Ведьмочка

       Брюнетка сдувает тёмную прядь со лба, оглядывает плод своих трудов, в который раз цепляет новогодние украшения из пакетов, пока Череватый чем-то на кухне гремит.        С той самой чашки чая прошёл месяц. Софи с полной уверенностью может сказать, что её жизнь изменилась полностью. Теперь всё свободное время чернокнижник занимает. Буквально постоянно.        Где бы молодой маг не находился, он всегда с Миллер связаться пытается. Будь то сообщения голосовые, или видео звонки.        Особенно, когда Череватый на испытания за пределами Москвы уезжает. Там и вовсе тоска зелёная начинается. Грустно без друг друга, привыкли уже, да настолько, что отлипнуть не в состоянии.        Если ведьма ещё как-то отвлечься пытается, то Влад словно специально этого делать не хочет. Преданный оказался, верный.        София и не против вовсе, не хватало ей такого. Тепла элементарного, понимания, что теперь она не одна. Есть человек, что для неё всё, что угодно сделает, лишь бы у девушки всё хорошо было. Не сказать, что у них отношения. Точнее, есть они, но не официальные. Влад о чувствах не говорит, но София и так понимает, что он влюблен в неё до безумия, вот только не словами это показывает, а поступками своими.        Да и лучше это. Брюнетка ему себя всю без остатка отдаёт, не хочет, чтобы он в ней разочаровался.       Вот так и живут теперь.        Брюнетка стабильно, каждые выходные, к Череватому приезжает, ведь другого свободного времени у молодых людей не находится. Эти два таких нужных дня, отдушина для них как-будто.        Потому и живут от выходных к выходным, лишь бы побыстрее рядом оказаться.        А сейчас этот черт проклятый, вместо того, чтобы квартиру украшать, что-то магичит там. Хоть бы кухню не взорвал.        — Сегодня буду глинтвейн варить. Столько всего вам рассказать хочется, да нельзя, пока выпуски не вышли, — звучит голос молодого человека, пока Миллер в коридор выглядывает, прокручивает в руках длинные конфеты, что для носков предназначены.        А вот и тема битвы поднялась, как раз таки. Писали Софи редакторы, да что уж там, весь телефон оборвали. Но брюнетка поняла для себя, что ей это не нужно больше. Всё, в чем она нуждалась - нашла уже.       И вот находка её сейчас пытается бутылку красного вина открыть.        Мужчина из кадра выходит, чтобы ножом воспользоваться, ибо дурацкая фольга сниматься не хотела.        А когда к телефону возвращается, то сразу же к экрану наклоняется, чтобы чат получше прочесть.       «Влад, кто там сзади? Софи?!»        Череватый улыбается, тут же к брюнетке лицом поворачивается.        — Чего застыла то? Иди, с семьёй поздоровайся, — брюнет кивком головы на свободное место рядом указывает, как-то специальный пакетик для приготовления открывает.        Миллер слушается, около мага останавливается, широко в камеру улыбается.        — Всем большой привет. Как ваши дела? Новогоднее настроение уже появилось? — интересуется девушка, а Череватый вдруг материться громко, ибо рукой бутылку задевает, и та чуть ли не на пол летит.       «Офигеть.. Я так и знала, что они вместе!»        София смеётся, на мужчину голову поворачивает.        — Ты знал, что твои ребятки ещё и экстрасенсы?        — А как иначе то? Сразу видно, чьи пиздюки.        Да и не сказать, что пара свои отношения скрывала. Вовсе нет, просто не видели смысла кричать об этом на каждом углу. Кто заметит - сам всё поймёт. Разумеется, у них куча совместных фото, София часто истории из квартиры чернокнижника выкладывала, да и в принципе постоянно под его постами писала что-то.       «Блин, как круто. Мы безумно за вас рады, ребятки!»       « А как Толик отнёсся к пополнению в семье?»       « Что на повестке вечера? »        Миллер внимательно вопросы читает, улыбаться не перестаёт.        — Всем большое спасибо. Толик.. А что с ним? Всё отлично. Вы думаете, что я к Череватому переехала? Ошибаетесь, получается, — брюнетка хмыкает лукаво.        — Да если бы я был на её месте, то тоже бы к Толику переехал, — отмахивается чернокнижник, алое спиртное в небольшую кострюльку выливает.        — Так, а на повестке вечера у нас - засунуть Владу эти конфеты в задницу. Ты мне что обещал? — кареглазая леденцы поднимает, показательно словно.        — Что обещал?        — Гирлянду повесить.        — Дак зачем нам гирлянда? Давай тебя повесим. Ты же у нас главная звезда.        — Ага, полярного счастья, — Софи глаза закатывает, а Владислав только смеётся громко.       «Влад, с кем из Битвы общаешься?»        — Молодой человек, вас тут спрашивают, с кем вы из битвы общаетесь. Будьте добры, ответьте. Мне аж самой интересно послушать, — Миллер на Влада смотрит, а мужчина напряжённо на плиту глядит.        — Да со всеми общаюсь. Контакт поддерживаем. Блять, почему у меня вино не закипает то?        Брюнетка к магу подходит, а после смеётся, отталкивает его обратно к телефону.        —Иди отсюда, недоразумение. Тебя учили её включать вообще? — Миллер улыбается, пока Череватый вновь громко матерится.        — Тьфу на тебя. Грех такой большой берёшь, не стыдно? — притворно хмуриться кареглазая, принимает решение сама напиток доварить.        — Честно сказать?        — Лучше не надо.       « Владислав, а какие у вас отношения с Линой?»        Мужчина зачитывает вопрос темноволосой, а девушка головой качает.        — Мы не оскорбляем чувства верующих.        — Нам похуй.       Молодые люди вновь смеются, а Софии думается, что это один из лучших вечеров в её жизни.

***

       Девушка шумно тянет воздух, сквозь пелену сна слышит, как хлопает входная дверь, шуршит объёмная куртка, а ключи с глухим стуком летят на тумбу, в коридоре.       Влад вернулся.        Череватый перед финалом волнуется безумно, почти с ума сходит. Всё боится, что не заберёт себе хрустальную руку, о которой уже два года мечтает. Потому и по кладбищам шатается.        Миллер поднимает свой телефон, жмёт на кнопку сбоку, включает дисплей, что своим светом слепит на пару секунд, а после взгляд фокус ловит, и брюнетка наконец-то может нормально время посмотреть.       2:53.       Он что, совсем уже?        Кареглазая от себя одеяло откидывает, тёплую постель оставляет, босыми ногами по паркету шлепает, от холода ежится, но комнату покидает.        — Влад, ты чего так долго? — Миллер выходит к мужчине, что выглядит так устало и изнуренно, что брюнетка даже на пару секунд пугается.        — Извини, ведьмочка. Вышло так, мы с Толей новый приём пробовали. Я сейчас в душ схожу и спать пойду. Поэтому не жди меня, ложись. И так разбудил тебя, — Влад возлюбленной улыбается, а затем в комнату уходит, чтобы домашнюю одежду взять.       Действительно, извини.        Следующие минут двадцать вода шумит из ванной комнаты, а Миллер спать и не собирается вовсе.       Хочет мужчину своего дождаться.        Посему просто в телефоне залипает, а когда слышит, что дверь хлопает, а на кухне так привычно гремят кружки и чашки, сразу же выходит к Череватому.        Софи упирается плечом в дверной косяк, с полным восхищением свое сокровище рассматривает.        С коротких волос капают небольшие, прозрачные капли, что медленно по шее текут, собираются во влажные дорожки, облизывают крепкие обнажённые плечи и ровный стан широкой спины.        Владислав вновь пьёт стакан воды перед сном, даже не подозревает, что за ним наблюдают пристально, а брюнетка больше в стороне стоять не намерена, именно потому и подходит к Череватому, крепко руками его талию обвивает, лицом в район лопаток утыкается.       Маг пахнет мятой и приятной свежестью.        — Ну ты чего не легла то? — Череватый оборачивается, крепко в ответ темноволосую обнимает, слегка ниже к её лицу наклоняется.        — Уснуть без тебя не могу.. — шепчет Миллер, предательски на бархатные губы заглядывается.       Волнуется.        А Череватый чувствует словно.        — Я тоже переживаю. Ну ничего, мы справимся, верно? Без тебя я бы и вовсе не вывез... — мужчину на откровения пробивает, а Миллер даже отвечать не хочет, только ладонь одну поднимает, касается скулы левой щеки.        И чернокнижник всё понимает, без слов. Да и не нужны они им вовсе.        Владислав расстояние между их лицами сокращает, в ту же секунду пухлые губы своими накрывает, медлить не собирается, девушку в глубокий поцелуй втягивает, последний горячий вздох роняет.        Миллер отзывчиво ближе жмется, послушно губы приоткрывает, позволяет магу абсолютно всё, что ему может в голову прийти.        Крепкие, мужские ладони ложатся на острые лопатки кареглазой, сквозь ткань его же футболки касаются. А Миллер кажется, будто его прикосновения сладостные ожоги на коже оставляют, где бы пальцы брюнета не оказались.        Языки молодых людей сплетаются в жарком танце, перемещаются изо рта в рот, а Владислав безжалостно зубами в сладкие уста вгрызается, целует с силой, слишком влажно.       Слишком грешно.        Желание обоих огромной волной кроет, но никто прекращать даже и не думает, сейчас такой момент необходим до безумия, будто глоток воздуха свежего, без которого они прожить не в состоянии.        Софи робко ладони на сильную шею опускает, кончиками ногтей к косточкам ключиц ведёт, скатывается подушечками пальцев к крепкой груди, изучает бархатную кожу мужчины, под которой сильные мышцы перекатываются.       Череватый горячий.        Его энергия может и с ног сбить, а властный напор не позволяет и на секунду от губ оторваться, прервать поцелуй, что такой огромный спектр эмоций дарит.        Руки Череватого охватывают девичьи бедра, ровно в тот момент, когда он поцелуй завершает, приподает с поцелуями к тонкой шеи, кончиком языка обжигающую дорожку ведёт, прихватывает кожу зубами, оставляет собственные следы, и заканчивать не собирается.        Из груди брюнетки тихий стон вырывается, а у Влада окончательно крышу срывает.        Мужчина девушку на руки подхватывает, оборачивается к кухонной столешнице, усаживает Софи на самый край. Ладони острых колен касаются, раскрывают длинные ноги, дабы между ними расположиться.        У девушки перед глазами плывёт безжалостно, руки тремором пробивает, а искушение, что с чувством предвкушения мешается, жарким пламенем низа живота обжигает, заставляет Влада за плечи схватить, ближе к себе прижимая.       — Нетерпеливая какая... — хриплый шёпот слышится будто из под воды.        А через пару секунд тело холод комнаты окутывает, ибо Череватый длинную футболку с девушки резко вверх дёргает, а Миллер только руки поднимает, помогает.       Желание прикрыться, от жадного взгляда тёмных глаз, не возникает вовсе, девушка только гриву тёмных волос назад откидывает, обнажается перед чернокнижником полностью.        Ладони мужчины касаются изящных изгибов подтянутого тела, скользят к груди, опускаются к корсету рёбер, оглаживают низ живота, игриво касаются резинки кружевного белья.        Влад опускается к полушариям небольшой груди, губы накрывают бусину левого соска, пока пальцы тянут низ нижнего белья по бедрам брюнетки.        София закидывает голову назад, глаза прикрывает, звучно тянет имя мага, без остатка отдаётся его искусным ласкам.       — Влад, пожалуйста… — молит брюнетка, а мужчина мучать девушку не собирается, лишь быстро избавляет себя от одежды, тянет ведьму на себя, утыкается лицом в изгиб её шеи.        — Ты прекрасна...        Его тихий шёпот растворяется в пространстве, когда Владислав делает первый, глубокий толчок, издаёт хриплый стон, в наслаждение глаза закатывает.        Софи почти скулит, опускает дрожащую ладонь на затылок чернокнижника, второй рукой охватывая широкие плечи.        Череватый сгребает хрупкое тело в охапку, прижимает к своей груди, старается быть ближе.       Кожа к коже.        Темп становится быстрее, набирает свои обороты, а Миллер находит в себе силы только талию брюнета ногами обвить, поддаваться бедрами вперёд, подстроиться под страстные толчки.        Владислав не сдерживается, грубо втрахивает ведьму в столешницу, рвано тянет раскаленный воздух, целует брюнетку туда, куда придётся.        София шепчет что-то неразборчивое, срывается на молитвы Богу, тонет в ярком ощущение.        Череватый рычит, громко, оставляет яркие отметки на светлой коже, что расцветают алыми бутонами на девичьем теле.        — Блять, пиздец... — мужчина перебирает все возможные маты в своём словарном запасе.        Миллер чувствует, как неумолимо подходит к самому краю бездны, что затянет её в сладкую темноту.        Спина выгибается, дыхание сбивается сильнее, а брюнетка больше не контролирует себя, ведь тело слушается совершенно другого человека.       — Влад, я больше не могу…        Оргазм пробивает горячими импульсами, касается оголенных нервов, наполняет каждую клетку тела, взрывается фейерверками где-то под кожей. Софи чувствует, что задыхается, будто варится в адском котле, обессиленно роняет голову на плечо Череватого, пока тот делает последние пару махов бедрами, перед тем, как абсолютно так же разделить те же ощущения с девушкой.        Пара восстанавливает дыхание пару минут, никто ничего не говорит, ведь сил попросту не осталось.        Но Влад не был бы Владом, если бы не вкинул полный бред в такой момент.        — Если ты всегда меня так встречать с кладбища будешь, то я с покойниками и вовсе поселиться готов..

***

       София покидает чёрный автомобиль, тут же двигается к большим, открытым воротам, удерживает в руках букет тёмных роз.        Сегодня финал. Финал « битвы Экстрасенсов». Волнуется ли она? Волнуется, пиздец как. За Влада действительно страшно, девушка безумно надеяться на его победу. Ведь больше никто, кроме него, не достоин забрать хрустальную руку.        Брюнетка идёт мимо рядов с фанатами, что высоко поднимают плакаты со своими фаворитами.        — Софи, мы тебя любим!        Миллер широко улыбается, машет ребятам, а затем поднимается по ступенькам, проходит в здание, тут же двигается на второй этаж, в комнату, где финалисты ждут экстрасенсов, что придут поддержать их.       Господи, Влад, пожалуйста, выйди из Готического зала победителем.        Девушка останавливается у огромных дверей, собирается с мыслями пару секунд, а затем проходит внутрь.        Три женщины и один мужчина.       Её мужчина.        Миллер улыбается, оглядывает финалистов, поудобнее берет цветы.        — Всем добрый вечер. Знаете, я желаю удачи каждому из вас, вы прошли огромный путь и достойны находится сегодня здесь. Но я пришла поддержать единственного победителя для себя. Влад, ты лучший.        Череватый тут же поднимается со своего места, светит яркой улыбкой и проходит к девушке, принимает букет, оглядывает чёрные бутоны.        — Под цвет моей души? — смеётся он, перед тем, как заключить Софи в мягкие объятия, — Спасибо тебе... — тихо шепчет чернокнижник.        — Ангелина, Елена, вы тоже огромные молодцы. Я буду с нетерпением ждать оглашения голосования. Пусть победит сильнейший, — девушка кивает женщинам, задерживает взгляд на Владиславе, а затем покидает помещение.

***

       Ведьма тяжело выдыхает, наблюдает за дверьми Готического зала, что должны открыться с минуты на минуту.        Ожидание давит, ложится на плечи огромным грузом, а сердце вот вот готово выпрыгнуть из груди.        Фанаты, которым удалось попасть внутрь павильона, вдруг затихают, когда высокий, мужской силуэт появляется в коридоре.        Тишина меняется громкими криками.        Череватый высоко поднимает руку, демонстрирует кубок, спускается по ступеням, а Софи резко срывается с места, подлетает к победителю, крепко обнимает чернокнижника, и понимает, что готова счастливо расплакаться.       Он её. Её победитель.        Владислав смеётся, целует щеки девушки, что-то говорит ей, но Миллер не слышит, только жмется лбом ко лбу мужчины, широко улыбается.        — Мы победили... — шепчет он, а затем мягко вкладывает синию руку в ладонь кареглазой.        Девушка кивает, быстро, словно болванчик, не понимает, когда Череватому приходится отойти, чтобы получить поздравления от ведущих, участников предыдущих сезонов, да и просто людей, что желали победы магу ещё год назад.        Всё происходит так стремительно.        Вот Влад хватает её за предплечье, молодые люди выходят на улицу, Череватый высоко поднимает их руки.        Вновь аплодисменты и овации.        Через пару секунд Миллер чувствует крепкий поцелуй на своих губах, отвечает, в наслаждение прикрывает глаза.       — Я люблю тебя, ведьма, — признается брюнет.        Говорит такие очевидные вещи, но Софи все же шепчет их в ответ. Ощущает, как влажные капли катятся по её щекам, когда она вновь обнимает мужчину.       Но, на самом деле, дело совсем не в хрустальной руке. Ведь эти двое уже победили. Победили, когда судьба вдруг свела их вместе.