Ты коснулся меня, даже не касаясь.

      Утро Антона было бы самым обычным, если бы не одно но. Он проспал. Конечно, он бы мог вызвать такси, одеться и сразу выйти, но зачем, если можно прийти ко второму? Это не преступление, простительно. Будильник был выключен. Антон положил телефон под подушку, однако задумался, ведь видел уведомление. Это был Арсений. Арсений Сергеевич, 6:35 Я заеду за тобой? Не откажешься?       Организм проснулся окончательно от резко нахлынувшей тревоги. Антон в спешке написал сообщение учителю. Антоша, 8:54 Простите меня! Я проспал. Я создал вам проблему?       Подросток откинулся головой на подушку и закрыл лицо ладонями. Было безумно стыдно. Антон чувствовал себя до жути безответственным. Звук уведомления вывел Антона из злости на самого себя. Арсений Сергеевич, 8:56 Нет конечно! У меня окно. Успеешь собраться за 15 минут?       На лице Антона нарисовалась широкая улыбка. Он даже с кровати вскочил от радости и быстро напечатал сообщение. Антоша, 8:57 Успею, я быстро! Арсений Сергеевич, 8:58 Жду тебя))       Антон в спешке умылся, почистил зубы и вернулся в комнату. Именно сегодня хотелось хорошо выглядеть, поэтому Антон дольше обычного думал, что ему надеть. Арсений выглядел очень собранно по сравнению с Антоном, всегда в официальной или нейтральной одежде. Но стиль Антона заключался в ярких цветах и мешковатой одежде. Выбор пал на оранжевое худи с огромным капюшоном и серые широкие джинсы.       Антон написал учителю о том, что собирается выходить, а учитель ответил, что уже подъехал и ждёт его. Антон накинул свой бомбер, кроссовки на любимой массивной подошве и выбежал из дома.       Антон увидел машину Арсения сразу же. Он сидел в телефоне, с кем-то переписывался. Антон понаблюдал ещё с минуту на сосредоточенное, расслабленное лицо учителя, а затем он поднял глаза и увидел юношу. Учитель помахал ему рукой, Антон помахал в ответ и в считанные секунды оказался в машине. — Привет, Антош. Долго ты так смотрел? — Антон опустил взгляд, лишь бы учитель не увидел его румянец. Арсений засмеялся. — Ладно, не отвечай. Пристегнись. — В автомобиле пахло парфюмом учителя и слегка корицей. Этот запах расслаблял. Машина сдвинулась с места. Антон только через пару минут заметил, что едут они совсем не в стороны школы. — Куда мы едем? Школа в другой стороне, я точно помню. — Учитель улыбнулся, но промолчал. — Арсений Сергеевич, ответьте. Вы маньяк какой-то? — Лицо учителя стало максимально серьёзным, от чего по рукам Антона прошлись мурашки. — Ты мне не доверяешь? — Арсений резко затормозил на светофоре из-за чего Антон рефлекторно выставил руки вперёд. Учитель смотрел на Антона. Антон смотрел на своего учителя. Подросток решил не отвечать на вопрос. Он вообще никому не доверяет, хотя очень хотел бы доверять человеку в чьей машине сейчас находился. Парень отвернулся к окну.       Через несколько минут машина затормозила у ресторана. Он выглядел дорогим. Антон перевёл взгляд на Арсения. — Мы сюда? — Учитель кивнул и вышел из машины. Антон не понимал от слова совсем зачем учитель привёз его в ресторан. Причём не просто в ресторан, а в один из дорогих. Ни один учитель в их школе не мог бы себе позволить ходить в такие рестораны, покупать себе такие машины, как у Арсения. Это точно значило, что Арсений что-то скрывает. Мужчина обошёл свою машину и открыл дверь подростку, тот вышел. Оба вошли в заведение. На входе стояла девушка. По всей видимости администратор. Когда оба зашли в ресторан, она вытянулась по струнке и широко улыбнулась, но в её действиях чувствовалась тревожность. — Арсений Сергеевич, доброе утро! Я провожу за ваш столик, прошу. — Арсений ограничился кивком и лёгкой улыбкой. Наверное, во всех дорогих ресторанах гостей встречают именно так. Опять какой-то подвох. Оба заняли места напротив друг друга и приняли меню у девушки. Антон открыл меню и резко поднял взгляд на учителя, когда увидел цены на блюда. — Вы куда меня привели? Нельзя было посетить более обычное место? — Учитель улыбнулся и поднял взгляд на своего ученика. — Заказывай, что хочешь. Я всё оплачу. И не возмущайся. — У Антона было миллион вопросов и все требовали ответа, но задавать он их не стал. Учитель бы всё равно не ответил, это было ясно. И всё же Антон обязан вывести его на чистую воду. И он этого добьётся. Сейчас же он просто пролистывал меню в поиске чего-то подходящего для него. Было много блюд названия которых Антон даже никогда не слышал. Антон краем глаза увидел, что учитель определился с выбором и отложил меню. А вот сам он хмурил брови в попытке прочитать название очередного неизвестного блюда. В конечном итоге Антон выбрал обычный цезарь, молочный коктейль и обычный чизкейк. Подросток убрал меню и взглянул на учителя. Тот сложил руки в замок и положил на них свою голову. Смотрел на мальчика перед собой и улыбался уголками губ. Антон вскинул брови вверх, когда тот потянулся к макушке мальчика, чтобы зарыться ладонью в волосах. Шастун забыл, как дышать. Арсений откинулся на спинку стула, больше похожего на кресло и тут же подошёл официант. — Арсений Сергеевич, Здравствуйте! Вы не один… — Антону поведение официанта показалось очень странным. Он будто расстроился, как только увидел Антона. И почему к учителю все обращаются по имени? Часто здесь бывает? Или дело в самом заведении? Где найти все ответы на вопросы… — Я готов принять ваш заказ. — Здравствуй, Андрюш. — Официант покраснел и смущённо улыбнулся. — Мне, пожалуйста, крем-суп тыквенный и про семечки сверху не забудь! Десерт на твой вкус, как обычно, и зеленый чай. — Хорошо, что вы будете? — Официант обратил внимание на Антона. — Цезарь, чизкейк обычный и молочный коктейль клубничный, пожалуйста. — Арсений усмехнулся. — Что такого? — Учитель лишь помотал головой в разные стороны. Официант наблюдал за всем этим. Антон взглянул на того самого Андрюшу, тот вздрогнул и поспешил уйти. — Объясните, что происходит? Вас все тут знают! — Постоянный гость. — А с официантами так всегда общаетесь? — А что? Просто часто тут бываю. Не волнуйся, с тобой я общаюсь не так, как со всеми. — Антон уже не хотел задавать вопросов. Ответа на них не будет. А под таким взглядом Арсения Антон плавится и теряет дар речи. Что-то не так, точно.