Между Мирами

Кириган говорит те вещи, которые, должно быть ему самому кажутся заманчивыми, но Флоренс никогда не была тщеславна. Она не останется в чужом мире ради того, чтобы выбивать себе крутое и высокое положение в местном обществе и соперничать с королевой. Но она могла бы возвращаться сюда. Могла бы, потому что… Потому что внезапным образом девушка так растворяется в их поцелуе, что вовсе забывает, где находится и, кажется, даже собственное имя. Да, она не была чиста и невинна, она имела обширный опыт — и не только с Нью-Йоркскими парнями. Но ещё ни один не действовал на неё столь магнетически, как этот Кириган. Его губы на вкус отдавали тьмой, тонкое обоняние девушки улавливало запах березы и эвкалипта. Нет, Блэкфайер не влюбилась. Но она ощущала невыносимое желание близости с этим мужчиной, и, может, не только физической, потому что он, как змей, гипнотизировал ее своей властностью. Да, ее, с одной стороны, это и страшно бесило — Фло не привыкла к контролю с чьей-либо стороны, тем более — со стороны любовника. Но сейчас она готова поиграть. Флоренс протестующе стонет, когда генерал разрывает поцелуй и спрашивает, что же получил сам. Хах. Втянулся в игру. Тем не менее, они все ещё стоят очень, очень близко. Она все ещё вжата в стену и все ещё не отпустила его шею. — Может быть, я решу, что могу побыть паинькой, — медовым голосом воркует девушка. — Может быть, во мне найдётся доля покорности. Может быть. — Если оно того стоит, — ее глаза горят недобрым огоньком. Вдруг одна из служанок пытается войти к ним в комнату, и Кириган останавливает ее резким выкриком. Флоренс вздрагивает от неожиданности, а затем сразу начинает смеяться. Все же даже в своём положении она может найти нечто забавное. Ей нравилось плыть по жизни, куда глаза глядят. И иногда ее заносило вот, собственно, в подобные ситуации. Он сдавливает ее шею сзади, и Блэкфайер неосознанно выгибается в талии — ее энергия самым бешеным образом реагировала на его. Он призывает пойти в кабинет, и девушка кивает. Обещала же побыть послушной девочкой. Когда они выходят в коридор, служанки не решают шушукаться и шептаться при генерале, но смотрят они на Флоренс с явным интересом. Потому блондинка, улыбаясь, подмигивает им прежде, чем скрыться с Кириганом в его покоях. Едва войдя в его кабинет, Блэкфайер проходит сразу к столу, с лёгкостью на него запрыгивая. Упирается руками, болтает ногами — как непоседливый ребёнок. Она следит за темной фигурой генерала и, в принципе, допускает себе мысль, что такому человеку, как он, нужна именно такая женщина, как она. Кириган, должно быть, привык к покорным девицам, что исходят кипятком при виде него. Нет, Фло он тоже очень, очень привлекал, но она считала, что его следует встряхнуть. Ему нужен кто-то, кто дарил бы ему адреналин. Кто-то, кто был бы равен ему по внутренней силе, а не склонял голову при каждом его приказе. — И так, — деловито начинает девушка, словно заключает сделку. — Чего ты от меня хочешь? Что я должна сделать? Потому что я пока не совсем понимаю, как мой дар может помочь вам здесь. Флоренс, и правда, пока не перемещалась никуда с кем-то вместе. Она и не была уверена, что на это способна, так что зачем им та, кто просто скачет по мирам, как зайка по лужайке? В кабинете Дарклинга пахнет эвкалиптом. Очень свежий и одновременно яркий запах, который давал ощущение прохлады и свежести. Другие ароматы для помещений генералу не нравились. Эвкалиптом пропахла его одежда и тело, так как в высоких шкафах лежали листочки эвкалипта, которыми служанки перекладывали белье. Казалось, что так и должна пахнуть тьма. Именно такой аромат у чёрного цвета, коим окутывалось здесь все. Генерал Кириган вошёл в кабинет торопливо, увлекая за собой Флоренс, которая как будто была и не против того, что мужчина с ней груб. Тем лучше. Он отпустил ее только тогда, когда двери за ними затворились, а шаги прислуги затихли. За Дарклингом шпионили и он ничего не мог с этим поделать. Такова была воля царя. Пусть себе тешится, думая, что знает все и держит в руках все. Флоренс садится на его стол и смотрит на Дарклинга с очевидным ожиданием. Сейчас она ведёт себя как хорошая девочка и это приятно. В конце концов он тоже немного подустал от ее поведения в котором было чересчур много яда. — Мне нужно, чтобы ты помогла избавиться от Темного каньона, — ответил генерал, — Или по крайней мере — дать мне возможность использовать его по своему желанию. Как именно ты это сделаешь мы ещё разберёмся. Что ещё за Темный каньон? Флоренс могла бы и спросить, но ей не было интересно. В каждом из миров были свои причуды и опасности, видимо, здесь они боялись чего-то своего. Так что она просто пожала плечами, мол, посмотрим. В конце концов, действительно, непонятно, как ее способность может здесь пригодиться. Глядя на девушку, Кириган принялся расстегивать застёжки своей кефты. Она ведь хочет этого? Так почему же ей этого не дать. — Хотя мне было бы интересно взглянуть на тебя в своём мире. Ты так зациклен на собственном, и пока не понимаешь, что вселенная — безгранична. Когда ты можешь повидать ее всю, то ни за что не останешься навеки в одном из миров. Но, не смотря на все эти разговоры, она ещё помнила, чего на самом деле хочет от этого мужчины. — Но я могу остаться здесь на.. неопределённый срок. Если оно будет стоить того, генерал. — Мне не интересен твой мир. Мне бы в своём разобраться. Наконец же он начинает снимать свои вещи. Во взгляде девушки сразу загорелся недобрый огонёк, но она все закатила глаза, когда Кириган сказал, что его не интересует ее мир. А с какой стати ее должен интересовать его? Все-таки Блэкфайер казалось немного ограниченным то, что он так зациклен на своей реальности. Ведь в других столько всего интересного! Но, ладно, и тут она спорить не станет — пока не получит своё, так точно. Он подошёл к ней и несколько резко притянул ее к себе за бёдра. Все же эта девушка была хороша, невзирая на характер. Он желал ее и понимал, что в любом случае не отпустит просто так. Недаром он создал такие чары, которые могли найти ее в любой из вселенных. Не какую-то другую, а именно ее. Потому, что почувствовал — их отношения не закончатся просто так. — Ты слишком много болтаешь, — шепнул он ей в ухо, а затем снова поцеловал. Страстно и несколько грубо. Его пальцы коснулись ее тела, скользнули под одежду. Ужасные тряпки, которые генерал принялся рвать и стаскивать, сминая быстрыми движениями рук. — Это ещё не много, генерал, — усмехнулась девушка, вздрогнув от горячего шёпота на собственное ухо. Когда Флоренс оказалась обнаженной, он снял с мизинца кольцо с острым когтем и надев на указательный палец провёл им по шее. Тотчас же на коже девушки проступила кровь. Он коснулся равны губами, чувствуя металлический привкус. Все это время Кириган гладил и нежил ее тело, меж тем решительными движениями, мешая девушке дотрагиваться до себя. И все же Кириган, кажется, и сам был нетерпелив — этот вывод Флоренс сделала оттого, с какой похотью он избавлял ее от одежды. Она не следила за его действиями, полностью отдавшись удовольствию от его касаний. Все же ее тело реагировало на него весьма, весьма красноречиво. А в следующее мгновение девушка почувствовала острую боль в шее, дыхание ее оборвалось, она вновь вздрогнула, а затем расслабилась — его губы ловили каждую выступившую капельку крови. Значит, она сделала верный вывод — кое-кто любит контроль и, в принципе, вести себя пожёстче. О, и она даст ему это. — Нет, — смеясь шепнул он, — Некоторые вещи нужно заслужить. Поцелуй меня. И не дождавшись, целовал сам оставляя на ее теле следы легких укусов. Когда наконец он позволил обнять себя, то почти сразу же он подхватил девушку на руки и увлёк в широкое кресло, усадив добычу к себе на колени. Распустив шнуровку на брюках Кириган уверенным движением дернул Флоренс к себе, давая той возможность добраться до цели их манипуляций с большим удобством. Дарклинг был грубоват со своей гостьей, но ожидать от него другого не приходилось. Тем более, что его жертва и не сопротивлялась. Еще одно доказательство того, что Флоренс наконец-то вняла его убеждениям. Он не даёт себя коснуться, шлепая ее по пальцам, и Фло смеётся. Ох уж эти мужчины со своей жаждой власти. — Я заслужу даже больше, поверь, — и она выполнит обещание. Наконец, она кладёт свои руки на его плечи, не встречая сопротивления, шарит ладошками по телу, а затем Кириган подхватывает ее под бёдра и увлекает в кресло. На ее теле останутся от него следы, и Флоренс не против — ей нравилось позволять мужчине чувствовать себя главным. Он думал, что все в его руках, когда на деле было в ее. Потому, когда он расстегнул свои брюки и дернул ее на себя, Фло, довольно рассмеявшись, покачала головой. Она знает, что нужно делать, чтобы генерал никогда, никогда не забыл ее. Она знает, что нужно сделать, чтобы у него закружилась голова. Он будет думать, что она — в его власти, но на самом деле здесь именно девушка контролирует его удовольствие. Блэкфайер медленно сползает на пол, упираясь коленями в ковер, и, не сводя внимательного взгляда с лица мужчины, устраивается между его коленей и мягко, очень дразняще касается языком его естества. Вообще-то обычно Флоренс презрела подобные практики, но иногда.. Иногда она встречала на своём пути кого-то, кому ей, действительно, хотелось преподнести удовольствие, перевязанное алой ленточкой. Постепенно ее движения становятся резче, жёстче, а иногда она замедляет темп — и все намеренно. Фло не удивится, если Кириган спит с половиной дворца, но она не верила, что местные замарашки смогут хорошо и качественно сделать что-то подобное. Сил и фантазии не хватит. Но она не даст ему дойти до разрядки. Рано, очень рано. Девушка резко отстраняется и поднимается на ноги, чтобы, наконец, усесться на генерала сверху, как он того и хотел до маленького «сюрприза» уже с ее стороны. К тому моменту, когда она чувствует его в себе, Блэкфайер уже и сама была слишком перевозбуждена — толчки выходят грубыми, рваными. Она упирается ладонями в его плечи, проводит ими выше, ласково гладит вдоль шеи, останавливается на скулах. Флоренс целует Киригана так же, как он сам ее, жадно и неистово. Кусает и слегка оттягивает зубами нижнюю губу, касается своим языком его языка. В какой-то момент она замедляет темп — не хочет, чтобы все кончилось так быстро. Обычно он именно пользовался женщинами. Без чувств, без излишней нежности. Это были обычные телодвижения с не менее обычным удовольствием в конце. Дарклинг никогда не опускался до служанок, обычно он выбирал ту или иную фаворитку среди девушек-гришей. Но ни одна из них не походила на эту. Должно быть потому, что эта прибыла сюда из тех земель, где девушки были другими. Распущенными и сладостными. Перебирая пальцами волосы Флоренс, когда она опустилась перед ним на колени генерал жмурился от удовольствия, как кот. С его губ не срывались стоны, нет. Но горячее дыхание скользило по их поверхности. Ему хотелось продолжения, однако, когда он едва ли не подошёл у самому пику, девушка поднялась и пересела к нему на колени. Флоренс и Кириган были и врагами, и союзниками сразу. Возможно, у неё были несколько извращённые представления об отношениях с противоположным полом, но она бы никогда не смогла быть с мямлей. Не ее целевая аудитория. Да, чисто феминистически Блэкфайер никогда не делала того, чего бы не хотела сама, но некая женская хрупкость внутри все же требовала властной мужской руки. Их связь сводила с ума, но что плохого в том, чтобы иногда побыть немного сумасшедшей? Он слишком возбуждён, чтобы контролировать свои движения и делать толчки в ней плавными. Его движения быстры и рваны. Он хватает девушку за волосы, тянет их назад, чтобы та запрокинула голову и открыла его взору шею, по которой он тут же проводит рукой. Ему хочется и разрядки и продолжения. Ещё несколько движений, и Кириган изливается в дрожащую от удовольствия Флоренс. Эта девушка — хорошее приобретение. Не только потому, что гриш-путешественник. Из своих путешествий она принесла не только впечатления. Она — дерзка, но с этим можно справиться. А пока… Флоренс даже не пытается быть тихой — зачем? Она привыкла открыто демонстрировать мужчине, когда ей нравится то, что он делает. А генерал хорош, очень хорош. Слишком хорош. Мог бы, в принципе, и не держать ее здесь на цепи, ей и самой не хотелось уходить. Она бы спокойно занималась своими делами дома, а потом возвращалась бы к нему. Господи, девочка, что за мысли? Ещё ни один из «иностранных» любовников не вызывал у Блэкфайер желания возвращаться к ним. — Мне кажется, что эта цена слишком мала. Я бы взял побольше. Он наматывает ее волосы на кулак, чтобы девушка не сопротивлялась и толкает ее в кресло, освобождая ей место. Ладонью проходится вдоль спины, дотрагивается до ягодиц бёдер. Всего мгновение и он входит в неё. Теперь он может позволить себе двигаться медленнее, дразняще медленно, по дыханию девушки определяя когда и как реагировать. — Давай сама. Вот так. Умница. Он тянет ее за волосы, гладит шею, и Фло покорно прогибается в спине. Она содрогается в невиданном экстазе, чувствуя, что и мужчина тоже доволен их связью. Но ему, похоже, мало? Негодник этот ваш генерал, однако. Теперь она стоит на четвереньках, упираясь в кресло, и дрожит уже от самого факта, как он гладит ее вдоль спины, спускаясь ниже. Вновь почувствовав его в себе, девушка блаженно вскрикивает, готовая и материться, и обращаться к божествам. Кажется, она это вслух и делает — сама не замечает. В этот раз он медленнее, плавнее, заставляет ее почти скулить. И когда второй раунд подходит к концу, они оба сползают на ковёр, тяжело дыша. — Тебе обязательно будет нужно отдыхать после уроков, — хрипло говорит он, — И продлевать отдых. Да и мне не мешает. Он щипает Флоренс за сосок, и она звонко смеётся, слегка взвизгивая. — Не удивлюсь, что тебя слышали все эти дуры-служанки и уже побежали докладывать царице. — А что, царицу интересует твоя половая жизнь? Девушка переворачивается на бок, подпирая голову рукой. Смотрит на генерала в упор, глупо улыбаясь. Она испытывает странный резкий порыв — ей хочется придвинуться ближе, уложить голову ему на грудь, но.. Фло этого не делает. Кириган — явно человек непростой, и подобные телячьи нежности, наверное, показались бы ему проявлением чувств. Но у них просто секс. Очень хороший, бесспорно, но он не выходит за рамки сделки. Никакой романтики. Так ведь? — Так и что? — живо интересуется Блэкфайер. — Какие у нас планы? Ты, кажется, хотел меня чему-то учить? Она сыграет по его правилам — заслужил. — Царицу интересует все обо мне, — с улыбкой ответил генерал, — Эти сведения она доносит царю в искаженном виде. Кириган перевернулся на бок и положил руку Флоренс на живот. У неё была очень нежная кожа. Это было приятно и вызывало ощущение тепла. — Тебе нужно научиться всему тому, что умеют гриши. Но для этого есть лагерь. А то, что могу сделать я — мы можем начать хоть сегодня. Было бы желание. Твоё. Он видел, что желание заниматься сексом у неё было, а вот спасать гришей — нет. Печально. Дарклинг все ещё не мог постичь то, что эта девушка мыслила в рамках своего мира. Но может быть она та, кого он ждал века. Может быть Флоренс будет той женщиной, которая будет способна помочь удержать ему власть. Той единственной и неповторимой. Исключительной. Она и не знала, что он — Чёрный еретик, создатель Темного каньона и властитель скверны. Его жадность была слишком велика, чтобы отказаться от такого шанса. — Ла-а-адно, — протянула Флоренс с деланно скучающим видом, когда Кириган заговорил об обучении. — Учи, генерал. Может, мне в своей жизни пригодится то, что ты мне покажешь. В конце концов, нужно уметь подстраиваться и лавировать под происходящее, иначе не выживешь. Не разводить же нюни по поводу и без. Тем более, одно дело, если бы ее заточил какой-нибудь Жерар Депардье, а здесь был прекрасный и отлично занимающийся сексом Кириган. Правда, стоит подумать о том, какие плюсы Флоренс может вынести для себя из этого приключения. Жаль лишь, что там, в Нью-Йорке, ей не с кем этим поделиться. Не с кем поговорить. Ведь, когда она пыталась рассказывать о других мирах, ее принимали за сумасшедшую и закрывали в местах гораздо, гораздо хуже этого дворца. А здесь, хоть ей и не шибко нравилась древность, была полностью чёрная комната и красивый мужик. По-своему поэтично. — Так что? Ты останешься? Кириган поднялся на ноги и стал неспешно одеваться, и лишь тогда, недолго помолчав, Флоренс изрекла в ответ на его вопрос: — Да, пожалуй. Она не обольщалась, не считала, что у мужчины к ней что-то имеется. Логично, что ему просто нужны ее силы. Ну, а она что? Ей, в принципе, не сложно. Не смотря на дерзкий характер, Блэкфайер всегда была очень легкой на подъем. — Тебе нужно поесть и одеться. Составишь мне компанию? — А куда я денусь? — усмехнулась девушка, поднимаясь на ноги следом. Сейчас она оделась вновь в свою одежду, не забыв с обидой поджать губы, когда обнаружилось, что кружева на ее топе в нескольких местах порваны. Вот она — страсть генерала. Но вскоре служанки принесли ей ещё одежду. И, хоть Флоренс напрочь отказалась избавляться от своих драных джинс, в принципе, предложенное ей понравилось. Почти все здесь из тех, кого она успела заметить, носили светлые оттенки. В том числе и рыжеволосая девушка, что явилась вместе со служанками. Она назвалась Женей, была довольно мила в общении и притащила чёрное одеяние. Чёрный здесь — цвет генерала, не так ли? Но в своём мире Фло тоже отдавала предпочтение именно этому оттенку. К тому моменту, когда в кабинет по ее возвращению туда принесли еду, Блэкфайер была полностью готова, самодовольно разглядывая своё отражение в зеркале. Она и раньше примеряла наряды других народов, но сейчас выглядела, на свой вкус, особенно величественно. И тогда же в комнату зашёл и сам Кириган. Фло обернулась и одарила его вполне милой улыбкой. Говорила же, что может быть паинькой при правильном обращении. — Я так понимаю, телевизоров у вас тут нет, так что.. Поедим и приступаем к обучению? Хочу… Тратить время здесь максимально полезным способом.