Ирония сложившейся ситуации (или же просто дерьмо)

— Поменьше еби себе мозг божескими капризами, amira, и жизнь станет куда проще. Аасимар, избранница богов, застрявшая в чёртовой пещере вместе с чёртовым тифлингом. Иногда Залиан Рет думала, что её покровители очень любили пошутить над ней. — Нечего сказать? Не удивительно. Залиан привыкла считать себя человеком своего слова. Два месяца назад, когда эта крайне… интересная компания отправилась в путь, Залиан пообещала Зову Янтаря, что постарается никого не убить. — Считаешь себя лучше меня? Но иногда… — Конечно считаешь. Ты и твои блядушные хозяева. Иногда сдерживать обещания становится слишком сложно. Клинок лезвия священного меча останавливается в паре сантиметров от шеи Мордекая. — Немыслимо, — медленно, почти по слогам, проговаривает она, — такой, как ты, говорит что-то о моих принципах? Если тифлинга обескуражил такой поворот событий, он явно этого не показывает. Наоборот, даже имеет наглость широко ухмыльнуться. — Двенадцать Всевышних, — он мерзко хихикает и поднимает обе руки в издевательском жесте, — или их все-таки одиннадцать, инквизитор? Эгоист. Свинья. Язва на теле мира. Залиан приходится собрать всю свою силу воли, чтобы засунуть меч обратно за спину, в ножны, а не воткнуть его лезвие прямо в горло Мордекая. Она сомневается, что даже это заставило бы его заткнуться. — Боги улыбаются, глядя на меня, — чеканит паладин, — а твоя родня сгниет в рабских кандалах. Вот оно. Что-то странное, что-то совершенно иное, отличное от извечной насмешки, мелькает в золотых глазах тифлинга — злость, гнев, шок? Его ухмылка из насмешливой превратилась в злую. А потом и вовсе сползла с лица. Удовлетворенная, что последнее слово осталось за ней, Залиан разворачивается и идёт дальше вглубь пещеры. Ирида побери этого ублюдка. Он не заслуживает ни капли сострадания.