Он, она и океан

Они смогли бежать вместе, как и мечтали несколько мучительных лет, корабль отчалил так, что никто вроде и не заметил, он и она под страхом смерти пол дня прятались в трюме. Уже под поздний вечер они решились выйти и найти каюту для сна. Девушка на протяжении всего времени была бледна и молчала, а он и не решался заговорить с ней больше необходимого. Так они и уснули. Ночью он проснулся от скрипа старого дерева, оглядев комнату, не обнаружил девушки. Парень решил выйти и найти её. Он увидел силуэт на корме, подошёл сбоку, не решаясь подойти сзади, ему казалось, что сейчас она была настолько холодна, что обжигала. Рассмотрев её несколько, кажется, вечных мгновений, он опустил голову, закрыл глаза и… снова и снова, представлял её, будто она была совсем не рядом. Она стояла, опираясь на фальшборт, в тонком льняном платье голубого цвета, обёрнутая старой серой шалью. Каштаны волос её поддавались потоку ветра, кожа была бледна как мел, а глаза были темны, будто эта самая душа глаз затерялась в громадных пенистых волнах или вовсе уже погружалась на дно. Она стояла и смотрела на гневный океан, который орошал лицо и руки её горькой солью, которую он, как никогда раньше чувствовал у себя на сердце. Слегка потупив взгляд о свои грубые ботинки, он решительно поднял голову, направив взор, на казалось бы скрытый пышными кудрями профиль, он опешил. Она смотрела на него, смотрела именно такими бездушными глазами, которые он представлял себе. Проглотив ком в горле, он заставил себя сказать, пожалуй, самый глупый вопрос, который только мог. — Почему ты не спишь? Только услышав первый звук его несобранной речи, она улыбнулась. Он смотрел на её губы и надо сказать был несказанно рад, но…как только глаза их встретились, он понял, что солёной воды в океане скоро станет ещё больше. Он не знал что теперь делать, по-хорошему утешить, возможно, обжечься о неё, возможно, обжечь её самому. Он снова опустил уже виноватый взгляд в ноги. И вдруг раздалось тихое, еле уловимое: — я хотела уйти. Не поднимая головы, в ответ: — куда? Молчание. Через секунду послышался скрип старого дерева борта. Она встала рядом, настолько, что он понял, что она вовсе не холодна, какой он её считал. Покраснев, он не смел поднять лица и тщательно изучал её потёртые туфли. Женская рука легла на шершавую его щеку, шаль скользнула с плеч на мокрую палубу. Сердце отбивало чечетку. — Я хотела уйти туда, где ты больше никогда бы меня не увидел, — она сказала это даже как-то с радостью, будто и не говорила о смерти. Он резко поднял голову, не ожидая встречи с её лицом. Ритм сердца стал настолько быстрый, что казалось, будто оно остановилось. Никогда ещё он не видел такой красоты океана, который отражался в её глазах. Корабль шатнуло, она поддалась вперёд и… …губы их сомкнулись так, будто это были и не губы вовсе, а два раскалённых металла. Их накрыло сотней брызг холодной воды, но им было не до этого, не до холода колющего кости, не до корабля без капитана, дрейфующего по открытому океану в неизвестном направлении. Но они знали, что они сейчас одни не только на бригантине, но и во всем мире. Их волновал лишь тот шторм чувств, которые они так бережно скрывали друг от друга за дружбой и совместной целью. Он страстно пробовал соль её губ так, будто ничего слаще никогда не ощущал, а она обнимала его плечи, будто это была единственная опора во всем океане… Что было дальше знали только волны, грубо толкавшие их к чему то неизвестному. Шторм стих только глубокой ночью. Чугунные тучи сдались, обнажая небо, точно она перед ним своё сердце. Они простояли в объятьях около часа, пока он не опомнился из-за сильной её дрожи. Она стояла с прикрытыми глазами, дыхание её было неровным и прерывистым. Он слегка отпустил её и почувствовал, что она вот-вот упадёт. Тогда он робко взял её на руки и понёс в каюту. Как только плечи её ощутили колючую сухую ткань койки, замёрзшее тело немного расслабилось, однако неистово жалось к деревянной стене. Девушка всхлипывала и бормотала под нос слова, диктуемые затуманенным разумом. Он накинул на неё сорванные тряпки, закрывавшие иллюминатор, и начал спешно ворошить тумбы, желая отыскать хоть крошечный огарок. Перевернув всю капитанскую каюту, он так и нашел ни одной свечи. Стоя рядом с ней, он держался руками за голову, пытаясь отыскать здравую мысль. Его взгляд остановился на голых ступнях её, туфли, видимо, упали, когда он поднимал девушку. Не допустив ни одной пошлой мысли, он скинул с неё тряпки, далее на пол упало мокрое платье, рубашка, штаны…он залез на койку и прижал к себе хрупкое женское тельце, накрыл себя и её теми же подобиями штор. На секунду прикрыв глаза, он понял, что очень устал. Веки тяжелели с каждой секундой, он сдался и погрузился в беспокойный сон.