Может к лучшему

Антон шумно выдыхает едкий дым из лёгких стоя у подъезда. Ментол ударяет в нос резким напором, а в горле начинает приятно першить. Мать снова полезла в жизнь со своими ебучими упрёками. Сын не подарок, а сама явно не лучше. "А вон та пятиэтажка не так уж и плоха" быстро проносится в голове у Антона" Эта мысль возникла как то отдельно от других, словно чужим голосом. На мутно-темном небе сияла огромная луна, прямо над крышей панельки, озаряя искрящийся снег. На её фоне ветки берёз казались чёрными, тонкими, какими-то мёртвыми. -Блять я ненавижу это всё. -нервно вырывается из Антона. Парень докуривает вторую сижку, - ненавижу вас всех как и себя - чуть не кричит подросток у себя в голове, делая очередную затяжку. Он хочет успокоиться, уйти, сбежать, не видеть никого и ничего. Только он и луна. Он медленно уходит в себя, наблюдая за воробьем на крыше. Они всё такие пустые. В глазах читается только пустота и безразличие. Эти люди, этот город всё такие серые, ключие, Антон запутался в себе, как воробей в колючей проволоке, он метается из стороны в сторону, но только садит новые раны, кровь стекает по нему, его желание выбраться никак не влияет на действительность. Выбраться из этого уже невозможно. Это замкнутый круг. Всё повториться по новой. После секундной паузы, боль начнётся по новой, и затянет на дно. Болото, из которого самому никогда не выкарабкаться, а чем больше барахтаешься- тем сильнее уходишь в топь. Организм медленно отравляется, но не сигаретами. Антон разлагается изнутри. Душа, как лучик солнца, хочет жить, но реальность заморозит любой огонёк. Люди плюнут в сердце, стоит им только его показать, душа потухнет, искорки в глазах уже не появятся. Они уйдут навсегда. Остануться лишь звёздочки от никотина, с каждым разом убивая тело, но спасая душу. Они помогают держаться, не уйти глубоко в себя, не вскрыться в холодной ванне. Антон тушит об запястье, чувствуя обллегчение от боли и кидает бычок на снег. -А вроде и всё хорошо,- проносится в голове, - ты ведь сам загнался, тебя никто не просил открываться всем этим людям, прими наконец, тебе просто нравится строить из себя жертву, такой жалкий, - противный голос напевает свою песенку. Антон одергивает рукав, отрываясь наконец от луны и тянется к телефону. Старенький редми не реагирует на замёрзшие пальцы - да твою ж.. -Меньше на морозе стоять надо, - тихий мужской голос врывается из тишины. В безмолвии ночной улицы, голос звучал так отчётливо, что антона всего передёрнуло от резкого испуга. Мужчина был тот же, что и пару дней назад. -Ты что караулишь меня тут, - Антон напоказ закатил глаза и оперся на дверь, хотя самого трясло от непонятного сковывающего страха, в тоже время Антону было плевать, даже лучше если этот псих будет его сейчас -Антон, я с тобой серьёзно разговариваю, как с адекватным человеком. Завязывай с этим. Тебе легче не станет. Антона аж передернуло от такой наглости, ему казалось что этот ненормальный преследует его везде. Он никто, Антон не просил ввязываться его в свою жизнь. -Да отвали уже блять! ты кто? Что тебе от меня надо? -Антон истерично кричал, что слышал наверно весь двор. Он выплескивал всю агрессию, копившуюся, наверно, целую вечность. -Успокойся, придурок. - мужчина быстрым шагом подошёл ближе, стянул маску и прошипел в самое ухо, опаляя худую шею мальчишки горячим дыханием, -я тебе зла не желаю, но если ты сейчас не заткнешься будет хуже. - мужчина отстранился от уха. Глаза Антона округлились, в них читался животный страх, они почему-то стали влажными, к горлу подкатил огромный ком и по щеке скатилась обжигающая предательская слеза. Мужчина сразу смягчился и изменился в лице. - Ну, ну, тише, солнышко. Не бойся, пожалуйста, - он крепко взял трясущуюся руку мальчишки и прижал к своей груди. Антон наконец смог увидеть глаза незнакомца, только лишь их, рот и нос были скрыты под маской. Во взгляде читалась нежность, трогательность, какая-то забота, Антон утонул в ярко синих океанах и невольно подался вперёд, утыкаясь носом в тёплый шарф мужчины. Он пах персиком. Так приятно, что не хотелось отпускать, сладкий, ненавязчивый аромат, едва уловимый, но такой приятный. Мужчина отпустил руку парня. - Иди домой, уже поздно - мужчина провел Антону по плечу и ушёл по английски за тёмный угол дома.