Что же ты думаешь обо мне?

Урок литературы, только солнце вставало из-за горизонта, проявляя первые лучики в окна. Широкие шторы создавали тяжкую атмосферу, они перекрывали весь вид на природу. А ведь Кнайфу нравится смотреть в окошко, за что частенько получает. Из уст вылетел тяжкий стон, только начался урок, а уже хочется домой. В теплую кровать, с горячим чаем и плюшкой посмотреть любимого летсплейщика. Учитель что-то объяснял из новой темы, выражая свои мысли к произведению писателя. Парень не особо вникал во все это, ему нет дела. Зачем ему вообще знать о чем этот стих? Прочитал и прочитал, все равно забудет через две минуты. Но не забудет как когда утопили собачку, то плакал весь класс. — Я считаю, что здесь автор описывает свои тяжелые мысли, которые не мог высказать в жизни! — выкрикнул знакомый голос, словно не боясь услышать совсем другой ответ на вопрос. Голова невольно повернулась на сторону звука. Это был Курасан, его враг. Кнайф точно не помнит, когда они поругались, но точно знает, что тот полный идиот и думает только о себе. Он нахмурил брови, с оскаливаниеи осматривая своего бывшего друга. Щеки покраснели легким румянцем, что сильно заметно на бледной коже. Глаза вновь загорелись воспоминаниями, как они проводили время вместе. Как же ему хотелось их стереть, чтобы больше никогда в жизни и не вспоминать. Как они гуляли, играли в приставку, делились едой, подкалывали друг друга, не хотели друг от друга отходить ни на шаг. —Хей, ты чего? Опять марсиане забрали на свою планету?— с усмешкой спросила Лампчка, стараясь говорить как можно тише. Она как обычно была полна позитива, с яркой улыбкой смотрела прямо на сияющие глаза друга. Ей уже давно было известно о воспоминаниях Кнайфа. Почему же не помочь? Хотя бы морально. Парень встрепенулся, уходя из мыслей и вновь виня себя за то, что о таком думает. Лицо расслабилось, мышцы вернулись в прежнюю форму. —Все в порядке, не волнуйся, — робко ответил пепельноволосый, всматриваясь в пустой листок. Он должен был быть для записей, но кого теперь это волнует? Его взгляд был прикован к Курасану. Тот же тихо смеялся вместе с Чашечкой, своей соседкой. Они перешептывались и посмеивались над ситуациями, которые к сожалению Кнайф не слышал. Он давно не ощущал этого чувства.Сердце сжалось, по телу пробегались сотни холодных мурашек. Его словно мучали, прикованного к железному столбу, заставляя стоять на морозе в легкой одежде и любоваться этой картиной. "Интересно, а Курасан хоть о чем-то нормальном думать умеет? У него в голове только и есть, что тачки да телки. Как такого как он еще не выкинули куда подальше..."—думал парнишка, упираясь одной рукой в щеку, уставившись на парту. Вопрос за вопросом невольно лезли в голову, пока не возник самый тупой, но такой приятный.. "А Курасан хоть думает обо мне? Не как о враге, или даже друге..."

***

Звонок. Резкий звук в уши обрадовал, все мигом успели вылететь с кабинета информатики прежде, чем учитель продиктует домашнее задание. Смех и гул разносились со всех сторон, толпы людей проходили и толпились к себе домой. Уроки окончены. Кнайф одной рукой держал лямку рюкзака, а второй придерживал сотовый телефон. В чате промелькали сотни сообщений, на которые приходилось отвечать. Курасан. Приходи в спортивный зал, есть разговор. Всплыло уведомление сверху по экрану. Глаза широко открылись от удивления, заходя в чат и просматривая, точно ли это написал его злейший одноклассник. Неужели он правда о нем думал? Или даже думает? Свернув направо, пепельноволосый резким движением положил телефон в карман, забывая о своих проблемах и направляясь в нужное место.

***

Открывая огромную дверь зала, парню в глаза попадаются яркие лучи света, просвечивающие из больших окон. Зал только недавно почистили, отблеск был виден. На лавочке сидел кучерявый парнишка, махая ногами и уже всматриваясь в фигуру, которая только что зашла сюда. По лицу нельзя было понять, что именно хочет Курасан. Пепельноволосый тяжело выдохнул, направляясь к рыжику. — Ты что-то хотел?— спросил Кнайф, вставая напротив сидящего, вновь корча недовольное и хмурое лицо. Ему хотелось развернуться, уйти от сюда и позабыть про сообщение, которые на пару секунд согрело его холодную душу. Но что-то не давало сойти с места, он лишь смотрел в ярко-оранжевые глаза, не желая смотреть больше никуда, кроме них. — Хотел. Ты думаешь я не вижу, что ты пялишься на меня все уроки подряд? Ты, блять, ебанутый? С крыши съехал? — грубо спросил Курасан, вставая с лавочки. Он был ниже его всего на голову, но не боялся, а лишь старался выглядеть как можно устрашающе. Со стороны это выглядело как петушиный бой... Кнайф цыкнул, закатывая глаза и покачивая головой. Такое происходит невпервые, ему не привыкать. Сердце заколось быстрее. Слова из уст никак не шли, ему нечего было сказать. Они просто смотрели друг на друга в полной тишине. Она продлилась минуту, пока не послышался ответ. — Допустим, и что? Не имею права? — огрызнулся высокий парнишка, скрещивая руки на груди. Рыжего это заставило в легкий шок. Он ожидал отказа, или прочих отговорок, но точно не согласие. Лицо невольно заполняется красками, глаза все так же не сводят. А им этого и не надо. — Ты гребаный сталкер, — полушепотом говорит Курасан, оскаливаясь и первым проигрывая, отводя взгляд себе под ноги. Его кудри были взъерошены, а рожки потрепались. Прическа выглядела не такой привлекательной, но пепельноволосому она нравилась. Очень нравилась. –Это ничего не меняет. Если это все, то я пошел,— сухо ответил Кнайф, разворачиваясь и стараясь как можно быстрее сленять домой. Ему непривычно стоять рядом со своим врагом, но в тоже время он хочет еще поговорить с ним. Как он? Все ли хорошо в жизни? Что нового произошло? Не успевает парень и одуматься, как ощущаешь чужие губы на своих. Курасан схаватил его за воротник пидажка, вставая на носочки и прижимая того изо всех сил к себе, жадно целуя. Руки дрожали, но они уверенно держались. Спустя пару секунд поцелуй разрывается, оставляя за собой смятые губы и приятные эмоции. В животе Кнайфа пролетелт миллион бархатных бабочек, его лицо покрылось румянцем. Между ними возникает пауза. Они смотрят друг другу в глаза, вновь всматриваясь. Так долго приходилось терпеть, бояться, чтобы сделать первый шаг и первым начать. Тишину прервал тихий шепот. — Что ты думаешь обо мне, Курасан?— спросил пепельноволосый, ухмыляясь. Он смотрит на задумчивое лицо врага, пока тот думает над ответом. Его лицо сосредоточено, всматривается в пол и ищет различные зацепки, пока руки сминают воротник чужого пиджака. —Думаю, что ты ебанный сталкер. Заебал пялиться, а потом сидеть и хуярить в самого себя, — грубо ответил Курасан, фыркая. Поцелуй за поцелуем. Ближайшие пару минут они точно проведут вместе, обсуждая последние события и просто наслаждаясь друг другом. Может быть, Кнайф нагонял себя по поводу чувств и мыслей...А вот Курасану нравилось иметь такого "сталкера".