Бессмертный

      Томми накинул рюкзак на плечо и повернулся в сторону открытой двери в гостиную, откуда был слышен шум телевизора, детский смех, топот и усталый мужской голос. — Я гулять, вернусь вечером, пока! — крикнул мальчик и открыл дверь, чтобы выбежать на улицу.       Белая дверь с хлопком закрылась и Томми перепрыгнул три ступеньки, составляющие крыльцо. Он повернул голову вправо и посмотрел на виднеющийся вдали берег. Где проводить летнее утро, если не на набережной? Можно любоваться различными безделушками в красочных лавках, наблюдать за полётом чаек, слушать море… Томми на ходу вставил наушники в уши и пошёл по краю дороги в нужном ему направлении. Добираться от его дома до берега пешком занимало около трёх часов, поэтому он заранее скачал 23 новые песни в свой плейлист, заодно добавив туда аудиокнигу. Ему не будет скучно по дороге. В особо жаркие дни он вместе с родителями, братьями и сестрой ездили на набережную на машине и все вместе ходили купаться. Томми обожал те дни, когда мог пойти плавать, и он жалел, что в такой хороший солнечный день он может только смотреть на воду, стоя в стороне. Когда он дошёл до рынка на набережной, время было уже близкое к часу дня. Пока он шёл, на небе появилось несколько серых облаков, и солнце спряталось за одним из них, погрузив набережную в тень. Томми дошёл до края площадки с фонтанами, расположенными в левой части набережной, и положил локти на мраморные перила. От моря его взгляд оторвала чайка, чей крик заставил его поднять глаза и проследить за её полётом. Птица села на песок заброшенного пляжа и пошла по своим делам. Томми усмехнулся, смотря, как она переваливалась, а затем поднял глаза чуть выше и удивлённо моргнул.       На каменной гряде, начинающейся у самой кромки воды и уходящей неглубоко в море, спиной к людям сидел человек. Мальчик не мог его рассмотреть оттуда, где он стоял, и он даже сначала подумал, что ему показалось: кто полезет на скользкие, острые камни на заброшенном участке пляжа? Конечно, Томми сам пытался туда забраться, но после того, как он поскользнулся и ободрал руку, он больше к гряде не приближался. Заинтригованный, Томми пошёл к спуску на пляж и вскоре шёл в сторону гряды, всё так же смотря на человека на ней. Когда он подошёл достаточно близко, то его слух уловил тихий и абсолютно неожиданный звук, переплетающийся с лёгким шумом волн. Да ладно. Этот человек не просто сидел на камнях, он сидел и играл на гитаре??? Томми посмотрел на камни. Если он аккуратно пройдёт между вон тех двух булыжников с засохшими водорослями… Он наступил на небольшой круглый камень, неустойчиво расположенный прямо за небольшим обломком скалы, который Томми преодолел. Мальчик поставил на него ногу, чтобы прыгнуть вперёд и не наступить в тихо плещущуюся чуть ниже камня воду, но соскользнул и со всплеском оступился именно туда. — Чёрт! — выругался он, хватаясь за край большого острого камня рядом. Мелодия гитары, играющая в паре метров от него, затихла. «Оставил твоё сердце в режиме ожидания» Небольшие волны ласкали голые ступни, а своим звучанием навевали атмосферу, подходящую для исполнения песен. Уилбур легко и свободно играл свою недавно пришедшую в голову песню. Он бы хотел поделиться ею со всем миром, но пока что единственным слушателем было лишь стихшее море. Тёмные кудрявые волосы парня и его жёлтую кофту приятно развевал ветерок. Карие глаза под его любимыми круглыми очками были закрыты. «По тому, как он держит тебя» Парень прибывал в собственной нирване, полностью отдаваясь любимому делу. Этот пляж — его любимое место. Тихое, безлюдное. Никто небе не мешал играть. Никто не высказывал противное мнение. Никто… Его не слышал. Иногда Уилл с тяжкой ношей на душе вспоминал далёкие времена, когда его семья была жива, и он мог бы играть для них целыми днями. Но любые воспоминания и боль разбивались о каждую новую сыгранную ноту. «Позволь исполнить тебе серенаду» Сзади послышался шорох и шаги, но парень был так увлечён пением и игрой, что не замечал ничего вокруг. Вскоре, они начали нарастать, и послышался громкий плеск воды. Поднялся такой брызг, что часть попала на самого играющего. Сут пискнул и свалился с камня, в испуге уставившись на ребёнка, который его потревожил. «Я не могу винить тебя» Томми поморщился, а затем поднял глаза на незнакомца глаза. — Извините, — пробурчал он. — Я просто хотел послушать поближе. — Тебе… Нравится моя музыка? — спросил парень, осторожно поднимаясь и отряхиваясь от песка. Он не больно ударился, но было ощутимо неприятно. Теперь вся спина немного ныла. — Да, — кивнул Томми. Он вернулся к обломку скалы и забрался обратно на него, чтобы перейти на другой камень и по нему подобраться к гитаристу. — Ты первый… — еле слышно сказал музыкант. — Х-хочешь, я сыграю тебе что-нибудь ещё? — — Если можно? — Брюнет снова забрался на свой любимый камень и взял в руки гитару. Было страшно непривычно играть перед незнакомцем. Все мысли вновь ушли из головы, стоило ему дёрнуть первые струны. «Мы разрисуем всю округу синим цветом» Музыка снова наполнила своим гладким звучанием старый пляж. Сначала он играл неуверенно, но потом забыл о существовании всего вокруг и вновь слился воедино с ритмом мелодии. «Потому что нам уже скучно» «А мы уже копим» «На что ещё нам осталось накопить?» Уилбур открыл глаза, но перед ним уже не сидел тот светловолосый мальчишка. Это был Филза, его отец. Они сидели на камнях в лесу неподалёку от их деревни. Золотые волосы прекрасно сверкали на солнце, а добрые голубые глаза смотрели на него с лёгким восторгом. «Ты прекрасно играешь, сынок. Не думал когда-нибудь стать бардом и радовать этим других?» Глаза гитариста расширились и ему внезапно стало страшно. Он резко свалился с камня, но вместо того, чтобы вернуться, пустился бежать, словно его резко что-то напугало. Словно бы мальчишка его напугал. — М-мне н-надо идти! — последнее, что мог услышать блондин, перед тем, как его собеседник убежит и затеряется в деревьях и шумных улицах города. Томми вздрогнул, когда брюнет пошатнулся, но его «вы в порядке?» не было произнесено, так как гитарист уже отдалялся от него. Мальчик с недоумением смотрел ему вслед, а затем обернулся, чтобы посмотреть, что могло напугать его. Перед глазами не появилось ничего особенного. Песок, камни, зажатый между камнями сухой ствол юного сломанного дерева, тёмные водоросли, и пролетающая невдалеке птица. Что вызвало у музыканта такую реакцию?..

***

      Хлопок двери, прыжок через ступеньки — и Томми снова на улице, быстрым шагом направляющийся в город. В этот раз он идёт туда по просьбе родителей: в доме кончились некоторые продукты, и мальчика попросили сходить в магазин. Идти туда и обратно около часа, но он не против. Конечно, на машине или велосипеде было бы быстрее, но отец слишком занят, чтобы сесть за руль, а велосипед есть только у одного из его младших братьев. Томми дошёл до магазина и быстро зашёл внутрь. Подойдя к стеллажам, он достал телефон. Что там в списке? Хлопья, творог, овощи…и хлеб. Куда же без хлеба. Мальчик стал бродить по торговому залу в поисках стеллажа с хлебом и вскоре нашёл его. Взяв с полки нужный, он повернул влево, чтобы пойти к молочным продуктам, и резко остановился. Напротив холодильников стояла знакомая фигура. Эти 3 дня пролетели для музыканта так же серо, скучно и безвкусно, как и все остальные дни до этого. Объятые туманом воспоминания о том, как он что-то делал или куда-то выходил, в мгновение испарялись из его головы. Уилбур открыл глаза и заметил, что он находился в магазине. Точно, он же хотел взять немного продуктов и молока для очередной «Кофейной недели», как он назвал её, пока он целыми сутками под вдохновением пишет новую песню. Так как у него в этом месяце не было достаточно денег, он взял самое дешёвое и закрыл холодильник. У него была самая скучная работа в жизни — проверка и исправление рабочих документов. Раз в неделю присылали задание, а затем платили деньги размером с обычную стипендию. Сут выбрал её, потому что на ней не нужно встречаться с людьми. Он не был замкнутой персоной, нет, он всегда рад новому общению. Но он не перенесёт видеть одни и те же лица каждый день, зная, что они…. Музыкант прогнал нерадивые мысли прочь и побрёл к кассе. В его корзинке было несколько заморозок, пару упаковок лапши быстрого приготовления, какие-то безвкусные батончики и только что положенное молоко. Такая себе еда, но Уилл никогда не жаловался. Глядя на корзину и переведя взгляд на его хрупкое, тощее тело, можно было сразу сопоставить следствие и причину. Томми хмыкнул, увидев содержимое корзинки брюнета, и, проводив его взглядом, пошёл за оставшимися в списке продуктами. Когда он пришёл на кассу, то снова увидел гитариста. Расплатившись со всеми покупками, парень пошёл к выходу с тонким пакетом. На входе из кармана нерадивого вокалиста выпала маленькая белая пачка сигарет. Медленно идя к своему дому, тот решил заняться любимым делом — самобичеванием под грустную музыку. Перед тем как достать плеер, он сунул руку в карман. — Чёрт, — тихо выругался подросток. Смирившись с тем, что в очередной раз уничтожить свои лёгкие он не сможет, он пошёл дальше. Новые купит. Томми, стоя на кассе, увидел, как пачка выпала. Расплатившись, он пошёл к выходу и поднял её, намереваясь выбросить, но увидел, что владелец покупки всё ещё находится в поле зрения, и быстрым шагом пошёл за ним. Спустя пару минут, подойдя достаточно близко, Томми неловко закашлялся. — Извините! — позвал он, подходя ещё ближе. — Вы обронили это в магазине. Он протянул пачку брюнету. Остановившись, Сут развернулся к нему и заметил свою пропажу. Вот так удача. — О, вот где они, — парень сунул пачку к себе в карман — Спас…- Он не договорив, заметил, что видел этого парня раньше. Этот любопытный мальчишка снова находился перед ним. Чертыхнувшись, он быстро развернулся и широким шагом пошёл домой. Нельзя разговаривать. Нельзя смотреть. Нельзя привязываться. Томми посчитал иначе. Бегом сорвавшись с места, он поравнялся с брюнетом и перешёл на быстрый шаг рядом с ним, находясь чуть-чуть за спиной. — Что это тогда было? — спросил он. Сердце парня чуть не остановилось, когда он снова услышал этот голос за спиной. — Н-ничего… Просто…. — он не мог объяснить. Все слова моментально куда-то пропали. Гитарист не мог просто рассказать причину. Он уже пытался. Его просто не поймут, посчитают сумасшедшим, или сразу всё вместе. Он остановился посреди очередного переулка. — извини…. — тихим голосом прошептал брюнет. Это было всё, на что его хватило. Томми слегка наклонил голову, растерянно смотря на него. — Что не так? — тихо спросил он. — Вряд ли ты сможешь понять, просто… Скажем так, я плох в общении…. Очень. Тебе лучше вернуться к своей семье и друзьям, со мной тебе вряд ли будет интересно — — Стоп, — Томми перебил, на секунду замявшись, а затем продолжил. — Вы… Вы же играли на гитаре тогда. Я люблю гитарную музыку, — пробормотал он. «Может, если его немного задобрить, он отстанет» — пронеслось в мыслях вокалиста. «обычно, с детьми такое работает» После короткого вздоха послышались слова. — Какие группы слушаешь? — — Ну… Томми погрузился в мысли. — Twenty One Pilots, Citizen Soldier, Imagine Dragons, всё в этом роде Кажется, он стал спокойнее. Музыкант продолжил путь, но заметно медленнее. — Хм, довольно неплохо. Могу добавить лишь Panic! At the disco, — на самом деле, он не так часто их слушал и список полностью совпадал с предложенным мальчиком, просто он не хотел это признавать. Они шли в тишине, иногда перекидываясь фразами на тему музыки, и Сут перестал быть таким зажатым, каким был до этого. Он начал много рассказывать о каждой группе и том, как они умело подбирают гитару, а так же как она своим звучанием задаёт нужную атмосферу. Казалось, обстановка между ними стала проще. Томми улыбался, иногда поддакивая и мыча в согласие со словами брюнета. — А какие жанры ты вообще любишь? — спросил он, сам не заметив, что перешёл со старшим на «ты». — У меня нет особо любимого жанра, слушаю всё, что нравится. Но особенно предпочитаю джаз, он успокаивает. А тебе? — — Я тоже слушаю все жанры, — ответил мальчик. — Но мне инди больше всего нравится. — Кстати, — он встрепенулся, вспомнив. — Я Томми. А ты? — Уилбур, — ответил брюнет. — Можно просто Уил — Парень сам не заметил, как загнал себя в очередную ловушку. Томми усмехнулся. — Уилбур? Довольно старое имя, хех, — он пожал плечами. — А какие книги и фильмы тебе нравятся? — О, мне нравится «Падение Люфера», она была довольно смешной. А из книг… Думаю, «Молния отчаянья» подойдёт — — О, — ответил Томми. — Да, «Падение Люцифера» было смешным. Но это не совсем мой жанр. — А какой твой жанр? — Уилу уже было сложно сдерживать свои эмоции и он приветливо улыбался собеседнику — Я люблю мистику. Ну, знаешь, всякие там легенды, предания, всё в этом роде, — Томми пожал плечами. Тут мальчик спохватился. — Кстати, эм…ты живёшь в частном секторе? Томми покосился на поворот на ту улицу, где начинались частные дома. — На самом деле, я живу ближе к центру. Что ж, признаю, это был приятный разговор, Томми. Надеюсь как-нибудь встретиться с тобой ещё. Береги себя — Уилбур похлопал мальчишку по плечу, развернулся и пошёл к себе домой с надеждой, что никогда больше не встретит его.