Сквозь слезы.

Наступило утро. Первой, что неудивительно, встала Катя. Она прошлепала босиком на кухню, и, попив воды, направилась на веранду покурить. Она вышла из дома, вытаскивая по пути телефон, чтобы посмотреть который час. На экране была половина седьмого. Это просто чудесное время. Именно ранним утром воздух на улице настолько чист, что кажется, будто с каждым вдохом лёгкие вот-вот разорвутся и проломят рёбра. Такой воздух кристально прозрачен и даже невинен, будто ещё совсем не тронут человеком. В нём не чувствуется ни запаха пыли, ни бензина, ни чего-то ещё, что напоминало бы о повседневной суете, а только слабый аромат прошедшего ночью дождя. Катерина, вдохнув полной грудью, закурила. Впервые за долгие несколько месяцев она почувствовала себя такой расслабленной. Девушка стояла и купила, задумавшись о своей жизни. Всё ведь хорошо. Но правда ли это? Хах, конечно нет. Всё было отвратительно. Ей было настолько плохо, что хотелось испариться, исчезнуть, стать просто крохотной и спрятаться где-то, где бы её никто не нашёл. Ну, в крайнем случае, закрыться у себя в комнате и не выходить из неё какое-то время. Слишком часто стало хотеться плакать. И абсолютно не важно по какому поводу. В душе было пусто, будто в какой-то момент сердце вырвали и поставили вместо него бездушный аппарат, перекачивающий кровь для простого поддержания жизни. Не было надежды и на светлое будущее, потому что, казалось, ничего не может измениться в лучшую сторону, как бы сильно ты не трудился. Иногда Катрин посещали мысли о том, что бы изменилось, не будь её совсем. Если бы её в один момент не стало... Казалось, будто ничего бы в жизни окружающих не изменилось. Она не знала, как бы отреагировала её семья и друзья на её смерть, но почему-то было ощущение, будто они совсем скоро забыли о ней, о том, что она тоже когда-то существовала в этом мире, ходила по этой земле, дышала этим воздухом. А ещё хранила в себе всю свою боль, страхи и любовь к одному маленькому, на вид, человечку, имеющему внутри себя огромный красочный мир. И пусть Кате и было неимоверно плохо, окружающие видели только добрую, простодушную и улыбчивую девушку. "私のしわせなマスクはきれつでおうわれています｡ (watasino shiwasena masukuwa kiretsude ooreteimasu) Да, моя счастливая маска начинает трескаться. –подтвердила своё высказывание Катрин, – Но показывать этого не стоит."–подумала девушка. Да, в России, а тем более в таком захолустье как Хабаровск, иметь человеку с какие-либо психологические проблемы было несколько зазорно. Пускай и появилось дохрена психологов и различных штучек, созданных для таких людей, но всё же... Человек должен быть "нормальным", это устои общества, которые, кажется, никогда не изменятся. А если ты хоть как-то отклоняешься от этой "нормы", ты сразу становишься "больным", "ненормальным" и "мерзким", поэтому многие люди и стараются носить маску "нормальности", скрывая за ней уйму боли и уничтожая себя изнутри. Сигарета закончилась, Катрин вернулась в дом. Все всё еще спали, мирно посапывая в своих кроватях. Девушка вынула из холодильника колбасу, решив перекусить. Она сварила себе большой американо, и, включив в наушниках песню "Miss wanna die" на повторе, уткнулась в телефон на несколько часов до пробуждения остальных. *** Стрелка часов перевалила за половину десятого, а из комнат постепенно стали выползать люди. Первой вышла Таня. – Утречка, – не отрываясь от телефоона сказала Катя, – Как спалось? – Доброе, – прохрипела подруга в ответ, – у тебя матрац неудобный, слишком мягкий, я как будто у меня спина отнялась. – Ясно. Остальные спят? – Ага, там по-моему Алёна почти встала, она валяется пока. – Понятно. Как раз, через несколько минут вышла Алёна, потом Диана, а потом и пацаны. *** – Может сходим куда-нибудь погулять вместе? – оживлённо спросила Таня. – Куда например? – спросил своим повседневным отрешенно-холодно-саркастичным тоном Серёжа. – Да просто на улицу, там че-нить придумаем, – предложила Аля. Она посмотрела на остальных, и, получив их немое согласие, продолжила, – Ну вот и решили, пошли одеваться. Ребята вышли на улицу. Снаружи веяло прохладой, а в воздухе всё еще витал аромат прошедшего ночью дождя. Ребята решили пройтись до ближайшей площадки и посидеть там. По приходу, всё расселись кто куда: Алëна с Таней на одни качели, Саша с Дианой на другие, а Серёжа с Катей на скамейки поблизости. Друзья болтали о всяких мелочах, периодически смеясь. Время пролетело незаметно. За разговорами друзья совсем не заметили, что похолодало и начало смеркаться. Весь день Саша бегал за Дианой, как щеночек, желающий преподнести любимой хозяйке весь мир, вот и сейчас он, поняв, что холодает, снова забеспокоился о своей возлюбленной: – Диан, тебе не холодно? Шарф дать? Может, купить горячего чего-нибудь? – Нет, всё хорошо, спасибо, – тепло улыбнувшись ответила Диана, – не пора ли нам потихоньку расходиться? – Да, а-то вам ехать ещё триста лет на этих автобусах отсюда, – согласилась Катя. Постепенно ребята разъехались по домам. Последними уехали Таня с Серёжей. Девушка обняла Катю, и бросив на последок что-то вроде: "Пока, бро, не хондри.", зашла в автобус. *** Воскресенье пролетело незаметно. Наступил понедельник, уроки, после них дополнительные по физике, Никита и далее по списку. Диана откладывала разговор с Сашей, Саша же в это время бегал хвостиком за Дианой и всё больше сближался с Никитой, а Никита начинал неровно дышать к девушке Саши, в чем ему пока не признавался. И что мы имеем два месяца спустя? По уши влюблённого в Диану Александра, неплохо так закорешившегося с Никитой, а также влюблённых друг в друга его девушку и друга, не знающих о взаимности их чувств. Но, как бы ни откладывала Диана разговор с Сашечкой, ему, в конце концов, суждено было произойти. Прекрасный субботний вечер января и двое некогда влюблённых людей, сидящих на кухне у парня. Пришли они туда потому что Диана решилась, и, сказав, что им нужно поговорить, предложила встретиться где-нибудь. А Саша повёл её к себе домой. И вот, сидя на кухне в неловком молчании, девушка решает начать разговор: – Кхм... Саша, я давно должна была сказать тебе, – девушка замялась, а после паузы протараторила – я поняла, что люблю тебя не как парня, а как большого милого брата, но я не могу больше видеть, как ты любишь, а я не могу ответить тебе тем же. Признаться честно, я осознала это при первой встрече с Никитой, меня как током ударило и я влюбилась...в него. Прости меня, пожалуйста, что ввела в заблуждение и столько тянула с этим разговором. Я понимаю, что прости ситуацию не исправит, но я очень надеюсь, что ты меня поймёшь и мы сможем остаться хотя бы приятелями! – девушка зажмурилась, боясь увидеть в глазах Саши ненависть или подобную реакцию, но пересилив себя, она открыла глаза и посмотрела прямо на парня. – Ох... – Саша явно не ожидал такой новости. Он посидел, осмысливая сказанное, и, через несколько минут продолжил, – Да... Я всё понимаю. – парень явно старался сдерживать слезы, продолжая, – Конечно, мы можем остаться друзьями. Кстати, по-моему ты тоже нравишься Никите, так что совет вам да любовь, – голос дрожал, в глазах скопилась влага, но Саша только улыбнулся надломленно после сказанного. – Спасибо... Огромное спасибо... – девушка благодарила за то, что он понял, принял и не возненавидел, и, несмотря на то как ему больно, он всё ещё сидит и улыбается ей, – Так же я хотела сказать... Мы с родителями переезжаем в другой район и поэтому меня в скором времени переведут в школу поближе к новому дому... Саша кивнул. – Что ж, уже поздно. Думаю, мне пора, – сказав это, Диана ушла, оставив парня наедине со своими мыслями. *** Саша не просто плакал, он рыдал. Ему было ужасно больно и плохо, будто сердце рвалось на куски, пробивая рёбра, ударяя со всей силы в солнечное сплетение. Он был ужасно рад, когда влюбился. Он понимал, что первая любовь не вечна, что взлетая ввысь на крыльях любви, падать будет больно... Но он не думал, что настолько. Саша посмотрел на время, скоро должна была прийти мама, поэтому, собрав все силы, он поднялся и пошёл к раковине чтобы умыться. Холодная вода привела его в чувства, но совсем немного. Раздался звук поворачивающихся в замке ключей. Открылась дверь. Вошла Ирина Владимировна. Она только хотела позвать сына, как тот вышел из туалета. – Саша! Сынок, что такое?! Почему у тебя всё лицо опухшее? Ты плакал? Что случилось? – обеспокоенно затараторила женщина. – Мам, – тихо произнёс Саша, – можно я не буду ходить на дополнительные по физике?