Не бывает так, что одиноким лучше всех.

      Дима молчит, отводит взгляд и не знает, что сказать Сереже. Ему тоже эта ситуация не нравится, не нравится реакция Паши и его отношения с Ляйсан.       — Я ему скажу про Лясю и поедем, он должен знать где его жена.       — Жду в машине.       В дверь кабинета Паши Дима не стучит, просто открывает и застает Добровольского разглядывающим телефон с крайне недовольным видом.       — Поз, ты что-то хотел?       — Лясе пытаешься дозвониться?             — Ей. Ты откуда знаешь?       — Она с Робом у меня дома. Паш, они сегодня встречались с Катей в парке. Ляйсан все знает про Арса.       — Зачем? Я ведь не хотел ей говорить пока. Думал максимально долго тянуть с этой новостью. Сказал бы ей накануне похорон.       — Какая разница? Паш, Арс тебе не соперник или ты и к мертвому ревнуешь?       — Я не ревную и никогда не ревновал Лясю. Я доверяю своей жене, но ей незачем ехать на кладбище и стоять у могилы того, кто…       — Того, кто ее любил и готов был умереть за нее?       — Я хотел сказать того, кто ее похитил. Черт, Поз, ну ладно Серега, но ты то должен меня понять — он ведь угрожал жизни твоей жены и дочери.       Дима мог бы многое сказать Паше будь тот его пациентом, но как друг он предпочитает промолчать. Его ждет Серега, да и зная московские пробки стоит поспешить если они не хотят опоздать и заставить родителей Арсения ждать.       — Знаешь, Паш, — Дима останавливается у самой двери. — знаешь почему я не злюсь на Арса? Я помню, как в тот день он словно просил у каждого из нас прощенья, помню, как он оттолкнул Шаста, чтобы его не зацепило пулей Белого, помню показания Антона и Ляйсан о том, как себя вел Арс с ними. Ты помнишь, что он сказал ей? Видимо нет. А еще я помню единственный осознанный взгляд Арсения за все время суда, и он был обращен на твою жену. Арс ее действительно любил, а любовь многое оправдывает. И чем страдать ерундой и ревновать к погибшему другу лучше бы поинтересовался почему твоя жена не хочет ехать домой.       Дима выходит из кабинета, спешит по коридору к Сереже, чтобы через несколько минут уже сидя в машине слушать возмущения Матвиенко, а Паша все так же смотрит на закрывшуюся дверь.       Матвиенко нарезает который круг по залу ожидания и Дима уже даже не пытается его успокоить. Тем более самолет из Омска сел уже пятнадцать минут назад и стоит сосредоточить внимание на другом.       — Серега у меня голова от тебя кружится, может хватит, а?       — Поз, вот сейчас они выйдут и, что я им скажу? Простите, что не смог спасти вашего сына?       — Слушай, ты не всесилен. Спасти в данной ситуации его никто бы не смог.       — Многое можно было сделать…- Матвиенко замирает, — Поз, вон они.       Дима поворачивается, чтобы увидеть идущую к ним пару.       Мужчина, высокий, широкоплечий он идет такой уверенной походкой, что люди в заполненном зале расступаются, пропуская его. Дима помнит Сергей Александровича, они познакомились, когда начался суд над Арсом. Они много общались и как-то сразу нашли общий язык.       Женщина, идущая с ним рядом в молодости, безусловно была очень красива, она и сейчас выглядит моложе своих лет. Дима в первую встречу подумал, что внешность Арс унаследовал от нее, ровно, как и очень красивый цвет глаз. Вот только сейчас эти глаза были красными от слез.       — Сережа, Дмитрий. — Мужчина протягивает руку и Матвиенко наконец собравшись отвечает на рукопожатие. — Мне кажется, что этот город мы с Татьяной видим только в черном цвете.       — Сереженька, скажи, экспертизу провели? Сережа сказал, что должны были провести экспертизу, а иначе нельзя было опознать того, кто был там найден.       — Провели, Татьяна Александровна, все подтвердили.       Женщина крепче сжимает руку мужа, который от этой новости только бледнеет.       — Отвезете нас в отель? — Сергей Александрович бережно обнимает жену за плечи. — Татьяне нужно отдохнуть.       — Да-да конечно. — Дима забирает у него чемодан. — Вам обоим нужно отдохнуть.       — Дмитрий, я хотел вас попросить о небольшом одолжении. — Сергей Александрович заговаривает снова только когда они доходят до машины Матвиенко и его супруга оказывается на заднем сидении.       — Слушаю.       — Я знаю, что Сережа не откажется помочь мне в организации похорон, но я не хочу бросать Таню в одиночестве. Вы не могли бы остаться с ней завтра?       — Сергей Александрович, мы с Димой могли бы вдвоем всем заняться, вам незачем во всем этом участвовать.       — Я должен своему сыну хотя бы это. — Мужчина крепче сжимает кулак, только этим демонстрируя свое волнение. — К сожалению, больше ничего я для Арсения сделать не могу.       Он дожидается пока Матвиенко и Позов кивнут и улыбается.       — Спасибо.       Паша возвращается домой в тоже время, что и всегда. Уже открывая дверь он понимает, что Ляся все-таки решила приехать домой. Он аккуратно снимает обувь, стараясь не шуметь проходит на кухню и замирает в проходе натыкаясь на ледяной взгляд жены.       — Можешь не красться, я не сплю. — В отличии от прошлой ночи она говорит совершенно спокойно.       — Я просто не хотел беспокоить тебя.       — Ты сейчас говоришь про свое позднее возвращение домой или про смерть Арсения? — ее голос на последнем имени едва ощутимо дрожит. — Или вообще обо всей нашей семейной жизни?       — Я не видел смысла говорить тебе о пожаре, когда еще ничего не было известно, да и потом не хотел сообщать такую новость по телефону.       — Конечно не хотел. Ты вообще собирался сказать мне в день похорон.       — Я собирался сказать тебе завтра утром, перед работой. Лясь, я очень устал, на ногах с четырех утра. Давай поговорим утром, ну правда. Больше всего я сейчас хочу поужинать и лечь спать.       — Ужин на столе, убери потом за собой. Ляйсан уходит, и Паша ужинает в одиночестве, пытается отвлечься, листая ленты осц сетей, видит ранее незамеченную смс от Сереги:

Отвезли родителей Арса в отель, завтра займемся организацией похорон.

Если захочешь с ними встретится или поговорить- звони.

      Паша трижды пишет ответ и трижды стирает написанное в итоге оставляя сообщение без ответа. Убрав со стола, он проходит в комнату и тут его ждет разочарование, вместо любимой жены пустая кровать — Ляйсан ушла спать в детскую.       Утро встречает Пашу будильником и молчаливой Лясей на кухне. Поставив перед мужем чашку с горячим кофе, она садится напротив и смотрит на него.       — Что?       — Ты сказал, что утром мы поговорим, ты все мне расскажешь — вперед.       — Ты изменилась. Раньше ты такой прямолинейной не была.       — Ты заставил меня измениться своим отношением. Целый год ты переделывал меня своим отношением. А сейчас будь добр поговори со мной, не пытаясь переводить тему, ты не Арс.       — Ты меня теперь с ним сравниваешь? Ну да ладно. Что ты хочешь услышать?       — Все, начиная с того момента как ты узнал о пожаре.       — Мне вчера позвонил главврач, сообщил о пожаре и о том, что Арса не вывели из здания, мы с Серегой и Димой поехали туда. Тело Арса нашли в его палате, опознали его по печатке. Шеминов договорился об экспертизе, ее вчера экстренно провели и слепки зубов подтвердили, что это и есть Попов Арсений Сергеевич. Серега позвонил его родителям и вчера вечером они уже прилетели в Москву. Похороны завтра.       — Арс. — Взгляд Ляйсан наконец-то теплеет. — Такой смерти он не заслужил. Никто не заслужил, но он ведь просто хотел быть счастливым.       — Сейчас самое главное, сделать все как положено. Серега помогает родителям Арса. Дима тоже там. Завтра Шаст приедет, он в какой-то глуши был по заданию редакции. Лясь, мы вместе поедем и на кладбище, и на поминки. Я просто хотел аккуратно тебе об этом сообщить.       — Хорошо. Паш, я очень тебя прошу, давай больше без секретов. В наших отношениях и так не все гладко.       — Обещаю. — Паша встает и обойдя стол поднимает жену и прижимает ее к себе. — Лясь, я люблю тебя. Все у нас наладится — обещаю.       — И я тебя люблю.        Через полчаса Паша уезжает на работу, довольный наконец-то улучшившимися отношениями с женой, а Ляйсан собирает сына на прогулку.       Впервые за последние месяцы она улыбается, напевает какую-то песню, а когда она открывает входную дверь настроение становится еще лучше — в дверь воткнут цветок розы и записка «Самой прекрасной женщине»       Антон получает от Димы сообщение со временем похорон и адресом кладбища. Дима расписывает другу как Матвиенко с отцом Арса за прошедший день решили все вопросы и поэтому завтра днем Арсения уже похоронят.       Шастун судя по времени прибытия поезда успевает как раз вовремя приехать на кладбище, поэтому он перед прибытием поезда переодевается в более приличную одежду и пытается привести в порядок свои непослушные волосы.       Прямо от вокзала он вызывает такси и заскочив домой, только чтобы оставить чемодан, едет на кладбище.       Дима встречает его у ворот и ведет к месту, где у закрытого гроба уже стоят родители и друзья Арсения Попова. Антон видит Серегу, Пашу с Лясей и Стаса с Дариной, Дима с Катей стоят чуть ближе к Матвиенко, пара коллег Арса и все… Антон так же как остальные подходит к родителям Арсения и понимает, что не знает, что сказать.       Он молча пожимает руку Сергею Александровичу, обнимает Татьяну Александровну и отходит в сторону.       К тому моменту, когда гроб начинают опускать Антон, видит слезы на глазах у почти всех присутствующих, он и сам держится из последних сил.       А можно мне не в рай, а в красную комнату?       Антон слышит голос Арсения, словно он стоит рядом, он помнит, что эту шутку Арс выдал после того как Антон признался, что смотрел «Пятьдесят оттенков серого».       Он оглядывается, убеждая себя, что ему просто послышалось и замечает стоящего в отдалении высокого мужчину в темных очках и медицинской маске. Мужчина весь в черном, как и большинство присутствующих, но словно для пущей секретности он еще и капюшон худи натянул на голову.       Шаст, ты в таком виде похож на подростка-извращенца. Еще очки черные на нос и все.       Всего один раз Антон пришел в похожем виде в отделение и Арс не давал ему прохода до конца дня.       Мужчина, заметив, что на него смотрят кивает слегка, склонив голову и Антон хмурится, он не помнит такого человека среди знакомых Арса.       — Антош, ты в порядке? — Дима спрашивает едва слышным шёпотом. — Тебе, что плохо?       — Нет, я в порядке, Поз. Слушай, а это кто? — Антон слегка кивает в сторону стоящего в стороне мужчины.       — Понятия не имею. Ты в кафе поедешь с ними на машине? Шаст, да что с тобой? Антон не может понять, но его словно тянет к этому человеку. Мужчина, заметив столь странное внимание к своей персоне слегка склоняет голову словно рассматривая Антона с головы до ног (кто его разберет за темными очками) и развернувшись направляется к выходу.       — Прости, Поз, я на минуту.       Антон благодарен своим длинным ногам, позволяющим догнать незнакомца почти мгновенно.       — Извините, — он кладет руку на плечо мужчины, отмечая, что тот не на много его ниже, — а кем вы приходились Арсению?       — Считайте, что я его старый друг. — Голос у мужчины низкий с едва заметной хрипотцой. — А вы?       — Я тоже был его другом.       — Настоящих друзей у Арса оказывается было немного.       — Вы не поедете на поминки?       — Нет, я здесь проездом — не мог не проводить его. Простите, мне пора. — Мужчина спешит к припаркованной у ворот иномарке, за рулем которой Шастун может разглядеть молодую женщину. — Всего хорошего, Антон.       Только через пару минут стоя рядом с Димой Антон понимает, что не называл мужчине своего имени.       — Паш, мы вчера вечером не успели поговорить — ты поздно пришел. — Пока машина отъезжает от кладбища Ляся решает поблагодарить мужа. — Спасибо за утренний разговор — он для меня много значил и спасибо за розу.       — Какую розу? — Он смотрит с удивлением.       — Вчера, когда я с Робом гулять пошла в дверь была воткнута роза и записка «Самой прекрасной женщине». Это не от тебя?       — Нет. Видимо у тебя появился тайный поклонник. Мне стоит ревновать?       — Не говори глупостей. — Дотянувшись она гладит мужа по щеке наслаждаясь давно забытым чувством.       — Шучу, я понимаю того, кто написал эту записку. Он увидел мою жену-красавицу и не смог устоять. — Паша с улыбкой целует жену в щеку.       «Идиллия, мать твою. Кто посмел прислать моей жене цветы? Кто опять лезет в нашу семью?»       Паша бросает взгляд в зеркало заднего вида, где-то там едет машина Матвиенко.       «Может Серега? Он в курсе наших с Лясей проблем. Нет, ему точно было не до этого, он весь день провел с Сергеем Александровичем.»       Паша решает выбросить это происшествие из головы.       Сережа из всего времени проведенного на кладбище запомнил только приезд Шастуна. На закрытый гроб Матвиенко смотреть не может, каждый забитый гвоздь словно удар по сердцу. Он не представляет каких усилий стоит держаться родителям Арса, они словно статуи застыли у края могилы своего единственного сына.       Сережа мельком видит, как Антон идет к выходу за каким-то мужчиной, но через несколько минут возвращается. Серега переводит взгляд на Пашу аккуратно обнимающего жену за талию и мысленно дает себе подзатыльник за то, что продолжает писать Паше сообщения даже несмотря на отсутствие ответа.       Момент отъезда с кладбища и дорога до кафе в полном молчании.       — Серега, привет. — Антон как обычно путается в собственных ногах, и Серега успевает его подхватить в последний момент. — Ты как, держишься?       — Привет, Шаст. Держусь, куда я денусь.       — Я до сих пор не могу поверить, что его больше нет. Сегодня на кладбище мне все время казалось, что Арс рядом и продолжает сыпать своими дурацкими каламбурами.       — Ага, я тоже все время вспоминал его шуточки. Так рассмешить нас мог только Попов, у него голова работала в другую сторону.       — Слушай, а там на кладбище был мужик, назвался старым другом Арсения, странный очень в очках, маске, еще и капюшон от худи на голову натянул. Голос такой низкий с хрипотцой. Ты его знаешь?       — Вообще не помню такого среди друзей Арса. Может случайный знакомый?       — Случайный знакомый, который знает, как меня зовут? Что-то не сходится.       — А ты ему не представился? — Сережа честно пытается уловить логику, но пока не понимает, что его в этом настораживает.       — Неа. Я точно помню весь наш разговор — всего пара фраз, но имя свое я ему не говорил.       — Приедешь в понедельник в отделение? Разберемся вместе с Позом.       — Договорились.       Сережа вспоминает разговор с Антоном через пару часов, когда выходит на улицу, чтобы пару минут постоять в тишине.       — Странно, все выходят покурить или поболтать, а ты один и без сигарет.       — Не курю и хочу пару минут побыть один.       — Не куришь, не пьешь. Хочешь умереть здоровым?       — А ты откуда такой остряк? — Матвиенко поворачивает голову и удивленно рассматривает своего собеседника. — Не жарко? Может хотя бы капюшон снимешь?       — Не вопрос. Только не здесь. — Мужчина хватает его за руку и тянет в сторону подсобных помещений. — А по голосу не узнал?       Сережа только качает головой.       — Значит, это у меня на самом деле хорошо получается. — он стягивает маску и Матвиенко думает, что такое совпадение невозможно. — Этого недостаточно?       — Кто ты? — Сережа говорит шепотом, голос не слушается.       — Эх, Серега, Серега. — Мужчина стягивает капюшон, а потом с улыбкой снимет черные очки. — Лучшего друга не узнал.       Матвиенко смотрит в смеющиеся голубые глаза и все, что он сейчас может это прошептать:       — Арс?