расстояние все больше и больше. Как в первый день знакомства. Он хотел создать пропасть. Забыть о ней и распрощаться с глубокой глупой обидой. Она не сказала ему. Она вообще ничего ему не сказала. Ну и пусть молчит себе дальше в тряпочку. — А знаешь что? Поезжай. Давай, едь в свою столицу. — Денис поднял руки для пущей убедительности. — Покоряй Москву! — Мия попыталась шагнуть к нему, но он остановился и со злобой закончил. — Ищи нового мальчика на побегушках. — Денис отвернулся, шагая уже в неизвестном направлении, главное, подальше от Эмилии, махнул рукой, кинув на прощание: — Удачи! Кажется, он состоял из злости. Дениса просто разрывало от обиды на подругу. Неужели было так трудно сказать?! А если бы они не встретились? Он что, сам должен был бегать по всей России и искать её? Она что, хотела просто пропасть?! Он остановился, вспомнил, что так ничего и не купил, закатил глаза и пошел обратно, ругаясь себе под нос. Купив всё нужное, Денис, пыхтя, пошёл оставлять покупки дома, а после в кафе. Черт, теперь у них ещё и на одного работника меньше! «Мама расстроится..» Денис побежал в кафе и прямо перед самыми дверьми чуть не сшиб девушку. Этой девушкой, ну конечно же, оказалась Фролова, которая во все глаза смотрела на Дениса. Вот ирония! — Дэн? — Соня.. — он попытался улыбнуться, но понимал, что выходит слишком криво. Особенно по тому, как менялось выражение лица подруги. — Дэн.. ты не знаешь, где.. — она пробежалась взглядом по нему. — Мими? Он не смог сдержать усмешку, глядя на такую милую и наивную Фролову. — Не сказала, значит.. — он зарылся пятерней в волосы, отводя глаза от хмурой Софии. — Не сказала? Что не сказала? Что-то с Мими?! — затараторила она, пытаясь заглянуть Дэну в глаза. — А она уехала! — он, наконец, посмотрел на Соню, которая была теперь в замешательстве. Он примерно понимал её состояние, поэтому ответил на будущие вопросы сразу — Жить. — Денис был уверен, сейчас на его лице находится весьма неприятная улыбка. — В Москву. — Соня побледнела, и если бы Дэн не был таким бы злым на Вишнёву и весь мир, то, возможно, задался вопросом, а что если?.. Но не сегодня. Он устал быть добрым и пушистым для всех и вся. — Как? — голос был тихим, Соня выглядела потрясённой, — Когда? — она встала впритык к Дэну и, кажется, вот-вот была готова взять его за грудки. Дэн несколько секунд смотрел на бледную Соньку и, с раздражением опустив руки и глаза, ответил слабым голосом. — Не знаю. На самолёте. Сегодня ночью. — он нахмурился. — Вроде в час. Соня не смогла сдержать судорожный вздох и прикрыла ладонями рот, качая головой в отрицании. Дэн с удивлением смотрел на Соню, которая в момент остановилась и чуть ли не со слезами спросила. — Это она тебе сказала?! Когда?! — Дэн поджал губы и покачал головой. — Случайно узнал. — он усмехнулся и прошипел. — Черт, она даже тебе не удосужилась сказать. — Соня уставилась на него. — Д-даже мне?.. — Дэн замер, боясь сболтнуть ещё чего-то, но потом понял,  что ему нечего бояться. Мия же уезжает. Она и не собиралась говорить Соне обо всех своих любовных терзаниях. А теперь что? Она ей не сказала, так он скажет. — Да.. — посмотрев в испуганные зелёные глаза, где гуляла тревога, Дэн понял, что это будет подло. Вот так всё рассказать о чувствах подруги без её разрешения. Он, конечно, зол, но не подонок. — Она считала тебя близкой подругой. — он сглотнул. — Сонь, иди домой. Я в кафе, — наконец вполголоса сказал он и хотел бы уже зайти в кафе, как Соня схватила его за запястье, и Дэн с удивлением заметил, что хватка просто мертва. Он обернулся. — Во сколько? В час? — она выглядела такой потерянной и расстроенной, что Денис поразился, какой всё же след смогла оставить Вишнёва. Он кивнул, и она отпустила его. Зайдя в кафе, он сразу прошёл к маме у стойки. — Мам! Мия.. она! — возмущение достигало границ, как Дэн заметил этот взгляд. Снисходительный, успокаивающий и огорчённый. Денис замолк. — Ты знала. — неверяще пробормотал он. — Ты знала, что Мия уедет! — Денис.. Но он её уже и не слушал. Знала. Она знала и не сказала. Мама знала о Мии.. — И как давно?! — ему нужно было знать все. Мама замолкла, пытаясь успокоить его улыбкой, но нет. Он уже не маленький мальчик, которого можно так легко утихомирить и оставить с новой игрушкой. — Пару дней назад. — Ха.. пару дней, значит.. — Дэн сжал кулаки. «А мне и сегодня не думала рассказывать..» Это значит дружба? Он улыбнулся маме, взглянул на дезориентированную Василису и хотел бы послать всех, но тихо ушел из кафе. Ну как тихо.. хлопнув стеклянной дверью на прощание.

—

Первая мысль была - бежать. Куда? К ней! Искать объяснения, ответы на все вопросы. Появилось острое желание увидеть любимую, услышать тихий голос, посмотреть в карие глаза. Руки тряслись, а ноги и вовсе не держали. Она не может потерять её. Нет. Она только нашла её. Она нужна ей! Соня остановилась, успокаивая сердце. Она не знает, что делать. Звонить ей? Писать? Но хочет ли она этого.. она не сказала! Не сказала, что уезжает! Она ничего ей не сказала! Хотелось плакать и кричать, как маленькая девочка. Она ушла! Бросила её.. как она могла... Соня пришла в кафе в приподнятом настроении, зная, что увидит Мию, поговорит с ней, узнает, как у неё дела. Побудет рядом. Поймет, что не может без неё. Полюбит ещё сильнее. Но её там не было, и Дэна тоже. Соня постаралась не показывать разочарование и заказала кофе, о котором уже давно позабыла. Она спросила у тёти Марины, где же Мия и Дэн. — Денис за покупками пошёл.. — женщина приложила ладонь к щеке, с беспокойством глядя на Соню. — А Мия тебе не сказала?.. Нервы натянулись, и Соня с беспокойством переспросила. — Не сказала? Что? Марина Сергеевна так и не успела ничего произнести, ведь отвлеклась на новых посетителей, ну а Соня посчитала неприличным лезть с расспросами и, получив кофе, вышла из кафе с тягостным чувством. Что-то вперемешку с нарастающей тревогой и горечью. Она почти упала, столкнувшись с взвинченным Денисом. — Дэн? — Соня.. — он попытался улыбнуться, но это было слишком неестественно, что больше и больше дополняло снежный ком беспокойства. — Дэн.. ты не знаешь, где Мими? — Соня оглядела Дэна, допустив мысль, что Мия где-то рядом. Они же всегда вместе. Где Мия, там и Дэн. Где Дэн, там и Мия.. Дэн усмехнулся и внутри что-то сжалось. — Не сказала, значит.. — он зарылся пятерней в волосы и отвёл глаза, а Соня была готова начать кричать. «Что не сказала?! Почему сказала всем, кроме меня!..» — Не сказала? Что не сказала? Что-то с Мими?! — А она уехала! — Дэн, наконец, посмотрел на Соню, а она чуть не упала. Куда уехала? — Жить. — Денис криво улыбнулся. — В Москву. — Соня похолодела. Уехала? Жить? В Москву?! О чем Денис говорит? Он шутит? Соня вглядывалась в лицо друга и пыталась найти хоть один намёк на очередную шутку, розыгрыш от Дэна, но он не шутил. Был серьёзен, резок и говорил правду. Он сказал, что Мия уехала. «Нет. Неправда.. не может быть. Мы же..» — Как? — голос был тихим, и она пыталась удержаться на ногах. Она не хотела верить, даже не собиралась! Она не могла уйти, — Когда? — Соня была готова устроить часовой допрос другу, лишь бы узнать все подробности. — Не знаю. На самолёте. Сегодня ночью. — Дэн нахмурился. — Вроде в час. Соня не смогла сдержать судорожный вздох и прикрыла ладонями рот. Не уехала. Она ещё в городе. — Это она тебе сказала?! — от крика её удерживала пара секунд. — Когда?! — Дэн покачал головой. — Случайно узнал. — он усмехнулся и прошипел. — Чёрт, она даже тебе не удосужилась сказать. — Соня уставилась на него. В смысле, даже ей? Она что, особенная? — Д-даже мне?.. — голос подводил дрожью. Было так страшно. — Да.. Она считала тебя близкой подругой. — он сглотнул. — Сонь, иди домой. Я в кафе. — Денис хотел бы уже уйти, но Соня вцепилась в его руку. Он оставит её одну? — Во сколько? В час? — срывающимся голосом сказала она, и Дэн кивнул. Соня хотела бы задержать его. Спросить ещё что-то, попросить о помощи, найти Мию. Может уговорить её остаться? О Господи, ну разве она послушает её! Соня, так и не найдя слов, отпустила Дэна. Она отошла на несколько шатких шагов от кафе, сжимая забытый, уже не такой горячий, как раньше, кофе. Соня не знала, что делать. Мия уедет, и она вновь останется одна. У неё ведь никогда и не было друзей до этого абсурдного знакомства. Под прозрачным зонтиком. Рядом с Пёрышком. В лёгкой, до нитки сырой одежде. Соня, сама не осознавая, шла, куда ноги вели, и, оглядевшись, повернула в сторону дома. «Почему она не сказала?» Может, потому что не считала её подругой? Но тогда, на кладбище, она.. и Дэн... может, всё это время она общалась с ней из жалости? Да... Соня ведь совсем неинтересная. С ней особо никто и не дружит, так, по знакомству. Потому что богачка. Но ей казалось.. что Мия правда считает её подругой.. хотя бы приятельницей. Почему не сказала?.. Соня открыла дверь квартиры и, скинув обувь, прошла в комнату. Оставила стакан с кофе на столе и села на кровать. Неужели они больше не увидятся? Она больше не посмотрит на неё? Не увидит лёгкой, но самой красивой улыбки? Не прикоснется к горячим рукам? Обнимет? Соня так старалась сохранить эту дружбу, эти хрупкие отношения.. что она делает не так? Всё тело било мелкой дрожью. Почему она всё всегда портит? Хотелось сломать свои пальцы. Сделать себе больно. Наказать себя за все ошибки. Она только их и делает. Соня достала телефон из кармана и некоторое время смотрела на него, раздумывая, что будет, если она сделает один звонок? Отправит одно сообщение. Будет ли её Мими этому рада? Она ведь её и за подругу не считает... разве она будет рада звонку? Соня, сжимая смартфон в руках, видела размытый чёрный экран с трещинкой на углу. Она провела по нему большим пальцем, раздумывая, была ли она когда-то важна для кого-то?

—

«Хочу уйти..» Эта мысль проскочила у девушки уже в сотый раз. Она ненавидела и стала ненавидеть подобные тусовки всё больше. Особенно после того случая.. В принципе, такие тусовки были безобидны, если смотреть на это с другой стороны. Светодиодные огни, от которых каждую секунду меняла цвета комната, лица людей и их красивая одежда. Музыка, хоть и не очень, но под неё приятно танцевать и иногда бывают хорошие песни. Только вот Асе было всё равно на всё это. Первый раз на подобную вечеринку она пошла с Катей, и это закончилось тем, что она отводила её, пьяную, домой, стараясь при этом не убиться. Катя ведь не лёгенькая, да и на каблуках с отвратным вестибулярным аппаратом, который был побеждён алкоголем, далеко не уйдешь. После этого она, может и ходила два-три раза на громкие сборища, но всё же в скором времени поняла, что это не её. Громкая музыка, непонятное место, пьяные и не только люди. Асе больше нравилось дома. С хорошей книгой в руках, вкусным какао на тумбочке или торчать на кухне часами, изучая новые рецепты и пробуя новые способы готовки. Она любила тишину и покой. Но почему же она вновь пошла на это шумное, пьяное и даже немного непристойное собрание? Ответ очевиден. Из-за неё. Из-за Алёны. Русалки, которая была самой милой и самой крутой одновременно, а также веселой. Такого эмоционального и интересного человека она встретила впервые. С её приходом в Асину жизнь пришли и новые краски, или скорее.. новые вкусы. Они были необычны, но чем-то красивы, с некой изюминкой или перчинкой. Раньше Ася и не подумала бы, что ей понравилось бы слушать часовые голосовые сообщения, где Алёна могла просто смеяться, пытаясь рассказать смешной анекдот, читать километровые сообщения, как их сама называет подруга, о том, как неправильно поступила Маринетт в новом сезоне, или же пытаться расшифровать непонятные предложения Алёны, когда она не могла попасть по клавиатуре, обычно пьяная. Это было мило. Мило, что Алёна записывала эти кружки в Телеграм и жаловалась на очередную двойку по алгебре или же радовалась новой косметике. Ася была рада видеть подругу в любом виде. Она была открытой и интересной. Вот и как раз из-за этой особенной рыбки она вновь сидела на углу дивана и попивала газировку, при этом держа в другой руке стаканчик Алёны. Ася слышала про случаи, когда девушкам что-то подсыпали в стакан, и, видимо, Васнецова тоже, поэтому отдала свой напиток Скворцовой и побежала танцевать. Она, конечно, пыталась и Асю уговорить на танцы, но она отказалась и стала смотреть на танцоров издалека. Смотреть на танцующую подругу было завораживающе. Она двигалась плавно, улыбалась и отдавала всю себя, все свои чувства танцу, поддаваясь музыке. Она была самой яркой и пленительной звездой. Алёна позвала её сюда, и Ася просто не могла отказаться. В этот раз её подруга Аня не смогла прийти, а отпускать её одну Скворцова не хотела. Вот так и получилось, что Алёна наслаждалась, а Ася была рада за подругу. Всё было бы нормально, если бы на диван в какой-то момент не плюхнулись страстная парочка. Немного пьяная парочка. Уже как полчаса Асия сидела в углу дивана, пока в другом был такой же незаинтересованный в вечеринке парень, как и Ася. Видимо, он тоже пришел с другом, чтобы в случае чего отнести того домой пьяным или что ещё. Они спокойно просиживали места на синем диване по углам и проводили время. Пока не пришла эта парочка. Целовались они пошло и бесстыдно. Ася, конечно, не осуждает, но когда такое происходит прямо под твоим носом.. она пару раз зыркнула на них в надежде, что они как-то поймут, что не так. Девушка была в коротком чёрном платье и с такими же длинными волосами. Парень, который был в джинсах и тёмной футболке, блуждал сильными на вид руками по её телу и был явно настроен очень серьёзно. Не вытерпев, Ася ретировалась с места и ушла стоять, облокотившись на белую стенку, продолжая держать подругу в поле зрения. Несколько минут спустя Алёна стала искать взглядом подругу и, найдя, двинулась в её сторону. Она запыхалась, но широко улыбалась алыми губами. Подойдя ближе, улыбка медленно померкла на её лице, и она, взяв руки подруги, спросила: — Милая, что-то не так? — красота глаз подруги, которой Ася так восхищалась, в этом месте, под разными цветами светодиодов утратила всю свою яркость. Прямо сейчас эти глаза смотрели прямо в душу Скворцовой, словно хотели понять без ответа её боль. А её головная боль заключалась в этом месте, которое бесило всем. Но она не могла об этом сказать. Не ей. — Ничего, — ответила она, выдавив улыбку. Изучающий взгляд подруги заставил появиться румянцу на щеках и съёжиться. — Просто.. — Тебе тут некомфортно? Так? — нежные руки с чёрным маникюром сжали Асины. Девушка кивнула, на что Алёна тяжело вздохнула. Она крепко взяла Асю за руку и стала пытаться выбраться из весёлой толпы, как будто из лабиринта тел, а Скворцова, в свою очередь, с замиранием сердца смотрела на её каре ярко-красного цвета, которое покачивалось от каждого шага, как пылающий огонь. — Прости меня. Я думала, будет весело.. а в итоге.. прости. — Алён, ты чего? Я.. я просто не вписываюсь во всю эту атмосферу. Они, наконец, вышли из злосчастного и такого громкого помещения. Алёна остановилась, а через мгновение уже смотрела на Асю. — Тогда.. почему ты пошла? — виноватый взгляд светлых как небо глаз создавал ножевое ранение на сердце Аси. — Я.. я не хотела оставлять тебя одну.. Алёна с удивлением посмотрела на Асю, а после сжала её руки, ласково гладя. — Ох, милая.. спасибо. Спасибо тебе. В объятиях с Алёной было тепло и приятно, что разрывать их было физически больно. Если бы Ася могла, то делала бы это вечность. Когда они вышли на улицу, то с изумлением заметили, что льет как из ведра. Благо, Ася может позвонить отцу и попросить забрать их.

—

Громкий хлопок двери машины и она уже в салоне, обитом черной кожей. По ней била мелкая дрожь. Она вся сжалась, пытаясь забыть, выкинуть этот разговор из головы. Почему он был там? Как так вышло? Мия закрыла глаза. Она не хотела плакать. Она устала. Мия так устала от всего этого. Он правда так думает о ней? Что она использовала его? Что она считает его никем? Она любит его больше всех на свете! Если бы не он, Мии бы уже давно не было. Мия так боялась его потерять. Она отрывала свое сердце, уезжая отсюда. От него, от Сони. От всех. Она любила их. Она жила благодаря им. Дверь открылась, и дядя предложил ей руку, что она любезно взяла. Ну не будет же она его умолять оставить её тут? Он и так слишком много делает для неё. Тратится, заботится и дарит кров. Не бьёт и не пьёт. Она должна быть благодарна ему за то, что он даёт ей возможность поехать в Москву. Столица! Город возможностей! «Ищи нового мальчика на побегушках..» Ком застрял в горле намертво, и Мия, проходя в свой подъезд, закрыла глаза и сжала зубы. Она не имеет права жаловаться и ныть. Она должна быть счастлива. С каждой секундой в лифте тело становилось тяжелей. Шаг и она уже в квартире. В квартире, где было так тепло, но наступили холода. Мама и папа ушли. Она осталась одна. Мия провела пальцами по выцветшим обоям, где когда-то висели их счастливые фото, её награды и грамоты, которыми все так гордились. Она никогда не знала, что такое одиночество в детстве. Мама и папа так любили Эми, что она оказалась не готова потерять вместе с ними и себя. Кухня, которая когда-то была наполнена озорным смехом, горячими ужинами и вкусной готовкой, сейчас была лишь пропитана криками и треском битой посуды. Мия посмотрела на жухлый цветок в углу кухни, о котором больше никто и не вспомнит. «Мама была бы расстроена, если бы узнала..» Мия прошла в любимую гостиную, пропахшую алкоголем и сигаретами. Было противно. Она подошла к окну и открыла на проветривание. Хотелось, чтобы в брошенной квартирке хоть не воняло этим смрадом. Мия вдохнула чистый воздух, на секунду забыв обо всем, кроме пасмурного неба. Они ведь познакомились в дождь. Вот ведь смешно получилось. Найти любовь под серым дождем.. — Милая, где у вас тут вещи хранятся? Мия обернулась на дядю, который в руках держал коробку. И в неё должна поместиться целая жизнь. Мия прошла к шкафу и открыла его для дяди. Там лежали все нужные однажды вещи. Мия достала одну из коробок из-под обуви и открыла. Тут хранились их фотографии. Мама и папа в медовом месяце, её первая фотография из роддома, папа и она на пятый день рождения. Мама с букетом цветов на восьмое марта, как всегда пионы. Мия горько улыбнулась и закрыла коробку, передавая дяде. Она должна забрать хоть что-то, что будет напоминанием о прошлой и далёкой счастливой жизни. Встала и прошла к своей комнате. В ней было так тускло и холодно, что Мия и не узнала бы её два года раньше. На всех поверхностях скопилась пыль, если не несколько слоёв, то точно так, что было тяжело дышать. Забытые книги и безделушки на полках были когда-то дороги сердцу, так же как и эта комната, но теперь... Она не чувствовала ничего, кроме тихой пустоты. Она привыкла. Но было так горько от понимания, что детство, наполненное мечтами, ушло. И маленькая Эми тоже. Мия с ностальгией осмотрела забытые светлые полки и, зацепившись за простенькую детскую розовую музыкальную шкатулку, взяла её в руки. Завела и залюбовалась танцующей под тихую мелодию балериной. Такая мелочь, а приятно. Мия захлопнула шкатулку и решила, что хоть что-то, но из комнаты она должна взять. Закончив скудные сборы вещей из квартиры, Мия и дядя поехали собирать чемоданы. Она тыкнула на первый чемодан, попавшийся взгляду, и теперь, раскрывая молнию, она удивлялась, какой он вместительный. Не то, чтобы она много путешествовала на самолетах и часто переезжала, но была рада тому, что все вещи, которые дядя купил для неё, поместятся. Мия удивлялась, откуда же у неё в один миг появилось столько одежды, как поняла, что дядя, видимо, всю жизнь мечтал найти девочку, которую можно нарядить в платьишки. Они и не заметили, как быстро пролетело время и пора отдавать ключи за квартиру. Мия держала Ладу за поводок, пока дядя переговаривался с хозяином, после чего они поехали в аэропорт. Она сидела в такси, рассматривая серые дороги, переполненные машинами. Только в Краснодаре всегда столько машин. «Интересно, в Москве так же?» В грудной клетке ныло, и Мия чувствовала, что, наверное, никогда больше не узнает, что такое переменчивая погода Краснодара, не увидит пробки в середине лета, ведь все спешат на море, жаркий сентябрь и столько ливней ни с того, ни с сего. Почему-то она чувствовала, что важная частица её останется в любимом Краснодаре. Тут было счастье, радость, детство, грусть, главная потеря, боль. Тут была её жизнь. Было уже одиннадцать часов ночи, и Мия, сидя в зале ожидания, гадала, рассказал ли Дэн кому-нибудь о её переезде? Соне.. «Он сказал, что всё было шуткой..» Мия прижала телефон к груди. Было бы и правда чудесно, если бы это была шутка, о которой она могла бы забыть и выкинуть из головы. Но Соня не была шуткой. Она даже не была влюбленностью. У Мии язык не поворачивается это сказать. Соня, её Софи была самой прекрасной, восхитительной, очаровательной и волшебной. Она была единственным просветом в жизни Эмилии за все три адские года. Да, Мия знала, что, скорее всего, она не была столь значимой, как Соня ей, но всё же надежда умирает последней. Вибрация телефона застала врасплох, и Мия, выпучив глаза, приложила его к уху. — Мими? Слышать её прекрасный голос было счастьем. Её маленьким хрупким счастьем, которое так и выскальзывало из её рук. Как горячий песок, который только и дарил нужное тепло. Мия не верила, что слышит Софи. Она было для неё всем. Но кем Мия была для неё? Знакомой? Подругой? Простой приятельницей? Она не хотела быть кем то, кроме любимой. Желанной. Единственной.. Да, она эгоистка, которая струсила, так и не показав свои необъятные чувства лучшей девушке в её жизни. Но, возможно, это было к лучшему. Или нет? Неужели она и правда уедет, так и не попрощавшись с ней? Не посмотрит в любимые глаза цвета любимой темной зелени? Не увидит в последний раз? Не скажет все рвущиеся из её сердца слова любви.. — Да, Софи? — с придыханием спрашивает Мия, думая лишь, что не может. Не может жить без неё. «Ты должна уехать..» Она закрыла глаза, не замечая этого гула людей в аэропорту и всё, что могло помешать разговору. Потому что её жизнью сейчас была Софи. Лишь она была сейчас важна. — Я.. я хотела сказать тебе.. Что.. — громкое оповещение нового вылета через полчаса заглушило голос любимой, от чего Мия хотела кричать. — Что? Что сказать? — Что... — заминка в трубке была смертельной в данный момент и резала сердце Мии на мелкие куски. — что я буду скучать... Ты.. ты ведь.. Приедешь? Сюда.. я.. — с каждым словом голос становился всё более тихим и ломким. Словно она не спрашивала, а просила. Просила её. Просила её вернуться. Здравый смысл был явно не по части Мии, так как она незамедлительно ответила: — Я приеду. Я приеду прямо сейчас. Она отключила телефон. Мия даже не взглянула на бордовый чемодан, который пару секунд сжимала до боли в ладони, и решительно пошла к выходу из аэропорта. В голове было пусто. Чувства переполняли Эмилию до самых краев и выходили уже за их пределы. Она не думала ни о чем. О рейсе, на который они должны были сесть через час или полтора с дядей. Ни о том, что сейчас она может сделать самую огромную ошибку в своей жизни и потерять своего ангела. Ни о чем, кроме неё. Лишь о её глазах, губах и словах, которые были так и не озвучены и старательно спрятаны в самой глубине её кривой души. Но она собирается достать их и, наконец, показать той, кто заслуживает весь мир. Всё на свете. Но которая получила лишь её жалкое изранненое сердце. Лишь её. Неправильную, сломанную и любящую до боли во всем теле. «Эмилия, ты сумасшедшая» Быстро написав сообщение с извинениями и о том, что объяснит всё потом дяде, Мия выбежала на улицу и села в первое попавшиееся такси, назвав улицу и поторопила со словами: — Быстрее, пожалуйста, я опаздываю. «К ней..» Ехала Мия с ужасной тревогой и сладким предвкушением. Сейчас решается вся её жизнь. Скорее всего, она уйдет и сломается окончательно, не сможет жить с болью, но и уйти просто так для неё не представляет возможности. Но Эмилия хоть и понимала, что шанс того, что она ответит.. не оттолкнет.. Она лелеяла эту мысль, боясь зайти слишком далеко. Ведь дальше, значит больнее. Когда она уже выходила из машины, заметила, что идёт ливень, но отмахнулась от него, продолжая идти к знакомому двору, где её ждала она. Её любовь. Её жизнь. Её Софи. Сердце, переполненное страхом и любовью, стучало как бешеное, словно вот-вот остановится от переизбытка этих чувств. Она была уже там. Стояла на пустой дороге и так трогательно держала свой прозрачный зонт, что Мия почувствовала, словно состоит из сахара, ведь таяла. София держала зонт, одновременно печатая при этом что-то в телефоне, и пыталась дозвониться. Видимо, ей. Заметив её, у Сони расширились глаза, и она подбежала, убрав перед этим телефон в карман, к Мии со словами: — Боже, Мими! Почему ты без зонта! Ты же вся промокла! Соня подошла совсем близко, пытаясь закрыть их от этого ужасного ливня, который Мия, если честно, вовсе не замечала. Её Софи была так близко, что она не могла упустить момент рассмотреть вздёрнутый, красный от холода носик, мокрые светлые волосы и изумрудные глаза, расширившиеся из-за беспокойства. Беспокойства о ней. — Ты.. ты хотела, чтобы я приехала? — тихо спросила Мия, наклоняясь ближе к лицу Сони, чувствуя, что внутри сияет надежда. — Ну.. да.. — Соня растерянно бегала глазами по лицу Мии, не находя слов. — Почему? — Мия наклоняется ближе, желая узнать, что будет, если она коснётся её. Коснётся не как подруга. Соня на мгновение застыла, но после выдавила из себя слова, смысл которых доходили до Мии довольно долго. —Мими...  Ты что, не хочешь больше быть..— она не могла это произнести — моей подругой?. Мия окаменела. «Что?» — Что? П-почему ты так решила..? — стук сердца отдавал в ушах, как град капель, от которых их защищал зонт. Сейчас она была благодарна этому ливню, ведь так у неё была надежда, что Соня не услышит, как же она волнуется. — Ты уехала! — чуть возмущённо с беспокойством ответила Соня и посмотрела в её глаза. Потом застыла и продолжила, нервно и тише, отводя взгляд. — Ты.. ты почти уехала и.. даже не попрощалась.. — в голосе звучала обида. Мия разглядывала обиженное и грустное лицо Сони и хотела лишь одного. Просить прощения. Просить прощения, что и правда почти уехала, даже не сказав и слова. Решила, что так будет лучше. Даже если её сердце разобьётся на тысячу осколков. «Но.. я сделала это ради тебя..» — Нет.. ты.. — увидев, как светлая прядь Сони, которая упрямо не смотрела на Мию, упала и закрыла чуть лицо Софи, Мия машинально завела её обратно. Соня покосилась на пальцы Мии и сильнее сжала ручку зонта. Мия продолжила нежным шёпотом: — Ты.. ты не понимаешь.. Соня хмуро, с недоумением посмотрела на неё, на что Мия лишь грустно улыбнулась. — В смысле? Что я не понимаю? — Соня чуть подалась вперёд, и Мия услышала нотку злости. — Ты не поймёшь... — Эмилия закрыла глаза и закачала головой из стороны в сторону. Соня сорвалась на крик. —ТАК ОБЪЯСНИ МНЕ! Я ХОЧУ ТЕБЯ ПОНЯТЬ! ТАК ПОМОГИ МНЕ С ЭТИМ.  Мия вздрогнула и с удивлением посмотрела на Соню, которая была на грани. Грани слез. Эмилия тоже. Мия приблизилась, руша большое расстояние между ними, оставляя жалкие миллиметры. Она нависла над Соней и взяла её лицо в бледные руки. Её мокрые, чёрные как смоль волосы спадали Соне на лицо, и с них стекали капли. Никто не мог им помешать: ни мокрая до ниточки одежда, ни звуки дождя, ни то, что на дворе ночь и холодно, как зимой, хоть сейчас и июль.. —Ты правда хочешь знать?— Мия говорила шёпотом, дрожа, но не от холода, а от хрупкости момента. К счастью или к ужасу, Софи не дёргалась и не вырывалась из её хватки, смотря на неё тёмно-зелеными глазами, ресницы которых дрожали. —Да..— тихим дрожащим голосом пролепетала та. Мия пару мгновений думала, правда ли всё это. Не сон ли? Слишком сладкий, чтобы быть реальностью, но слишком реалистичный, чтобы быть простой игрой разума. Они стояли так, кажется, целую вечность. Эмилия, проглотив ком в горле, чуть поддалась вперёд. Не увидев никакого сопротивления, она, наконец, дотронулась до них. До этих нежных, таких желанных губ! Это было так просто и тяжело одновременно, что внутри неё всё взрывалось от напряжения и счастья. Пару секунд она просто касалась их и, не заметив ни сопротивления, ни ответа, стала отдаляться, даже не зная, плакать ей от грусти или радости, но Соня не дала ей этого сделать. Выпустив зонт из рук, она взяла её за плечи и притянула к себе. Мия была готова кричать. Кричать, визжать, прыгать, бегать и просто улыбаться до боли в лице. Но она вместо этого лишь ещё сильнее стала льнуть к Фроловой, целуя эти прекрасные губы.  Девушки, словно выпав из реальности, по очереди стали перетягивать инициативу на себя. В этом поцелуе было столько слов, столько любви и желания, что просто сносило голову. Он был таким нужным и голодным, что отлипали они друг от друга всего на пару секунд, чтобы взглянуть друг другу в глаза, где был лишь туман желания, и набрать кислорода. Соня, сжимая плечи Мии до синяков, тянула её все ближе и ближе, шепча: — Ещё... Ещё.. прошу.. Она не могла и не смела ей отказать. Это было похоже на безумие. Самое прекрасное безумие в их жизни. К сожалению, им пришлось оторваться друг от друга и замереть. Замереть, чтобы посмотреть друг на друга и понять, не ложь ли это? Сон? Галлюцинация? Зелёные глаза бегали из стороны в сторону, возвращаясь на лицо Мии. Эмилия, которая стояла сначала как вкопанная, глядя на растерянность любимой, понемногу стала понимать, что это за ситуация. Что это был поцелуй. Самый настоящий и самый прекрасный. Её первый поцелуй. Эмилия не могла сдержать улыбки. Она стала чувствововать всё так ярко и красиво, что не могла остановиться смеяться от счастья. Промокшая до нитки, сбежавшая из аэропорта с рейса в Москву, поцеловавшая свою любовь, она чувствовала себя великолепно. Смотря на Софию, она не смогла удержаться и всё также сжимая её лицо в руках, стала зацеловывать каждый сантиметр любимой. Щёки, нос, лоб, брови, виски, уголки губ. Повторяясь, она желала не пропустить ни один миллиметр. Соня, все ещё прибывавшая в шоке, тоже стала улыбаться, как глупая, даже чуть подставляя лицо под нежные поцелуи горячих губ. Мия, немного успокоившись, смогла, наконец, отстраниться от лица любимой и, заведя одну мокрую прядку Сони за ухо, тихо проговорила: — Ты восхитительна. Капли, разбивающиеся об асфальт и тела, дарили холод, из-под которого им было не выбраться. Но им было это и не нужно.