Яблочный леденец

***

Это был обычный день в округе Манделы. Очередное ничем не примечательное осеннее утро, которое уже с самого своего начала было испорчено. Ноябрьское небо затянули густые тёмные тучи из которых непрерывно хлестал ледяной дождь, заливая город. Вишенкой на торте стал порывистый ветер, от которого мороз пробирал до костей. А с ливнем это вообще комбо! По улицам округа шел светловолосый парень, лет восемнадцати, что сильнее сжался в надежде хоть немножко согреться. Юноша бурчал себе под нос проклятья в сторону херовой погоды, лужи, в которой он по чистой случайности имел честь искупаться, а также "благодарил" свою прекрасную память за забытый дома зонт. Хотя, наверное, с таким ветром тот был бы бесполезен. Возвращаться в свои хоромы нет смысла, ибо далеко. А время поджимало. Юноша и так спешил. Ах, да. Точно! Знакомьтесь, это Адам Мюррей, ученик третьего курса на факультете кондитерского искусства в местном кулинарном колледже. И прямо сейчас голубоглазый нёсся по улице сломя голову, ведь опаздывал на практику. В этот раз ему может неслабо попасть. Теперь дежурством или объяснительной он вряд-ли отделается. "Работал" наш герой, как уже не сложно догадаться, на кондитерской фабрике О.М Это место известно не только на весь округ, а ещё и далеко за его пределами. Торты, пирожные, различные конфеты и хлебобулочные изделия. Леденцовая карамель различных форм, цветов и вкусов, конфеты с шоколадными корпусами и желейной начинкой из клубники со сливками, сладкие бисквиты с корицей и многое другое — всё произведено под маркой местной фабрики. Это просто настоящий рай для сладкоежек. Место, осчастливившее тысячи детей и взрослых по всему округу и более. Но только не Мюррея. Не сегодня. Сие предприятие давным давно стало для него вторым домом, тюрьмой, карой за выбор своей будущей профессии, и так далее. Список названий для своего персонального ада можно перечислять ещё долго.

***

Сейчас, уже стоя у конвейера, весь мокрый, с руками чуть ли не по локоть в креме, он проклинал всё вокруг: поточную линию, эти тошнотворные для собственного взора пирожные, крем, рабочих, которые то и дело кричали друг на друга из-за какой-то хуйни. Слава богу, что хоть парня не трогают. Даже стоя с полным безразличием снаружи, внутри же он был готов рвать и метать, только повод дай. А поводов у него с каждой минутой появлялось всё больше. Так что пускай рискнут ему что-то сказать — шатен на полном серьёзе клянётся, что готов насадить чью-то жопу на кондитерский мешок с кремом, да ещё и как можно глубже. Как уже стало понятно, сегодня юноша был в не самом лучшем расположении духа. Ненавидел абсолютно всё живое и неживое, что попадалось на глаза. А в особенности раздражал его парень Джона. Крашеный то и дело крутился около него, испытывая терпение голубоглазого. Он стоял на противоположной части конвейера, но, как видно, это совсем не мешало ему неслабо так действовать на нервы. — Эй, Адам!

Адам, смотри, что у меня есть! —

—Мюррей, алоооо!!

Чего молчишь?! —

— Адам, ну взгляни же на меня хоть на секунду! После того, как Маршалл заполучил "внимание" голубоглазого, то стал увлечённо рассказывал какую-то историю, совсем перестав обращать внимание на "друга". Безостановочная болтовня начала сильно раздражать юношу. Шатен изо всех сил старался держать себя в руках. Уж очень хотелось уебать Джону каким-нибудь металлическим листом, и бить пока он не заткнётся нахуй. А в это время его парень ничуть не сбавлял свой словесный поток. Боже, откуда в нём столько энергии на всё это?! Почему Маршалл просто не может оставить голубоглазого в покое? Разве по нему не видно, что он не хочет общаться и слушать весь этот бред сейчас? Адам принял решение съебаться от греха подальше, поэтому, незаметно для всех, ушёл в помещение для работы с шоколадом. Если кто-то потревожит, то у него хоть будет оправдание. Однако парень только думал, что свалил втихаря. В попытках скрыться ото всех, тот и не заметил, как из толпы его фигуру выцепила пара карих глаз.

***

Наконец, получив сокровенное личное пространство, Адам шумно выдохнул и решил немного погреться у плиты. Постепенно еле заметная дрожь утихла, уступая место такому приятному обволакивающему теплу. Юноша стал медленно погружаться в себя, и закрыл уставшие глаза. Еле слышный скрип двери был проигнорирован. Шатен все также стоял пребывая в трансе. Внезапно, кто-то прижался к нему сзади, обвив руками его талию, а после руки и вовсе сомкнулись в замо́к. Так или иначе, но юноше пришлось вернуться в реальность. Ему даже поворачиваться не надо, ведь он и так знает, что это Джона. Только этот наглец мог беспрепятственно творить подобное, нередко нарушая личное пространство. — Эй, Адам..– Уткнувшись в плечо парня, промурлыкал Маршалл. — У тебя всё хорошо? Ты весь день какой-то.. совсем никакой. — Да, всё в полном порядке, разве не видишь?– Мюррей опёрся руками о плиту, сжав их в кулаки, пытался звучать по максимуму не взбешённым, однако и так было понятно, что ещё чуть-чуть и будет беда. — Эй, не надо врать. Я же не глухой и не слепой, я прекрасно всё вижу и знаю какой ты. Что стряслось? — Всё нормально. Просто. Оставь. Меня. Одного. – Сквозь зубы процедил голубоглазый. — Ага, вижу я твоё "нормально". Весь день ходишь раздражённый... Нельзя так, нужно беречь свои нервы. – Кареглазый стал медленно выводить фигуры на груди юноши. « Ух ты, блять, да неужели?! Поэтому ты пиздишь целый день и мозг мне выносишь? » — Правда что-ли? – Саркастично ответил светловолосый. Уж больно много желчи в нем скопилось. Так и хотелось выплеснуть всё это наружу, но уже даже неважно на кого и в какой форме. Но Адам знал, что это может быть чревато последствиями, поэтому из последних сил держался. Парень просто молил чтобы Джона свалил куда-нибудь, если же не хочет испытать судьбу. — Слушай, Адам, а я знаю неплохое средство от стресса..– Крашеный хитро улыбнулся, а после этого, ранее блуждающие рука смуглого паренька ловко скользнула вниз, останавливаясь, и сквозь одежду слегка сжимая достоинство шатена. От непредсказуемости у юноши перехватило дыхание. К сожалению, такая наглость стала последней каплей в чаше негодования парня. Резко отдёрнув руки стоявшего сзади, парень оттолкнул того от себя. Джона случайно зацепил рукой кастрюлю полную шоколада, в попытке удержать равновесие, а в итоге же уронил её на пол. Металлическая посуда с лязгом ударилась об пол, а шоколадная масса в миг растеклась по холодной поверхности. Адам же молча скрылся из виду, оставив Джону наедине с собой и устроенным беспорядком. Это не было чем-то новым, ведь подобные психи у Мюррея случались нередко. Тот сам по себе был довольно эмоциональным и вспыльчивым парнем. Но ничего... Обычно побесится какое-то время, а потом пыл поутихнет, и будет ходить, словно домашний кот, прося ласки. Только у Джоны сложилось ощущение, что в этот раз так просто всё не кончится. Маршалл почувствовал лёгкий укол вины. Может и правда стоило оставить парня в покое. Но он хотел как лучше. Хотел лишь поднять настроение этому идиоту, а теперь это... Но как бы кареглазый не раскаивался в своём проступке, сейчас это ему не поможет. Да и шоколад, который в скором времени застынет, сам себя не уберёт. А если это увидят, то у кое-кого будут большие проблемы. Тяжело вздохнув, юноша отправился на поиски тряпки.

***

Стрелки часов медленно приближались к полудню. Адам сделал большую половину своей работы, и теперь ходил и расставлял коробки для новых наборов пирожных. Внезапно повседневный заводской ритм, сопровождавшийся еле слышным гулом рабочих и оборудования был разрезан громким протяжным звоном. Ну вот, уже двенадцать.. — Дамы и господа! Перерыв! – Прокричала женщина, в которой Адам тут же узнал миссис Смит — их бригадира. У выхода из цеха тут же стала скапливаться толпа народа. Ясное дело, никому не хочется пропускать единственный обед за всю смену, особенно если тот длится всего-то полчаса. — Эй, Адам! – Кто-то окликнул парня из толпы. А, это был Цезарь — его одногруппник и хороший друг.– Вы пойдёте с нами на обед? Я тут нам эклеров взял, да и mi mamá приготовила нам шикарную лазанью! — А, нет-нет, пожалуй откажусь.– Натянув притворно-приторную улыбку, проговорил юноша. — Как-нибудь в другой раз. — Эх, дружище, многое теряешь! Если всё же передумаешь, то приходи, и Джону возьми. — Хорошо.. — Ну, я пошёл. Эй, Хитклифф, подожди меня! – Прокричал темноволосый и скрылся в потоке людей. Фух, ну наконец-то! Цех полностью опустел. Никто не орёт, почти не слышно гула оборудования. Красотища! Просто музыка для ушей шатена! Он с таким упоением ждал этого момента. Теперь то он сможет отдохнуть. Хотя подождите... Точно. У голубоглазого осталось одно незаконченное дело. Спасибо Торресу за напоминание. Он ведь совсем забыл про Джону. Осталось надеется, что он ещё тут. Вроде бы из цеха не выходил... Беспрепятственно пройдя к помещению, где они разошлись, тот обнаружил Маршалла у раковины. Не желая больше медлить ни секунды, Адам пошёл к нему. Шумная струя воды, в которой кареглазый полоскал тряпку заглушала шаги идущего, только спустя пару секунд Джона расслышал поступь и повернулся. Свободная от тряпки рука в миг оказалась в крепкой хватке светловолосого. На секунду, полный непонимания взгляд устремился к озёрно-голубым глазам юноши. Не сказав ни слова, Мюррей резко дёрнул крашеного на себя и потянул в неизвестном ему направлении.

***

Железные двери склада распахнулись, с громким звуком ударившись о стену. Раздражённый Адам, крепко сжимающий руку недоумевающего парня, впечатал последнего в стенку. Джона болезненно приложился о холодную плитку. Слабая боль растеклась по затылку и спине. — Адам? Мы же должны были пойти на обед, ты дорогу забыл? - Пытаясь перевести разговор в шутку, спросил крашеный, нервничая, но его слова проигнорировали. Шатен подошёл к своему возлюбленному, сократив расстояние тел, лишь сильнее прижав кареглазого к стене; но замер в ожидании, с раздражением и желанием разглядывая, в который раз, глубокие карие глаза Джоны, напоминающие ему прекрасные тёмные зёрна. В один момент, он будто почувствовал аромат свежесваренного в кофемашине кофе тёмной обжарки... которое он не смог выпить утром. В реальность его вернул резкий вздох парня, который, в попытках выбраться, ударился о бёдра светлоглазого. В его устремлённых на Мюррея глазах читалось неловкое желание, сочетаемое со смущением и постепенно растворяющимся нервным блеском. Темноволосый принял робкий взгляд за согласие, но окончательно испорченное его же парнем настроение не могло заставить голубоглазого делать всё только нежно. Рука светловолосого проскальзывает вверх по телу, огибая просторную форму, доходит до уже возбудившихся сосков. Дыхание Джоны сбилось, а температура на складе поднялась выше положенной нормы. Или это только им так казалось? Замерев лишь на секунду, дабы подразнить партнёра, паренёк резко, но не слишком сильно выкручивает набухший от возбуждения холмик. Кареглазый выгибается, полностью прижавшись к раздражённому сегодня возлюбленному, хрипло простонав. Адам, прикусив губу, молча, с чувством отмщения, наблюдал за тающим от наслаждения парнем. — М..мы что, прям..мо тут? — Между тяжёлых вздохов смог тихо прохрипеть Джона. — Боишься, что нас заметят, сладкий? — Последнее слова шатен процедил сквозь зубы. — Может я этого хочу, не подумал? Ах да, ты же был так занят тем, что ебал мне мозги! —С этими, резко, брошенными словами, гибкая рука светлоглазого грубо изменила траекторию вниз, к сокровенному, параллельно царапая нежную кожу, покрывающуюся мурашками от каждого грубого, с нотками нежности прикосновения. Ещё миг и Адам плавно, но резко хватает член кареглазого, проводя несколько вертикальных движений, держа пальцы кольцом. Сладострастный стон Джоны, до неприличия громкий, но такой, блять, возбуждающий, эхом отдался в небольшом складском помещении. Тело парня поддалось движению руки в попытках продолжить удовольствие, но шатен с усмешкой отстранил руку, в окончание прильнув горячими сухими губами к шее любимого, оставив там небольшой след, от чего тот вздрогнул. — Я..Как м..мне его скрыть?! — Растерянно пробубнил парень, но его стеклянные, тёмные глаза говорили о том, что мозг сейчас почти не работает, уступая место желанию, которое грубо оборвали. — Нееет, милый. Ты уж прости, но сначала придется немного помучаться, а потом ты получишь всё моё оставшееся обеденное время. Адам мягко притягивает уже ничего не соображающего парня к себе, параллельно запуская руку в просторные штаны, где вовсю пульсирует и поддёргивается член, с выделяющейся смазкой. Умелые, нежные движения воспроизводят бурю эмоций на лице кареглазого и стоны: хриплые, громкие, пошлые настолько, что приятное давящее ощущение в штанах светлоглазого усиливается, но к самому главному он не спешит приступать. Останавливаясь и отстранившись в очередной раз перед кульминацией, юноша решает, что партнёр полностью готов расплатиться за день. Изначально плохое настроение стало ещё хуже, благодаря доставучему поведению возлюбленного, но шатен готов ему всё простить, только не за просто так. Пока Джона, осевший на пол, ибо подкашивающиеся от возбуждения ноги его не держали, пытался прийти в себя, взгляд Мюррея остановился на оставленных вместе кем-то яблочном джеме и сахарной посыпке. В голове у парня созрела жутко пошлая идея для того, чтобы поднять себе настроение. Голубоглазый рывком спустил свои штаны с нижним бельём. Возбуждённый член содрогался от прилива крови. Открыв баночку джема, шатен медленно облизал крышечку, выкинув её подальше. — Твой любимый яблочный джем, Джона. — Язвительно произнёс Адам, вынимая немного прохладной массы и натирая всю длину полового органа. Посыпка, что лежала рядом, отправилась туда же, для украшения. Баночка последовала за крышкой, когда тот взял кареглазого за руку, притянув к себе, ясно давая понять, что тому надо сделать. — Приступай, любимый. Ты ведь хочешь, чтобы и я сделал тебе приятно? — Облизнув сухие губы, напомнил своему парню темноволосый. Маршалл, страдающий от продолжающейся эрекции, нерешительно прильнул вначале губами к розоватой головке, но Мюррей, обхватив сзади крашеные волосы, резко вошёл в юношу до горла, совершая несколько проталкивающих движений, пока партнёр не издал горловой стон, начав работать языком. Светлоглазый, сжав руки на плечах возлюбленного, еле стоял на дрожащих ногах, откинув голову назад, пока приятное влажное тепло языка соприкасалось с джемом и посыпкой. Несколько уже более смелых движений крашеного и со сладостью и маленькими шариками в его рот проникает чуть солоноватый привкус спермы. — Ах..Глотай — со стоном, сбитым дыханием процеживает сквозь зубы Адам и кареглазому ничего не остаётся, кроме как подчиниться. Отстранившись, юноша откашлялся, когда светловолосый слабо толкнул его к стенке, набирая двумя пальцами довольно приличное количество оставшегося джема, окидывая прищуренным хитрым взглядом возлюбленного. Адам протянул другую руку парню, предлагая и помогая тому встать, а после нежно притягивает его к себе, удерживая руку на талии. Чуть подавшись вперёд темноволосый дарит любимому глубокий, чувственный поцелуй, когда два пальца без проблем входят в Джону, благодаря сладкой смазке. Карие, чуть испуганные глаза широко открываются, устремляясь на Мюррея и парень упирается руками, не желая продолжать. Темноволосый ухмыльнулся, взяв руку бойфренда и оставив на запястье след от зубов, проводя языком до кончиков пальцев. Маршалл, отвлёкшийся на внезапное, немного странное, действие, громко простонал в тот же миг, от уверенных, требовательных движений пальцев внутри, заставляющих приятно тянущему чувству в животе усиливаться, пока они не находят наиболее приятную точку, чуть надавив на неё. Когда кульминация была близка, Адам, настроение которого ещё больше испортилось, когда он услышал отдалённые голоса рабочих, возвращающихся с обеда раньше, резко вытащил пальцы и вошёл в него полностью, сразу набрав быстрый, жёсткий темп, выбивающий из кареглазого громкие стоны, будто бы парни забыли, где находятся. — Веди себя естественно, если не хочешь разозлить меня ещё больше, любимый — с этим словами светлоглазый кончил внутрь, отпустив упавшего, без поддержки, на колени Джону. Тот еле перевернулся, сев, в попытках восстановить дыхание, когда на склад заходит бригадир. — Мюррей? Что ты тут делаешь? Тебя везде искали. — Не молодая женщина явно недовольна. Она медленно, прищурившись осматривает светловолосого, которого ниже пояса закрывает большой ящик, и не видит второго парня, на лице которого отображается испуг. — Простите, миссис Смит, я искал яблочный джем для пирожных, но он закончился, так что я скоро вернусь и извинюсь перед всеми. — Вежливо улыбнулся раздражённый парень, решившись не заканчивать с Джоной. Чуть толкнув последнего ногой, от чего парень со слабыми стуком упирается локтями в пол. — Что это за звук? — Бригадир хотела пройти дальше. — Да так, надоедливая мышь. С самого начала обеда поймать не мог, а теперь попалась и выбраться пытается. Представляете, с утра меня раздражает. — Вовремя останавливает женщину Адам, натягивая на лицо приторно-вежливую улыбку. Взгляд на секунду незаметно падает вниз, также быстро возвращаясь к миссис Смит. Ногой, темноволосый не слишком сильно наступает на половой орган Джоны, чуть массируя его. Кареглазый закрывайте рот рукой, прервав стон и не в силах убрать ногу своего парня. — Ладно, заканчивай тут. — Сказала бригадир и, уходя, недовольно добавила — И передай своему "другу", чтобы он тоже вернулся, иначе я ему это из зарплаты вычту. Он постоянно где-то шляется. Женщина ушла, лишь чуть прикрыв дверь. Тогда крашенный вновь кончил, откинувшись на спину. — Знаешь, должен всё таки отдать должное. Тебе всё же удалось немного поднять мне настроение. – Довольный своей маленькой местью Адам, оглядел чуть ли не раскинувшегося на полу Маршалла. Приведя себя в порядок, голубоглазый помог Джоне, а затем они вместе вышли со склада. Светловолосый возьмёт себе на заметку, чтобы повторить подобное снова. А это происшествие останется маленьким секретом.