Вечерние истории

Пятница. За окном стоял жаркий полдень, солнце нещадно пекло головы всем, кто осмелился выйти в такой час на улицу. Однако в кабинете у Джеймса Мэдисона было прохладно — темные шторы не пропускали ни одного лучика света в комнату, не позволяли теплому ветру согреть ее. «Свеча почти догорела, нужно зажечь новую». Только Джеймс хотел встать и пойти к шкафу за новой свечой, как услышал за дверью громкий топот. Уже через мгновение кто-то толкнул дверь с такой силой, что та ударилась о стену и жалобно заскрипела. На пороге стоял Томас — его глаза сверкали гневом, а тяжелое дыхание напоминало рычание. Джеймс вздохнул. — Ты опять поспорил с Гамильтоном? Томас посмотрел на него взглядом, мол, «а по мне не заметно?», и, протопав к окну, опустился в кресло. — Ну и что вы опять не поделили? — Гамильтон просто идиот, вот что! Он все еще продолжает говорить о своем плане! Когда он вообще поймет, что его идея банковской системы — полный бред!? - Мужчина несколько раз с силой сжал и разжал кулаки, борясь с желанием набить кому-нибудь морду. Желательно Александру. - И представляешь? Вашингтон ведь его слушает! Его, а не меня! Джеймс встал из-за стола и подошел к Томасу. Он обнял его, прижав его лицо к своей груди, и ласково погладил по волосам, зарываясь пальцами в кудряшки. — Успокойся. Мы все равно рано или поздно что-нибудь придумаем... Потратив полчаса на то, чтобы успокоить мужчину, Джеймс попросил первого попавшегося слугу принести две чашки чая и, наконец, заменил уже потухшую свечу. Томас расслабленно сидел в кресле, с интересом разглядывая потолок. — Как насчет того, чтобы эти выходные провести в Монтичелло? — Ты же знаешь, что мне надо работать, Том. — Да брось. - Томас покинул свое место и подошел к столу, усевшись на край. - Сейчас стоит прекраснейшая погода. Работу можно на Гамильтона скинуть. Он все равно из кабинета не вылазит и вряд ли заметит, если в его кипе прибавится пара бумаг. Джеймс сделал крайнке задумчивое лицо, пытаясь сделать выбор. Предложение провести выходные в поместье у Джефферсона звучало очень заманчиво. Даже слишком заманчиво. Томас принял чай от слуги и вернулся обратно к призадумавшемуся парню. Тот принял от него чай, ни на секунду не покидая своих размышлений. Наклонившись и притянув лицо Джеймса к себе, Джефферсон прижался своим лбом к его. — Ну же, Джейми, соглашайся. Такая возможность не каждый год выпадает. Помявшмсь пару секунд, Джеймс мягко поцеловал Томаса в нос и сказал: — Хорошо... Этот вечер они провели в Монтичелло, смотря на угасающий горизонт, попивая сладкое вино и ища на небе созвездия. Джеймс безумно рад, что согласился.