Безразличная мне леди

Мы начали общаться совершенно случайно. Я давно заметила ее, так уж случалось, что мы учились в одной школе и оказывались на остановке в одно и то же время. Не всегда, но достаточно часто, чтобы обратить на это внимание. Всегда не любившая судить о людях по внешнему виду, однако, в тот момент, я, не смогла отделаться от мысли, что она скорее всего была очень стервозной. Темные, средней длины волосы, холодные, голубые глаза и вечно недовольное лицо, отталкивали меня, воспоминаниями о негативном опыте с похожими людьми. Позволив себе позабыть, что судьба имеет чувство юмора, и уже привыкнув видеть девушку, я перестала думать об этом. Вопреки ожиданиям, не могу сказать, что зря, привычность эта, в последствии помогла почти безболезненно пережить всю эту историю. Оказывается, мы были в одном классе, но по-настоящему заговорили только когда нас, из-за малого количества учеников в кабинете, попросили сесть вместе, на первую парту. Признаться, я человек невероятной разговорчивости и заводить беседы крайне любила. Разговор тек очень стремительно так, что мы сами не заметили как оказались за пределами школы и, очевидно, двигались по одному и тому же пути. Тут вспомнились и случайные встречи глазами в общественном транспорте, и то как пару раз она задевала меня проходя мимо. Я знакомилась с ней только сейчас, узнавая, какие интересы у нас общие, а что нам лучше не обсуждать, дабы не рассориться, все же мне казалось, что я знала ее очень долгое время. Сейчас, имея больше опыта в общении с людьми и оглядываясь на это знакомство, скажу, подобное единения душ никогда не заканчивалось для меня хорошо, исчерпав все что могла от общения с человеком, я начинала отдаляться и партнёры по диалогу делали то же самое. Меньше и меньше сообщений, больше игнора и, хоп, мы больше не друзья, а мимолётные знакомые, с которыми и здороваются то лишь тогда когда есть настроение. Подожди ещё и вы не делаете даже этого, проходя мимо друг друга на улице и узнав человека, но проигнорировав его существование, как будто всего несколько месяцев назад вы не шептали на ухо этому "прохожему" секреты. Впрочем, и она исключением не была. Грустно наверное, не знаю, по крайней мере меня это не задевает ни капли, видимо я все же плохой человек. Проехав на автобусе пару остановок и проболтав на скамейке, около случайного подъезда, 2 часа, разошлись не забыв при этом договориться встретиться на остановке уже в роли ненезнакомок. Длина светового дня, учитывая, что на улице стояла весна, середина мая если быть точнее, позволяла нам проводить довольно много времени вместе после школы, что конечно не могло не способствовать сближению. Так вышло, к концу учебного года нас невозможно было оторвать друг от друга. Она, имя которой я не назову, однако возьму на себя смелость дать ей псевдоним "миледи". Справедливости ради стоит отметить, что во многом я виновата сама, но так уж происходит, совесть меня не мучает. Сложно объяснить почему, да я и сама не знаю, чтоб дать это объяснение, тем не менее, каждый человек претендующий на место моего друга, проходит период общения, который я определю как "период флирта". Время, в течение которого диалог неизбежно скатывался к кокетству. Честно, пыталась это остановить, контролировать, хотя поняв что это бесполезно, говорила всем, что таков уж мой стиль общения и вообще имею право. Миледи против не была. Даже наоборот, подогревала мои шутливые намеки и подкаты. Позже, когда наше общение стало менее хаотичным и на самом деле подходило к концу, она рассказала мне о тоске по тем временам. Даже если, не смотреть на факт существования, этого "периода", который как я сейчас понимаю мог дать несчастной надежду. Невозможно было опровергнуть один факт, мои речи имели влияние на эту девушку, на этот молодой цветок. Местами, я чувствовала себя лордом Генри, нашептывающим юному Дориану свои идеи. Лишь местами, девушка это была все же немного старше меня, она была твердо уверена в своей, хоть и изменчивой, индивидуальности личности, помимо того и сама любила вкладывать свои идеи в людей. Бесспорно в некоторые момент, я понимала, что она чувствует себя выше меня. Однако. Эх, в душе она была тем ещё ребенком, ребенком который пытался строить из себя взрослого и осознанного. Уверена была, знает лучше и вообще опыт есть, как уверенный в себе первоклассник честное слово. И все же, в некоторых вопросах моя леди действительно была намного просвещеннее нежели моя персона. Например, в вопросах чувств любви. Девушка точно была влюбчива, любила сильно, иногда даже долго. Каждый раз она клялась не любить снова, и каждый раз не сдерживала свою клятву. В прочем, история все же моя, и в разговорах о ее чувствах я навсегда останусь ненадежным рассказчиком. Именно посреди упомянутого ранее "периода", я начала замечать что-то неладное. Ее дыхание все чаще сводило, я всегда считала что это паническая атака или по крайней мере тревожность. До этого момента, она несколько раз жаловалась мне на них. После, по моей просьбе, миледи начала принимать небольшое количество, натурального, успокоительного, в моменты когда она чувствовала начало тревоги. Не подумайте, не я вложила ей эту мысль. Она сама начала принимать валерьянку, моей просьбой лишь было, чтобы она использовала "валеру", как мы ее тогда назвали, аккуратно. Проблемы с дыханием прошли так же незаметно как начались. Случилось другое, леди заболела, точнее я думала что она, заболела. В то время меня ещё удивляло где она умудрилась получить простуду посреди июня. Та лишь материла сквозняки и быстро переводила тему на что-то другое. Будь то наши небольшие токсичные замашки, проявляемые в нелестном описании людей, имевших неосторожность нам не понравиться или наше моральное состояние, или аниме, или ещё какие-то мелочи интересовавшие нас тогда. С приходом "простуды", пришло и кое-что другое. Девушка стала проявлять все больше тактильности, чему я была несомненно рада, ведь сама имела большой тактильный голод. Мы стали часто держаться за руки, сидеть в обнимку и вообще провоцировать любой физический контакт. Время шло и в наших отношениях, вследствие большого количества совместного времяпровождения, стали появляться конфликты. До сих пор помню, нашу первую, серьезную ссору. Ее кашель усиливался с каждым днём, тем не менее она все чаще звала меня гулять. Стала использовать больше косметики, однако, даже грим не всегда скрывал ее болезненный вид. Моя леди, в очередной раз написала мне с просьбой о прогулке, я пыталась сказать ей, больна ведь, надо лечиться, а не разгуливать. Судя по ее реакции, увиденные сообщения не понравились девушке. Сухое, с точкой в конце предложения, сообщение, о том что "поговорим лично, через 10 минут, наша скамейка.", прилетело через час молчания. А что можно сделать? Пришлось идти. Моё возмущения невозможно было передать словами, когда человек которого я считаю своим другом, который, черт его дери, болен до кровавого кашля сидит на скамейке в шортах, топе и пьет ледяную воду. .... Действительно, слова мои в тот день были некрасивы. Я выплескивала в свою речь все эмоции которые накопились. Кричали мы долго. На нас пару раз даже косились какие-то бабушки с окон, но возмущения, к удивлению, не высказывали. Матам, придуманным в тот момент позавидует самый искусный писатель. Когда все что можно было уже сказано, моя подруга залилась рыданиями, которые прерывались только ужасающим кашлем. Позабыв все происходившее ранее, пробегая к ней, пыталась как-то помочь, успокоить. Получилось, слабо, но получилось, дальше она справилась и сама. Полностью успокоившись и стерев с лица потекшую косметику, миледи глянула на меня настолько разочарованным взглядом, что мое сердце невольно похолодело, а на спине выступил пот. Все же был один фактор, отвлекший меня от самобичевания. У уголка ее рта скопилась капля крови и проделала путь до подбородка. А в красивых, бледных, с неряшливо накрашенными лаком ногтями, руках лежали лепестки. Лепестки белые, очень знакомые. Лепестки ромашки. Я ещё тогда подумала, зачем она их сорвала, а потом кашляла в них, но значения не придала, дура, что скажешь. Мой ступор, казалось, отразился на лице. На ее же сиял ужас. В тот день она сбежала от меня, а после и вообще игнорировала несколько недель. Возможно, пыталась как-то мной манипулировать, она всегда заявляла себя мастером данного дела. Но к ее, возможному, сожалению я в своей голове была занята другим. Возможно из-за каких-то травм детства, возможно по другим причинам, я понимала свои эмоции очень смутно. Знала когда мне хорошо, когда плохо, а когда абсолютно никак. Тем не менее нечего точнее я, как правило, сказать не могла. Думаю на меня повлиял рост в среде, где считалось, что отношения нужны каждому и вообще без них не будет тебе счастья. Поэтому в своей голове, каждый раз сближаясь с новым человеком, я искала признаки влюбленности. И находила, ведь любовь как ВСД, не болезнь, а сборник обширного количества симптомов. Некоторые из которых противоречили друг другу. Каждый раз убеждаясь в своих чувствах, моё убеждение разбивалось о стену суровой реальности. Одной новой встречи с объектом моих переживаний хватало, для того чтобы понять, он мне совершенно безразличен, я даже не испытываю дружеской симпатии. А вот уж здесь, миледи смогла выделиться из всех. Наверное, она не успела мне надоесть. И когда, закончив свой игнор и помирившись со мной, девушка пришла на новую встречу все ещё вызывала в душе сомнения. Для места встречи выбрали не привычную нам скамейку, которую мы уже давно называли нашей, а какой-то двор по соседству. Наверное уже тогда я должна была понимать, все пойдет не как обычно. Во дворе была лишь поросшая травой груда металлолома, ее почему-то кликали детской площадкой и одна скамейка, для таких, как мы. На ней мы и сели. Вечер который мы провели вместе был прекрасен. Разговор шел обо всем, от обсуждения самоубийства, моральности этого поступка и того как мы теоретически покончили бы с собой, до тупых шуток, понятных только нам. В тот день проклятое единение душ, вышло на новый уровень. Я лежала головой на её коленях, глядела в красивейший закат и знала, что она понимает меня и я понимаю ее. Лёгкость, хотя бы подобная тому, что я испытала тогда, не приходила ко мне больше никогда. И я произнесла эти несчастные несколько слов. Давай попробуем отношения. Через минуту я пожалела, осознание пришло только в тот момент, когда нечего было уже не вернуть. Ещё пару минут не слушая, миледи пыталась мне донести, убеждала себя в том, что это тоже опыт и вообще он должен быть. Не смогла. Я была не готова, мне отношения были совершенно не интересны. Хотела сказать девушке сразу. Только вот, надежда, горевшая в глазах напротив, не дала мне произнести ни слова. Этого было и не нужно. Кашель пронзил тишину, стоявшую вокруг нас. Ей даже пришлось сложиться пополам, из рук приложенных ко рту капала кровь, а в щелях между пальцами виднелись целые батоны ромашек. Не понять было уже невозможно. Ханахаки. Выдуманная болезнь в реальности. Во плоти. Задала самый из возможных вопросов, "кто?". Она же просипела мне короткое еле слышное "ты". И мир рухнул вокруг меня. Тревога гноилась в груди, не хотелось бы быть причиной чьей-то смерти, ведь полюбить я ее не могла. До сих пор сомневаюсь способна ли я вообще на любовь. А я ведь тоже была ребенком в душе. И поступила соответственно, по-детски. Сбежала как последний трус, попыталась забыть. И знаешь читатель, получилось. Переключилась, не думала, отвлекала себя любыми способами и смогла. Я думаю что не испытывала к ней никакой привязанности. Слишком быстро я отпустила, слишком быстро привыкла жить без нее. Привычность спасла меня и в этот раз. В какой-то момент даже забыла о существовании некой миледи. А может она уже была мертва? Может быть и люди то мне не нужны? Моя полуживая совесть пыталась дозвониться до меня, бесполезно. Разум твердил, что я не просила ту меня любить, что я вообще не могу нести за это ответственность, это несчастный случай. И поверить разуму было легко. Так и сделала. Происшествие с признанием произошло в июле, не помню даже и точно когда. В сентябре я снова вышла в школу. Моя леди. Говорят она перевелась. Проверенной информации, я не слышала, только слухи. Потому все же сомневалась в том где она, сидит дома или лежит в гробу. Не смогла заставить себя переживать. Год плелся как черепаха, но к концу учебы казалось что пролетел. Жила от перемены до перемены, от выходных до выходных. Не сказать и что жила, так существовала. Летом случилось нечто другое. Нормальный человек посчитал бы это чудом, был бы рад сему нечту. Эх, жаль что я не нормальный и обычный человек. Во время прогулки в центре города, мой глаз зацепил её, мою леди. Та сидела на скамейке (какая ирония) и с большим энтузиазмом рассказывала что-то девушке сидящей в метре от нее самой. А после наклонилась и поцеловала ту в губы. Едва ли это был поцелуй, так, небольшое соприкосновение губ. Они глядели влюблёнными глазами на мир и улыбались будто он прекрасен. Ах, мой влюбчивый ребенок. Всё-таки перевелась.