Lumos

      Пробуждение было легким и полным, словно кто-то нажал на кнопку. В первое мгновение я думаю, что, должно быть, снова проснулась от кошмара, но не чувствую привычной тревоги. Да и вообще не чувствую ничего знакомого, отчего голова начинает работать на полную катушку.       Тело легкое, свободное, словно я здорова. Никакой боли. Шевелиться и проверять не хочется, но я потихоньку вдыхаю полной грудью, насыщаясь кислородом до головокружения. Небольшая слабость и усталость — и только. Внутри чувствуется такое количество энергии, что кажется, можно хоть сейчас бежать кросс.       И еще есть ЭТО. Какая-то сила, текущая сквозь меня неспешным сбивчивым потоком. То ускоряясь, то замедляясь, закручиваясь спиралями, где-то плотная, где-то — разреженная. Словно течения в мировом океане. Ощущение того, как она тягуче скрутилась где-то в области лба, неприятно, поэтому я стараюсь выправить ее и ускорить. И в тот же миг чувствую, как поднимаюсь в воздух, увлекаемая легкостью своего тела. Спешно открыв глаза, озираюсь по сторонам. В крошечной комнате темно, я лежу на кровати, зависшей в воздухе на высоте около ярда.       Матерюсь, часто дыша и стараясь привести мысли в порядок. Кровать спокойно висит, не совершая больше никаких движений. Какая-то система тяг? Где-то должна быть кнопка или рычаг, чтобы опустить ее назад. Зуд от скручивающейся спирали в голове ослабел, но по-прежнему причиняет дискомфорт, мешая сосредоточиться. Я еще немного ускоряю этот поток, одновременно распрямляя его, и блаженно выдыхаю от облегчения.       Предметы в комнате поднимаются в воздух, а я, сидя под потолком, с изумлением смотрю на разворачивающееся действо. В голову приходит бредовая мысль. Замедляю течения потоков во всем теле, очень медленно и осторожно, и, охреневая, наблюдаю, как все предметы в комнате тихонько возвращаются на свои места.       Боли в теле так и нет. Немного ноет предплечье, словно на днях кто-то слишком сильно схватил меня за него. Я присматриваюсь к руке, но в темноте разобрать что-то невозможно. Кроме того факта, что это не моя рука. Будто наблюдая со стороны, я принимаюсь ощупывать свое тело. Маленькое, щуплое и… мужское. Сон? Весьма странный, говоря откровенно, и довольно реалистичный. Осторожно опустив ноги на пол, пытаюсь оценить окружающую обстановку.       Нужен свет, хоть какой-то свет. Представив солнце, чувствую, как поток силы устремляется вперед, формируя шар, похожий на звезду, но не излучающий тепла. Я зачарованно разглядываю сгусток света, повисший в воздухе, словно плазма на магнитной подушке. В нем отчетливо чувствуется та же сила, что течет внутри моего… не моего тела. Она струится внутри, протекая по идеально ровным концентрическим сферам, сплетая частую сеть, и кружится вокруг, поддерживая звезду в воздухе. Стоит только обратить на это внимание, как я могу расширить шар и ускорить его потоки, сделав ярче. Теперь я ощущаю, как сила из меня перетекает в него, создавая новые витки. С минуту поглядев на это чудо природы, осматриваюсь вокруг.       Перед глазами все расплывается. Близорукость — дело привычное. Прямо в изголовье на полке нащупываю очки, щурясь вглядываюсь в них. Круглые. Сердце пропускает удар. Водружаю их на положенное место и смотрю прямо на дверь, расположенную едва ли не впритык к кровати. На стене висит электрический щиток, несколько узких полок, заставленных какой-то мелочовкой. Все тесное пространство завалено щетками, швабрами и тряпками. Медленно, нехотя поднимаю глаза и упираюсь взглядом в покатый потолок.       Твою мать. Нет. Не может быть. Недоверчиво смотрю на детские руки. На правом предплечье и правда синяк. Огромная грязная футболка висит на тонком теле мешком, как и необъятные штаны. Часы на полке показывают три часа, пятнадцать минут. Прислушиваюсь — в доме стоит полная тишина. Встаю плавным движением, тянусь рукой к своей звезде, и, направляя ее к выходу, открываю дверь.       За дверью коридор. Поворачиваю налево и нахожу вход в ванную. Включаю свет и смотрю в зеркало, чувствуя, как оглушительно бьется сердце. Такое мне никогда не снилось. Первое, за что цепляется взгляд, — ярко-зеленые большие глаза на худом узком лице, оказавшемся симпатичнее, чем я представляла себе. Хотя пока сложно судить о том, что из этого вырастет.       Что следует делать, чтобы выжить в такой ситуации? Следовать сюжету оригинала, разумеется. Повторять все в максимальной приближенности к исходнику, насколько это возможно. Но похоже, что на это можно наплевать. Я гашу свет и наблюдаю, как в глазах отражаются отблески огненной звезды, а шрам в виде молнии на лбу медленно рассасывается.