Ромашка.

Довольно большой зал слушателей, конечно, большой довольно громко сказано, но он явно не был маленьким. Шум в какие-то моменты стоял такой, что кажется, что в помещении загнали огромное количество детей, но всё же все понимали, что подобное гудение вполне ожидаемая реакция. М-да… Ну, конечно, не каждый же день тебе открывают глаза на минусы той «идеальной» системы, с которой люди жили раньше, жили и не жаловались, возможно. Сияние — красивое название для повстанческого движения. Голубой — красивый цвет, подходящий под название. Лололошка — хороший лидер, но пока что он имеет значение больше как маскот, нежели как полноценный предводитель повстанцев. Слушать его воодушевляющие речи особая услада для слуха. Это не набор бездумных слов поддержки, это что-то связное, что-то связанное с ситуацией, что-то, что не даёт опускать руки и попадаться в лапы Инспектора, а потом и на стирание или вовсе на ликвидацию. Стоило шатену в белой толстовке, на которую была накинута кофта Альт-сити, как лёгкий кардиган, выйти на импровизированную сцену, так гудение в зале прекратилось. Ему не нужно было надрываться, говорить особо громко, в полной тишине его спокойный, в местах холодный, голос был отлично слышен. Лололошка говорит уверенно, хотя видно, что речь не была подготовлена заранее, забегался, видимо, и не успел. Около хозяина маячила Райя — тоже маскот их движения, фрактальная личность фальшивого «Дейва» и настоящего «Лололошки». Парень не очень активно жестикулировал, иногда слетал пальцы в замок, говоря «Сейчас мы как одна большая семья, мы должны быть сильными, чтобы защитить тех, кто сейчас лежит с ранениями и не сможет сам дать отпор, если это понадобится», а иногда он и вовсе хрустел пальцами говоря с явным, но не сильным, раздражением в голосе. В основном раздражение у парня вызывали темы о Войде, о правительстве, воспоминания о том, как на фестивали газировки людей начали ловить, подстреливать. За очками этого не было видно, но каждый мог спокойно догадаться, что глаза комиссара блестели не добрым огоньком. Ло восхищались все, его слушали все. Скирс не исключение. Белую макушку со сцены не увидишь, он сидит на задних рядах, где-то в углу, «спрятавшись» за чужими спинами. Внимательно вслушиваясь в слова их лидера, он чуть смущенно бегал взглядом по его силуэту. Высокий, стройный, но заметно сильный, ну идеал женских фантазий, а девушки нет. Скирс готов был поспорить, что кандидатки были, просто быть не может, что никто не пытался завоевать его сердце. Несмотря уже на свою довольно выделяющуюся внешность, блондин никак не выделялся из толпы, вёл себя спокойно, не шумел с остальными. Он зачастую выискивал взглядом фигуру «Дейва», не надеясь поговорить, просто насладиться таким прекрасным зрелищем, хотя они неплохо общаются. Он давно начал замечать за собой, что его взгляды с коротких переросли в долгие и изучающие, он словно каждый раз ищет что-то новое в Лололошке, но каждый раз убеждается, что тот не изменился, это радует…

***

Сам Скирс лично с Ло знаком по заслуге Радана, который за пару дней до фестиваля познакомил их. В общении Лололошка был молчалив, но от того не менее приятен. Тишина между ними была не напрягающей, а наоборот, успокаивающей. Дни тогда были более спокойные, поэтому оба юноши могли спокойно посидеть в тишине и поговорить. Через тёмные стекла не было видно, но взгляд комиссара бегал из угла в угол, стараясь не цепляться за собеседника. Ладони в темных перчатках невольно потели, стоило тому засмотреться на лицо паренька. Спокойный взгляд, расслабленные плечи, легкая, еле заметная полуулыбка на бледных губах, это настолько завораживало шатена, что тот иногда просто забывал то, о чём говорил, а то и вовсе не слушал ничего, а просто пялился. Он скидывал это на задумчивость, недосып, тревогу. Он делал это со всем, с теплым чувством в груди, когда они со Скирсом просто сидели молча или пересекались где-либо, с легким волнением при случайных прикосновениях, например, когда передавал чашку и случайно коснулся чужих рук кончиками пальцев. В такие моменты Ло мог поспорить, что даже через плотную ткань перчаток чувствовал тепло его ладоней.

***

Фестиваль прошёл ужасно. Куча раненых, куча пойманных, все на взводе. Кейт в ужасе, Радан в шоке, Калеб вообще не знает, за куполом ведь… А что будет когда вернётся. Все беспокоятся обо всем, о каждой мелочи, ведь каждая мелочь может сыграть роль в будущем. Лидер, маскот, называйте как хотите, повстанцев беспокоился больше всех. Он то и дело метался к раненым, то и дело обговаривал все с Кейт и Райей. Помогал как мог. Бегая туда-сюда он не успевал и словом обмолвиться с новым другом, хотя тот тоже был занят, тоже помогал раненым и людям, кому было и морально плохо.

***

Дейв точно не помнит, на какой день после происшествия они приняли решение подменить Кавински на Дейва и сунуть его в болото из наблюдателей, чтобы отключить систему. Он возвращался быстро, увиливая от полицейских, разум был словно в тумане. Устал, наверное. Хотя как тут не устанешь… спать не удавалось, просто негде, домой не попадёшь, да и оставлять людей не хочется, а в исследовательском центре или где-то под вторым куполом не приляжешь и не уснешь. Не то, что бы шумно, нет, просто нет места. Идя к телепортеру «Дейв» уже заплетался в своих ногах, но шёл, он обязан сообщить, что всё прошло успешно. Заходя в само помещение с «порталом» он и не заметил, что наткнулся на приятеля, о котором совсем позабыл в свете всех событий. Тот был чуть ниже, сантиметров на пять, но большой разницы это не имело. Красные глаза слегка удивлённо смотрели на непривычно одетого парня, в белой объемной куртке, в голубых полупрозрачных очках. Скирс решил не допрашивать Ло, через очки Винса было прекрасно видно в край заебавшийся взгляд юноши, его было жалко мучить расспросами. Голубоглазый немного улыбнулся, уголками губ, но даже через этот жест прослеживалась его усталость. Приподняв очки о потер уставшие глаза и практически впервые глянул на кого-то без стекл. Его глаза были словно выцветшие драгоценные камни, которые когда-то были ярко-голубыми. На переносице, как и на щеках были миловидные веснушки, которые блондин заметил при первом личном знакомстве. —Лололошка? Вы в порядке? — первый прервал он молчание чуть хмуря светлые брови. —А? Да, всё нормально, у вас как? — Движений нет не в худшую сторону, ни в лучшую. —Ясно, — опуская очки обратно на переносицу он вздохнул — Остальные там, не знаешь? —Вроде да. —Спасибо, Скирс, хорошего дня, будь осторожен. После этих слов он быстро пошёл к телепортеру, ловя в спину «Вы тоже будьте аккуратны» и улыбаясь этому прикрывая рот ладонью, чтобы не увидели. Парня встретили яркими улыбками, беглыми расспросами и явно нужной помощью, в виде плеча — опоры Радана, который не дал тому грохнуться, споткнувшись об ступеньку. Скирс Он давно ловил себя на мысли, что Ло довольно привлекательный. Так считали, наверное, многие… Ну, конечно, внешность у их символа была какой-то… Ну, описать трудно. Он вмещал в себя и образ силы, и образ юношества. Он выглядел как подросток, но мыслил совершенно по-взрослому. Не очень широкие, но и не узкие, как у женщин плечи, кожа слегка загорелая, но загар уже, видимо, спадал, давно не работал под солнцем, некогда, дела в канализации важнее. Пепельноволосый в отношениях состоял однажды, в более младшем, подростковом возрасте. Их нельзя было назвать серьёзными, но что-то он оттуда выудил, конечно. Одно из его познаний, это понимание влюбился ли ты на самом деле. Сердце штука сложная, стоит какому-то человеку обратить на нас внимание, так оно уже подаёт мозгу сигнал «влюбился», хотя обычно такие сигналы ложные. Но сейчас, видя «Дейва» его сердце посылало отнюдь не ложные сигналы, а самые что ни на есть настоящие. Это было сложно признать, но не невозможно, поэтому он смог это сделать. Но сделал он это тогда, когда время для признания просто напросто нет. Оба заняты, оба бегают как белки в колесе. Увидев такого замученного Дейва, у Скирма защемило в груди, синяки под глазами Ло, взгляд уставший, походка подкашивающаяся. «Он что, не спал всё это время?» — первое, что пронеслось в светлой голове, пока они играли в гляделки. Говорить было страшно, словно тот лопнет от единственного слова Скирса, словно у того может разболеться голова, но спросить нужно, в порядке ли его объект воздыхания. Диалог оказался коротким, как он и предполагал, ответ на вопрос «Вы в порядке?» был «Да, я в порядке». Это было предсказуемо, а поэтому непонятно, почему он вообще это спросил. Тот ушёл быстро, из-за чего на душе юноши сразу потяжелело. Хотелось уложить этого подростка спать, чтобы он отдохнул, а не бегал туда-сюда как ужаленный, но сейчас он мог лишь смотреть ему в спину сожалеющим взглядом и тихо вздыхать.

***

Всё становилось ещё более напряжённым, раненых всё больше. Главы Сияния разрабатывают план, думают что делать дальше, свободных не нагруженных минут очень мало. Кейт, Радан, Лололошка, иногда и Калеб с Винсом и Лионелем тупо спят в зале для переговоров. Иногда они и просто не спят, мучая себя этим. Ло носился туда и обратно, из центра в город из города в центр, носился в центре, делал всё, чтобы помочь. Какое же было облегчение, когда выдался буквально один легкий денек. Хотя… не совсем лёгкий, скорее свободный от беготни. Шатен шатался везде, просто наблюдая за людьми и слушая разные умозаключение Райи, разговаривал с людьми, просто отдыхал от вечной напряженности. Естественно, что никто не терял бдительности, все понимали, что могут получить удар, но когда выдался момент дать людям и себе выдохнуть это было бы зверством, не разрешать другим сделать передышку. Стоя в зале, где обычно проходили лекции Кейт, парень просто наслаждался тишиной, которой давно ему не хватало. Присев на один из столов, скрестив руки на груди и прикрыв глаза он задумался о дальнейшем. Каков их план? Что они будут делать? Он настолько погрузился в свои мысли, что заметить подошедшего к нему Скирса ему помогла Райя, которая сообщила ему, что на него смотрят. Взглянув на друга, он слегка покраснел, но чуть улыбнулся. —Привет, — поздоровался Ло стягивая очки практически на кончик носа и открывая вид на свои холодные, практически ледяные глаза. —Привет. Вы как? Выглядите получше. —Правда? Думал я выгляжу как ходячий зомби. —Да нет, вполне прилично выглядите, — улыбнувшись, Скирс задумчиво отвел взгляд немного поджимая губы, смывая с бледного лица мимолетную улыбку на «шутку» Лошки, будто решаясь что-то предложить. —Ты как? Как раненые, получше? —Да, многие чувствуют себя получше, но есть те, кому всё ещё плохо. Лололошка вздохнул и окончательное снял очки, потирая глаза. —Лололошка, я могу попросить вас пройти со мной? — линия плеч обладателя красных глаз заметно напряглась, хотя он старался выглядеть более расслабленно. —Что-то случилось? —Нет, просто хочу поговорить с вами один на один, а сюда в любой момент могу зайти. Ло удивился, разве есть где-то тут или в исследовательском центре место, где их не смогут потревожить? Быстро пролистав в голове все возможные комнаты, он не вспомнил ни одной такой, поэтому решил озвучить мысли вслух. —Я не против, но разве где-то тут есть место, где не будет возможности, что кто-то зайдёт? —Не то чтобы прям на 100%, но всё равно шанс на это более высокий. —Хм… Хорошо. Это что-то серьёзное? — слезая со стола и нацепляя тёмные очки обратно на переносицу спросил он, начиная следовать за товарищем. —Да, довольно серьёзное, — утвердительный ответ был сбит неутвердительным пожатием плеч, словно он не был уверен, что разговор будет действительно важен. Прийдя в это «укромное» местечко, которое было чуть глубже в исследовательском центре, Лололошка немного осмотрелся. Обычная комната, ничем не отличающаяся от других тут. Взглянув на довольно серьезного Скирса он вновь снял очки цепляя их за ворот толстовки. —Ну, так, о чём ты хотел поговорить? — немного нетерпеливо спросил шатен нервно переминаясь с ноги на ногу. Скирс, стоя спиной к парню, потер виски и пару секунд стоял успокаиваясь, чтобы сказать что-то важное. —Скирс? Тот наконец-то повернулся, выглядел он чуть более расслаблено, но глаза выдавали всё же не до конца ушедшее беспокойство. —Лололошка, вы действительно прекрасный лидер, вам это говорили? —Мне кажется ты преувеличиваешь, — чуть смущенно ответил он. — пока что я всего лишь маскот Сияния. На это заявление тот лишь вздыхает и тепло улыбается ему делая шаг вперёд, ближе к «Дейву». —Вы не просто маскот. Ваши речи очень воодушевляют, вы поддерживаете нас всех, а это уже очень важно. Слова Скирса заставляли щеки парня розоветь, хотя вроде бы чего-то необычного в них нет. —Это очень приятно слышать, Скирс, но разве это то, о чем ты хотел поговорить? —Как всегда правы, — улыбнулся он и взглянул в глаза объекта своего воздыхания, будто пытаясь растопить льдинки. Он словно хотел понять, есть ли в них что-то тёплое, хотя и так был уверен, что есть. — Понимаете, когда я попал в Сияние, на первой лекции где вы выступали с речью, вы очень привлекли меня. Тогда только внешностью, но когда Радан познакомил нас лично, то вы начали привлекать меня и своим характером. Механический голос Райи заставил вздрогнуть и не сразу понять, что она транслирует свои слова только на имплант Ло. —Лололошка, у Скирса практически идентичные показатели, как у Тори, когда та признавалась тебе в любви. Мне кажется, он пытается сделать то же самое. Поджав губы тот старался не выдать смущения, а Райя продолжала, пока Скирс настраивался для последних и самых главных слов. —Сейчас твои показатели отличаются от тех, что были тогда, из этого я сделала вывод, что тебе он тоже не безразличен и ты это понял давно. Светловолосы наконец-то вздохнул вновь привлекая внимание к себе. —Я хочу этим сказать, что вы, за это короткое время, что мы знакомы… — он запнулся, а потом попытался сказать по другому. — то есть, понимаете, я могу отличить настоящую влюбленность от минутного влечения из-за внешности… Оба не решались смотреть друг другу в глаза, один смотрел на стену позади другого, этот другой смотрел куда-то в пол. —Я думаю, вы понимаете к чему я клоню. —Да… Я… Я понимаю. —Я не прошу вас ответить, я понимаю, что сейчас я вас только больше нагружаю, хоть и понимаю, что о чем-то подобном во всей этой ситуации думать некогда. Просто в любой момент может что-то произойти, что-то, из-за чего чуть позже я не смогу сказать вам, что влюбился в вас. Не как маленький мальчик, а по-настоящему, всей душой… Лололошка нервно сглотнул, не зная как начать ответное признание. Парень уже собирался уходить, как его взяли за запястье не давая это сделать. Немного растерянный Лошка выглядел как-то смешно и мило. Он открыл рот, собираясь что-то сказать, но потом сразу де закрыл его, не решаясь. Скирс попытался аккуратно высвободить руку, это и заставило комиссара действовать более быстро и решительно. Он чуть сильнее, но не причиняя дискомфорта, сжал запястье юноши и начал тихо говорить. —Знаешь, я никогда не имел дела с влюбленностью, в меня влюблялись, но я никогда не разделял их чувств, но я тоже могу отличить лёгкую и детскую симпатию от серьезной влюбленности. Я не очень хорош в красивых словах, а уж тем более в признаниях, но я могу разделить твои чувства. Скирс смотрел всё это время в холодные глаза их лидера, сейчас они блестели, выглядели живыми, не простыми кусками льда, его брови были немного нахмурены от волнения, он поджал губы отпуская чужое запястье. Блондин немного, но оттого не менее тепло улыбнулся возлюбленному и сделал пару шагов вперед, чтобы оказаться как можно ближе к нему. Аккуратно приподняв руки так, чтобы они были на уровне щек Ло тот осторожно спросил. — Я могу? Получив утвердительный кивок он выдохнул и взял веснушчатое лицо в ладошки всё так же аккуратно и мягко подталкивая к тому, что бы Лололошка немного наклонился для общего удобства. Стоило тому совсем чуточку склонится вперёд, как его обветренные, местами покусаные губы накрыли чужие, тоже обветренные, но явно более мягкие. Судорожно выдохнув прямиком в губы напротив «Дейв» запустил пальцы в светлые немного кудрявые и немного отросшие волосы.Поцелуй не был сумбурным, неаккуратным, грубым. Он был неторопливый, аккуратный, словно его инициатор боялся спугнуть Ло, который, по всей видимости, в сфере отношений совсем юн. Хороший воин, предводитель в свои года, но видимо на личную жизнь времени не хватало. Он аккуратно, не хотя причинять партнеру боль, сжимал белые пряди мягких волос, словно если отпустит, то упадёт. Хотя, не факт, что он действительно не рухнет. Осторожно сминая губы, что находились под его губами Скирс и сам запустил руки в кудрявые волосы шатена. Он довольно приличное время хотел это сделать, хотел понять, насколько эти кудри мягкие. Иногда он представлял Лололошку с ромашками в волосах. Ромашки ему действительно подходят. Они не ядреные, не чересчур яркие и выделяющиеся, они очень простые, но из-за этого и очень красивые, как этот юноша. Он сам как большая ромашка. Небрежно раскиданные по лицу веснушки тоже манили к себе. Хотелось прям сейчас отпрянуть от его губ и прильнуть к поцелуям солнца на его личике, рассматривать их, расцеловывать, находить узоры, возможно созвездия, может найти веснушки, которые будут похожи на маленькие сердечки. Поцелуй длился совсем недолго, но для обоих он был чуть ли не вечным, таким долгим, длинным, приятным. Отстраняясь друг от друга и тяжело дыша оба краснели. Руки Скирса вернулись на щеки «Ромашки», он стал рассматривать его веснушки, как и хотел, стал искать разные узоры на его лице иногда прерываясь на мимолетные чмоки то в лоб, то в нос, то в подбородок и всё те же тёплые и мягкие щеки. Ло не возражал, он не был против, но даже если был бы, то не смог бы и слова вымолвить от смущения. Пальцы в перчатках все ещё были в белых волосах, а его взгляд был прикован к красным глазам, которые напоминали ему рубины. Они завораживали, хотелось смотреть и смотреть в них. Блондин продолжал одаривать чужое лицо россыпью поцелуев добавив к этому тихие, еле уловимые слухом фразочки о красоте и доброте Лололошки, о том, как тот напоминает ему такой прекрасный цветок как ромашка. Все эти фразы лишь вызывали всё более яркий румянец на бедных щеках, что лишь сильнее умиляло Скирса. Аккуратно приподняв голову «Ромашки», россыпь поцелуев перешла на зону шеи. Эти чмоки не имели пошлого намека, они дарили лишь тёплые чувства на душе, чувства доверия этому человеку. Раз — поцелуй под подбородок, два — чмок справа от кадыка, три — слева, четыре — ближе к выемке ключик, пять — за ухом. Все поцелуи дополняли нежные поглаживания по щекам, дарующие такое же тепло, такую же любовь. Аккуратно убрав ладони от своего лица Лололошка немного наклонился и с лёгкой улыбкой на лице прижался своими губами к губам возлюбленного, немного неумело, но от этого не менее нежно и приятно, сминая их. Паследний раз пропустив мягкие пряди волос через пальцы, он положил руки на щеки Скирса повторяя его поглаживания. Руки более низкого обняли Лололошку за поясницу притянув чуть-чуть ближе. Из-за этого действия юноша получил тихое хихиканье в губы, он не мог не улыбнуться этому. Кто бы мог подумать, что тот Лололошка, что говорит на сцене твердым, уверенным голосом поддерживающие речи, говорит важные и нужные вещи, на самом деле чем-то схож с дворовым котом, который так и норовит приластиться? Скажи Скирс это кому-то другому, сочтут за сумасшедшего и поехавшего. В чужих глазах предводитель повстанческого движения под названием «Сияние» серьёзный, холодный, но добрый и искренний, но в эти секунды Скирс понимал, что это маска, чтобы люди были спокойны, чтобы верили ему. Понимание, что он так старается, что бы помочь, чтобы спасти невинных людей, лишь заставляло ближе прижиматься к шершавым губам этого героя, даря ему ту ласку, которую в глубине души он так желает.