Добро пожаловать в разбитое милосердие

Седьмой курс подходил к концу. Близились экзамены, и, что удивительно, абсолютно все выпускники упорно готовились к ним. Не было ни дня, чтобы в библиотеке никто не занимался. С утра до самого вечера студенты проводили свое время в ней, покидая лишь для занятий. Не исключением была и Гермиона Грейнджер. Она вообще была из тех, кто сидел там допоздна. Однако никто этому не удивлялся, а потому ее никто не тревожил. Гарри и Рон всегда учились с ней вместе, но их хватало максимум на два-три часа. После они покидали Гермиону, оставляя ту дальше поглощать учебник за учебником. То, что Гермиона так пеклась об экзаменах, вполне очевидный факт. Но то, что также старательно занимался и Драко Малфой, это, если честно, немного озадачивало. Конечно, Грейнджер знала, что в рейтинге успеваемости он всегда был вторым после нее, однако сильного стремления преуспеть в учебе у Малфоя она не наблюдала. Или, может, просто не замечала? Как-то раз после ужина Гермиона, как обычно, пришла в библиотеку, чтобы позаниматься. Ей нужно было написать доклад по зельям, у которого срок сдачи заканчивался через неделю. Хоть времени еще хватало, но она была тем человеком, который любил делать все заранее. На самом деле, зельеварение было одним из любимых предметов Гермионы, а потому давалось ей достаточно легко. Однако, зная излюбленную привычку профессора Снейпа цепляться к мельчайшим деталям, Грейнджер нужно было приложить немного больше усилий, чем обычно, чтобы подготовить достойный доклад. Главными составляющими отличного результата были тишина, покой и хорошая концентрация. Именно поэтому Гермиона сразу направилась в самый дальний угол библиотеки, который был спрятан за книжными стеллажами. Идеальное место для тех, кто желает на какое-то время скрыться от посторонних глаз и просто побыть наедине с собой. Приближаясь к заветному закутку, Гермиона была в предвкушении того, что следующие два часа спокойно проведет за написанием доклада. Она повернула за угол и внезапно остановилась, словно в нее бросили Ступефаем. На одном из кресел сидел Малфой и что-то увлеченно читал. Морщинка, возникшая между его бровей, говорила о том, что он очень сосредоточен на содержании книги. Его явно не интересовало, что происходит вокруг. «Ну почему именно ты оказался здесь в это время?» — подумала про себя Гермиона, а после слегка кашлянула, дабы объявить о своем присутствии. Однако Малфой никак не отреагировал. Либо он действительно не услышал, либо просто притворился. Чертов Малфой. Гермиона лишь цокнула и закатила глаза. Постояв еще немного, она двинулась к столу и с сильным грохотом кинула книги на деревянную поверхность. Получилось довольно громко. Тому подтверждением стал холодный взгляд серых глаз, устремленный на Гермиону. На секунду ей захотелось съежиться, но она быстро передумала. Отлично, он удосужился обратить на меня внимание. Оставалось лишь одно. — Ты долго еще здесь будешь? — получилось немного резко, ну и пусть. Малфой даже не моргал. Он просто молча прожигал Гермиону взглядом ровно до тех пор, пока не вернулся к чтению своей книги. Рот Гермионы слегка приоткрылся в удивлении от его реакции, которой, по сути, и не было. Он просто ее проигнорировал. Да как он смел? — Эй, — Гермиона помахала рукой перед его лицом. — Я, вообще-то, к тебе обращаюсь! — раздраженно проговорила та. А в ответ — ничего. Мерлин, ну почему слизеринцы такие невыносимые? Гермиона потихоньку начинала вскипать. Как же ее бесил Малфой! Не только поведением, но и своим присутствием он безумно раздражал. Поэтому, недолго думая, она подошла к нему и резко вырвала книгу из его рук, после спрятав ту за своей спиной. Этого Драко точно не ожидал. На его лице отображались самые различные эмоции: от непонимания и удивления до раздражения и легкой злости. — Грейнджер, ты в своем уме? — холодно произнес Драко. — Так ты, оказывается, умеешь разговаривать? — риторически спросила Гермиона. — А я-то уже испугалась, что у тебя возникли с этим проблемы. И я больше не услышу твоих идиотских фразочек. Малфой тяжело вздохнул. — Отдай книгу, — спокойно проговорил он и вытянул руку. — Нет, — коротко ответила Грейнджер. — Нет? — снова непонимание в глазах Драко. — У тебя со слухом проблемы? — Грейнджер, верни мне чертову книгу, — теперь и он потихоньку вскипал. — Я ее отдам лишь после того, как ты ответишь на мой вопрос, — Гермиону однозначно забавляла эта ситуация. Малфой молча прожигал ее взглядом, как вдруг резко поднялся и кинулся к ней, намереваясь забрать книгу. Гермиона совершенно не ожидала этого, а потому даже не успела увернуться. Она, как и прежде держа книгу за спиной, пыталась освободиться, но все попытки были тщетными. Она оказалась в ловушке. Драко, цепко обхватив ее руками, буквально перекрыл путь к спасению. Она не могла даже пошевелиться. В какой-то момент они оба остановились, тяжело дыша. Книга все еще находилась в крепкой хватке Гермионы. Проигрывать она явно не собиралась. Однако Малфой также держал учебник. Они смотрели друг на друга. Глаза в глаза. Серые и карие. Противостояние холода и тепла. Кто кого? Со стороны могло показаться, словно Драко хотел ее поцеловать или просто обнимал, но, к счастью, в этой части библиотеки никого больше не было. Иначе без сплетен не обошлось бы. Они стояли так уже секунд двадцать. Точно двадцать. Гермиона в уме отсчитывала для того, чтобы не затеряться в этих серых омутах, которые манили с невероятной силой. У него такие красивые глаза. Почему я раньше этого не замечала? Эта мысль так коварно пробралась в голову Грейнджер, что она даже не сразу поняла, что Малфой приблизился к ее лицу. Между их губами было недопустимо маленькое расстояние. Совсем чуть-чуть. Буквально один-два миллиметра, и они с легкостью могли коснуться друг друга. Взгляд Драко опустился на ее приоткрытый рот. На одно чертово мгновение Гермионе показалось, что он поцелует ее. И Мерлин тому свидетель, она бы позволила ему это сделать. Потому что где-то внутри зарождалось трепетное чувство: то ли бабочки, то ли просто желание. Гермиона уже давно потеряла счет времени. Единственное, на что она была в состоянии реагировать, — это дыхание Малфоя, которое заставляло колыхаться ее пряди. От него чертовски приятно пахло: нотки кедра переплетались со свежей мятой, которую отлично дополняли сладкое яблоко и сочный лимон. Ей определенно нравился его аромат. Гермиона невольно сделала несколько глубоких вдохов, чтобы наполнить легкие запахом, который сводил ее с ума. Это не скрылось от глаз Малфоя. Уголки его губ немного приподнялись в ухмылке. Конечно же, он был доволен тем, какое влияние произвел на Грейнджер, которая до сих пор находилась в его «объятьях». Гермиона, казалось, совсем потеряла связь с внешним миром. Она даже не заметила, как из ее рук аккуратно выскользнула книга. А после Драко резко отошел от нее и, вернувшись в свое кресло, продолжил читать как ни в чем не бывало. Гермиона очнулась оттого, что ей моментально стало холодно. Что только что произошло? Кто-то поставил замедленную съемку? Потому что именно так все и ощущалось. Грейнджер моргнула три раза. Один — почувствовать, как неимоверно пылают щеки. Два — услышать сильный стук собственного сердца. Три — осознать, что книги в руках больше нет. Гермиона перевела взгляд на того, кто с совершенно невозмутимым видом восседал на одном из кресел и читал, словно пару минут назад абсолютно ничего странного абсурдного не произошло. Наверное, в голове Гермионы впервые было пусто и тихо. Никаких мыслей. Никаких размышлений. Ни-че-го. Казалось, в ее разуме произошел сбой, который повлек за собой отключение способности думать. Потому что мозг Грейнджер попросту отказывался соображать. Гермиона продолжала наблюдать за Малфоем, пока он не поднял голову и не сказал: — Грейнджер, мне, конечно, льстит, что ты, видимо, в полной мере оценила всю мою привлекательность, что теперь даже не можешь оторвать от меня взгляд. Но все же так откровенно пялиться — некультурно, — проговорил Драко с ухмылкой на лице. Брови Гермионы взлетели вверх от услышанного. Дыхание участилось от злости. Внутри начинался самый настоящий ураган. Чертов Малфой. — Да пошел ты, — выплюнула Гермиона со злостью. Она развернулась, подошла к столу и, взяв свою сумку, убежала прочь от восхитительного аромата и от прекрасных серых глаз, которые все это время пристально следили за ней. Только дойдя до комнат Гриффиндора, Гермиона поняла, что забыла все свои учебники в библиотеке. Зачем вообще она приходила туда? Точно. Доклад, к которому она даже не притронулась. Возвращаться Гермиона точно не собиралась. По крайней мере не тогда, когда там все еще был он. Поэтому она решила подождать хотя бы час, а после уже сходить за книгами. Главное — чтобы их никто не забрал. Однако это было маловероятно, потому что в ту часть библиотеки практически никто не наведывался, даже мадам Пинс. Пробормотав пароль Полной даме и войдя в открывшийся проход, Гермиона увидела, что в общей комнате никого не было. Не удивительно. Ведь в такое время зачастую студенты уже разбредались по своим комнатам. Это было только на руку Гермионе. Ведь теперь она могла спокойно переждать ближайший час здесь. Грейнджер села на диван, оставив сумку возле него. В комнате витала тишина, которую нарушал лишь слабый треск дров в камине. Было тепло и уютно. И спокойно. Теперь Гермиона могла подумать о том, что произошло в библиотеке. Ее откровенно пугала собственная реакция на Малфоя. Она не должна была отмечать, какой у него приятный запах, какие красивые глаза. Она не должна была думать о том, что он мог ее поцеловать. И совершенно точно не должна была расстраиваться, когда этого не произошло. Так не должно быть. Единственная мысль, в которой Гермиона была более чем уверена, заключалась в том, что он ей не нравился. Абсолютно. Тут хотя бы она себя действительно не обманывала. Однако все же стоило признать тот факт, что после случившегося какая-никакая симпатия к нему возникла. Черт. Это плохо. В самом деле плохо. Ведь даже маленького интереса никогда не должно было случиться в отношении к Малфою. Это неправильно. А почему, собственно, неправильно? Кто так решил? На эти вопросы Гермиона не могла дать однозначного ответа. Конечно, был вариант скинуть все на предрассудки общества и созданные ими стереотипы. Однако это слишком просто и глупо. Тем более Грейнджер не из тех, кто прислушивается ко мнению большинства. И все-таки что-то внутри подсказывало: Гермионе не стоит углубляться в мысль о симпатии. Пусть даже крохотной. Так будет лучше для них обоих. Она была уверена в этом, а потому решила придерживаться именно такой позиции. Тем более наверняка для Малфоя эта ситуация не значила ровным счетом ничего. Возможно, он даже никогда не вспомнит об этом. Слева в груди что-то больно кольнуло. Решив не обращать на это внимания, Гермиона посмотрела на часы, висевшие на стене, и отметила, что прошел ровно час. Размышления о Драко нормально так ускорили время ожидания. Теперь оставалось лишь одно — забрать книги из библиотеки, ни в коем случае не встречаясь с Малфоем. — Хоть бы он уже ушел, — пробормотав себе под нос, Гермиона вышла из башни и направилась в сторону библиотеки. Спустя некоторое время Грейнджер уже шла мимо книжных стеллажей, постепенно подходя к тому самому месту. По мере приближения ее сердце начинало биться быстрее. Она молила Мерлина, чтобы там никого не было. Сейчас больше всего на свете Гермиона не хотела снова встретиться с ним. И вот настал момент истины. Завернув за последний угол, Гермиона резко остановилась. Снова. Но в этот раз не от неожиданного присутствия Малфоя, а оттого, что его здесь не оказалось. Возможно, где-то в глубине души она все-таки надеялась застать его. Да только признаваться себе в этом точно не собиралась. Окинув взглядом местность и убедившись, что здесь она все же одна, Гермиона подошла к столу, на котором должны были быть ее книги. Но их не было. Какого черта? Гермиона точно помнила, что бросала их именно сюда. Неужели мадам Пинс все-таки забрала их? Решив завтра спросить у нее про книги, Гермиона собралась уходить, как вдруг ее глаза зацепились за кусочек пергамента, который лежал на том самом кресле, где сидел Драко. Сначала она подумала, что ей показалось, но, подойдя ближе, она лишний раз убедилась в этом. Взяв в руки пергамент, а после развернув его, Гермиона увидела слова, написанные ровным почерком: «Признаться честно, я немного удивлен, что мисс люблю-книги-больше-жизни совершенно забыла о них, когда убегала прочь. Именно поэтому я решил сделать милость и позаботился об учебниках, которые ты благополучно оставила. Если они тебе нужны (а они тебе точно понадобятся, ведь доклад без них ты не напишешь), ты сможешь забрать их завтра, заглянув на Астрономическую башню в то же время, что и сегодня пришла в библиотеку. В ином случае эти книги останутся у меня, и я даже не подумаю их отдавать мадам Пинс. Решать тебе. Д.М.» Чертов Малфой!