Путь осознания герцогини Клаес.

На протяжении многих лет лес вблизи поместья Клаес пользовался у обитателей ближайших селений дурной славой. Даже в дневное время вынужденные путники старались здесь не задерживаться дольше необходимого и не смотреть по сторонам, преодолевая путь с максимальной скоростью. На тех же, кто по тем или иным причинам был вынужден посещать территорию герцогского дома под вечер или, упаси Духи, ночью смотрели со смесью страха, жалости и восхищения. И дело было не в кровожадных хищниках обитающих в чаще, не лагере разбойников облагающих ближайшие деревни данью или буйном нраве семейства Клаес, чьим главным развлечением было мучить простой люд. Напротив. Последние опасные хищники перевелись в этих краях ещё во времена молодости деда нынешнего лендлорда, лихой люд предпочитал обходить эти места по широкой дуге понимая, что здесь их ждет только медленная и мучительная смерть от рук палачей, да и герцог с женой проявляли редкое понимание к нуждам крестьян, позволяя заниматься мелким промыслом на их землях. И всё же, жители ближайших деревень не спешили пользоваться герцогской щедростью, шепотом передавая друг другу жуткие истории о Хозяине Леса, что неустанно стережет покой этих земель. Огромный как медведь, покрытый темной переливающийся шерстью состоящий как будто из ожившей тьмы и утреннего тумана, с торчащими из гигантской пасти клыками и пронзающими насквозь багровыми глазами зверь, был полноправным владельцем этих земель, чутко сторожа границы владений герцогских земель. Был ли это один из последних Духов, что некогда заключил контракт с семейством Клаес, чудовище порождённое безумными магами в одном из многочисленных экспериментах , после чего поставленное охранять задний двор создателей или нечто иное, местные жители не знали, но это не уменьшало ужаса, что нагоняло непонятная чудище на местных обитателей. Казалось, существо одним своим видом могло подавить волю и внушить страх любому, кто оказался достаточно глуп, чтобы без должного почтения войти на его территорию. Достаточно было хоть раз столкнуться с этим существом взглядом, чтобы навсегда потерять гордость и уверенность в себе. Такова была мрачная слава Хозяина Леса.

...

- Мистер Пушистик, ну и где ты успел так испачкатся? Тебе не стыдно, щеночек? - С наигранной возмущением обратилась к своему любимому питомцу Катарина, не забыв потрепав лохматую морду, попутно вырывая куски репейника из шерсти. - Хорошие песики не должны заставлять своих хозяек волноваться. Молча выслушав весь спич начинающей злодейки, существо в полтора раза выше девочки и на добрую сотню килограмм тяжелее лишь лениво опустило голову вглядываясь в лицо хозяйки. - И не смотри на меня так. Я всё ещё на тебя зла. - Буркнула злодейка прежде чем окончательно сдаться. - Ну, и что мне с тобой делать, поросенок? Под очередное фырканье своего маленького щеночка, Катарина Клаес с трудом забралась на спину мистера Пушистика. - Поехали мыться?

...

Не обращая внимание на щебетание крохотного птенца на своей спине, Ананкос неспешно двигался по лесной чаще наслаждаясь мощью разливающийся в его теле. После целой вечности в виде бесплотного духа привязанного кровным родством и клятвами к душе своей самопровозглашённой "хозяйки" через множество миров и реинкарнаций существо столь же древнее как само мироздание просто наслаждалась возможностью вновь почувствовать себя живым. "Хозяйка"... Для первого из рода Демонических Драконов, кого аборигены их бывшей родины почитали за Бога, такое обращение казалось столь же нелепым, как и глупая вера смертных в свою исключительность, впрочем он не был против. Возможно, в нем говорило признание к смертой посмевшей не просто бросить ему вызов, но и сумевшей противостоять ему связав их души до конца времен вырвав из глубин безумия вызванного эрозией души, а может своеобразная сентиментальность к своему дальнему взбалмошному потомку. Всё таки, одно дело проиграть простому человеку завладевшего магическим мечом, как некоторые из его непутевых собратьев, а совсем другое собрату, пусть и ослабленному примесью человеческой крови. Всё же, было нечто символическое в поражении от руки представителей династии, которую он сам и породил в попытках создать Вечную Утопию. Если первые несколько сотен лет в роли незримого и беспомощного наблюдателя привязанного к собственной "дочери", он больше всего на свете жаждал вырваться на волю сполна отплатив за своё унижение, то сейчас он бы не пошевелил лапой даже если бы от его действий зависело бы существование человечества во всех мирах. Наблюдая за тем, как во всех временах, эпохах и мирах, что проносились пред ними люди снова и снова совершают одни и те же ошибки, злость к двуногим приматам начала медленно гаснуть, оставляя вместо себя лишь глухое разочарование. Люди изначально были безнадежны, а потому, единственный кого он мог винить, был он сам, раз в по глупости возложил на них недостижимые ожидания в попытках вырастить из приматов разумных, а значит и злиться он мог только на самого себя. Осознав этот простой факт, Ананкос как будто избавился от тяжкого бремени на душе, позволив с другой стороны взглянуть на события минувших дней. Нет, бывший проклятый дракон и до своего падения в пучины безумия не отличался покладистым нравом, да и действия его тогдашних подопечных во время его небольшого.... недомогания не прибавили ему человеколюбия, он просто... устал. Это было самое точное описание его ментального состояния после всего пережитого. Именно поэтому неожиданно обретя физическое воплощение Ананкос с любопытством наблюдал за очередной реинкарнацией своей подопечной, попутно пытаясь понять во что же она превратилась за время проведенное вместе с ним. За эти сотни и тысячи лет, что их души были связаны, а силы переплетены, его убийца и спасительница превратилось нечто в совершенно отличное, как от человека, так и от дракона. Душа проклятого дракона, сила эрозии, межмировая пустота, эманации черной магии, которой увлекалось высшее дворянство королевства Норх и многое другое сплелись в причудливый клубок. Было бы так просто презрительно обозвать птенца "манакете", представительницей расы драконидов, который боясь эрозии души малодушно отказались от былого величия спрятавшись в человеческих телах, но дракон Хаоса понимал, что это было бы глупостью с его стороны. Обычный манакете был попросту не способен сохранить свои воспоминания после путешествия по межмировой Пустоте, не говоря уже о том, чтобы провести кого-то вслед за собой. Да, он чувствовал притягиваются отголоски душ тех, кто был связан серебряной нитью клятв и обетов, любви и страха, ненависти и одержимости, что вступили в новый мир. Воистину, его "дочь" не привыкла отпускать то, что когда-то посчитала своим. Если быть совсем уж откровенным, то Ананкос не был уверен, что он был бы способен на нечто подобное даже на пике своих сил, но факт был неоспорим. И это вызывало у духа древней рептилии в теле охотничьего пса неподдельный интерес. Пусть он давно махнул хвостом на человечество, но ему было любопытно, что же ещё ему покажет самый жадный и эгоистичный из его потомков.

...

- Нет! - Вырвался из горла молодой жрицы испуганный крик, когда одежда на плече её сводного брата окрасилась багрянцем пронзенная темно-пурпурным копьём сотконым из тьмы. - Лечение! Видя, как тело юноши окутал мягкий свет, пока он пошатываясь начал медленно подниматься на ноги, юная дева облегчённо вздохнула, ещё крепче сжав в ладонях магический посох направив его на окутанную миазмами тьмы фигуру, что неторопливо спускалась по лестнице тронного зала. - С дороги. У меня нет времени играть с тобой, подделка. - В обманчиво мягком голосе одержимой демоническим драконом принцессы явственно читалось нескрываемое пренебрежение. - Я ещё не закончила наше долгожданное воссоединение с блудным братцем. Кыш. - Нет! - Собрав всю смелость взглянула в лицо приближающейся смерти молодая девушка закрывая своим телом востанавливающегося юношу. - Я и пальцем не позволю тебе тронуть, моего старшего брата! Вокруг рук жрицы заискрились и вспыхнули ослепительно яркие искры готовые в любую секунду сорваться в сторону противника. Их свет, был так прекрасен, так чист, так сиял, что порождал надежду на искупление и прощение даже в самых грешных и извращённых сердцах. Вот только не всем грешникам мог быть дарован второй шанс. Тысячи смертоносных стрел из ослепительно чистого света устремились прямо в сердце нечистой ведьмы, что погрязла в бесчисленных грехах. Устремились... И бессильно растворились в складках тьмы и миазмах разложения, что подобно савану тянулись вслед за своей хозяйкой. Видя это, девушка обессиленно осела на ступени не в силах пошевелиться. Пусть силы изначально были несопоставимы, и она это прекрасно понимала, когда вызвалась помогать старшему брату в этом бою, но молодая жрица даже не подозревала с какой лёгкостью это существо сумеет отмахнуться от одного из сильнейших заклинаний Света. - Серьезно? И это всё? Ты действительно думала, что сможешь остановить меня этим? Наверное, я должна была пасть ниц увидев столь... ничтожную магию Света? - Явно сомневаясь в умственных способностях белой жрицы, уточнило воплощение Зла чуть сбавив шаг перед обессиленной девушкой. - Знаешь, это настолько оскорбительно, что даже умиляет. И ты явно кое-что забыла... На мгновение в тронном зале цитадели Тьмы посреди бесплодного ледяного королевства воцарилась мертвая тишина, в ожидании того, что же скажет Темная Госпожа. Даже звук сражений, что сейчас происходили по всей территории дворца, казалось, полностью затихли покорные воле воплощения силы оскверненного дракона. - Выжги это себе на подкорке тупой башки, раз по другому не понимаешь. - Каждое слово срывавшееся с губ одержимой принцессы отпечатывалось прямиком на душе раздавленной превосходящей силы молодой жрицы гниющими рваными ранами. - Он мой младший брат, фальшивка! Не твой. И всегда им будет, чтобы ты там себе не придумала. После чего, потеряв всякий интерес к девушке, существо вновь направилось к почти уже исцелившемуся юноше. - А теперь, на чем мы закончили, бра-атик? - Нет... - Тихо выдохнула Мария инстинктивно протягивая руку вперед, прежде чем начать растерянно хлопать ресницами пытаясь понять где она оказалась, почему комната трясется и чей кафтан она буквально уткнулась носом. - Ты ещё долго собираешься пускать на меня слюни? - Вырвал из полудремы девочку властный и не терпящий возражений голос, который Мария безошибочно узнала бы из тысячи. - Или ты таким образом ищешь мое королевское достоинство? - Прошу прощения, ваше высочество. - Подскочила на месте резко вернулась к реальности девочка стараясь не встречаться взглядом с сидящем напротив неё с принцем Аланом. - Обещаю, такого больше не повторится! - Да, перестань ты уже мельтешить перед глазами и успокойся, наконец! - Раздраженно фыркнул четвертый принц смерив свалившийся ему на шею балласт одним из своих фирменных взглядов. - Прошу прощения, ваш... - Хватит уже постоянно извиняться, бестолочь! От твоих бесконечных причитаний у меня начинается мигрень! - Вновь фыркнул на помощницу младшей горничной мальчик, которая инстинктивно вжала голову в плечи. - Лучше расскажи чем это ты занимаешься по ночам, что отрубилась стоило только сесть в карету? Мне казалось, мы договорились, что ты можешь практиковаться со своей магией в свободное время пока это не сказывается на твоих обязанностях горничной? - Это больше не повторится, ваше высочество. - Набравшись смелости все таки сумела твердо, насколько это было для нее возможно, пообещала Мария. - Я очень на это надеюсь, Кемпбелл. - Фыркнул младший из претендентов на трон, после чего неожиданно перескочил на совершенно другую тему. - Кстати, что тебе там приснилось, отчего ты неожиданно полезла ко мне обниматься? Так не терпится встретиться с семьей, что уже во сне представляешь, что будешь делать? - Вовсе нет. Мне приснилось... - Начала была Мария, но тут же растерянно замолчала вглядываясь куда-то в угол кареты в судорожных попытках уловить вспомнить хоть что-то. Вот только чем больше она пыталась ухватиться - Не помню... Извините, извините ваше... То есть, я хотела сказать... - Забудь. - Твердо прервал поток самобичевания мальчик, которому меньше всего хотелось сейчас выслушивать поток извинений. - Что совсем ничего не помнишь? - Только смутные ощущения. - Прислушавшись к чему-то глубоко внутри произнесла Мария, которую инстинктивно передёрнуло от вновь пробудившихся ощущений. - Как будто все мое тело оцепенело от ужаса не в силах пошевелиться в то время как нечто холодное оплело мое горло пытаясь проникнуть под кожу, чтобы сожрать меня изнутри. - Понятно. - С самодовольной ухмылкой важно кивнул на столь спутанное объяснение Алан с видом будто все понял. - Тебе приснилась обычная встреча моего любимого братца с его невестой на официальном мероприятии. Только мелодичного змеиного шипения между ними не хватает. - Госпожа Катарина - не такая! - С несвойственной ей решимостью встала на защиту чести своей "не сестры" молодая горничная. - Да-да... Клаес - добрая, пушистая и почти не ядовитая. - Отмахнулся от живущей явно в каком-то своем мирке девочки Алан. - Осталось только взявшись за руки с Джаредом отправиться прямиком на организованное Катариной чаепитие с простолюдинами. Наверняка там будут ещё и тортики. Почему нет? Что скажешь? От процесса медленного сгорания от стыда под колкими насмешками четвертого принца Марию спасло ощущение того, что карета начала делать рывки постепенно замедляться. – Похоже, мы почти на месте. – На секунду выглянув из зашторенного окна констатировал Алан. - Ты готова? Мария не смогла заставить себя ответить на вопрос блондина, инстинктивно сжав кулаки от нахлынувшего напряжения, лишь с трудом найдя в себе силы кивнув головой. По правде говоря девочка была абсолютна не готова, но она не хотела, чтобы сидящий напротив неё высокомерный молодой принц увидел ее страх. Как и положено порядочной героине маленький маг Света, она не хотела лишний раз заставлять волноваться принца Алана. За последние три месяца, что Мария провела во дворце в роли младшей горничной и помощницы Алана, молодой маг Света так и не смогла привыкнуть к резкой, порой, переходящую в грубость манеру общения мальчика, но это не делало четвертого принца плохим человеком. Напротив, за постоянными насмешками скрывалась доброта и искренняя забота об окружающих, хотя стоило ей заикнуться о чем-то подобном, как тут же оказалась бы жестко высмеяна её молодым господином. Поэтому, приложив титанические усилия, Мария всё же поборов накатывающую панику покинула карету с гордо поднятой головой. Ну, или ей хотя бы искренне хотелось верить, что именно так она и выглядела со стороны, особенно на фоне принца Алана излучавшего во все стороны непоколебимую уверенность. Выйдя из полумрака кареты Мария невольно прищурилась, борясь с ярким светом, пытаясь как следует разглядеть расположившийся прямо перед ними двухэтажный дом или даже скорее небольшой особняк в торговом квартале королевской столицы. Да, по сравнению с некоторыми соседскими особняками, что всячески подчеркивали богатство и влияние их хозяев, небольшой дом из светлого камня с большими окнами и просторной лужайкой выглядел откровенно блекло, но для выросшей в глубокой провинциальной деревеньке девочки он казался огромным. Да, за три месяца во дворце Мария успела немного привыкнуть к окружающей её роскоши, но одно дело работа в королевском дворце, а совсем другое... Закончить мысль личной горничной младшего принца не дал звук открывающейся парадной двери, отчего у девочки перехватило дыхание. Увидев силуэт знакомой с самых малых лет женщины, что застыла на пороге, в груди девочки что-то сжалось, а на глазах сами собой выступили слезы. Отбросив в сторону все глупые тревоги и страхи, Мария сделала шаг вперед. Затем ещё один. И ещё... После чего прыгнула прямо в руки статной блондинки. - Мама! - Пытаясь не расплакаться выдавила из себя маленькая героиня, чувствуя на своих плечах руки женщины. - Я дома. Дома. - Миссис Кэмпбелл, не хочу прерывать вашу семейную идиллию, но у меня сегодня множество неотложных дел. - После нескольких минут телячьих нежностей вырвал из маленького розового мирка мать с дочерью всеми забытый Алан. - Вы сможете наговориться с вашей дочерью и чуть попозже, а мне нужно уже ехать. Скажите, вам нужно что-нибудь привести или может возникли какие-то проблемы? Конфликты на работе? Может ссоры с соседями? - Всё в порядке ваше высочество. - Со всем возможным уважением заверила младшего из Стюартов годящееся тому в матери блондинка средних лет. - С соседями я почти не общаюсь, да и коллеги в пекарне куда я устроилась работать относятся ко мне очень хорошо. - А на счёт вашего мужа? Я слышал, что он отказался от переезда решив остаться в деревне. Это вас не тревожит? - Кто-то должен был остаться присматривать за домом. - Абсолютно бесстрастно отозвалась блондинка. - И это никак не связано с... - Нет. - Неожиданно твердо отрезала женщина. - Я благодарна за вашу заботу, Ваше Высочество, но это наше дело. - Хорошо. Раз вы так говорите. Тогда я заберу Марию на обратном пути вечером. - Коротко кивнул четвертый принц пойдя на попятную, после чего добавив обернувшись уже на ходу к карете. - Вы всё же подумайте насчёт того, что вам ещё может понадобиться. Я обещал, что позабочусь о вас и свое слово привык держать. - Благодарю за вашу доброту, Ваше Высочество. Если что-то понадобиться я непременно сообщу вам - Кивнула хозяйка, и вновь переведя взгляд на карету, добавила. - До свидания. Весь разговор между матерью и принцем Аланом Мария усиленно пыталась делать вид, что её нет. По общему молчаливому согласию, девочка старалась максимально не лезть в отношения родителей, как и в тайну своего происхождения, чтобы не провоцировать новые конфликты. Один факт того, что отец "остался дома" порвав все связи с ними невероятно печалил маленькую Избранную, вот только лишние распросы сделали бы ещё хуже. Когда карета принца скрылась за домами, а следом за ней и его охрана, Мария вновь повернулась к матери, чья улыбка направленная вслед уезжающему принцу с каждой секундой становилась всё более натянутой. Наконец, женщина глубоко вздохнув расслабилась, хотя её глаза всё ещё оставались настороженными. - Тебе не нравится принц Алан, мама? - Заметив реакцию женщины начинающий маг света. - Вовсе нет, дорогая. Он хороший мальчик, просто... Когда тянешь руки к огню можно легко обжечься. Для Его Высочества благосклонность лишь сиюминутный каприз, а потому не стоит полагаться на него, чтобы не оказаться ни с чем. - Мягко отозвалась женщина, погладив дочку по голове. - Впрочем, не будем об этом. Лучше расскажи как у тебя дела во дворце? Мария хотела было возразить матери, заверив, что всё совсем не так, но тут же осеклась на полуслове. Как бы не помогал их семье принц Алан, как бы не присматривал за ней во дворце, но девочка помнила, что для младшего Стюарта она всего лишь сестра-бастард его подруги, которую семейство Клаес не может официально признать. И пусть в благородстве Катарины и Алана Мария не сомневалась, но всегда могла возникнуть ситуация, которая попросту не позволит им общаться. Наверное, мама была права, когда всячески пыталась избегать подарков и внимания со стороны принца Алана и стоящих за ним Клаес. Придя к подобному решению, Мария отбросила в сторону все печальные мысли и начала свой рассказ о жизни во дворце.