Песнь о Монете и Ламелляре [Игра Престолов]

Королевская Гавань, 287 Э.З.

«Если твой враг кричит о чести, о том, чтобы ты сражался с ним, как настоящий мужчина, или о твоей мнимой трусости — продолжай делать то, что делаешь. Кричит же враг потому, что ты побеждаешь. Враги не любят проигрывать. И не любят приспосабливаться. Не любят учиться. Капитан Алексиос Андрейос. Дом был бывшей мастерской по ремонту карет с повозками, и большие пространства на нижнем этаже под арочными каменными и кирпичными крышами хорошо подходили капитану и его новобранцам. Сад на заднем дворе также был весьма кстати для серьезных упражнений, таких как обустройство лагеря после двух или трех полных дней без сна. Одна из двух кузниц была переоборудована под кухню, а другая служила для ремонта снаряжения. Дюжина или около того новобранцев была в основном молодыми людьми из простонародья. Он пояснил, что эта должность хорошо оплачивается, но также требует выдержки и терпимости к очень, очень тяжелым тренировкам и еще более суровой дисциплине. Ему уже пришлось уволить двух человек, которые вели себя неподобающе и не прекращали безобразничать даже после хорошей порки, а то и двух. Еще один оказался беглым преступником. Он не возражал против приема преступников, но, как обычно, конфисковал большую часть зарплаты насильника и выплатил ее в качестве возмещения ущерба жертве и ее семье. Тренировки проходили хорошо, и после продолжительной сессии обратного перетягивания каната, где они разделились на две команды, сделали две стены из щитов и попытались прорваться или перемахнуть через другую сторону, они приняли общую ванну, — баню, — рассказали друг другу истории, хорошо поели, а затем пришло время недельной зарплаты. Конец же венчал мужской вечер и заслуженный день отдыха. Прошло чуть больше шести недель с тех пор, как он и эквитес оказались в этом месте, и он уже вполне освоился. Эквитес сидел за простым столом со сложенными стопками монет и отдавал каждому мужчине полагающееся вознаграждение, когда наступал его черёд. Новобранцы, за исключением двух караульных, ушли развлекаться или проведать родителей, — капитан не набирал женатых мужчин, если была такая возможность, — а сам Андрейос тем временем сел за стол с кожаными ремнями и мешком стальных пластин. Ему предстояло сделать новый кирасу для одного из парней, который всё ещё рос, и довольно сильно прибавил в обхвате груди от физических тренировок и большого количества пищи с бобами, горохом и мясом — то что нужно для солдата. — Кто-то хочет видеть вас, капитан. — Произнес один из караульных, вынуждая Андрейоса оторваться от деликатной работы. — Пусть войдет. — Ответил он. Охранник кивнул. Обычно кто-то пытался выйти через него на Эквитеса. Как правило, с деловыми предложениями, просьбами о займах или благотворительностью. Иногда кто-то что-то продавал или хотел, чтобы уже капитан разобрался с преступлением или отомстил. Обычно он отвечал отказом. Вошедший молодой человек был выше его самого и почти такой же широкий. Он отпустил длинные волосы, чтобы скрыть обезображивающие шрамы, ожоги. Выглядел парень хорошо упитанным, — редко кто из низшего класса вырастает настолько большим, поскольку мяса и молока меньше, а частые болезни и недоедание тормозят рост, — и сильным. — По какому делу? — Спросил он, оставив всякую видимость вежливости и заботы. — Я слышал, ты избил моего брата. Разбил ему лицо камешками. — И теперь ты здесь, чтобы отомстить? К сожалению, такое случалось. Нечасто. Семьи, как правило, прекращали подобное после потери двух или трех сыновей. — Нет. — Тогда почему ты здесь? Капитан уставился на молодого человека — или, скорее, юношу, — а тот уставился на него в ответ. Терпение Андрейоса начало истощаться. Да, странная ситуация. Два немногословных человека, ожидаемо, не могли сработаться, когда нужно быстро обговорить и закончить дело. — Я слышал, вы набираете новобранцев. Капитан кивнул. Это уже интересно. — Да. Как думаешь, сможешь пройти мои тесты? Молодой человек пожал плечами. — Не попробуешь — не узнаешь. Андрейос улыбнулся ухмылкой, которую его шрамы превратили в кровожадную гримасу. Юноша встретил взгляд, не дрогнул. Однако, она всё же заставила его почувствовать в равной степени страх и волнение перед тем, что может произойти. Ходили слухи. Многочисленные слухи. Парень понятия не имел, сколько из них были правдой. — Имя? — Сандор Клиган. — Сандор продолжая держать на себе тяжелый взгляд более взрослого воина. — Очень хорошо, аспирант Клиган. — Капитан положил стальные пластины на стол и поднялся. — Мы начинаем немедленно. Человек с фамилией обычно был либо лордом, либо членом его семьи. Этот Сандор Клиган, очевидно, являлся братом сира Грегора Клигана, Горы. Если не врёт, конечно. А лорды, как уже выяснил капитан, обычно не очень хорошо относятся к тому, что их не учат дуэльному мастерству, и требуют беспрекословного выполнения приказов. Он уже отсеял одного или двух таких, пытавшихся стать новобранцами. Юноша кивнул. — Прежде всего, мы подстрижем тебя. У кондотьеров Кайсара не должно быть длинных волос или бороды, которые можно схватить в бою. Такая глупая мелочь может привести к смерти, то есть, к потере всех усилий по созданию из тебя воина. Это недопустимо. Первое требование, Сандора явно не обрадовало, но, он всё же кивнул и послушно сел на стул, подчиняясь жесту капитана, который этот стул, собственно, и поставил. Достав острые ножницы, Андрейос быстро обрезал волосы молодого человека. — Ты носил их длинными, чтобы скрыть свои шрамы? — Да. — Почему? Стрижка подходила к концу. — Они уродливые. — Сандор пожал плечами. Капитан обошел его и жестом потребовал встать. Затем он провел двумя пальцами по своим шрамам на лице. — Носи свои шрамы с гордостью, аспирант Клиган. Кто-то пытался убить или сломить. Ты мертв? Ты сломлен? — Жив. На счёт второго — не уверен. — Плечи юноши опустились. — Ты боишься и подчиняешься тому, кто сделал это с тобой? — Я ненавижу его. — В темных глазах аспиранта Клигана вспыхнуло такое же чёрное пламя, полное злобы. — Хорошо. Значит, ты не сломлен. Пусть твоя ненависть пылает, черпай в ней силу. Встань прямо, во весь рост, и гордись своими шрамами. Повторю вопрос: сломлен ли ты, аспирант Клиган? — Вопрос он повторил зычным, громким голосом. — Нет! — Ответил юноша, выпрямив спину и расправив плечи. — Для тебя «Нет, капитан!», аспирант! — Прорычал он. — Нет, капитан! — Ответил Сандор, так же громко. — Быстро схватываешь. Хорошо. Сейчас мы найдем тебе снаряжение, а потом немного пробежимся. — Очередная хищная улыбка вылезла на лицо Андрейоса. Юноша не был уверен, что всему виной шрамы мужчины. Скорее всего, тот и правда задумал что-то недоброе. Капитан взял факел, зажег его в еще тлеющей кузнице и поднес к их лицам, пока они шли к тяжелой двери хранилища. Когда факел приблизился к аспиранту Клигану, тот вздрогнул. Андрейос мазнул взглядом по юноше, остановился и снова приблизил факел. Аспирант снова вздрогнул. — Ты боишься огня, аспирант Клиган? Парень стиснул зубы, но ничего не ответил. Тогда он снова приблизил факел, и Аспирант снова вздрогнул. — Страх живет в каждом из нас. — Произнес капитан мрачным тоном и открыл дверь, толкнув юношу перед собой. — Дисциплина побеждает страх, но ей сначала нужно научиться. Мы это исправим. Сейчас же. За ними закрылась тяжелая дверь, отсекая путь к побегу. На втором этаже здания работал эквитес Лисандер Асимахос, — писал очередное письмо, — когда каменные стены всего здания содрогнулись, а снизу послышался приглушенный грохот, словно кто-то пытался протаранить дверь. Он слегка закатил глаза, вздохнул и вернулся к работе. «Андрейос и его методы…»