Волшебство Петунии Дурсль

И... Петуния оказалась в воде. Она что есть силы забила руками и ногами. Чуть не захлебнулась в первый момент. - Дурсль, что вы творите? - прорычал ненавистный голос. Это Грюм в двух ярдах от неё тоже плыл. Только он казался бледен и мрачен чрезвычайно. Он казался усталым и истощенным. - Что с вами, сэр? - спросила Петуния. - Вы плоховато выглядите. - Я подозреваю, что расщепился, - мрачно ответил аврор. - Только ж не могу рассмотреть рану. - Что-то конкретно болит? - переспросила сердобольная Петуния. - Может, я могу чем-нибудь помочь? - Вы мне уже помогли, - саркастично ответил Грюм, - поэтому плывите лучше. - Куда? - Вот туда, - махнул рукой Грюм. Петуния развернулась, и увидела полоску берега. Слава Мерлину, не очень далеко. Она что есть силы поплыла к вожделенной земле. В этот момент над головой материализовалась сова с письмом. Намотав несколько кругов, она поняла, что не может вручить письмо адресату, и исчезла. У Петунии в голове было чрезвычайно пусто. Она не поняла, как оказалась в море. Потихоньку приближались белесые скалы. Но силы её иссякали. Да и Грюм все больше мрачнел и бледнел. Видимо, расщеп серьёзный. - У меня что-то с ногой, - внезапно сказал Грюм. - И левая рука плохо слушается. Он приподнял над водой руку. С неё текла кровь. И не было двух фаланг на двух пальцах. Петуния охнула и пошла под воду. Тут же выплыла, отфыркиваясь. Её вдруг хватило облегчение, но тут же появилась мысль. - Гарри! Где Гарри? - Он не здесь, - хохотнул Грюм. - И слава Мерлину. Иначе он бы точно пошёл ко дну. С вашими-то магическим способностями. - Ну и силища у тебя, Дурсль, - с черным юмором продолжал он. - В кого ты такая уродилась... - В своих родителей, - фыркнула Петуния. Она с тоской подумала о Смерти, которая подарила ей прорву магии, не дав инструкции, как ею управлять. Прошло где-то полчаса, но берег не приближался и не удалялся. Со слезами вперемешку с солёной водой Петуния думала, куда делись Северус с Гарри и как их найти. Вот стало видно на скалистом берегу деревянный домишко. Но Петуния с ужасом поняла, что море не отпускает её. Оно жаждет жертвы и не делало им добра, и уж помощи от него не дождёшься. Петуния высунулась из воды на половину и закричала: - Помогите! Вновь воспоминание. Первый урок по самообороне. Верзила учитель говорит: - Первое, чему вы должны обучиться. Не боксерским приёмам. Нет. Для начала попросить о помощи. Как вы должны это селать? Миссис Дурсль? - Закричать? - предположила Петуния. - Верно. Но только как? - Ммм. Громко? - неуверенно сказала Петуния. - Не просто громко, а очень громко. Звуком можно даже убить, что кровь из ушей пойдёт. Но ваша задача - застать врасплох нападающего. Обезоружить нестандартными методами. Испугать. Да, и это можно сделать, прокричав громко и вблизи. Время не на вашей стороне. - Помогите! - закричала изо всей силы Петуния. Ноль реакции. На берегу нет никого. И вновь в голову лезут непрошеные воспоминания. Рождество. Петунии одиннадцать лет, а Лили девять. Петуния поет в школьном хоре. Главная солистка девочка с именем Кристи заболела, и Петунии доверили ведущую роль. У неё красивый и сильный голос, но учительница морщится. Петуния старается, но тянет тон слишком высоко. Петуния поет ниже, и её голос моментально обретает глубину. Теперь все верно. Петуния поёт. Ей нравится пение. Она обязательно будет петь и станет певицей. Но Лили ревнует. Рыжая и яркая, как летний цветок, но голоса у неё нет. И тем же вечером, когда Петуния рассказала, как ей нравится выступать в хоре, вредная Лилька говорит: - Ты не можешь петь, ты просто уродка! - Что??? - удивились родители. - Певицы все как на подбор красивые, а Петуния уродка! Уродка, уродка! Тогда на Рождество семья Эвансов рассорилась. А Петуния плакала две недели каникул. Она всматривалась в зеркало и отмечала изьяны своего лица. Нос слишком тонкий, волосы блеклые, кожа бледная как у мертвеца. Уродка и есть. Но воспоминания подстегнуло Петунию. И она закричала на пределе своих возможностей. Прошло долгие две минуты, как из за из домика вышло двое мужчин. Прокричав, Петуния ушла под воду. За ней нырнул Грюм. И вот Петуния ощутила, как четыре руки вытаскивают её в лодку. И те же четыре руки вытаскивают её товарища по несчастью. Петуния надрывно кашляла, пока лодка с нею, Грюмом и спасателями стремительно приближалась к берегу. - Пронесло, - прошептал Грюм. Не в силах повернуться, Петуния глянула в его сторону. От бедра до колена зияла резаная рана и хлестала кровь. Расщеп. - Это ты виновата, Дурсль, - зло прошептал Грюм. - Я ходить не смогу три дня. - Да тут и за неделю не заживёт, - подал голос один из спасателей. - Как вы вообще оказались в воде и в одежде? Не знали, что море неспокойно? Грюм подобрался как гончая. Это маглы. Он молниеносно левой рукой, на которой не было двух фаланг пальцев, скользнул в кобуру с волшебной палочкой. Но ни кобуры, ни палочки не было. Их просто отрезало во время перемещения. Петуния улыбнулась. У неё палочка была на месте. Только она знала мало заклинаний, подходящих случаю. Поэтому промолчала. Лодка уткнулась носом в берег. С трудом переставляя ноги, Петуния выбралась на вожлеленную землю. Спасена! Вновь над головой пролетела вредная птица с письмом, привязанном к лапке. - Отдай, - потребовал Грюм. Но птица отказалась. Это письмо предназначено было для Петунии Эванс, а не какому-то Аврору. Петуния протянула руку, и письмо скользнул ей в руку. Спасатели зашли в домик в этот момент и не заметили необычную сову. "В связи с уплатой долга жизни, списывается задолженность по договору, заключенном А. Ф. Грюмом и Петунией Дж. Эванс. С согласия сторон, сумма долга засекречена и не поддаётся огласке" Петунии было до глубины души плевать на какой то долг жизни. Главное, что она жива и надо срочно найти Гарри! Она в изнеможении села на песок. Сил не было даже на аппарацию. Хм, а как Грюму достаться до Лондона? Но Петунии было все равно. Мысли текли вяло и без огонька. Из домика вышли те самые рыбаки и предложили добраться до ближайшего городка. - Я бы полицию вызвал, - прищурился один из них, - но... - Но не видите состава преступления, раз мы оказались в море... - добавил Грюм. - Верно, - ответил рыбак. - Хотя выглядите вы весьма подозрительно. Я сделаю вам чаю, - и снова вернулся в дом. Грюму, тихонько сжав пальцы на плече Петунии, тихо спросил: - У вас палочка цела? - Да, - тихо ответила она. - Дайте её мне, - и требовательно протянул руку. Петуния отшатнулась. - Не дам. - Тогда взмахните ею и мы исчезнем отсюда. Быстрее! Петунию одолели сомнения. Она колебалась. Но желание побыстрее убраться было настолько сильное, что она послушалась. Прям на песке рядом с кромкой моря с визгом и скрежетом появился двухэтажный автобус: - Вас приветствует "Ночной рыцарь" для тех волшебников, кто попал в безвыходное положение. Прошу! Грюм оперся на вставшую с песка Петунию, и с трудом они добрались до автобуса. Автобус рванул с огромной скоростью в тот момент, когда рыбак вышел с пледом и дымящейся чашкой в руке. Он только рот открыл от изумления. От потерпевших не осталось и следа. Петуния продрогла, мокрое платье неприятно холодило кожу, а ещё она сильно проголодалась. Ей повезло. Эрни, водитель, предложил кровать с пледом и горячий шоколад. Она с радостью согласилась, обнаружив, что кошелёк на месте. Чудом его не смыло волной из кармана. Но так оказалось только несколько сиклей. Все равно ей хватило на себя и на Грюма. Бедняга, он совсем без ничего остался, ведь его палочка оказалась на дне моря. Так через час она оказалась в Лондоне, у больницы святого Мунго. Она помогла выйти Грюму. Но ей надо было в Коукворт, так что она снова села на кровать и забылась лёгким сном. Через двадцать минут она очнулась от громкого крика кондуктора: - Коукворт, миссис! Петуния вышла и поплелась домой. Ей хватило впечатлений на месяц вперед. Она мечтала о вкусно ужине, горячем молоке с мёдом и обнять Гарри. Гарри! Маленькое солнце в тёмном беспросветном будущем. И лишь Северус стоял рядом с Гарри. Два её смысла жить. У Петунии в голове не успела сформироваться последняя мысль о Северусе, как она подошла к дому. Сердце её подпрыгнуло в груди, так как на кухне горел свет. Дверь скрипнула, и наконец-то увидела родные лица. В нос ударила смесь запахов зелий, чая с молоком и свежего хлеба. - Я дома, - прошептала Петуния. Встревоженный взгляд Северуса и радостный - Гарри. Мгновение, и Гарри метнулся к тёте: - Мама, мамочка! Как я тебя ждал! Мы тебя ждали. Я так испугался, когда ты исчезла. - Где ты была? - проворчал Северус, помешивая нечто булькающее в кастрюльке на плите. Петуния так была рада всех увидеть, что не смогла сказать и слова. Ею овладело безразличие. Слишком много потрясений. Северус подошёл к Петунии и мягко приподнял ей подбородок, чтоб заглянуть в глаза. Петуния не сопротивлялась. Он все увидел и все понял. Петуния закрыла глаза. У неё потекли слезы. Наконец реакция на происшедшее сегодня. Она избежала огромной опасности. Но Северус не ушёл из её мыслей. Петуния прям увидела, как он её обнял. Там внутри в мыслях. Она ощутила тепло и заботу. Как он вытер ей слезы непонятно откуда взявшимся платком. Как утешал неловкими словами. Как поддерживал её в минуту отчаяния. Петуния вздохнула. Северус просто стоял и смотрел на неё, а внутри у Петунии в мыслях было пусто и тепло. Минута мысленных объятий прошла, и Петуния очнулась и начала рассказывать. - Это было какое-то наваждение. С ума сойти! Я сама себе не поверила бы тому, что со мной случилось, - начала она разговор. Пока Петуния рассказывала, Северус палочкой бросил в неё согревающие и высушивающие чары, положил в тарелку куриного супа и поставил огромную перед ней чашку с перечным зельем. У Петунии в середине рассказа повалил дым из ушей. Гарри хихикнул. Но Северусу было не смешно. - Это было очень опасно, - констатировал он. - Почему ты не аппарировала? Ты ж умеешь уже. - Не хотела бросать Грюма. Он же сильно пострадал. - Ничего бы с ним не случилось, - едко заметил Северус. Петуния только отмахнулась, пряча улыбку за чашкой с зельем. Ночью Петунии снился Северус и его мысленные объятия. Ей было хорошо и надёжно в этом сне. Она обрела якорь. Даже если её унесёт в море, то дом, где тебя ждут Северус и Гарри, станет ей местом, куда захочется вернуться.