Взгляд

      С попытки окупации Эмпориума прошло пару дней. Лололошка пришёл более менее в норму, но тем не менее его заставляли сохранять постельный режим. Радует хотя бы то, что к нему заходили часто. В особенности Радан, которого он прикрыл, чтобы не застрелили. Казалось, он волновался больше всех тех, кто был в штабе. Но не об этом.       Роман сидел на койке и наблюдал за тем, как Райя взволнованно летала вокруг него, явно волнуясь. Вдруг дверь приоткрылась, и из проёма выглянула беловолосая макушка.       –Можно? – прозвучал мягкий, но с лёгкой хрипотцой голос.       Комиссар поднял голову на него, и он с ассистенткой посмотрели на незванного гостя. На них смотрели алые глаза.       "Это же тот..." – подумал голубоглазый, вспоминая парня, что очень сильно выделялся в их с Раданом отряде.       –Можно, – ответила П.Е.Р.С.И.К., улетая на тумбу.       В помещение зашёл этот парень и подошёл к раненому.       –Как у вас самочувствие? – спросил он, глядя на пострадавшего, садясь рядом с ним.       –Ха... – выдохнул Лололошка, прикрыв глаза. – У меня всё в порядке.       –Приятно слышать, – сказал алоглазый, смотря на того.       –Как вас зовут? – спросил сидящий.       –Скирс. Ваше имя я уже знаю. Как же его не знать, – на последней фразе он издал смешок. Снова послышался вздох. – Вам ничего не нужно? Попить там поесть... Может, проверить рану?       –Ох, нет-нет! – шатен сразу же выставил руки перед собой. – Всё в порядке, не стоит! За мной и так тут наблюдают и заботятся. Вон, даже не разрешают встать и выйти отсюда, – он фыркул.       –Но на это есть причина: вы – символ Сияния, а также надежда многих.       –Знаю...       –И всё же я тоже хочу о вас позаботиться. Если вы, конечно, не против, – Белобрысый наклонился к чужому лицу, оставляя между ними жалкую пару сантиметров. Но они особо-то и не смутили "больного".       –Рад, что обо мне волнуются, но, правда, не стоит, – он мягко оттолкнул гостя. Тот хмыкнул и улыбнулся.       –Хорошо, – Скирс встал. – Тогда, надеюсь, ещё увидимся! – он вышел из комнаты, закрывая за собой дверь.       Райя взлетела и оказалась на уровне головы оставшегося в комнате.       –У вас довольно интересная реакция друг на друга, – произнесла она, отводя взгляд в сторону, задумавшись.       –Эм... Реакция..? – Роман приподнял одну бровь.       –Думаю, с её учётом, ничего плохого не случится, – и снова отлетела в сторону тумбы.       "Что..? – Лололошка нахмурился и перевёл взгляд на дверь. – Что за реакция? Не понимаю..."

***

      Парень даже был готов поблагодарить несуществующих Алу и Терру, когда его, наконец-то, выпустили из этой комнаты почти на все четыре стороны(к счастью или сожалению, из штаба ему запретили выходить). Сейчас он разговаривал с двумя из повстанцев – те спрашивали о его самочувствии. Но неожиданно он поймал на себе чей-то взгляд, посмотрев в сторону.       "Скирс?"       И вправду: на него смотрел тот, кто тогда к нему заходил. А алоглазый, даже увидев, что на него посмотрели в ответ, не стал прерывать свои действия. Разговор, в котором он учавствовал, ушёл на второй план, и его как будто не было слышно, только сердце, что забилось быстрее.       С горем пополам отведя взгляд, одновременно снова вникая в разговор, в его мыслях пронеслось:       "Что со мной?"       "Зафиксировала ту же самую реакцию у вас друг на друга," – зазвучал голос ассистентки.

***

      Последующие дни были подобные ситуации, где этот повстанец смотрел на него. Какое-то время комиссар обращал на это внимание, но позже перестал, так как этот зрительный контакт немного мешал. Но даже так на него он глядел. И в последнее время он стал более настырным. Ну, было, конечно, предположение, что тот немного злился на шатена, но это почти невозможно, так как они друг друга почти не знают. Ведь... Так?       –Кх..! – издал Лололошка, когда его прижали к стене, прижимая к ней его руки. Подняв голову, он увидел, как над ним возвышался тот белобрысый.       Это произошло, когда Роман вернулся в ту комнату, в которой он временно жил из-за того, что ему запретили уходить из штаба.       И снова этот взгляд, что прожигал насквозь.       –Скирс! Что ты делаешь?! – голубоглазый нахмурился, смотря в чужие алые глаза.       Тот лишь молчал, осматривая его лицо, которое слегка покраснело от близости. И вскоре, отпустив его руки и взяв чужое лицо в руки, впился в его губы поцелуем. Сказать, что шатен был шокирован, – это ничего не сказать. И он из-за этого приоткрыл рот, чем воспользовался повстанец, проникая в чужую полость языком, исследуя. Но это не продлилось и минуты, так как комиссар пришёл в себя и оттолкнул парня. В светлых глазах читался немой вопрос. Облизнувшись, белобрысый наклонился к чужому уху, опаляя его дыханием, и прошептал:       –Вы очень добрый, трудолюбивый, добродушный, готовы за всех стоять горой, красивый... – он отстранился от уха, но всё равно был достаточно близко, чтобы дыхание обжигало кожу друг друга. – За это всё и не только я вас полюбил, – чмокнув в щёку прижатого, Скирс удалился из помещения, оставив Романа с красным лицом, недоумением и с морем мыслей в голове.