The Roommate || N.H

POV Эбби Джонс Прошла неделя с момента инцидента с Гарри. Найл все еще верил, что я встречаюсь с его лучшим другом, так как мы все еще не можем придумать выход из этой ситуации. Сейчас, не поймите меня неправильно, я люблю Гарри, я, действительно, люблю его, но иногда он просто заставляет меня хотеть засунуть его «тайную любовь» ему в задницу. Он не переставал доставать меня из-за того, что мы с Найлом влюблены друг в друга, но просто не признаёмся. Насколько же это было глупо? С момента нашего маленького обеда-свидания он присылал мне сообщения, полные определений «тайной любви» и того, как ее можно «вылечить». Он даже прислал мне ссылку для скачивания песни Birdy , которая, кстати, оказалась не такой уж плохой и я немного взгрустнула под неё, но ему не обязательно об этом знать. Что касается Найла, я стала видеть его реже. Сейчас у нас зимние каникулы и я думала, что мы с ним будем видеться чаще, но я ошибалась. Он уезжал рано утром и не возвращался домой до вечера. Мы перекидывались несколькими словами, а затем он ложился спать, и вот такая рутина была каждый день. Мне это показалось очень странным. Он просто вставал и уходил без какого-либо объяснения, он со мной почти больше не разговаривал, а те разговоры, которые были короткие и неловкие. Я скучаю по нему. Я, действительно, скучаю. И скучаю не как «я влюблена в тебя и хочу проводить с тобой всё время»; я скучаю по своему лучшему другу, потому что, в конце концов, наша дружба всегда была на первом месте. Я сидела в гостиной и смотрела «Теорию Большого взрыва», но без него всё было по-другому. Я очень сильно скучала по его глупым замечаниям о шоу и смехом над волшебным творением, которым был Шелдон Купер. Я просто скучала по его присутствию. Через некоторое время я приняла тот факт, что уже было поздно и что Найл не собирался приходить домой, чтобы я могла с ним поговорить. Я вздохнула и встала с дивана, чтобы перекусить перед сном. В этой квартире становилось одиноко, и я поняла, как сильно мне нужен кто-то рядом, чтобы я не чувствовала себя такой одинокой. Я думала пригласить Гарри, чтобы мне не пришлось проводить все зимние каникулы в одиночестве, но я действительно не хотела, чтобы он засовывал свою «тайную любовь» мне в горло, поэтому я воздержалась от набора его номера телефона. Я включила свет на кухне и вздрогнула, когда лампочка замигала, а затем погасла, снова оставив меня в темноте. Я вздохнула, добираясь до шкафа, схватила новую лампочку с стремянкой и вернулась на кухню. Мысль о том, что я могла бы это сделать завтра – при дневном свете – не пришла мне в голову, и я поставила стремянку под плафон, не задумываясь, схватила новую лампочку и поднялась, чтобы заменить ее. Заменив старую лампочку на новую, я начала спускаться со стремянки одновременно с открытием входной двери. Шум напугал меня, я пропустила одну из ступенек и в итоге поскользнулась и резко упала(и позвольте добавить очень больно) на пол, а стремянка на меня сверху. Я застонала от боли, когда услышала шаги, быстро приближающиеся к кухне. И следующее, что я помню, это как Найл нашел меня лежащей на полу. Наверное, я выглядела как человек-крендель. — Эбби? — Он стоял в дверном проёме, вероятно его беспокоил тон его голоса. — Что, чёрт возьми, только что произошло!? Я снова застонала от боли и не могла сказать, какая часть моего тела болит больше. Найл бросился ко мне и снял с меня лестницу. Я боялась двигаться. — Ты сможешь встать? — Снова заговорил он. Затем схватил меня за руку и попытался помочь мне подняться. Я была почти уверена, что у меня слезы текут по лицу от всей боли, которую я пережила. — Думаю, да. — Ответила я. Я схватилась за него и поднялась. Однако, как только я попыталась встать на обе ноги, я почувствовала резкое жжение в правой ноге и закричала от мучительной боли. Найл придержал меня, чтобы я не упала. — Что? Что? Что болит? — Он звучал так обеспокоено, что это заставило мое сердце растаять. — Моя лодыжка. — Я хромала. — О Боже. Найл вздохнул и поднял меня на руки в свадебном стиле. Я почти уверена, что умерла бы, если бы не то количество боли, которое я испытывала в тот момент. Он отнес меня в гостиную и посадил на диван. — Иисус, Эбби, что, чёрт возьми, ты делала? Я скривила лицо от боли, когда пошевелила правой ногой. — Я просто пыталась поменять лампочку на кухне, и ты напугал меня, когда пришел домой, и я, ауч, и я упала. — Иисус, — сказал Найл, затаив дыхание, прежде чем осмотреть мою лодыжку. Его взгляд подсказывал мне, что это нехорошо. — Дерьмо. Эм, мы должны отвезти тебя в больницу. Мои глаза расширились. — Что? Нет. Ни за что. — Он проигнорировал меня, схватил мое пальто и бросил его мне. Я кинула его обратно в него. — Я не пойду в больницу. — Нахмурилась я. Найл вздохнул. — Эбс, твоя лодыжка выглядит не очень хорошо, мы должны вылечить её, прежде чем ты потеряешь ногу. — Ты слишком драматизируешь. — Я? — Он поднял бровь. — Смотри, — вздохнул он. — Я знаю, что ты не любишь больницы, но я не врач и я не могу тебе помочь. Они они могут. — Найл, — умоляла я. — А что, если это вывих, и они должны буду вправить её обратно, это больно? Что делать, если мне нужна операция? Я ненавижу операции; все они могут быть смертельными. Что делать, если я умру во время операции? Я не хочу умирать, Найл, я слишком молода, чтобы умирать. Найл в замешательстве сморщил лицо. — Что? Почему ты такой параноик? — Анатомия Грей. — Застенчиво пробормотала я. —Ты серьезно сейчас? — Рассмеялся Найл. — Ты отказываешься идти в больницу только из-за самого драматического телевизионного сериала в истории телевизионных сериалов? Поверь мне, с тобой все будет хорошо. Обещаю. — Он сочувственно улыбнулся мне. Хотела бы я поцеловать его глупую улыбку. А также я хотела бы перестать думать о том, чтобы поцеловать его при каждом удобном случае. Конечно, он просто вынуждал меня хотеть этого. Как я могла быть такой глупой, чтобы поверить, что не влюблюсь в его мальчишеское очарование? — Хорошо, ладно, давай мне моё пальто.

***

Из-за того, что я не могла иди, Найлу пришлось нести меня до больницы. Честно говоря, это было довольно драматично. Парень, несущий молодую особу, нуждающуюся в помощи, чтобы доставить ее в безопасное место. Мало кто знал, что эта молодая особа уже была в безопасности — в его руках, обнимающих её. — Извини, что тебе пришлось нести меня. — Я извинилась, когда он сделал вдох после того, как посадил на один из стульев ожидания в больнице. — Поверь, — он упал на свободный стул рядом и посмотрел на меня с огромной улыбкой на лице. — Я бы перенес тебя через Атлантический океан, если бы ты в этом нуждалась. И вот он снова ведёт себя так, заставляя меня чувствовать себя маленькой школьницей. Он заставляет меня захотеть поцеловать и ударить его по лицу одновременно, и это сводит меня с ума. Конечно, мне нужно было немного приколоться над ним. — Что? — Я фальшиво нахмурилась. — Не Тихий океан? Серьезно, Найл, я думала у нас был тот самый момент. — Знаешь что? Я мог бы просто встать и оставить тебя здесь одну, а потом им бы пришлось засунуть в тебя иглы, чтобы починить твою ногу. — Он встал, и я инстинктивно схватила его за руку с паническим выражением лица. Он посмотрел на меня с ухмылкой на лице. — Я так и думал. Как только нас вызвали, одной из медсестер удалось достать для меня инвалидную коляску, чтобы Найл отвёз меня в приёмный кабинет. Сначала они не позволили ему войти, но он мог сказать, что я ужасно напугана, и поэтому он сказал им, что он мой старший брат и что он отказывается оставлять меня одну. Тот факт, что они его впустили, почти позволил мне расхохотаться на всю больницу. Я имею в виду, что мы ничем не похожи, и ни одна из медсестер не верила, что мы родственники. Возможно, им было жаль меня, потому что они знали, насколько тяжела была моя травма. Мысль об этом пугала. В приёмной нас встретила хирург-ортопед — доктор Грин. Я лежала на кушетке в больничной рубашке, они заставили меня надеть её и я уставилась в потолок, пока она осматривала мою лодыжку. Найл держал меня за правую руку. — Ты хочешь, чтобы я позвонил Гарри? — Внезапно прошептал он. — А? — Я явно была сбита с толку. — Зачем тебе звонить Гарри? Теперь настала очередь Найла запутаться. — Потому что он твой парень? И вот, это произошло. Я совсем забыла, что он не знал, что мы с Гарри на самом деле не вместе, и что я не собиралась встречаться с Гарри, а Гарри думает, что у нас с Найлом случай «тайной любви», и что он хочет, чтобы мы были вместе. Куда катится моя жизнь? —Оу. — Я была ошеломлена. — Нет, э-э, всё в порядке, тебе не нужно ему звонить. Найл с сомнением посмотрел на меня, но ничего не сказал. Вместо этого он просто кивнул. Доктор Грин, казалось бы, закончила осмотр моей лодыжки, и она объявила, что мои рентгеновские снимки пришли из лаборатории. Вот и всё. Пришло время узнать о масштабах моей травмы. Я схватилась обеими руками за руку Найла, и он с уверенностью сжал мои. — Хорошо, мисс Джонс, — сказала она, поправляя очки. — Хорошая новость в том, что вам не понадобится операция. — Я выдохнула с облегчением, но потом снова занервничала, когда поняла, что есть ещё и плохая новость. — Однако у вас вывих лодыжки, и мне придется вправить её. Как можно скорее. Мое сердцебиение участилось, и мои глаза расширились. Это было именно то, чего я боялась и чего хотела бы избежать. Я никогда не должна была соглашаться на то, чтобы прийти сюда. Я в панике посмотрела на Найла и заметила сочувствующий взгляд на его лице. Он знал, что так будет. Засранец. — Ну, это процедура быстрая, но она может быть немного болезненной. — Она встала и засучила рукава. Это не по-настоящему. — Вы можете просто держаться за руку своего брата и просто стараться не концентрироваться на боли. — Продолжила она, взяв меня за ногу. Она взяла меня за ногу. — Подождите, подождите, подождите! — Закричала я. — Нам нужно сделать это как можно скорее. — Сказала она строго. — Хорошо? Я стиснула зубы, но все равно кивнула. Найл сжал мою руку обеими руками и наклонился к моему уху, чтобы прошептать: — Ты справишься. — Я хотела ударить его по лицу. Доктор Грин подняла мою ногу. — Хорошо, 3, 2...— И даже не досчитав до «1», она вправила её обратно, и все, что я услышала, это болезненный треск и ощущение мучительной боли, которая последовала. — Я никогда не говорю «1», потому что именно этого все и ожидают. — Сучка. Я кричала от боли, чувствуя, как слёзы текут по моим щекам. Я сильнее сжала руку Найла, и он сжал её в ответ. — Ты была великолепна, ты отлично справилась. — Прошептал он, но я всё ещё хотела ударить его по лицу. Я посмотрела на него. — Я так тебя ненавижу. — Прошептала я ему, всё ещё испытывая боль. — Я знаю.

***

К сожалению, я должна была ходить с гипсом в течение следующих шести недель. Найлу пришлось отнести меня обратно в нашу квартиру, и я боялась, что не смогу позаботиться о себе. Я ненавидела быть зависимой от кого-то другого. Я использовала костыли, которые у меня были, чтобы добраться до своей комнаты, и упала лицом вниз на кровать. Вскоре после этого зашёл Найл, и я почувствовала, как кровать промялась, когда он сел рядом со мной. Я вздохнула в подушку. — Я позабочусь о тебе. — Щедрость в его голосе заставила меня захотеть сброситься с моста. — Тебе не нужно этого делать. И кроме того, ты занимаешься Бог знает чем весь день, так в чем тогда смысл? — Я не могла перестать говорить всё то, о чём думала. Болеутоляющее, которое они мне дали, наконец-то начало действовать, и это дало мне уверенности, которая мне была, действительно, нужна, чтобы поговорить с Найлом. Взгляд на его лице подсказывал мне, что он точно знает, о чем именно я говорю, и я могу сказать, что он чувствовал вину. — Прости, — он пробежался рукой по волосам. — Мне правда жаль. И я понимаю, как сильно я пренебрегаю тобой, как соседкой и как лучшим другом. И мне очень жаль. — Найл, всё в порядке. — Я села и взяла его за руку. — Я понимаю, что у тебя есть друзья, кроме меня, это нормально, но просто не забывай обо мне, хорошо? — Ты шутишь? — Он рассмеялся. — Я никогда не забуду о тебе. И кроме того, как показывает практика, тебя нельзя оставлять одну. — Ухмыльнулся он. — Ты даже не можешь поменять лампочку, не убив себя. Я ахнула, и он начал смеяться. — Ты придурок! — О, я просто прикалываюсь над тобой, Эбс! — Он притянул меня к себе и обнял за плечи. — Ты же знаешь, что я тоже не могу жить без тебя.