С днюхой, Макс.

***

      Я всегда считал себя человеком, который ценит комфорт. Мой диван — мой трон, моя клавиатура — мой скипетр, а чашка горячего чая — моя корона. Но сегодня мой уютный мир был потревожен. Причиной тому — плоская картонная коробка с надписью, которая вызывает у меня одновременно трепет и ужас: IKEA. — Так, народ, как будем действовать? — бодро спросил Костя, размахивая инструкцией, которая, казалось, была написана на древнегреческом.       Костя, как всегда, был полон энтузиазма. Он любил всё новое, особенно если это требовало физических усилий и потенциально могло закончиться небольшой драмой. — Я считаю, что нам нужно сначала разложить все детали и сверить с картинками, — вмешалась Кристина, уже разворачивая пакеты с винтиками и деревяшками. Она была нашим якорем в бурном море бытовой неорганизованности, всегда спокойная и рассудительная. — Да ладно, какая сверка! Это же просто шкаф, а не космический корабль, — усмехнулся Костя, уже пытаясь запихнуть какую-то длинную планку под стол, — Сейчас мы его на глаз, быстренько соберём и пойдем пиццу заказывать. — Костя, прошлый опыт с полкой показал, что «на глаз» приводит к тому, что полка висит под углом, а книги падают, — напомнила Кристина, слегка нахмурившись. — Просто тогда инструкция была ещё хуже! — парировал Костя, — А эта.. эта просто детская!       В этот момент в комнату ввалилась Катя с явным намерением внести свою лепту. — О, вы тут шкаф собираете? Наверное, Максу наконец-то нужно место для всех его коллекций фигурок единорогов? — хихикнула она, глядя на меня с лукавой улыбкой. — Это для моих книг, — буркнул я, пытаясь разобраться в хитросплетении европейских названий деталей. — Ну, я же говорю, единороги, — не унималась Катя. — Давайте сосредоточимся, — вздохнула Кристина, — Костя, помоги мне разложить эти панели. Макс, ты найди те длинные шурупы. Катя, можешь, пожалуйста, не мешать?       Костя, с неохотой отложив игривые попытки собрать что-то из подручных материалов, подошел к Кристине. Я начал поиск шурупов, которые, как выяснилось, были умело замаскированы под какие-то странные металлические палочки.       Первая же серьезная трудность возникла, когда мы попытались соединить две большие боковые панели. Инструкция требовала вставить деревянные штырьки в определенные отверстия. Костя, уверенный в своей силе, попытался вбить один из штырьков молотком. — Нет, не так! — воскликнула Кристина, — Сначала нужно вставить его рукой, а потом уже, если нужно, легкими постукиваниями..       Но было поздно. Штырек, вместо того чтобы аккуратно войти в отверстие, разлетелся на две части, оставив меня с одной трещиной на панели и чувством вины. — Вот видишь! Я же говорил, что инструкция — это для слабаков! — театрально объявил Костя, хотя и сам выглядел расстроенным. — Ты мог бы хотя бы послушать, прежде чем ломать! — возмутилась Кристина. — Спокойно, спокойно, — попытался я выступить в роли миротворца, как это обычно делал я, когда они начинали ссориться, — Ничего страшного. Главное, что мы знаем, как не надо делать. Катя, ты не могла бы посмотреть, нет ли у нас лишних штырьков?       Катя, которая всё это время наблюдала за нашим цирком с неподдельным интересом, подошла к коробке. — А, вот они! Эти маленькие деревяшки, которые похожи на зубочистки? Их тут целая горсть. Вы, наверное, просто неправильно их вставляли.       Наши попытки продолжить сборку сопровождались всё новыми казусами. То Костя, пытаясь прикрутить полку, умудрялся уронить отвертку себе на ногу, то я, перенося тяжелую панель, едва не врезался в Катю, которая решила проверить, насколько прочен наш самодельный каркас, толкнув его ногой. — Нам нужна краска! — внезапно заявил Костя, увидев, как одна из панелей была немного поцарапана, — Мы должны это покрасить, чтобы никто не заметил! — Краска? Ты серьезно? У нас же даже кисточек нет! — запаниковал я. — А я всё равно не хочу, чтобы моя комната была белой, — возразила Катя, — Я хочу розовую! — Никто не будет ничего красить! — твердо заявила Кристина, — Мы сначала дособираем этот шкаф.       В этот момент, совершенно неожиданно, Катя подошла ко мне с маленькой баночкой. — Вот, Макс. Нашла у себя. Это такая специальная краска, которая смывается водой. Я когда-то рисовала ею на футболке.       Я посмотрел на нее. Она, как всегда, не унималась, но в этот раз ее проделки были, возможно, даже полезны. — Хорошо, — сказал я, вздохнув, — Костя, ты будешь держать, я буду мазать. Кристина, ты следи, чтобы ничего не растеклось. Катя, ты.. ты просто не мешай, пожалуйста.       И вот, под звуки неловких шуток, легких постукиваний (теперь уже осторожных) и редких ругательств, мы, наконец, начали двигаться к финишу. Костя, хоть и был неуклюж, старался изо всех сил, Кристина, как всегда, была опорой, Катя, хоть и не всегда помогала, но ее присутствие каким-то образом разряжало обстановку.       Когда последняя полка была установлена, и мы, наконец, смогли распрямиться, на нас навалилось чувство усталости, но и.. гордости? Да, именно гордости. Шкаф получился кривоват, местами покоцан, и, честно говоря, я не уверен, что он продержится вечно. Но мы сделали это. Вместе. — Ну что, ребят, кто теперь закажет пиццу? — с улыбкой спросил Костя, вытирая пот со лба. — Я, — ответил я, — И знаете, что? Я даже готов подвинуть свои книги, чтобы вы смогли поставить этот кривоватый, но наш шкаф на правильное место.       Кристина улыбнулась, а Катя хихикнула. Мы были покрыты пылью, немного краской, и, возможно, немного разочарованы результатом. Но в этот момент, глядя на этот несовершенный, но наш шкаф, я понял, что иногда такие бытовые задачи — это не просто уборка или сборка. Это проверка наших отношений, возможность посмеяться над собой и, главное, почувствовать, что мы — команда. И это, пожалуй, даже лучше, чем идеально собранный шкаф из IKEA.

***