Нашедшему - весь мир

      Фукудзава сонно поправляет рукав, стараясь привести мысли в порядок. Хироцу-сан позвонил ему в шесть утра, сказав, что босс будет ожидать их в семь у агентства, поэтому пришлось в спешке собираться. Отпустив таксиста, директор встретился взглядами с Тэтте Суэхиро и Куникидой. Его сотрудник выглядел одновременно сонно и встревоженно, со слегка растрёпанными волосами, но, в идеально выглаженном костюме. Ищейка же выглядел так, словно и не ложился. - Фукудзава-сан, вы долго.- За спиной раздался насмешливый голос.       Дазай был позитивным, всё в том же костюме, пальто и в шарфе. Он вертел в тонких пальцах пачку ягодных сигарет, но смотрел, словно сквозь мужчину, погрузившись в свои мысли. Не дожидаясь того, шатен направился ко входу в здание. Директор только покачал головой, этот день явно будет тяжёлым.       Собрались они всё так же в его кабинете. В центре стола снова лежал дорогой мобильник с Достоевским на связи. Всё это напоминало дурацкое дежавю, но Директор только молча сел, готовый выслушать Портового босса. - Во время взрыва я видел, как от здания отъезжал знакомый грузовик. – Без предисловий начал тот, скучающим голосом. Хотя его глаза лихорадочно блестели, словно он не спал всю ночь. - Этот грузовик принадлежал одной из наших организаций по продаже оружия, которую я закрыл в прошлом году. Да и человек, который отвечал за данное заведение, был тогда и уволен. - Почему вы сразу об этом не сказали? – Резко выпрямился Куникида, раскрыв блокнот. Дазай же только пожал плечами. - Я не сильно интересовался им. Это было первым бизнесом, который я открыл, заняв место босса. Но уделил ему не больше месяца, просто поставив нужных людей и занявшись другими делами. Я не вспоминал о нём несколько лет. Убытков он не приносил, но и больших денег не давал. Из-за ненадобности я от него и избавился. Поэтому сначала и не придал большого значения эмблеме на машине. - Вы знаете адреса складов, где хранилось оружие, или гаражей с машинами? – Перешёл к делу Тэтте. - Нет. Всем этим занималось моё доверенное лицо и член исполнительного комитета. Я приказал порыться в его документах, но нужной информации там не было. Это не важно. Я знаю адрес человека, который этим занимался. От него мы всё и узнаем. – Дазай не любил вспоминать тот год. Тогда много чего прошло мимо него, потому что голова была забита только поисками Чуи. - Почему вы сами к нему не поедете? – Нахмурился Фукудзава. - Такими темпами я и всё сделать сам, но мне казалось, что у нас командная игра. Мы делимся информацией и проверяем её. Как-ни-как мы все заинтересованы в данном расследование. – Дазай насмешливо улыбнулся, незаметно скосив взгляд на свои дрогнувшие пальцы. Нервы брали над ним вверх и он не был уверен, что не вцепится подозреваемому в глотку. Тот был единственной ниточкой в этом деле, нужен был кто-то с более холодной головой. - Может и так, но это не означает, что мы вам доверяем. – Фукудзава поджал губы. Ссориться не хотелось, но это казалось странным. Дазай слишком активно начал в этом участвовать, хотя в самом начале бездельно бродил по улицам. Это могло означать, что они на правильном пути. Так же могло оказаться, что всё это какой-то план по заманиванию их в ловушку. Фукудзаве хотелось бы доверять тому, как-никак, на кону была жизнь Рампо, и Юкичи сам изначально ломился к нему в здание ради помощи. Но Дазай Осаму был убийцей Мори Огая. Убийцей человека, который подарил ему новую жизнь, крышу над головой и еду. И сейчас он, не объясняя настоящей причины, заманивал их в дом к незнакомцу. Это могло быть ключом к разгадке, к спасению. Но… Стоило ли ему настолько доверять? Фукудзава так и не получил ответ от Катая по поводу отношений шатена и его исполнителя, он не знал, чего следует ожидать. Не знал настоящей мотивации мафиози. – Где гарантии того, что это не ловушка, что вы не продали нас какой-нибудь организации? Почему я должен отпускать с вами своего сотрудника в дом вашего бывшего члена?       «Всё это ради Рампо», повторял как манту под себя Юкичи. Но даже так, он не собирался рисковать кем-то ещё, идя на поводу своих надежд. Он не хочет в конечном итоге потерять всё, что имеет.       Тогда он точно не сможет помочь… - Мне всё равно на это. – Вдруг раздался голос ищейки. Тэтте встал из-за стола, поправив меч на бедре. – Ловушка это или нет, но я иду. Либо это приблизит меня к Дзёно, либо ничего не изменит.       Дазай кивнул, поднимаясь следом. Он не собирается никого уговаривать или оправдываться. Они просто потеряют время. Потеряют шанс продвинуться дальше. И он не мог осуждать Фукудзаву за лишнюю осторожность. Он бы тоже себе не доверял. Он бы и Фукудзаве не доверял. Но спустя несколько лет безумия, в омут прыгаешь сразу с головой. - Извините, директор, но я тоже пойду. – Склонился Куникида.       Достоевский в телефоне пожелал им удачи и сказал, что будет искать ещё какую-нибудь информацию, пока они допрашивают мужчину. На этом, в принципе, и договорились. Хотя у Дазая было ещё одно дело. Совершенно не важное, но ему хотелось отблагодарить одного старого знакомого за помощь.       Когда ищейка и детектив вышли, Дазай немного задержался в кабинете. Директор смотрел хмуро, пусть и не пытался оспорить решение своего сотрудника и даже дал добро. Но он явно до сих пор не был в восторге от происходящего. Недоверие в коллективе ломало всю командную работу. Мужчина молча проследил как шатен вернулся к столу и взял листик с ручкой, что-то на нём написав. Потом он сложил тот пополам и протянул самураю. - Я думаю, вы оцените это. Готов даже поклясться, что это не ловушка. Вы даже можете пожалеть, если не съездите туда. Но, в любом случае, это будет вашим решением. Ничего не измениться, если вы откажетесь.       Дазай развернулся, и лёгкой походкой покинул кабинет, оставив Фукудзаву,с зажатой между пальцами запиской, позади.       ***       Рампо устало привалился к стене, раздражённо поправив неудобную кофту. Он чувствовал злость и недовольно хмурил брови. Его сначала отвели в душное тесное помещение, где заставили раздеться, чтоб осмотреть на всякий случай на наличие жучков или прослушивающих устройств, и даже провели по нему каким-то сканером, в поиске подкожных. Это раздражало. Трое охранников, мужчина в медицинском халате и его сопровождающий, которые смотрели на него. Потом ему выдали мешковатую белую форму и нижнее бельё, отвели обратно в камеру и сказали ждать. Чего ждать, было непонятно. Хотя выданная одежда слишком сильно напоминала форму заключённых из «Мерсо». Скорее всего, их попробуют вывезти под видом преступников. Рампо раздражённо пожевал нижнюю губу.       Он тряхнул головой и прислушался к творящемуся за стеной. Несколько секунд назад затихли крики возмущённого Дзёно, которого утащили следующим. Того явно придётся раздевать насильно, по-другому он не дастся. За стеной же, из камеры портового исполкома доносился тихий шёпот, детектив прислушался. - Что ж, даровавшая мне тёмную немилость… - Что ты там бормочешь?       Тишина. Рампо подождал ещё несколько секунд, а потом безразлично пожал плечами. Наверно, это что-то личное. - Как тебя, кстати, зовут? – Детектив только сейчас обратил внимание на то, что не знал имени соседа. Портовый исполнитель всегда был для него Портвым исполнителем. Но сейчас они в одной лодке. Было бы не плохо знать, как зовут того, на кого придётся рассчитывать.       Вот только… в ответ ему всё так же доносилась тишина, само это не было странным, исполнитель редко подавал голос, но странным казалась сама ситуация. Несколько лет заключения ни для кого не прошло бы бесследно. Рампо не видел «напарника» но надеялся, что тот будет в состояние не только обсуждать побег, но и участвовать в нём. Рампо нервно сжал кулаки. По голосу казалось, что с тем всё в порядке. Но детектив не раз видел, как люди испытывали кучу сильных эмоций, но говорили спокойно и безразлично. - Эй, ты ведь в порядке? Не то, чтобы меня волновало это, но наша свобода зависит от нас. Будет плохо, если из-за кого-то всё рухнет. - Я в порядке. – Раздался тихий хриплый голос.       Рампо кивнул, а Чуя обвёл взглядом стены своей комнаты. Стены исписанные только одной фразой… «Что ж, даровавшая мне тёмную немилость, не стоило снова меня будить»…       Снова и снова. Написанные вкривь и ровно, пересекающие друг друга, огромные и маленькие. Казалось, что на каменной поверхности нет свободного места. Вот только… Дарители так и не появились, а Арахабаки внутри него уже перестал бесноваться и только изредка напоминал о своём существование тихим шёпотом внутри черепной коробки. Чуя расчёсывал свою кожу до крови, надеясь, что хотя бы так сможет активировать Порчу. Что бы он ни делал, всё было зря. Накахара и вправду сходил с ума. В замкнутом пространстве, не в силах что-то сделать, не знающий, что будет дальше и ищут ли его. В конечном итоге, спустя несколько попыток побега, пришло отчаяние. Он сутками лежал, не шевелясь, и только шептал слова активации, надеясь, что когда-нибудь это сработает. Он писал эту фразу снова и снова стёртыми до крови пальцами, кричал и разбивал кулаки об стены и пол. Он готов был умереть, потому что даже это выглядело как хоть какая-то свобода.       Когда счёт перевалил за годы, Чуя решил, что его больше не ищут. Слишком долгий срок. Дазаю лучше жить дальше, не оглядываясь назад. Тем более, Чуи больше не было в Японии и вряд ли он сможет вернуться.       Даже сильные ломаются.       Пытка одиночеством оказалась для Чуи тяжелее, чем физическая.       Дальше всё было как в тумане. Здесь не было часов или календаря. Не было окон, что бы можно было понять, когда день, а когда ночь. Всё это отслеживалось по приёмам пищи и действиям Максима. Чуя фиксировал всё это краем сознания, стараясь держаться в сознание хотя бы за счёт этого. Он знал, когда сменяется охранник на камере, знал о безразличном Бунине, который иногда подменял Горького. И искренне не знал, что делать с этой информацией. Он был сильным, но их было больше.       Потом его снова куда-то перевезли, связав и надев маску на лицо, а через пару недель у него появился сосед. Шумный мужчина, который много шутил, всё время говорил, и смешивал русские и японские слова. С ним было тяжело, Чуя уже отвык от шума. Он зажимал себе уши руками, сворачивался в клубок и шептал слова активации. Шумный мужчина переехал в камеру подальше. Пусть его до сих пор было слышно, но, хотя бы, не настолько громко. Вот только, счастье длилось не долго. Появился новый сосед, а за ним ещё один. Они говорили, строили планы, ссорились, шумели. Чуя сидел на своей койке, и мечтал оглохнуть. Чужая надежда больно била по сердцу, раньше он тоже верил, что сможет выбраться. Он был сильным.       Он не собирался им помогать.       Он не верил в успех, и не видел смысла, в бессмысленной попытке.       Но… - Нас ищут. Мой начальник не успокоиться, пока я не вернусь. Да и Дазай Осаму уже два года отслеживает движения преступных организаций и ведёт поиски.       Дазай…       Этот бинтованный идиот.       *** - Серьёзно? – Куникида протёр очки и снова окинул взглядом бедный район. – На сколько мне известно, в Портовой мафии платят довольно много. Каждый, конечно, сам выбирает, как ему жить, но…       Дазай только безразлично пожал плечами. - Возможно, ему пришлось отдать всё накопленное за что-то. Может он пропил, или отложил на чёрный день. Но, если тебе так интересно, можешь у него спросить, я останавливать не буду.       Они замерли около потрёпанной двери, и босс вежливо постучал. Сначала было тихо, потом послышались шаркающие шаги, и дверь слегка приоткрылась. Лохматый мужчина удивлённо посмотрел на них, а потом открыл дверь шире. На удивление обстановка в доме была довольно симпатичная. Дёшево, но чисто и аккуратно. - Босс, что вас привело сюда? – Спросил мужчина, пропуская их. - Да так, появилась пара вопросов. Не будем терять время. Недавно я видел наш грузовик, не знал, что он ещё на ходу. – Дазай повертел в руках какую-то безделушку и посмотрел на бывшего подчиненного.       Тот нервно поозирался, а потом тяжело вздохнул, явно со всем смирившись. - После того, как вы закрыли предприятие, не было ни каких инструкций по поводу товаров, помещений и транспорта. Я несколько раз писал вам заявления, но вы их игнорировали. Из исполнительного комитета никого нет, а другие только пожимали плечами. После моего увольнения, мне отдали документы на всё это, потому что там стояла моя подпись, а вы никаких распоряжений не дали. Мне это тоже не было нужно, поэтому я всё перепродал другим группировкам.       Дазай кивнул. Это возможно. Он тогда в принципе ни на что ни обращал внимание, да и в этом предприятие не было никакого смысла, Осаму даже не заметил, что слегка потерял в деньгах. - Если это так, то почему вы живёте в таком бедном районе, словно скрываетесь от кого-то? – Всё-таки не выдержал Куникида. Мужчина перед ним не похож на богача. А Доппо уверен, что чуть ли не готовый бизнес с целым складом оружия и транспортом не будет дешёвым.       Мужчина просто пожал плечами: - Купил квартиру дочери, оплатил учёбу сестрёнке, да и так по мелочи растратил. Крыша есть над головой, этого и достаточно, а какая она уже не важно.       Куникида поправил очки. Рампо бы назвал его идиотом, потому что можно было бы и догадаться. Большинство уходит в преступные круга, чтоб обеспечить семью крупной суммой. Он не раз за свою карьеру видел таких людей, которые забивали на себя, поднимая на ноги других. - Где находятся эти склады? – Снова взял слово шатен. – Вроде их немного было. - Всего два. – Кивнул мужчина. – Один выкупила организация… что-то там про крыс и смерть… не помню. А вторую купил какой-то мужчина не представившийся. - Помнишь адрес второго? - И можете описать покупателя? – Вдогонку шатену спросил детектив. - Я сомневаюсь, что за документами приходил главный. Голос другой, не тот, с которым я договаривался по телефону. А так… мужчина, лет двадцати пяти-тридцати. Худой, с чёрным каре и косой чёлкой. В принципе… больше ничего о нём вспомнить не могу. Но он точно не был японцем. Внешность не та, да и говорил с акцентом. А склад находился в лесу Аокигахара, я могу скинуть вам геолокацию, у меня сохранена. - К вам больше не обращались по поводу данного склада, или может вы слышали какие-то новости? – Спросил Тэтте. - Да нет. Только после продажи меня у дома один раз поджидал этот мужик, спросил, когда я заберу своё оружие. Я ему объяснил, что склад вместе с ним и машиной продавался, и теперь это их. Это была последняя встреча. Да и я больше не верчусь в преступных кругах, поэтому не знаю о слухах. Мне хотелось побыстрее от этого избавиться, чтоб начать новую жизнь. - А номер телефона вы не сохранили, по которому связывались с покупателем? – Снова спросил ищейка, но бывший мафиози только покачал головой.       Дазай снова окинул взглядом чужой дом, на подоконнике открытого окна сидел трёхцветный кот. Дазай медленно подошёл к нему и почесал под ошейником. Где-то он его уже видел. - Мы не прощаемся. – Бросил он на последок, вернувшись к двери. - Сразу поедем в лес? – Спросил Тэтте, когда они вернулись к машине.       Дазай кивнул. - Да, считаю, что не стоит терять время и сразу проверить. Я напишу Чёрным ящерам, они нас встретят на месте. Поедем сейчас, дорога не близкая, часа три добираться, так же придётся пробираться без машины. Этого времени хватит, чтоб объяснить вам мой план. - Ты уже что-то придумал? – Удивлённо округлил глаза Куникида, а Дазай злорадно улыбнулся. - О, да. Я составил мини план ещё ночью, но сейчас он сложился окончательно. Кое-кому пора дать сигнал к старту.       Детектив и ищейка удивлённо переглянулись, когда Дазай злорадно рассмеялся и набрал чей-то номер. Куникида решил коротким сообщением рассказать всё директору.       ***       Фукудзава ещё несколько секунд смотрел в экран телефона, а потом убрал его и поднял взгляд на здание спереди. Детский дом. Самурай нахмурился, снова сверяясь с адресом на бумажке. Если честно, он ожидал, что это приведёт его хоть к чему-то дельному. Появилось дурацкое желание просто взять и развернуться, вернувшись в агентство. Всё это было слишком похоже на издёвку, словно от Фукудзавы решили избавиться, что б он не мешался. Особенно, с учётом того, что начало происходить. Но он уже был здесь, поэтому, смяв в руке записку, он вошёл в здание. Внутри было на удивление симпатично и чисто. Мимо пробегали маленькие детишки, изредка бросавшие на него заинтересованные взгляды, но тут же возвращаясь к играм, как-то сумев определить, что он сюда не ради них пришёл. Юкичи неуверенно замер, не зная, что он должен делать дальше. Он обвёл присутствующих взглядом, заметив в углу огромной комнаты несколько ребят постарше, и уже взрослых, которые доживали здесь последние годы. Взгляд зацепился за блондинистые кудри, и весь мир, кажется, остановился. Эта девочка была копией Элис. У неё был огромный алый бант и алое платье с рюшами, она смотрела на него голубыми глазами и растягивала бледные губы в насмешливой улыбке. Хотелось к ней подойти. Подойти, чтоб убедиться, что это не более чем издёвка сознания. Элис не может быть здесь. Элис не более чем способность.       Но… - Фукудзава-сан. Не ожидал, что вы так скоро удостоите меня своим присутствием. Как поживаете? – Раздался за спиной до боли знакомый насмешливый голос.       Самурай вздрогнул и замер. Ему не хотелось оборачиваться. Не хотелось, чтоб резко появившаяся надежда разбилась вдребезги. Но и просто стоять на одном месте он не может. Тем более, что несколько детей уже подбежали к человеку за спиной, задавая какие-то свои вопросы и обращаясь к нему: « Мори-сенсей».       Возможно, только что пропал один из поводов ненавидеть Дазая Осаму.       ***       На полпути через лес, они повстречали Гин и Тачихару, те доложили обстановку. С ними было несколько шестёрок, которые заняли свои позиции, незаметно наблюдая за зданием. Акутагава и Хироцу-сан ждали дальнейших указаний босса. Дазай кивнул на это, спокойно и размеренно шагая вперёд, в то время как Куникида нервно проверял свой блокнот, Ацуши, позванный Доппо, вздрагивал от каждого звука, а Тэтте сжимал в руках меч с таким лицом, словно был готов порешать каждого встречного. Его военная дисциплина и принципы явно отходили на задний план, если дело касалось слепого ищейки.       Акутагава и Хироцу приветственно склонились, когда они, наконец, дошли до нужного места. Одноэтажное складское помещение, с уже проржавевшими стенами тихо стояло посреди леса. Несколько шестёрок доложили, что слышали внутри копошение и, сквозь стёкла, видели шныряющих людей. - Надеюсь, всё пройдёт хорошо. – Нахмурился Куникида. Та часть плана, в которую их посвятил Дазай, казалась, замечательной. Но всегда есть подводные камни.       Дазай поджал губы. Эта задумка должна сработать, иначе Осаму к херам взорвёт Йокогамму, чтоб добраться до них на том свете. - В любом случае, мы вряд ли что-то потеряем. – За спиной прозвучал весёлый женский голос. – Даже если сейчас ничего не получиться, то я уверенна, что Дазай-кун очень быстро что-нибудь придумает.       Шатен мысленно подскочил и удивлённо обернулся.       Коё Озаки.       Женщина выглядела всё так же, со своими аккуратно собранными волосами и красивым кимоно. Она умудрялась сочетать в своём взгляде насмешку, нежность, и печаль. Это первая их встреча лицом к лицу за два года. В последний раз он её видел, когда выбил дверь её дома и вцепился чуть ли не в горло, до последнего надеясь, что Чуя решил его проучить и спрятался в доме сестры.             Потом он игнорировал её звонки, преследуя другие группировку, преступников, полицию, камеры. И вот они встретились. Даже гадать не надо, кто именно слил ей всю информацию.       Огай начал действовать. « - Ты уволил сестрицу?!!! – Чуя неверующе округляет свои и без того большие глаза.       Дазай не уверен, что успел морально подготовиться к этому разговору, поэтому с фальшиво-спокойным лицом перебирал документы, чувствуя, как кресло босса резко стало не удобным. - Ты знаешь, что сестрица не проработала бы долго под моим руководством. – Безразличным голосом начал Дазай, прекрасно зная, что не сможет отвести от себя эту бурю. Чуя принял бы уход Коё, только если б изначально это было её решением. Она этого не планировала.       Но Коё всегда была преданна Огаю. Он спас её.       Благодарные всегда отплачивают своим благодетелям. - И ты поэтому выгнал её из организации?! – Точёный кулачок прилетел по столешнице, заставляя подпрыгнуть предметы. - Я уволил её только из исполкома. – Губы растянулись в насмешливой ядовитой ухмылке, Дазай старался, чтобы это не звучало как оправдание. – Решение покинуть мафию было полностью её. Не буду же я удерживать силой.       Она бы не стала работать под его начинаем.       Чую это не успокоило, кажется, что он стал даже злее. - Ты идиот! Чем она тебя в исполкоме не устраивала?! Она была лучшей. Она идеально выполняла все задания, заполняла документы и заботилась обо всех. Конечно, она ушла, ты выгнал её с её законного места! Как ты мог так с ней поступить?! Она же наша семья!       Дазай саркастично усмехнулся. Коё покидала здание с улыбкой, сказав, что они всегда могут обратиться к ней за помощью. Она хотела открыть свою школу Гейш, она хотела заниматься этим. Дазай просто был удачным стечением обстоятельств, не более. Вот только Накахаре это было невозможно объяснить. Чуя сейчас послушал бы кого угодно, но не его. - Верни сестрицу!! - Нет.       Она не согласиться.       Чуя поджал дрогнувшие губы и испепелил его злым и разочарованным взглядом. Дазаю было жаль. Хотелось обнять Чуя, крепко прижать к себе и извиниться. Но шатен знает, будь у него способность возвращаться во времени, он бы всё равно понизил Коё. Он не доверял ей. Он не видел смысла в ней подле себя. Может это какая-то болезнь лидеров организаций, но Дазай понял, что мало кому доверяет в мафии. В конечном итоге, он позволит стоять за своей спиной только Чуе. Чуе, который сейчас был готов переломать ему все кости, но только развернулся и быстрым шагом ушёл, громко хлопнув дверью. Они не скоро помирятся. Наверно пройдёт месяц-два, когда они смогут спокойно поговорить. Дазай покачал головой, печально смотря на разлетевшиеся бумаги».       Осаму знает, что они померились именно из-за неё. Чуя потом позвонил девушке, она предложила встретиться, и всё объяснила. Накахара был всё ещё зол, но намного меньше. Сейчас она стояла перед Дазаем, всё такая же, словно не прошло несколько лет. - Рад вас видеть, старшая сестра. – Кивнул Осаму, и, на удивление, был искренен. - Я бы была бы не против, если бы наша встреча состоялась намного раньше. Но, лучше поздно, чем никогда. В курс дела меня посвятили, так что… - Женщина усмехнулась. – Скоро наш Чуенька и другие потеряшки разъедутся по домам. - Тогда давайте действовать. – Кивнул Тэтте.       По взмаху руки Дазая, шестёрки резко выманили из здания врагов, оттесняя их как можно дальше. Раздались звуки перестрелки и крики. Потом они разделились. Дазай с Тэтте пошли к главному входу, Коё с Доппо к запасному, а ящеры с Акутагавой и Ацуши поднялись на крышу. Внутри их ждало ещё несколько человек, с которыми они легко расправились. Шатен осмотрелся. Они были в длинном коридоре, оббитом алюминиевыми пластинами. Он ввел к одинокой двери, за которой было полупустое помещение со сваленным строительным мусором. Ищейка внимательно всё осмотрел, но только покачал головой, ничего не найдя. - Пойдём дальше, только осторожно. – Бросил Дазай и пропустил мужчину вперёд. Как ни как, Дазай был не важным бойцом, он больше по стратегии.       Не зря. Из-за поворота резко выскочил мужик с арматурой, чуть не попав по голове военному. Но тот с лёгкостью увернулся и одним ударом кулака отправил того в нокаут. - Оставим его в живых. Вдруг понадобиться информация.       Дазай согласно кивнул. - Оттащи его в подсобное помещение. Свяжем его там, чтоб никто не заметил.       Следующая комната выглядела странно. Даже находясь внутри, было заметно, какое всё неестественное. Словно попали в старую фотографию. Всё выглядело плоско и зернисто, хоть и при ближайшем рассмотрении становилось нормальным. Так же предметы часто меняли цвет и фактуру. Осаму и Суэхиро переглянулись. Они на месте. Сбоку была дверь, которая, скорее всего, и вела на тот самый, ненастоящий этаж.       Дазай подошёл к ней, когда от главного входа донеслись шаги и шорох. Тэтте медленно двинулся туда, сжимая своё оружие и готовый к бою.       Мафиози открыл дверь.       ***       Бунин скучающе закинул себе в рот мятный леденец, ведя под руку слепого, единственного, у кого на глазах не было повязки. Тот шёпотом возмущался и матерился, до сих пор не отойдя от принудительно-насильного раздевания, осмотра, и непонятных передвижений. Впереди была переделанная под тюремный грузовик машина с фальшивыми охранниками, где уже сидел детектив и русский.       Иван передал им ищейку и пошёл обратно, бросив один короткий взгляд, на ведущего Чую, Максима. Скоро они уедут. Потирающее руки начальство называло это вторым этапом. Бунин поджимал губы и качал головой. Он громко хрустнул сладостью, упав на свободный стул. Когда босс вернулся в свой кабинет, мужчина уже гладил непонятно откуда взявшегося кота. - Развлекаешься, Ванечка? – Усмехнулся он, подходя к столу, и упаковывая оставшиеся документы. - Просто убиваю время. – Трёхцветное чудо громко заурчало, начав точить когти об чёрные джинсы. Бунин никак не мешал этому. – Что вы планируете дальше? Не поверю, что вы просто уедите, оставив пустой промежуток между своими «гениальными» планами. – Иван постарался, чтоб язвительность в его голосе была не так слышна, но засмеявшийся главарь мало что пропускал мимо себя. - Все мои идеи гениальны. Как ты можешь сомневаться в этом? Я два года прятал исполнителя Портовой мафии, сильнейшего из них.       Бунин тактично промолчал, что всё это удавалось только из-за способности Максима, большого количества сотрудников с оружием и тем, что эти года они провели в другой огромной стране, где можно с лёгкостью затеряться. Всё это с лёгкостью бы рухнуло, даже если бы они просто остались в Японии. - Но маленький подарок у меня всё же есть. - Что-то значимое? – Мужчина безразлично посмотрел, как Бунин положил в карман ветровки снятый кошачий ошейник. - Если можно считать значимым убийство босса Портовой мафии. – Пропел он, подходя к своему подчинённому и протягивая ему руку. Бунин от удивления чуть не уронил животное, но аккуратно перехватил его, приняв чужую ладонь. - Убить босса? Вы думаете, что сможете? – Это уже серьёзно. – И как вы это сделаете? - А почему ты так интересуешься? Решил снова меня предать? Жаль, что у тебя нет на это времени. – Он посадил Ваню на переднее сидение рядом с водителем, в то время как фальшивая охрана занимала места между пленниками. – Я знаю, что сюда скоро приедут. Дазай Осаму со своими дружками уже движется в сторону своего бывшего любовничка. Через несколько часов они будут здесь. – Пропел мужчина, на прощание, огладив чужое колено. Трёхцветный кот спрыгнул, убежав в лес. – Я оставлю ему подарок в виде газовой комнаты. Маленькую ловушку с ядом. Он не сможет выбраться, а если сможет… - Мужчина выразительно глянул на оставленную охрану. – Позаботься о нашем товаре. – Бросил он. Захлопнув дверь.       Бунин опустил стекло, выглядывая наружу. - Ты не поедешь с нами? - Нет, я хочу сам всё это увидеть. - Это глупо. Если что-то выйдет из-под контроля, ты умрёшь. - Ничего не сможет выйти из-под контроля. Наш маленький продавец создаст спокойную атмосферку, а потом скинет мне сообщение. Я буду знать о каждом их шаге. – Он прощально взмахнул рукой. - Как скажете, Владимир.       Машина тронулась.       ***       Дазай резко зажал себе нос рукавом, когда ему в лицо выстрелило ядовитым газом. Он успел только заметить, что за дверью была каменная кладка и, спустя несколько секунд, зрение затуманилось, его слегка повело. Денег они явно не пожалели. Газ за секунду заполнил всё здание. Осаму дёрнулся в сторону и постарался по памяти найти выход. Ему пришлось идти на ощупь, скользя пальцами по стене. Перед глазами была серая дымка, угасающая чернотой по краям. Лёгкие разрывало от кашля и недостатка кислорода. Ноги подгибались, и он понял, что умудрился заблудиться. В голове гудело, а в ушах звенело. Сквозь размывающееся сознание он смог заметить отблеск рыжего. Неясная фигура, но такая знакомая. Шатен медленно двинулся за ней, надеясь, что хотя бы эта часть угасающего сознания ему поможет. Сквозь вату в ушах, доносились металлические стуки, и прямо ему под ноги упала железная дверь. Потом в его голове окончательно помутилось. Он помнит, как его схватили сильные руки и зелёное пятно перед собой. Всё.       Тэтте взвалил на себя «напарника», таща его в сторону выхода. Газ тоже действовал на него, но физическая сила, выносливость, и опыт к таким вещам играл ему на руку. Зрение лишь слегка затуманилось, и он мог шагать более-менее твёрдо. Следом он снёс ещё одну заблокировавшуюся дверь и потащил мафиози по длинному коридору. Из-за угла резко выскочило трое в противогазах, но тут же упали замертво от изгибающегося меча.       Они выбрались на улицу, где Дазай начал тут же делать глубокие и резкие вздохи, параллельно захлёбываясь кашлем. Раздались аплодисменты. Высокий мужчина с зелёными глазами и семью вооружёнными людьми, хлопал им. Дазай смог разглядеть чуть в стороне и Максима. Мужчина выглядел нервно и всё время косился в сторону леса, словно волновался из-за чего-то. - Подумать только, всё как я и думал. Вас оказалось так легко заманить в ловушку, даже не ожидалось от босса Портовой мафии.       Тэтте рядом упал на колени, откашливаясь в ладонь. - Ох, ну что вы, это я не ожидал, что меня удостоят такой честью, и предстанут лично. – Саркастично бросил Дазай, чувствуя, как лёгкие горят огнём. Но, на удивление, становилось легче. Похоже, им всё-таки продали не такой уж и хороший газ. Или Дазай вовремя среагировал, зажав себе нос, и постараюсь как можно меньше дышать. - Как я мог это пропустить, сам босс такой великой мафии. Я был бы последним хамом, если бы проигнорировал вас. - Да, но вы показали себя последним дураком, явившись сюда. - Возможно, но глядя на вас, я уверен в своей победе. Да ведь, Максим? – Спросил он своего подчинённого. Горький вздрогнул от неожиданности, а потом залез в телефон, что-то проверяя, или пытаясь избежать разговора. - Ваня так и не написал. – Бросил он. – Я отойду ему позвонить.       Главарь только фыркнул, проводил взглядом подчинённого, и снова перевёл внимание на Дазая. - И каков ваш план? Что вы собирались сделать? И зачем всех похитили? – Как можно спокойнее спросил Осаму. В ногах всё ещё чувствовалась слабость. - Это я точно объяснять не буду. Мы же не в кино, чтоб тянуть время и рассказывать о своих гениальных планах. Я просто хотел увидеть вас в таком состоянии и всё. А теперь, расстреляйте их. – Приказал он стоящим за спиной мужчинам.       Стоило этим словам прозвучать, как изгибающееся лезвие пронзило всех находящихся сзади. Не успел мужчина удивиться, как к его горлу было приставлено лезвие, а Тэтте твёрдо стоял рядом.       Дазай хрипло рассмеялся, вставая на ноги. Его всё ещё пошатывало, но он держался. - Неужели ты думал, что я смогу попасть в такую лёгкую ловушку? Я ожидал подобного, ещё до того, как это стало известно. И газ, и блокиратор способностей. – Он посмотрел прямо в удивлённые глаза. – Я всё просчитал на несколько шагов вперёд. Ваша самая большая ошибка – вернуться в Японию. У вас не было и шанса на моей территории.       Тремя часами ранее: -Нас ждут с небольшим отрядом и ловушкой. Яд или газ, здесь я точнее не скажу. Способностями тоже после этого не сможем пользоваться. - Откуда ты знаешь? – Переглянулись через зеркало заднего вида Куникида и Тэтте. - Твоя разведка уже на месте? – Ищейка допустил мысль, что те могли быть на задание неподалёку, но Дазай только покачал головой. - Вы же знаете, что мафиози обычно не распространяют о себе личную информацию, потому что враг может этим воспользоваться, похитив членов семьи или возлюбленного. – Синхронный кивок. – Поэтому однажды наша бывшая исполнительница, Коё Озаки, ввела секретный код в свой отряд. Вскоре он разнёсся по всей мафии. К примеру: если кто-то во время важного разговора, важного – а не обычного, - подчеркнул Дазай, - произносит «мама» - значит, нас ждёт взрывчатка, или здание, в котором находиться наш человек, заминировано. «Сестра» - это толпа врагов, которая нас поджидает. «Дочь» - это ядовитые вещества, и так далее. - Умно. – Восхитился Куникида. - Ага. Так можно передавать важную информацию, чтоб враг ничего не понял. Главное, составить адекватное предложение и удачно втиснуть в разговор, чтоб не выглядело странно, и никто не догадался. - Понятно. Ваш человек упоминал сестру и дочь. Я и вправду не придал этому значения. – Задумчиво бросил Тэтте, Куникида согласно кивнул.       Дазай усмехнулся, подняв указательный палец. - Он упомянул «сестрёнку», уменьшительное работает и здесь. Отряд небольшой, человек десять. Но не стоит думать о них. С ними по-большей части разберутся шестёрки. Оставят нескольких для виду. - А с ядом, что будем делать? – Куникида остановился на светофоре. - Нет смысла тогда заходить внутрь. Вряд ли они будут там, в противогазах, сидеть. - Мы войдём. – Твердо сказал мафиози. - Я уверен, что главгад будет на месте и следить за нами. Я хочу, чтоб он считал, что его план сработал. Тогда мы сможем его схватить. - Хорошо, и каков этот план? – Машина наконец-то тронулась. - Всё просто. Сначала я спущу на них шестёрок, они устранят «сестру» и облегчат нам будущее. Я уверен, что этот отрядик не имеет большого значения для их лидера, он будет целиться на убийство меня. Поэтому, скорее всего, использует сильный ядовитый газ, чтоб наверняка. - Почему именно на тебя? – Нахмурился Куникида. - Не в обиду вам, но я единственный лидер организации в нашем ряду. Вы просто рядовые сотрудники. Уж явно он будет больше желать моей смерти. Поэтому и более внимательно будет следить именно за мной, что играет нам на руку. В здание будут камеры, и мы ничего не будем с этим пока делать. Когда распылиться газ, видимость затуманиться, и мы сыграем наш спектакль. План выглядит так: сначала выступят шестёрки и уберут эту бессмысленную преграду, они уйдут на приличное расстояние, чтобы не спугнуть нашу жертву, потом мы поделимся на три отряда и проникнем в здание. Старательно делайте вид, что мы серьёзно надеемся что-нибудь найти. Осматривайте углы, двигайтесь медленно, прислушивайтесь к каждому звуку, но не забывайте – это ловушка. - И как будем делиться? Я могу создать респиратор из страницы, тебе лучше пойти со мной. - Нет. Точно нет. Во-первых: они могут знать о твоей способности и занервничать, поэтому для меня нужно создать видимую опасную ситуацию. Во-вторых: твоя способность пригодиться для кое-чего другого. Я отвлеку их внимание на себя и своё «бедственное» положение, а вы займётесь другим делом. Я сообщил всё своему доверенному лицу, который с Фукудзавой-саном займётся кое-чем за их спиной. В это время, мы проникнем внутрь и отвлекаем их. - Тогда, с кем ты пойдёшь? - С Тэтте. – Названный мужчина удивлённо посмотрел на него. – Всё просто, я читал твою биографию. Ты раньше служил в японской армии*, а потом перешёл в «Ищейки». Ты сильный и более устойчивый к ядам, поэтому с лёгкостью вытащишь меня, даже не пострадав. Они вряд ли знают об этом, поэтому подумают, что ты тоже серьёзно ослабнешь. Когда мы выберемся, упади рядом со мной, сделай вид, что задыхаешься. В это время будет действовать второй отряд: Куникида и, присланный моим доверенным лицом, мафиози. Вы зайдёте с заднего хода, что естественно. Так же делайте вид, что осматриваете стены, мусор, и так далее, пока не сработает ловушка. Тут вы переходите к активным действиям. Ты наколдуешь себе и ему средства защиты. Недалеко от заднего входа есть маленький кабинет. Я не могу утверждать, что они его использовали, но у этого кабинета, впрочем, как и у большинства в мафиозном мире, есть маленький секрет. Мини камера в самом углу. Мафиози, который будет с тобой, знает и местоположение кабинета, и нашего секретика. Твоё дело, по большей части, это противогазы, и помощь в случае драки. Так же пошарьте там, вдруг, что найдётся. Третий отряд: Акутагава, Ацуши, и Чёрные ящеры. Они проникнут с крыши, точнее сказать, вырежут часть крыши, чтобы создать некую вентиляцию, и сделать вид, что мы серьёзно настроены. Их работа – вырезать тех, кто не клюнет на шестёрок. - Понятно. – Задумчиво кивнул Доппо. – И это приведёт нас к их лидеру, который хочет увидеть полумёртвого тебя, что довольно глупо. - Он и есть идиот. Вспомни, на каком фургоне они ездили. Единственное, из-за чего они так долго держались, это своей численности, способности Максима и возвращения на Родину. Если они снова смогут проскользнуть мимо нас в Россию, то вряд ли мы сможем его найти. - Что если, он успеет отдать приказ своим, чтоб избавились от пленников? – Серьёзно спросил Тэтте. - За это не волнуйся. Об этом я уже позаботился… После нашего плана, вы всё узнаете, а то, сглазим. – Дазай рассмеялся. – Главное, сделать вид, что на нас с Тэтте подействовал яд, а там дальше всё пойдёт как по маслу.       Главарь рассмеялся: - Подумать только, этот бесполезный человек нас предал. Я столько денег ему отвалил за слив инфы, а он меня обманул. - Глупо думать, что человек, проработавший в мафии, решит пойти против неё. – Улыбнулся Дазай. – Они могут больше не иметь к нам никакого отношения, но всегда будут помнить, что происходит с болтунами.       Мужчина всё так же улыбался, словно ничего не происходило. У него был последний козырь в рукаве, самый главный. Тот, что вернёт историю в нужное русло. - Всё это умно и мило, но всё же… вам не стоит забывать, что ваши друзья до сих пор со мной. Одним нажатием кнопки, я могу их похоронить.       Тэтте напрягся, Дазай поправил алый шарф на плечах. - Нажимай. - Что? - Нажимай, говорю. – Осаму увидел шокированный взгляд ищейки и поднял большой палец. – Помнишь, в машине я говорил, что Фукудзава-сан с моим человеком займутся кое-чем за их спиной? Кое-кому лучше приглядывать за своими подчинёнными, а не смотреть на моих. – С этими словами босс достал из кармана клочок бумажки, развернул и показал цифры на нём. – Это код для одного приложения по отслеживанию. Вводишь эти цифры в него, и тебе показывают местоположение человека, к кому этот код привязан. Знаешь, где я его нашёл? Прикреплённым к ошейнику трёхцветного кота.       Мужчина нахмурился, вспомнив сегодняшнее утро, и худого Бунина с пятнистым монстром на коленях. Как этот клок шерсти смог так быстро добраться до них? - Так что, - продолжил Дазай, посмотрев ему куда-то за плечо, на секунду в карих глазах вспыхнула буря чувств, но он быстро её потушил, - если ты посмотришь что сзади тебя, то увидишь тех, кто больше всего желает твоей смерти.       Он синхронно с Тэтте обернулся, для того, чтобы увидеть бывшего босса мафии, директора агентства, Достоевского, девушку в форме ищеек и четырёх своих пленников на пару с Буниным и Горьким.       Вот так и выглядит смерть.       Около двух часов назад:       Охранники тихо переговаривались о разной ерунде. Рампо раздражённо вздохнул, ударившись затылком о стенку. По ощущениям, они едут уже часа три. На деле – около получаса. И непонятно было, сколько ехать ещё. Огромные тяжёлые наручники, блокирующие способности, больно сдавливали руки. Но всё равно были лучше, чем тот газ, распыляющийся в логове. Рампо был недоволен, один из охранников бросил, что они выехали из зоны доступа сети.       Детектив снова раздражённо застонал, уже действуя назло от скуки. Помимо охранников начал говорить и Дзёно. Сначала было не разобрать, что он там болтал, а потом мужчина повысил голос и начал ссору с Чуей. - Ты несколько лет здесь тусуешься, а самый бесполезный из нас. - Что-то я не заметил, чтоб от тебя польза была. – Не остался в долгу мафиози. – Только орать и обвинять всех вокруг и умеешь. - Да это хоть что-то. Ты даже на это не способен. - Ребята, не ссорьтесь. – Вяло бросил Гоголь. - Заткнитесь. – Рявкнул один из охранников.       Но мужчины проигнорировали обоих, продолжая накаливать атмосферу. - Мафиози, твою мать, посмотрите на него. Ты по блату, что ли, прошёл? Другой причины я найти не могу. - Так и не ищи, пока я не поднял тему, нахера в рядах военных слепой. - От меня слепого больше пользы, чем от тебя зрячего. - Возможно, только я что-то этой пользы не заметил. Где она? Где-то в глубине твоего сознания? - Ах ты, тварь. – Дзёно резко подскочил, чуть не упав на пол от дёрнувшего его охранника.       Чуя в долгу не остался. Вскочив на ноги, он ломанулся вперёд, врезаясь в Дзёно и припечатав его к стенке. Охранники подскочили к ним, стараясь оттащить мафиози. Гоголь снова подал голос, спрашивая, что происходит и весело ли это. Рампо молча сидел на своём месте, слушая, как ищейка и мафиози поливали друг друга матом. Раздался ещё стук, Чуя, которого слегка удалось оттащить, снова врезался в белобрысого. Охранники заматерились, и рывком отшвырнули низкого мужчину на его место рядом с Рампо.       А потом раздались булькающие звуки. Сопровождающие удивлённо смотрели, как слепого пленника начало трясти, а из его рта потекла пена вперемешку с красным. Мужчина конвульсивно дёрнулся и завалился на бок, широко раскрыв свои слепые глаза. Начал вопить Гоголь, резко вскочив на ноги, и заметавшись. - Что происходит? Он умирает? Кто умирает? Это мафиози? С нами есть врач? – Спрашивал он, врезаясь в спешащих на помощь охранников, и встретившись лбом с дверью. - Заткнись! Угомонись! Ты взял аптечку?       Охрана начала суетиться, а Рампо подвинулся ближе к Чуе, пока на них не обращали внимание. Под захлёбывающиеся звуки, кашель, кряхтение, мат сопровождающих и панику Гоголя, он врезался головой в плечо рыжего, стараясь приподнять повязку. Плотная ткань противно перетянула волосы, натягивая пряди. Он поморщился, но более-менее справился. Обзор был маленьким, но это хоть что-то, видеть он мог, только запрокинув голову, через щель у носа. Плюс, внешне не было заметно, что он может видеть. Быстрым взглядом он окинул своих знакомых, наконец-то узнав, как они выглядят, но не стал заострять на этом внимание, у них не было столько времени.       Мужчины разделились, трое пытались затормозить паникующего Гоголя, требующего остановить машину, вызвать скорую, выпустить его и, периодически орущего, что их убивают. Двое пытались скрутить Дзёно, что он перестал дёргаться и рылись в аптечке, пытаясь понять, что делать. Последний находился рядом с Чуей, громко матерился, и сжимал ему запястья.       Коля резко дёрнулся, вырвавшись из чужой хватки, ломанулся в противоположный конец. Охранник Чуи метнулся в его сторону, перехватил и грохнул об пол, остальная тройка навалилась следом. Вот он шанс. Рампо сделал вид, что свалился со скамьи, врезавшись в одного сопровождающего, незаметно подцепляя пистолет, находящийся у того сзади под ремнём, и пряча его в локтях, благо рукава были объёмные. Он больно ударился рёбрами об ноги Коли и тот резко дёрнулся, сделав ему ещё больнее, и заехав коленом под дых одному из охраны. От этого движения Рампо фальшиво-испуганно взвизгнул и метнулся в сторону, где оставил Чую, влетая в него и вдавливая в угол. Пистолет из одних рук перешёл в другие, а рыжеволосый мафиози сильно ударился об его плечо, так же стягивая маску, но уже полностью. Раздалось шесть выстрелов, машину, которая до этого спокойно ехала, словно ничего не происходило, резко повело в сторону. Она сильно дёрнулась, опрокинув Чую и Рампо, единственных, кто был на ногах, и остановилась.       Мафиози вскочил на ноги, тут же рванув к двери и, начав её то ли взламывать, то ли выламывать. Рампо перепрыгнул через тела и стянул повязки с других союзников, случайно больно дёрнув Гоголя за длинные пряди. Дзёно начал отплёвываться от искусственной пены. - Чего так долго?! Я думал, реально захлебнусь. Она ещё и такая противная… - А мне понравилось. – Резко крикнул Николай, полный веселья, и подбежал к Чуе, помогая. – Это был такой спектакль, я ещё так хорошо сыграл! Мне надо в актёрское!       Дзёно сплюнул, а Рампо покачал головой. Дверь наконец-то распахнулась, впустив свежий воздух и аромат леса. Они были где-то на краю, достаточно далеко, чтоб их не заметили. Не останавливаясь на передышку, Чуя с Эдогавой рванули к кабине водителя. Коротко переглянувшись, Накахара резко распахнул дверь.       Водитель задушено хрипел, хватаясь за перерезанное горло. Бунин же, со спокойным лицом, убирал складной нож во внутренний карман куртки. - Вы вовремя, я уже думал, придётся какой-нибудь знак подавать. – Пропел тот, спрыгивая на землю.       Чуя усмехнулся, а Рампо махнул рукой: - Эти идиоты сами озвучили, когда мы выехали из зоны доступа сети. Даже поджидать не пришлось. - Ага. Вот только мешанину повкуснее мог бы найти. Или, на крайний случай, хотя бы вообще без вкуса. Я в первые секунды чуть реально не захлебнулся. – Недовольно ворчал Дзёно, сплёвывая разорванный мешочек, спрятанный за щекой. Тот, который ему дал Иван на выходе из клетки.       Как они и планировали. - Вы меня в следующий раз, хотя бы за сутки посвящайте в свои планы, а не за пару часов. Что смог достать за это время, то и принёс. – Засмеялся Иван. - Что дальше? Идём в город? Далеко он отсюда? – Спросил детектив, скучающе глядя, как Бунин, при помощи какой-то карточки, снимал с них наручники.       Для него ничего не изменилось, но его напарники облегчённо выдохнули, словно с их плеч сняли тяжёлый груз. Особенно Чуя, который тут же поднял своей способностью грузовик и спрятал его за деревьями, подальше от лесной дороги. - Дальше - проще. – Махнул рукой Ваня, открывая какое-то приложение на телефоне. – Нам надо выйти на участок со связью там нас уже встретят ваши. Я об этом позаботился.       Бывшие пленники дружно переглянулись. - Да когда ты только всё успел? – Удивился ищейка - Плевать. – Перебил их другой русский. – Главное, что за нами придут. Мне Федьке надо столько рассказать. Не будем терять ни секунды.       Иван зло улыбался, а Максим выглядел слегка удивлённо. Вот он явно не ожидал таких действий от своего коллеги, но ни как этому не препятствовал, стоя в их ряду. - Вот ты и попал. – Протянула девушка-ищейка. - Он даже не представляет насколько. – Прошипел слепой.       Мори Огай рассмеялся: - И как вас зовут? Или вы во время пыток расскажете? - Я могу сказать хоть сейчас. – Злорадствовал Бунин.       К ним подошли Коё и Доппо, стягивая респираторы с лиц. Девушка передала Огаю мини камеру и обняла Чую, что-то прошептав ему. Дазай завидовал. Он хотел прямо сейчас броситься на рыжеволосого с объятиями, поцеловать, или разрыдаться на его плече, рассказывая, насколько ужасны были последние годы. Но сейчас явно был не момент. Пока этот человек не окажется в подвалах Портовой мафии, Дазай не успокоиться. Потом он обнимет Чую и больше никогда не отпустит. Тэтте тоже не сдвинулся. Зрительно убедившись, что с Дзёно всё в порядке, он поставил в приоритет слежку за врагом. - Не стоит. – Спокойно пожал плечами преступник. Он до сих пор выглядел безучастно и даже весело, хоть у него явно не было запасного плана. – Моё имя Набоков Владимир Владимирович. Не скажу, что приятно с вами познакомиться.       На этом всё. Он поднял руки, показывая, что больше ничего добровольно не расскажет. Чёрные ящеры окружили мужчину и, с лёгкого кивка Дазая, скрутили его и погрузили в подъехавшую портовую машину. - Дальше мы уже узнаем в более закрытом месте. – Крикнул на прощание Дазай. Набоков, всё так же улыбаясь, кивнул.       Мафиози устало выдохнул и посмотрел на «коллег». Тэтте уже стоял рядом с Дзёно и расспрашивал его о чём-то, всё время разглядывая. Слепой раздражённо ругался с ним, а девушка смеялась. Фукудзава трепал Рампо по голове, о чём-то переговариваясь с Мори. Гоголь же висел на плечах Достоевского, рассказывая как ему было весело в плену.       Осаму медленно двинулся к Коё, всё так же мучащей Чую. Он старался не отводить взгляд. Словно Чуя был его очередной галлюцинацией, которая сейчас насмешливо раствориться. Накахара при виде него злобно-любяще сверкнул глазами. - Ну и как ты себя вёл, пока меня не было? – Задал он риторический вопрос, а Озаки, которая явно сдала Дазая с потрохами, только рассмеялась в рукав. Мафиози не хотел ссориться или объясняться, он хотел забрать Чую домой, отвезти в отпуск на Море, завалить его подарками, а потом с чистой совестью начать плакать. Ему хочется резко бросить весь мир к его ногам, но Чуе этого не надо. Поэтому Дазай решает, отдать ему всё своё время. - Огай, после допроса и разборок с этим Владимиром, мы с Чуей уезжаем в отпуск. Не ищи нас. И не звони. И не пиши. – Мори с фальшивым-удивлением оборачивается к нему, но получает свёрнутым шарфом по лицу.       Дазай закидывает руку Чуе на плечо, утыкаясь носом в рыжие кудри и слышит за спиной смех Огая, поправляющего алый шарф на плечах. - Нет, ты только посмотри, - покачал он головой, посмотрев на подошедшую Коё, - мой исполком просто берёт и сваливает ставя меня перед фактов. И как я до этого дошёл. - Это не важно. – Просто пожал плечами Фукудзава. – Нам стоит подумать о Набокове. - Даже если он ничего не расскажет, расскажет кое-кто другой.       Бунин насмешливо посмотрел на них, держа под руку всё ещё удивлённого Максима. - И что с нами будет? Тюремный срок или вольная? – Фыркнул он. - Я думаю, что если вы посодействуете следствию, то мы сможем сойтись на депортации из страны, и запретом на въезд на несколько лет. – Коротко бросил Фукудзава.       Бунин хлопнул в ладоши: - Чудненько, мы всё расскажем. - Что-то мне подсказывает, что Дазай Осаму нас так просто не оставит. – Наконец-то подал голос Горький. - Вам не о чем волноваться. Это я беру на себя. – Пожал плечами Огай. – Как ни как, я снова босс Портовой мафии.       ***       Набоков тихо напевал себе под нос. Его окружали мафиози, прожигая злыми взглядами, а машина слегка покачивалась на лесной дороге. Скоро они выедут в город, где его запрут в подвале, который он уже никогда не покинет. Вот только, он прекрасно знает, что ему не позволят доехать. Он уже сыграл свою роль, а ненужные актёры обязаны покинуть сцену, чтоб не мешать следующим. Владимир знал это с самого начала. Некоторым не надо смотреть в будущее, потому что они создают его сами, не позволяя помехам на что-то влиять, и теперь Набоков был этой самой помехой. Потом ею станут Максим и Ваня.       На секунду он даже испытывает сожаление, словно он мог сделать больше. Не мешать представлению, нет, просто добавить красок. Добавить действий, из-за которых зрители или читатели хватались бы за сердце. Но, к сожалению, он смог понаблюдать только за двумя актами данного представления. Первый был отдан Максиму, когда он прятался в России. Второй же, как и планировалось, отошёл влюблённому в него Бунину. «Неожиданная» переменная, которую запланировали заранее. Он до сих пор помнит взгляд Горького, когда тот увидел своего друга. Шок и ужас, потому что Максим знал, в какой яме они оказались, и что их ждёт. Он искренне не хотел в это втягивать худенького знакомого. Набоков помнил тихий злой шёпот в коридорах, когда тот уговаривал брюнета выйти из этого дела, под конец голос всегда скатывался в отчаянные нотки. Трагически-любовная история, обхватившая всё вокруг. Максим может и не любил, привязавшись к другому, но все зрители знали к чему это идёт. Возможно, это было написано всевышними, но Горький только цеплялся за остатки старых чувств, ошибочно принятых за что-то глубокое, стоило вернуться человеку из более старого прошлого. Его взгляд всегда был прикован к тому, он волновался за него сильнее, чем за самого себя. Он злился и ругался, но каждый раз, когда Некрасов спрашивал про надзор, говорил, что Бунин очень внимателен, словно всё фальшивое здание не видело, как тот сачкует. Великий сценарист всё продумал до мелочей. И мотивы Бунина вступить в организацию, и предать её. Максим даже не представляет, сколько всего было сделано, что б как можно безопаснее вытащить его из ямы, в которой он сам оказался.       Максим был на дне, а Бунин нырнул следом.       Но Набокову всё равно казалось, что здесь мало драмы. Ему нравились более трагичные сюжеты. Сюжеты - вызывающие отвращение. Не было секретом, что творилось за его закрытыми дверями, Горький не был дураком, но ничего не мог сделать, только молча присутствовать рядом после всего и приносить чистую одежду. Словно боясь, что если произнесёт это вслух, сильный Ваня сломается. Но как же сильно Владимиру было интересно, как тот бы отреагировал, если бы он сделал это на его глазах? Если бы он изнасиловал Ваню, прямо перед ним? Это бы добавило красок этой истории? Максим бы начал хоть какие-нибудь действия, или упал бы глубже в свою депрессию. Как отреагирует Бунин? Будет ли он кричать Максиму отвернуться, закрываться руками, вырываться, или, наконец-то, просто расплачется, чего Набоков так и не добился?       У Владимира было много возможностей и идей для мини-сцен, но он упустил это, слишком заинтересованно следя за уже прописанным сюжетом. Новые актёры забрали себе слишком много его внимания. Их смешные планы, их роли, их реакции. Всё это слишком захватило Владимира. Чужая история так сильно пестрила красками, что он забыл добавить их в свою. Да и жаль, что он не увидит продолжения. Прекрасные глаза Бунина, которые расширятся от осознания того, что всё это время он делал то, чего от него и хотят. Что все его планы были разгаданы с самого начала. Будет ли он злиться, или это сломает его окончательно? Скорее всего, он вцепиться в Горького и постарается спрятаться в России, зная, что это бесполезно, но всё равно обманывая себя.       Набокову хотелось бы знать, до какого акта их продержат. Приблизятся ли они к концу истории, или падут раньше? Босс так и не ответил на этот вопрос. Просто сказал, что если есть загробная жизнь, он сам всё увидит. А если нет, то и знать ему необязательно, это уже не будет иметь смысла.       На финал всех остальных актёров ему было плевать, он и так знал, что там всё будет ужасно. Так что…       Лесные кочки сменились ровным асфальтом, а лёгкие Набокова резко сдавило. Он чувствовал, словно их сжимает в кулак, но, одновременно с тем, заливает жидкостью. Хотелось закашляться, но получалась смеяться. Он уже не видел мафиози, только слышал шум в ушах и чувствовал, как его хватают. Неважно. Вот и финал. Кровь чуть ли не водопадом потекла из его рта, в машине началась суета.       Набоков поклонился, стоя посреди сцены, улыбнулся зрителям и ушёл за кулисы. Теперь уже навсегда.       Возвращается старый актёр. Неприметный. На которого мало кто из зрительного зала обратил внимание при первом просмотре, но которому изначально принадлежала вся сцена, весь актёрский состав и сам сценарий.       ***       Старик улыбается двум школьницам, протягивая им их покупки. Те весело смеются, снова и снова нахваливая его магазин со сладостями, а потом переходят на грустную ноту, вспоминая пропавшего незнакомца. Он тоже печально кивает, словно его это волнует, и высказывает фальшивые надежды, что всё разрешиться. Девочки на прощанье машут рукой, и, стоит им выйти за порог, как всякая учтивость пропадает с его лица. Он устало потягивается, убирая сутулость, лениво зевает в кулак и стягивает фартук. Пора закрываться.       Вместо потёртой бежевой рубашки, новая белоснежная, галстук и дорогие часы. Он смотрит через стекло на переулок, где совсем недавно сидел русский, встретившийся с Великим Детективом. Сейчас этот детектив уже ехал домой, нервно сжимая кулаки и оглядываясь, а русский тормошил своего друга, расспрашивая, что вообще произошло. Старик знал это. Как и про камеру, которую удалось «украсть» девушке в кимоно и блондину в очках; как про нового-старого босса портовой мафии; он знал, что «маленькая» девочка недовольно машет кулачком, из-за того, что ей не дали подраться и придётся заниматься бумажной волокитой вместе с главарями, пока другой военный мягко поглаживает запястья слепого; он знает, что мужчина в ушанке наконец-то нормально заснул на плече у своего говорливого «друга»; он даже знает, что ближе к ночи шатен не справится и всё-таки расплачется на коленях своего возлюбленного, а тот будет сдерживать свои эмоции, поглаживая парня по голове.       Он знает, что Набоков, как и планировалось, мёртв. Захлебнулся собственной кровью в руках черноволосой девочки, пока её брат звал врачей. Всё идёт так, как он запланировал. Он чувствует повисшее напряжение, когда четыре организации не знали что делать, и надо ли. Оставались Максим и Ваня, но те не знали ничего дальше Владимира.       Он проходит мимо рядов со сладостями и заходит в неприметную дверь с надписью: «для персонала».       Пора приступать к следующему шагу.       *** - С возвращением, Чуя. -…Да…