***
14 ноября 2022 г., 22:20
Если бы кто-то спросил Кэтрин, зачем она отправилась на ту предновогоднюю вечеринку с коллегами — она бы четко ответить не могла. Ну уболтали (и не просто так, а соблазнили тем, что придет в гости ее любимый актер Ричард Армитедж), ну, никогда не была в настоящем английском пабе. Побывала, и что?
Спустя примерно час речей начальства и приветствия коллег (короткая речь Ричарда между вышеозначенными событиями разрядила обстановку, но заставила погрустить, что все прошло так быстро), девушка явно жалела, что согласилась прийти сюда — как в заезженном анекдоте, было слишком громко и слишком темно для того, чтобы читать книжку. Кстати, о книжках. Если подняться по лестнице вверх, там где-то должна быть уютная маленькая библиотека. И там наверное, гораздо тише — можно посмотреть, какие там книги и потихоньку пойти домой…
Выскользнув аккуратно меж оживленно и невинно (или слегка уже винно-водочно) болтавших коллег, Кейт поднялась по лестнице, открыла дверь, и…
Он расслабленно растянулся с книгой в кресле, вытянув длинные ноги, и кажется, абсолютно погрузившись в чтение.
Минуту Кэтрин ошалело наблюдала эту картину, после чего решила развернуться к полке и выбрать себе книгу. Может, получится устроиться хотя бы за дверью — там тоже было пару кресел и небольшой тусклый ночничок — и почитать…
— Бум! — книга, не желавшая вылезать со своей уютной полки, поддалась усилиям девушки так быстро, как Кейт совсем не ожидала. И стукнула о верхнюю стенку полки.
— Мисс?.. — раздалось за спиной бархатно и чуточку растерянно. Девушка развернулась, прижимая к себе книгу и, понимая, что он собирается уходить, замотала головой:
— Нет-нет, будьте здесь, я найду себе другое местечко.
Нежданный собеседник выгнул бровь (девушка явственно почувствовала, как от этого его жеста сердце ее забилось чаще), а в его глазах солнечными зайцами запрыгали смешинки.
— И куда же вы собрались, мисс? Эта маленькая комната для отдыха едва ли не самое уютное место здесь. — и, замечая растерянность девушки, кивнул на кресло рядом с собой. — места хватит обоим. Оставайтесь.
Кэтрин сделала несколько шагов к креслу. Стук сердца отдавался даже в ушах, она и сама себе не верила, но это было правдой. Она сидела на расстоянии вытянутой руки (и даже чуть меньше) от человека, которым грезила на протяжении шести последних лет, о ком думала, засыпая, о ком…
Она раскрыла книгу и попыталась погрузиться в чтение. Это был любимый ее роман — «Кожа для барабана» испанского писателя Артуро Переса-Реверте, который она успела уже пару раз прочесть с того момента, как было объявлено об участии Ричарда в экранизации. И сейчас ей читать его не надоедало, тем более — книга была на английском. Спустя несколько страниц прохода отца Куарта и Паоло Спады по оживленной римской площади (это место Кейт особенно любила), она поняла, что в ее книгу заглядывают.
Он смотрел, слегка вытянув шею и прищурившись. И весь такой взрослый и серьёзный, вдруг напомнил ей мальчишку, собирающегося списать у соседки по парте. А потом понял, что она заметила, и захлопал ресницами, тут же потупившись в своё чтение. Кейт внезапно стало весело и совсем легко.
— Я читаю «Кожу для барабана», а вы? — заметила она, удивляясь тому, куда ушло стеснение и откуда появилась странная лёгкость.
Снова захлопал ресницами, слегка недоуменно, и облизнул губы. Потом, отвлекшись от книги, посмотрел на девушку:
— Приключения капитана Алатристе, мисс.
— Зовите меня Кэтрин, — собеседница невольно улыбнулась. — подумать только, я эту книгу совсем недавно начала читать, но сейчас ее не нашла на полке. А этот роман очень люблю…
И она нежно провела рукой по страницам. Ричард с любопытством проследил это движение и поинтересовался:
— А что вам нравится в нем, мисс Кэтрин?
Девушка задумалась, прикрыв книгу и гладя лакированную обложку цвета бордо. С ее губ так и рвалось: «Вы!», но это, одернула себя Кэтрин, было бы странно, нетактично и глупо. Потому подумав, она заметила:
— Звездочки цветущих мандаринов в темноте узких улиц… Таких узких, что над головой можно развешивать навесы от солнца…
— И тем не менее, это не спасает от жары, — он передернул плечами, что-то вспоминая, — настоящий квест, особенно когда ты в темной одежде или куда-то бежишь.
Кейт понимающе улыбнулась и, поймав взгляд мужчины, вдруг набралась нахальства:
— А еще мне нравится главный герой. Мне нравится его красота, таинственность и даже его одиночество. Восхитительный Рыцарь Печального Образа получился, и вместе с тем — так хочется для него счастья.
Боже, он покраснел! Щеки залило румянцем, даже кончики ушей (померещилось ли это девушке или нет) стали нежно розового оттенка. Девушка проводила глазами, как он поднялся и подошел к окну, где на подносе стояла бутылка вина и два бокала.
— Хотите выпить, Кэтрин? Я угощаю.
Сердце девушки кажется, не просто забилось чаще, но готово было выскочить из груди. Она поднялась, оставив книгу в кресле и ближе подошла к Ричарду. В голове промелькнуло воспоминание о недавних посиделках с девчонками, безобидных шутках и болтовне, о заявлении Лари про «подходящую компанию»… И губы Кейт вместо отказа сами произнесли:
— Хочу. А как сочетаются вино и книги?
Ричард бросил на нее взгляд искоса, и улыбнулся, опустив ресницы.
— С хорошим вином хорошие книги превосходно сочетаются.
— А если плохие? — в Кейт отчего-то проснулся дух противоречия.
Ее собеседник поставил бутылку и покачал головой, подавая девушке бокал.
— Еще такого не бывало — я всегда правильно выбирал книги.
В его глазах снова промелькнули искорки смеха. Кэтрин, хотевшая было возмутиться мужской самоуверенности, лишь взяла бокал и сделала маленький глоток, неторопливо смакуя. И правда, вино было восхитительно вкусным — темный рубин из бокала ощущался на языке нотками фиалок и кожи, кружил голову легким ароматом малины. Девушка ненадолго поставила бокал на подоконник.
— А что вам нравится в этой книге, Ричард?
Он немного отпил вина, потом посмотрел его на свет, медля с ответом. И только потом заговорил:
— Ощущение тайны, возможности проникнуть в святая святых, недоступное никому. Возможность делать то, что ты раньше никогда не делал…
Кэтрин затаила дыхание. Несомненно, он вспоминал при этом свои ощущения от сыгранной роли. А в голову девушке тем временем пришла совсем другая мысль.
— Скажите мне, отец Куарт… скажите, кто мы такие?.. Какую роль мы играем на этой сцене?.. — она указала рукой куда-то в сторону окна, за которым простирался осыпанный звездами темный небосвод — на улице было морозно, — что значат для этих звезд Ваш доклад Риму, Его Святейшество Папа, мы грешные?..
Он слушал молча, не поворачиваясь к девушке, лишь на тонких губах играла грустная улыбка. Произнося эти слова, Кэтрин вдруг забыла, что они в пабе и за стеной гремит громкая музыка. Она ощутила себя вдруг в башне старинного замка, перед которым открывалась лишь безбрежная морская гладь и звезды.
— Наверное, ничего… — отозвался задумчиво Ричард, — можно я выключу свет?
Девушка кивнула. Он повернулся, чтобы нажать на выключатель, находившийся неподалеку и, помолчав, снова заговорил:
— В таком случае, мне не нравится астрономия — она граничит с отчаянием. Ведь мы песчинки во Вселенной, как те звезды, — тонкие его пальцы очертили видимое вдалеке очертание ковша Большой Медведицы из россыпи мелких звездных бриллиантов. Теперь настала очередь Кэтрин следить за его руками.
— Нет, отнюдь… Астрономия говорит нам, что всегда будет что-то незыблемо вечное в этом бесконечно меняющемся, жестоком мире. И что надо просто иногда поднять глаза на небо, чтобы ощутить этот покой и впитать его всей жаждущей душой.
Поворот головы, мимолетный взгляд… Если Кейт и видела боковым зрением (еще и в полутьме) не все, то скорее ощущала теплоту его улыбки, адресованной сейчас ей, ей одной.
— А этого уже не было в книге.
— Знаю. Я немного увлеклась.
— Я тоже… Спасибо, Кэтти. Я буду думать об этом, кажется даже в новый год.
Кейт хотелось сказать «а я буду думать о нашей встрече всю жизнь», но она лишь молча сделала глоток из бокала, задумчиво всматриваясь в звезды. Как жаль, что люди не умеют останавливать время…
