Не всё на поверхности

«А делать то что, делать?! Ну, Азик, ну, предатель! Что я против них могу? — Варя отчаянно обхватила голову руками, опираясь локтями о коленки. — Не показывать свой страх? Да как тут не показывать то! Нафиг мне твои советы, лучше б помог пришел, убьют же!» Она зажмурилась, чувствуя, как сердце громко и часто бахает в груди, трепеща от осознания неминуемого конца света. Да, именно так, потому что, ну правда, что она может против всего класса?! Если они все соберутся, эти тупые дебилы, то ей несдобровать. Чтобы они все обосрались! Варя стукнула кулаком по колену, впиваясь ногтями в кожу. Ладно, может Азик тут и не причем. Он ей, в конце концов, не брат и даже не друг, чтобы впрягаться так. Но все равно, какой же говнюк! Он же был ее единственной надеждой! Варя закусила губу и посмотрела на экран телефона, проверяя время. До конца урока ещё десять минут. Десять минут до ее смерти, в этот раз, походу, настоящей. Не до конца понимая, что делает, она подхватила рюкзак и спрятала телефон в карман брюк. Так, ладно, нельзя просто сидеть в этом вонючем туалете и ждать пока ее придут бить. Надо что-то делать. Варя схватила ручку двери кабинки и с силой сжала ее — открыть было страшно, а вдруг разъярённая толпа одноклассников уже там, поджидает свою жертву? Варя замерла, прислушиваясь и стараясь игнорировать панические мысли о том, что время стремительно уходит, но в туалете было тихо. Кроме нее здесь никого не было. Пока. Она толкнула дверь и вышла, оглядываясь — пусто, ну конечно. А теперь — бежать. Ускорив шаг, она вылетела из женской комнаты и понеслась по коридору: ей предстояло преодолеть сначала второй этаж, потом первый, а потом надоедливых вахтерш и охранника — безопасность, мать твою. Но ладно, это неважно, сейчас важно пройти мимо кабинета, где сейчас сидел их класс, незамеченной, а потом просто бежать как можно быстрее. Ей повезло, она даже не встретила ни одного из учителей на втором этаже, так что, прокравшись мимо своего кабинета, Варя пулей побежала к лестнице. На ходу достав телефон, она едва не споткнулась, увидев время: восемь минут. Ничего, ещё успевает. Она преодолела лестничный проём, перепрыгивая по три ступеньки. Теперь надо поплутать по коридорам первого этажа, а там уже и до выхода недалеко! Только бы успеть. Вот бы классная руководительница не отпустила их сегодня на пять минут раньше, вот бы не стала милосердствовать! Коридор направо, коридор налево, прямо, потом снова налево. Ее чуть не занесло на очередном повороте, но она вовремя схватилась за выступ стены, с силой удерживая себя от малоприятного столкновения со стеной. Варя уже порядком выдохлась, ведь следить за дыханием было некогда, и теперь сердце билось ещё быстрее. Разболелась голова, но она старалась не обращать на это внимания. Ноги подкашивались непонятно отчего — то ли от волнения, то ли от прыжков с лестницы, то ли от бега. Когда она выбежала к гардеробу, не могла сдержать нервной, но счастливой улыбки, пусть и мимолётной. Тогда Варя позволила себе остановиться. Она согнулась, опираясь руками о колени и тяжело задышала. Горло саднило, но ещё можно было бежать. Она снова посмотрела на время и выругалась от страха — две! Две минуты. «Может быть, открыт чёрный ход?» — скользнуло в голове. Варя отчаянно заозиралась, пытаясь решить, что лучше делать. Чёрный ход гораздо ближе, буквально вот, за поворотом, пусть в противоположной стороне, но он может быть закрыт. А выбежать из основного она может не успеть, если ее задержат на вахте. Вот черт! Плюнув, Варя развернулась и побежала к черному выходу. Она даже не успела вовремя затормозить, врезавшись в дверь, и почти яростно дёрнула ее за ручку, распахивая на себя. Дверь поддалась, хлопнув по лбу, но она только ойкнула и бегом вылетела из школы, наполняясь торжествующим адреналином. Сосните, ублюдки! Успев отбежать только на пару шагов, Варя услышала трезвон звонка, сравнимый сейчас, наверное, только с похоронным. Она обернулась, пытаясь понять, есть ли кто за ней, и в этот момент ее нога подвернулась и девочка со всего маху приземлилась на неровный асфальт, в последний момент успев выставить перед собой руки. Ногу тут же пронзила боль, от которой она застонала. Привстав, она обхватила ее ладонями, покрытыми теперь мелкими царапинами и грязью. На коленке красовались синячище и кровь, быстро расплывающаяся темным пятном и стекающая струйкой по голени. Стопа заныла тупой болью. «Как больно», — Варя всхлипнула, давая себе лишь секунду на слабость, и поднялась. Сначала шагом, а потом все ускоряясь настолько, насколько позволяла ее травма, она начала удаляться от школы, но вселяющий панику шум голосов, слышный даже на улице, не поддавал уверенности. Уже перелезая через низкий школьный забор, она услышала позади себя выкрики и топот ног. Тогда она снова рванула, чуть снова не падая, на подгибающихся ногах и почти задыхаясь. Нога болела, грудная клетка готова была разорваться от категорической нехватки кислорода. Варя зажмурилась до выступивших слёз. «Не подавать страху, а то они так и будут за тобой гоняться? Что ж я против них сделаю, Азик, я одна, а их вон сколько! Так только в фильмах с супергероями бывает!» Она с досадой смахнула влагу, перекрывавшую обзор. Ладно, плевать, главное свалить от них подальше. Она окончательно выдохлась, когда сзади отчётливо слышались свист и выкрики «Эй, лесбушка!» и «Вшивая!». Обида и усталость горькой злостью расползались по всему телу, но сил делать что-либо не было. Варя не хотела оборачиваться и переходить на шаг, хотя дышать уже физически было больно, а подвернутая нога так и норовила согнуться в колене. Впереди показался забор закрытого на ремонт парка, казавшийся сейчас настоящим спасением. Однако до него ещё надо было доковылять. Когда она почувствовала, что кто-то стоит уже прямо за ее спиной, не выдержав, развернулась и злостно закричала: — Да что вам всем от меня надо! Отвалите уже! Как же я вас ненавижу! Варя почти не различала лиц одноклассников, столпившихся позади нее и гадко ухмыляющихся, они все были как один, словно манекены с фабрики одной фирмы. Она не знала, что в этот момент было большим: страх или ее злость и обида, и не знала, почему одноклассники вдруг замолчали одновременно и перестали улыбаться. Ей и не хотелось разбираться в этом. — Если вы от меня не отстанете, я не знаю, что с вами сделаю, ясно? Заяву в полицию накатаю, у меня там у брата знакомые есть! Вас живо всех по колониям рассадят, понятно? Отвалите! Ни слова, ни звука, толпа продолжала смотреть на нее, как будто немного ошарашенно, отчего Варя даже удивилась. Она уже было подумала, что кто-то есть позади нее, но, обернувшись, никого не увидела. Одноклассники переглядывались между собой, но ничего не делали, и тогда Варя решила, что на этом можно поставить точку. — Я ухожу, — как бы заканчивая монолог, сказала она, наблюдая за множеством лиц. Никто не стал ей мешать, когда она медленно попятилась, даже когда снова побежала, прихрамывая. Смешанные чувства одолевали её: вроде бы круто, что она взяла и все так круто разрешила, и теперь одноклассники не будут доставлять ей так много проблем, с другой, может, это ещё и не конец… Но думать о таком развитии событий хотелось меньше. Решив перестраховаться, Варя перелезла таки через забор и побрела по кирпичной дорожке парка, оглядываясь по сторонам, боясь увидеть рабочих, которые точно не будут рады ее тут увидеть, но никого не было. Видимо, они находились в другой части парка. Внезапно Варя заметила небольшое здание — бывшую кассу. Она тихонько подошла к нему, пробуя открыть дверь, совсем не ожидая, что та поддастся. Внутри было совсем пусто, только какой-то бетонный блок в углу. Варя зашла внутрь, усаживаясь на него, поджав под себя здоровую ногу, а травмированную выпрямляя перед собой. Теперь, когда паника и злость отступили, отвратительное чувство саднящей боли обрушилось новым шквалом. Варя прикрыла глаза, морщась и растирая ногу ладонями, чтобы хоть как-то уменьшить неприятные ощущения. Тут она вспомнила, что у нее есть с собой рюкзак, и воодушевленно принялась копаться в нем в поисках чего-нибудь, что могло бы помочь хоть немного. Однако ничего, кроме половинки вчерашней булки из столовой и пачки влажных салфеток, там не было. Булку Варя съела за несколько кусков — такие гонки здорово повышают аппетит, а она сегодня ничего не ела, а вот салфетки пошли на дело: одной она стёрла кровь, испачкавшую всю голень, и грязь с коленки, а вторую растянула, насколько это было возможно, и обвязала вокруг ноги. Не идеально, но уже что-то. Варя вздохнула полной грудью и откинулась на стену, прикрывая глаза и давая себе перевести дух. Что за приколы вообще такие? Почему ребята такие дрянные? Ну постриглась она под ноль, ну покрасилась в синий, и что? Сразу «лесбушка». Твари же. На самом деле Варя понимала, что дело далеко не в волосах или их отсутствии, и даже не в ней самой, но обида злыми слезами все равно выступала на глазах. Жалко она — не Демьян, не дочь Сатаны. Повезло же ему. У него отец вон какой крутой, на Феррари ездит, а у нее что? В тюрьме сидит, мать стыдится. Вот если бы она, Варя, была Сатаной, она бы этим одноклассником такое веселье устроила бы… Они бы потом вообще на нее смотреть боялись бы! «Ну, а если не Сатаной, то хотя бы как Азик. Он же тоже оттуда, раз на отца работает? — размышляла Варя. — Интересно, что он умеет ещё. Он бы наверняка этих уродов одним щелчком уделал!» Она досадно сморщилась. И почему так обидно, что он ей не помог? Вот правда, он ее вообще бесил всегда, как блоггер. А тут посидели немного вместе, прическу похвалил, пиво наругал, так ещё и замолчать заставил, а она, как проблемы, — сразу ему звонит. Хотя, с другой стороны, кому ещё звонить? Демьяну? Варя грустно усмехнулась. Как же, придет он. У него горе. Маме? Будет она маме звонить, она вообще на нее забила, так ещё и в классе маленькой девочкой прослывет. Да и что мама сделать может то? Ничего… Варя вздохнула и вдруг напряжённо замерла, услышав чьи-то шаги под окном. Ой, если рабочий — проблем не оберешься! Она замерла, стараясь не издавать ни звука и не дышать, испепеляя слегка прикрытую дверь взглядом. Шаги передвинулись дальше, дверь легонько качнулась и открылась. Варя испуганно дернулась, готовая сдаваться и оправдываться, но удивлённо застыла, глядя на стоящего в проходе и опирающегося на дверь красноволосого парня, в котором безошибочно можно было узнать Азика. «Вспомни…солнце, вот и лучик», — машинально пронеслось в голове у Вари. — Так вот ты где… Жалкое зрелище, — цокнул языком Азик, раскачивая дверь рукой. Взгляд его внимательно рассматривал сидящую на бетонном блоке Варю, которая, в свою очередь, рассматривала его. Услышав комментарий, она обиженно нахохлилась, скрещивая руки на груди. Азик шагнул внутрь, пряча руки в карманах. — Чего тут уселась, как щенок побитый? — Я вообще-то ранена, — проворчала Варя, тыкая свое перевязанное колено пальцем. — Потому что за мной насколько минут назад гналась толпа, которая хотела меня избить, — не удержалась она, шмыгая носом, но поднялась на ноги. Уж слишком самоуверенно смотрелся Азик из положения сидя. — А, ну да, — Азик хитро прищурился, и его губы растянулись в странной улыбке. — И как? — Что как? — неуверенно переспросила Варя. — Живая, как видишь, и слава богу. — Обидно, он тут вообще и пальцем не пошевелил, в отличие от меня, — Азик изогнул брови, демонстрируя свое недовольство. — Да ты тоже не особо спешил мне помогать, — уличила Варя. — Особые дела свои делал. Только совет какой-то дал бесполезный, — она невольно скопировала его позу, пряча руки в карманах брюк. — Я не спешил? — Азик, казалось, по-настоящему удивился, но это выражение быстро сменилось на привычную для него уверенность. — Ну да. Делать мне больше нечего, как какую-то пигалицу защищать, — он фыркнул, поведя плечом. Что-то во всем этом заставило Варю сомневаться в искренности происходящего. — Ну и пофиг, — почему-то показалось, что было невпопад. — Ты чё тут вообще делаешь тогда? — Гуляю, — хмыкнул Азик, слегка запрокидывая голову назад. — А что, нельзя? Ты же тут сидишь. — Можно, — кивнула Варя, все ещё рассматривая его. Не, он, конечно, козел, но она всё-таки рада его видеть! Чуть-чуть. Может быть, ему всё-таки не плевать. Хотя было бы неплохо, если бы он пришел несколькими минутами раньше. — Вопрос закрыт, — Азик развёл руками в победном жесте. — Хотя я предпочёл бы менее грязное местечко, — он щёлкнул пальцами, и Варя восхищённо распахнула глаза: они оказались на той самой мостовой, сидящими на перилах. Варя соскочила с них, осматриваясь и не в силах скрыть изумлённой улыбки, а потом повернулась к Азику, довольному произведенным впечатлением. — Ого, — только и выдохнула она, снова усаживаясь на перила с ногами. — Я думал, заслуживаю что-то большее чем это, но допустим, — беззлобно хмыкнул Азик. Он взглянул куда-то вперёд. — Надеюсь, здесь не будут проходить доместосовые служители господни, — между делом буркнул он. Недовольство тем, как все обошлось с Григорием и его праведным Мурзилкой всё ещё было свежо. Такой план загубил! — А что ты ещё можешь? — не скрывая интереса, полюбопытствовала Варя. — Много чего, — уклончиво ответил Азик, искоса поглядывая на неё. — Например? — не отставала она. — Давай я тебе лучше пива куплю нормального, — Азик встал и махнул рукой, мол, иди за мной. — К хорошему надо приучаться сразу. — А не рано мне? — усмехнувшись, повторила она его собственный вопрос. — Не умничай, — Азик показал язык. — Дают — бери, бьют — беги. Истина жизни. Немного подумав, Варя решила, что он прав, и поспешила его догнать. Ладно, с последствиями будем разбираться по мере поступления, а в жизни надо попробовать всё! Уж лучше с Азиком, чем с кем-нибудь ещё. Он, хотя бы, не как бабка, нудить не будет. Пусть дегустация пива и казалась сомнительной идеей, Варя решила довериться и воспользоваться шансом узнать Азика получше. А вдруг он потом ей будет помогать устраивать «Обосралипсис» одноклассникам? В конце концов, она всё равно не знала куда сейчас идти: домой не хочется, там мама, а если еще и Демьян… а шататься одной по улицам скучно. Так что из всех людей, которые мелькали у Вари в голове, она выбирала Азика.