Прийти, увидеть, победить!

      Лето в этом году выдалось поистине жарким. Солнышко не жалело своего тепла ни для кого. И если в городах люди спасались кондиционерами, то в деревне такой благодати не было. Но и каменных небоскребов тоже. Самую жару пережидали, а потом выходили работать дальше.        — Знаешь, сейчас даже я готова признать, что Андрей тут в тему! — Ника утерла лоб, помогая бабушке в огороде укрывать растения, что бы тех не повредили солнечные лучи.        — Я боюсь, как бы он не схватил солнечный удар! — Марь Петровна глянула на парня, что только что принес им пару ведер воды и снова забрался на крышу сарая.        — А ведь может, и все, последние мозги закипят.        — Нииика, откуда в тебе столько злости к нему? — Бабушка с укором посмотрела на внучку.       Андрей ей нравился, она видела, что он действительно старается найти подход к ее внучке. А вот та, ведет себя как малое дитя, ерничает, подкалывает, обзывается и не всегда заслужено. После истории со смотринами стало понятно, что она просто ревнует Андрея. Это было мило, но маниакальная упёртость внучки начинала раздражать даже так сильно любящую ее бабушку.        — Он…. Сам виноват! — топнула ножкой девушка.        — Ника он старается, неужели ты не видишь?        — А может быть я не хочу?        — Тогда скажи об этом честно.        — Я и говорю!        — Мииилая, все твои манипуляции говорят только лишь об обратном. Ты ответь честно себе.        — Ой всеее!!! — Ника махнула рукой и пошла к сараю. На улице было и правда жарко, и не было никакого желания лечить Князя от солнечного удара.        — Андрееей, давай слезай от туда! Пережди жару!        — Да нормально! — отмахнулся тот.        — Слышь, Князь, у меня нет желания потом вызывать тебе врача. Это не шутки. Давай слезай, и иди в тень, если так неймется. Вон дрова руби, оттуда солнце ушло.        Княже огляделся. В ее словах была доля правды. Жара стояла сильная. Мужчина не хотел свалиться с больничным, и чтоб за ним потом еще и ухаживали. В детстве у него был солнечный удар, препротивная вещь. Мужчина слез с крыши и как и сказала Ника отправился к дровянику. Солнце оттуда уже ушло, и было вполне комфортно.        Надо признаться Андрюхе в деревне нравилось. Он мало того, что окунулся в местный колорит, и у него перли идеи для новых текстов, что он то и дело записывал в блокнот, но и постепенно втирался в доверие к Нике. Хотя на этом поприще успехов было мало. Ему казалось, что она ему мстит за всё, что было между ними. Они словно поменялись местами, она его постоянно поддевала, подкалывала и подтрунивала над ним. Буквально проверяя на прочность и выдержку. Но Дюха мужественно терпел. Хотя терпел это сильно сказано. Он многое переосмыслил за то время, что они не виделись. А главное понял одно, что хочет быть с ней рядом. Хочет, чтоб ей было хорошо и хочет делать так, чтоб ей было хорошо. Ему глубоко запали слова Чёрта о «прятках». Да и случившийся однажды разговор по душам с отцом на многое открыл ему глаза. Андрей действительно вел себя как мальчишка. Избалованный вниманием и заботой мальчишка. А настоящий мужчина, взрослый мужчина получает удовольствие, делая своей женщине хорошо, заботясь о ней. Андрей рассказал отцу о шубе, что Илья подарил Нике, и долго возмущался и негодовал, не понимая мотивов, истинных мотивов. На что отец со смехом назвал его болваном, а Чёрта настоящим мужиком. И объяснил, что любовь это не цветочки и поцелуйчики под луной, это забота, внимание к своей половине. Это сделать так, что она чувствовала себя в безопасности.        — Сын, потому что ты рассказал, могу предположить, что эта девушка многое пережила и через многое прошла. И судя по всему многого добилась. Я уверен, будь она мужиком ты бы пожал ей руку и с удовольствием бухнул был с ней. Но она женщина, а ты не можешь понять, да и принять тот факт что они сильнее нас во всем. На недоуменный взгляд сына он усмехнулся и пояснил:        — Они всегда выигрывают, даже когда проигрывают. Их сила в их слабости. Запомни, они могут все, и мужчины то по сути им не нужны. Если б не дети, но наш род уже давно бы вымер. Они позволяют нам быть сильными.        — Это все круто пап, но какое отношение имеет к моей ситуации? Отец опрокинул очередную рюмку и кивнул:        — Да, прости, заговариваюсь. Я это к тому, что ты еще не дорос, чтоб понять всю соль. Ты сейчас кайфуешь от внимания женщин, их много вокруг тебя. Они вешаются на тебя, отдавая свою…. Энергию, скажем так. Но пройдет время, и ты заметишь, что это уже не интересно, тебе захочется чего то большего. Андрей с сомнением смотрел на уже подвыпившего отца:        — Короче сына, настоящий кайф мужчина получает, когда делает для своей женщины комфорт. Когда она бежит к нему как в укрытие, когда знает, что с ним она в безопасности. Вот поэтому твоя Ника и побежала к этому Илье. И шубу он ей купил не только от мороза, но и чтоб порадовать. Он взял ее под свое крыло. А ты, видимо делал все наоборот. Как юнец, что мамкину титьку хочет сосать.        После этого разговора Дюха крепко задумался. Что он сделал для Ники, чтоб она чувствовала себя в безопасности? Да ничего. Еще и, по сути, изнасиловал. Поэтому сейчас он прекрасно понимал мотивы ее поведения. Она ему не доверяла, провоцировала, ну и, наверное, мстила. И ревновала. Не понять это было невозможно. И пока лишь это грело душу и надежду.        Князь сполз с крыши, и принялся за дрова. Решив не рисковать перегреться, он взялся за складирование уже нарубленных полешек.        — Андрюша ты плотнее складывай, — Марь Петровна возвращаясь в избу подошла к нему, и показала как правильно это делать. Все-таки опыта у нее поболе.        — Ага, я понял Марь Петровна, — кивнул он, поняв в чем его ошибка.        — Андрюша, ты бы пошел в дом, отдохнул. Уж больно жарко сегодня.        — Да нормально. Сейчас вот это уложу и приду, — улыбнулся он.        — Ну смотри, — кивнула женщина, и удалилась с жары.        Ника стояла у окна, что выходило во двор, как раз на поленницу, где сейчас трудился Князь и наблюдала. Наблюдала, как блестит вспотевшая кожа, как сокращаются и расслабляются мышцы на руках и спине. Кажется, за это время он стал еще рельефнее. Наблюдала, как обтягивают упругую задницу шорты, когда мужчина нагибался, чтоб взять дрова. Она знала, какая она на ощупь, эта задница. Она сама когда-то гладила ее, и впивалась ногтями в эти ягодицы, скользила пальцами по влажной, напряженной спине, зарывалась пальцами в светлые пряди, цвета пшеницы. Она знала, какая на вкус его кожа, чуть солоновата, и как она пахнет.        Ника и не заметила, что тяжело и глубоко дышит, прикусив губу. Мария Петровна проследила, куда так пристально смотрит внучка и усмехнулась.              — Аппетитно выглядит да? — Угуууу, — протянула Ника. — Образцовый самец.        — Гляди, уведут! — хихикнула бабушка, и Ника вздрогнула, осознав с кем говорит о таком.        — Бабушка!        — А что? Пока ты тут томно дышишь у окошка и лелеешь свои обиды, кто-то вон уже озаботился тем, чтоб ему не было жарко! — она кивнула на двор.        Ника проследила за ее взглядом и увидела, как одна из местных девиц чем-то угощает Князя. Каким-то питьем. И такая тут злость обуяла девушку. Ника сжала зубы и решительно зашагала во двор. Марь Петровна потирая ручки, последовала за внучкой на крыльцо.        Ника как бы не спеша, подошла к мило беседующей паре:        — Оооо, я смотрю, тебя тут подкармливают, Князь.        — Скорее подпаивают, — он кивнул на кувшин, что держала в руках девушка.        — Что, приворотное зелье таки сварила? — Ника перевела взгляд на девушку. Но та была не лыком шита и городскую девку не боялась.        — Да полноте тебе, Никулька, — специально назвала детским прозвищем, — смотри жара какая на улице. Квасик холодный, освежает.        — У тебя как была ума палата, так и осталась. Если он голос потеряет….        — Слышь ты, думаешь из города приехала…. — завелись девки не на шутку.        — Эй эй дамы, тише, ничего не будет с горлом. Не такой уж и холодный квас, всё норм Ника. Правда ж жарко. — Князь взглянул на девушку. Та прищурилась и фыркнув удалилась, скрывшись за сараем.        — Она всегда была такая злая, — вздохнула поклонница Князя. Тот хотел было ответить, как перед взором снова возникла Ника, но теперь уже с ведром воды, и что-то говорила Князю, что ничем хорошим для него это не светит.        — Ника…. — медленно протянул он.        — Жарко тебе да, освежиться решил. Ну так я тебе помогу!        — Нееет! — не успел он ничего сделать, как поток холодной ключевой воды ударил ему в грудь.        Ника выплеснула в него целое ведро и сейчас коварно улыбалась. Андрей медленно поднял на нее глаза, в которых плескалась ярость. Ника поняла, что кажется, переборщила.        — Спокойно Князь, дыши, просто дыши. Как говорят психологи, на второй счет вдох, на четвертый выдох! — девушка медленно отходила от начинающего закипать мужчины, выставив руки вперед.        — Беги Веденеева! Пока до четырех не досчитал!        — Андрей держи себя в руках! Я же помочь тебе хотела!        — Беги! — гаркнул он и девушка с криком стартанула вон со двора.        — Хана тебе! — Князь мчался за ней по пятам.        — Андрей, подумай о своем здоровье! В твоем возрасте вредны физические нагрузки! — орала Ника улепетывая по дороге в сторону полей.        — Убью зараза! — Князь не отставал от нее, то и дело отбрасывая длинную мокрую челку с лица.        — Князь, скорая сюда долго едет, я не хочу чтоб тебя разобрал инфаркт! Ты еще крышу не доделал!        — Я все равно тебя поймаю, зараза такая!        — Ааааа, спасите, помогите! Он сошел с ума! Подумаешь, водичкой побрызгала! Какие мы нежные!        — Хана тебе! Ты мне за все ответишь!        Парочка удалялась все дальше от деревни, под смех Марь Петровны и лай Коржика, что был пристегнут сегодня, чтоб не мешал работать.        — Думаю, тебе тут ничего не светит дорогая. Этот молодец уже потерян для женского общества, — Петровна подошла к оставшейся девице. — Так что можешь и другим передать, чтоб понапрасну не таскались.        — Андрей успокойся! — Ника свернула в поле, заросшее высокой травой. Там она в детстве всегда пряталась от бабушки, когда нашкодит. Вот и сейчас по привычке бежала в свое убежище, не подумав о том, что взрослый, пышущий здоровьем мужик не бабушка.        — Вот сейчас надеру тебе задницу и успокоюсь, прям так успокоюсь! — Князь почти дышал ей затылок. Из них двоих Ника оказалась менее выносливой, да и через траву пробираться было труднее, чем бежать по дороге.        — Я на тебя в суд подам! Ааааааа! — заверещала девушка, наконец пойманная преследователем. Андрей схватил ее поперек живота и приподнял над землей, прижимая к себе:        — Попалась, та которая кусалась! — он принялся ее щекотать, зная что девушка боится этого больше всего.        — Нет, нет, прекрати! Я боюююссьь! — Ника хохотала и ерзала в его руках, пытаясь вырваться. Но это было бесполезно. Князь легко удерживал ее брыкающееся тельце, умудряясь проходиться ловкими пальцами по ребрам, бокам и животу, заставляя девушку сгибаться от колик. В итоге они оба рухнули в траву и продолжили битву уже лежа.        — Пусти меня, я больше не могу, я сейчас опиисаююююсь! — Ника дергала ногами и мотала головой, пытаясь скинуть с себя мужчину. Из глаз текли слезы, только не от боли, а от смеха.        — Проси прощение, коварная! И может быть, я помилую тебя! — Андрюха так вошел в раж, что даже голос менял. Он подмял девушку под себя и проходился пальцами по самым чувствительным местам, которые успел заучить наизусть.        — Я не виновата, не виновата! — хохотала Ника. — Я больше не могу перестань! Ты сам виноват! Андрей вдруг замер, вглядываясь в ее лицо. А ведь она права, он действительно сам виноват.        — Прости меня за всё! — произнес он. Ника распахнула глаза и удивленно на него уставилась.        — Я был настоящим уродом, столько гадости тебе наговорил и сделал! — Андрей нежно коснулся ее лица, поглаживая пальцами и убирая растрепавшиеся волосики. — Ты такая красивая!        Он улыбнулся, блуждая взглядом по ее лицу. Она лежала на зеленой траве, тяжело дышащая от бега, волосы растрепались, щеки покраснели, глаза в шоке смотрят на него, а губы чуть приоткрыты от тяжелого дыхания.        Ника пару раз моргнула, даже не зная, что сказать на такое его откровение. А это было откровение. Она это чувствовала. Она смотрела ему в глаза и видела, что он не врет.        — А… Андрей…. — выдохнула она, совершенно не зная, чем продолжить. Но ей и не потребовалось. Князь наклонился, и казалось, поцелует ее, но он лишь уткнулся носом в ее висок и, прижав к себе девушку, тихо зашептал в ухо:        — Ника…. — он едва касался ее кожи губами, вызывая полчища мурашек. — Я был идиотом. Ты правильно сказала. Я отказывался признаться себе, что ты мне нравишься, понравилась с самого начала. Я с ума по тебе схожу. Все что я говорил о своих желаниях, это правда, но…. Прости меня, я не хочу больше заставлять тебя силой. Я хочу, чтоб тебе было хорошо.        Ника зажмурилась, чувствуя, как сходит с ума. Она слушала и слышала каждое его слово, но его тело, его руки, его голос сводили с ума, заглушая разум. Как он умудрялся, даже извиняясь за свою власть, всё равно ее проявлять? Ника глубоко дышала, но уже не от бега, а от того возбуждения и волнения что волнами прокатывались по телу. Его губы то и дело касались нежной кожи, руки сильно прижимали к горячему телу, а пальцы мягко, словно кошачьи лапки, мяли ее. Он говорил такие чувственные вещи, такие трогательные. И говорил правду.        Ника закусила нижнюю губу, чувствуя, как собирается желание внизу живота, и повернула на бок голову, открывая для него шею. Как бы говоря тем самым, что принимает его слова. Князь знал, что шея у нее очень чувствительна, что открывая ее, она словно дает ключик к себе. Андрей нежно коснулся губами бьющейся венки. Ника едва слышно вздохнула, сжимая пальцами сочную траву. Мужские пальцы медленно двинулись по ребрам вверх, и едва коснувшись мягкой груди деликатно погладили. Ника чуть выгнулась, сильно сжимая ноги. Юбка летнего сарафана задралась, открывая их целиком. Она привыкла к другому. К сильным, ярким, властным ласкам. И нынешняя его нежность, томность сводили ее с ума. Эти едва ощутимые поцелуи, эти поглаживая груди через ткань. Кожа стала настолько чувствительна, что казалось ткань ее царапает, словно наждачкой.        — Андрей…. — простонала она, задыхаясь. — Куда же делся наглый Князь? Князь сжал зубы. Знала бы она, каких усилий ему стоит не разодрать к черту эти пуговки на лифе и не втянуть в рот такую нежную кожу ее груди. От одних только мыслей, член, что стоял в штанах колом, заныл. Андрей глухо рыкнул, чуть прикусывая кожу шеи.        — Я не хочу тебя заставлять…. Я же обещал…. — ему, так же как и ей говорить удавалось с трудом.        Ника вдруг положила ладонь на его, что гладила через ткань ореолу соска и медленно повела вниз. Девушка отвернулась, смотря в другую сторону и зажмурилась, то ли от стыда, толи от принятия собственной капитуляции, но когда его пальцы коснулись набухшей нежной плоти, не смогла сдержать стон.        Андрей сходил с ума. Он чувствовал, как его начинало трясти от напряжения. Она сама его просила. Это ли не счастье? Его пальцы мягко погладили объемные складки, и он услышал ее стон. Как он хотел оказаться в ней, почувствовать ее жар, но не имел права. Пока. Пока все только для нее. Пальцы отогнули край трусиков и скользнули внутрь, мгновенно погружаясь в горячую влагу. Ника мгновенно заерзала, натираясь о них. Как же ему хотелось ее поцеловать, но он боялся все испортить. Одно то, что она так возбуждена уже было наградой. Его пальцы погружались все глубже, заставляя ее стонать все громче. Андрей уже ничего не соображал, он лишь слышал ее стоны, чувствовал, как начинали дрожать ее мышцы, и как болел член. В какой-то момент он прижался к ее бедру, но от этого стало лишь хуже. Ника вдруг просунула между их телами руку и сжала через ткань его член. Андрей глухо ухнул. По телу прошла дрожь. Ника погладила многострадальный орган и, просунув ладошку в штаны, обхватила ствол.        — Ника…. — прохрипел он, не ожидая ответа, но тут она повернула голову и взглянула ему в глаза. Он получил то, чего всегда хотел. Она смотрела на него, и в ее глазах отражалось голубое небо. Ветер колыхал траву над их головами и в любой момент их могли застать, но им было плевать. Ника подняла руку и коснулась его лица:        — Я…. Ему показалось, что она потянула его к себе, как вдруг из густой травы на них выпрыгнул огромный черный пес и радостно залаял и запрыгал.        — Коржик фу! — встрепенулась Ника, словно их не собака застала, а бабушка. Девушка резко села и поправила сарафан. А Коржик, что ничего не понимал, прыгал рядом и лез целоваться.        — Фу, дурная псина. — Девушка смущенно спряталась в густой шести.               — Ника…. — Тихо позвал Андрей.        — Оставь меня, пожалуйста, — Ника даже глаза на него не могла поднять. — Пожалуйста. Мне нужно побыть одной.       Князь кивнул и молча удалился.