Когда взойдет солнце

Глава 4. Ваня перелез через забор и оказался за гаражами, где его уже ждал Никита. — Что ты хотел? — начал разговор Ваня. — Я? Ничего, это ты что-то хотел. Думаю, тебе есть что сказать мне. — сказал Никита с таким же каменным лицом как и обычно. — Ч-что? Ты про Карину? У нас с ней ничего не было, я просто проводил ее до...— Ваня не успел договорить, как Никита перебил его. — Я знаю, не держи меня за дурака. Я не вчера родился, Семёнов.— продолжал рассуждать Карпов, медленно обходя Ваню со всех сторон. Ваня нервно сглотнул слюну от страха. — И что ты хочешь от меня?— спросил рыжеволосый. — Ваня, скажи мне, ты чё один из этих? Ира была лишь прикрытием, верно?— Никита неожиданно остановился и заулыбался как довольный кот. — Никита, ты себя вообще слышишь? Что ты такое говоришь?— растерялся Ваня. — Я не люблю Карину, мы друзья.— Карпов нахмурился, улыбка пропала с его лица. — Никита, я тебя...— Семёнов перевел дыхание.— увы не понимаю! — Я так и думал, на что я надеялся, тупой болван..— Никита фыркнул, достал из кармана сигарету с зажигалкой и закурил, повернувшись к Ване спиной. — Уходи, Семёнов,— грубо фыркнул Никита. — Ладно, пока..— Ваня зашагал в противоположную сторону от гаражей с неприятным осадком в груди. Неужели Никита пытался в чем-то ему признаться? Да нет, это чепуха, такого точно быть не может. К тому же, он вполне мог просто поиздеваться над ним, заметив его смущение, когда Никита находится где-то рядом. — "Это глупости, нет, выкинь это из головы, Ваня, не думай о Никите!"— крутилось в голове у Семёнова, пока он шел домой. Прийдя домой, Ваня обнаружил, что его отец вернулся и как обычно спит у телевизора, ведь ему не было никакого дела до сына. Ваня закрылся в ванной комнате. Он включил воду в кране, опустился на холодную напольную плитку, обнял свои колени и заплакал. — " Он точно хотел что-то мне сказать, но я даже не дал ему шанса", " Зачем я стал оправдываться перед ним?" " Что я по-настоящему ощущаю по отношению к этому человеку?"— мысли в голове Вани проносились настолько быстро, что он не успевал даже сосредоточиться на чем-то одном. — Больше не будет больно и плохо..— произнес себе под нос Ваня, достав из кармана точильный ножик. — "Я просто забуду про это, физическая боль заглушит моральную"— думал Семёнов, пока разматывал свои бинты, чтобы по новой нанести на прежний холст новые штрихи. — "Это не больно, мне не больно, я ничего не почувствую, мне все равно",— успокаивал себя Ваня, раз за разом истязая себя, не оставляя ни единого живого места на своих руках. Он шипел от боли, но не мог остановиться. Его злило все, он понимал, что возможно теперь не сможет нормально поговорить с Никитой, ведь тот скорее всего решит, что Семёнов от него отвернулся после того случая. — Я действительно ничтожен, как и сказала Ира! — взревел Ваня, ударив кулаком по зеркалу. Зеркало разлетелось на мелкие осколки по всей ванной, кровь продолжала течь по рукам Ивана. — "Я так хочу тебе все рассказать, Никита, я боюсь..Я бы хотел тебя обнять прямо сейчас",— думал Семёнов, промывая свои ранения. Вскоре он успокоился, замотал руки обратно и заклеил все осколки обратно в зеркальную раму. Ведь в этой семье крайне часто разбивалось зеркало. Ваня вышел из ванной, на выходе его встретил отец. — Папа??!— испуганно произнес Ваня. — Привет, сын, что опять проблемы с Иркой? Я ж сказал, детей заведёте - все проблемы решаться,— мужчина улыбнулся и подмигнул якобы "пора уже". — Вот у нас с твоей мамой в твои годы уже была твоя сестра!! Эх вы, молодежь, иди давай, нечего жопу свою отсиживать,— отец хлопнул Ваню по плечу и ушел в уборную. Ваня тяжело вздохнул и пошел на кухню, чтобы перекусить, но еды как и всегда, не оказалось. Ваня уже смирился с этим, поэтому просто лег спать, чтобы этот день поскорее закончился.