посмевший

Проходило время и Сослан привыкал к Азамату один на один, даже немного начал открываться: рассказывал о трудном детстве, родителях, точнее, только о матери, всякие интересные вещи о компании и тому подобное. Тему,которая интересовала Азамата больше всего, они не затрагивали, ведь он знал,что Сослану нужно ещё время. - а это у тебя откуда?- Кудзаев непринужденно берет второго за руку и подносит ее ближе к себе, пытаясь рассмотреть то самое кольцо на большом пальце. - да это так, просто аксессуар. ничего особенного. - Бурнацев, смущённый тактильностью, забирает руку и прячет ее в карман. У Азамата это смущение вызывает робкую улыбку. Странно, но уязвимость Бурнацева и его неприступность в смеси даже умиляют. Ещё Азамат хорошо помнит, что ему рассказали об этом "аксессуаре", поэтому реакция Сослана была прямым доказательством того, что все, что он так трепетно скрывает - связанно между собой. Когда в компанию Сослан приходил вместе с Кудзаевым, по началу никто не придавал этому значения, но со временем, все таки, начали шушукаться между собой. Так, в очередной раз, к Азамату подошёл один из ребят и отвёл его в сторону: - у вас все нормально? - да мы общаемся, что за вопросы? - Азамат наострил брови в удивлении. - нет, ничего не думай. просто за Сослана все волнуются. ты помягче общайся с ним, пожалуйста, чтобы из дерьма его вытаскивать не пришлось опять. - почему "опять"? - да, это именно то, что и нужно было Кудзаеву - болтун, из которого даже информацию высасывать не пришлось. тот сам расскажет все без лишних распросов. - Сослан слегка ранимый, впечатлительный, если ты мог заметить. но это лишь следствие его предыдущих отношений. не буду вдаваться в подробности, но что тебе нужно знать - лучше не лезь, правда. - и в мыслях не было,- быстро проговаривает Азамат и оба возвращаются обратно. В целом, ничего неожиданного. Хотелось бы больше деталей, но, учитывая то, что для добычи этой информации Кудзаев совершенно не приложил усилий, то этого пока достаточно. После разговора, он подошёл к Сослану сзади и перекинул руку через его плечо, приобнимая. После чего сразу ощутил на себе пару пристальных взглядов и то, как Бурнацев медленно ступает в сторону, чтобы освободиться. Все, что Азамат накрутил себе в голове - сходится. До него в этой компании был некий, кто нехорошо отнёсся с Сосланом, что было для него ударом. Возможно, это была даже первая любовь,или что-то в этом роде. Теперь у Кудзаева нет и грамма сомнения, что то самое кольцо "одиночества" - такое же следствие, как и поломанный навык доверия людям. Переваривая информацию некоторое время, Азамат продолжал тесно общаться с Сосланом, даже прикипать к нему каким-то чувством, которому пока не мог дать обозначение. В очередной раз, проводя время на уже "их месте" , Сослан, который устал все время о чем-то рассказывать, решает выведать что-то о своем новом друге: - почему ты выбрал именно меня? - ну ты чем-то отличаешся, выделяешся из толпы, - Азамат же тщательно подбирает слова перед тем, как произнести, ведь, не смотря ни на что, он помнит о наставлениях "быть помягче", - и мне показалось,что ты близок мне по духу. - ясно,- Бурнацев лишь пожимает плечами. Сейчас ему так хочется посмотреть на Азамата, но он себе тут же это запрещает, ведь когда это происходит между прочим, то это не так бросается во внимание, как долгие, пристальных взгляды в тишине. Конечно, и пялиться он тоже может, но старается делать это более незаметно. Хоть это и не работает на Кудзаева, у которого от этих взглядов дрожь по костям, он все чувствует кожей. Серое небо плотно затянуто тучами из которых, кажется, вот-вот польется, как из ведра. Сослан предложил провести Кудзаева домой, чтобы дольше побыть вдвоем и тот, конечно же, не отказался. Но когда дождь застал их у подъезда, Азамат по дружески пригласил Бурнацева переждать непогоду у него дома. - можем просто посидеть на лестнице, если домой не хочешь,- и это предложение оказалось более заманчивым для Сослана. Расположившись на ступеньках между последним этажом и чердаком, они молча слушали как барабанит по крыше и отдает эхом по стенам. Сослан что-то думал о своем, сперевшись на руку, в то время как Азамат начал разговор, к которому очень располагала атмосфера: - чего ты шарахался от меня, как бес от образа? у меня правда такая репутация среди остальных, что ты и один на один боялся со мной остаться? - есть немного. большинство считает тебя слегка поехавшим, но у каждого есть на то своя причина. - у тебя какая? - никакой,- Сослан виновато улыбнулся,- я поддался мнению большинства. - сейчас что думаешь? - Азамат потирает руку об руку, заметно нервничая. мнение других его мало волновало, а вот то, что думает о нем Бурнацев, кажется очень любопытным. - сейчас я знаю, что ты со странностями, но так вполне хороший. - это хорошо,- Азамат немного оттаевает от услышанного и напряжение в теле уходит. Очевидно, что сомнения у Сослана ещё присутствуют, относительно него, но все не так плохо, как было ещё пару недель назад. Кудзаев и правда мастер в том, за что взялся, просто Сослан не такой простой. - тогда можешь мне сказать правду? - не обещаю. - я задам вопрос сейчас, а ответить ты на него можешь тогда, когда будешь готов. идёт? - на что Сослан положительно кивает. - ты же не только дружеские чувства ко мне испытываешь? - это глупый вопрос.- сразу отрезает Бурнацев. - но ты всё же подумай, не спеши. Азамат делает это намеренно, в ответе он практически уверен, но пока не услышит этого из уст Сослана, не сможет поверить себе на все сто процентов. А так он даёт ему почву для размышлений а себе время для прощупывания этой же почвы. Сослан больше ничего не говорит остальное время, пока они сидят вместе. Только когда шум дождя прекращается - лишь кинув короткое "до встречи", спешно уходит. Азамат, махнув вслед, так же направляется домой. Несколько дней они не видятся. Бурнацева очень задело то, о чем спросил Азамат, но от вопроса Сослана кинуло в жар только когда он оказался наедине, выбежав на улицу из подъезда, и это чувство не отпускает его до сих пор. Эмоции, которые он в себе глушил долгое время, начали проявляться. На что он очень сильно злился, ведь давал себе слово быть холодным и больше никогда никому не открываться, чего бы это не касалось. Но Кудзаев свалился как снег на голову и рушил то, что Бурнацев внутри себя выстраивал как карточный домик. Дело даже не в том, что он и правда мог что-то чувствовать к Азамату, нет. Тот просто вернул его в прошлое, которое он так старательно пытался забыть. И это моментами даже получалось, ведь в его окружении тема его раннего опыта была табу для обсуждения. И когда никто не лез в душу, со временем становилось лучше. Сейчас приходится проходить это снова. Бурнацев лежит, вытянув перед собой руки и рассматривает ладони, уделяя внимание каждому пальцу, что-то просчитывает, бубнит себе под нос, потом снимает с большого пальца кольцо и смотрит сквозь него: - я думал ты меня оберегаешь ... - Сослан говорит это вслух и со злостью швыряет его в угол комнаты. Кольцо отбивается от стены и звонко падает на пол. За чем Бурнацев наблюдает как в замедленном действии, а потом резко подрывается с места и несётся через всю комнату. И как только кольцо снова оказывается у него на прежнем месте, выдыхает. Все не так просто и эта мелкая вещица для него на самом деле что-то значит. И силу этого значения он ощутил сейчас как никогда. Провалявшись дома безвылазно несколько дней, Бурнацев собирает мысли в кучу и собирается наконец выйти прогуляться и встретить ребят. Азамата стало меньше в его голове, и это ему даже нравится, все же он не очень хорошо на него влияет. Но Сослан так думал до тех пор, пока они снова не пересекались глазами. Все его внутренние наставление растворились сахарной ватой. - у тебя все хорошо? - Кудзаев подходит ближе и улыбается.