Обрести надежду

Я проснулся от звука уведомления на телефоне. Глаза ослепил свет от лампы на столе. Вот черт, я уснул на столе. Передо мной куча учебников и телефон. Время на экране показывало 3:43, а ниже оповещение нового видео от какого-то блогера. Сам уже не помню кто это и когда подписался на него. Выключив свет, я встал из-за стола, плюхнулся на кровать и вырубился. Из сна меня вытягивает громкий звук. Еще не успев проснуться, на ватных ногах подошел и взял трубку. — Ну наконец-то! Эй, привет! Ты где? Что случилось? Почему не отвечаешь на сообщения? — быстро и отрывками доносились слова из динамика. — Ночью спят. Я спал. Что за паника? — Ночью спят, а утром в школу идут. Ты в курсе, что уже второй урок прошел? Мог бы и предупредить, что не пойдешь… — он не успел закончить. — Сколько времени? — не дожидаясь ответа, я посмотрел на экран и первое, что бросилось в глаза — это пропущенные звонки и сообщения от мамы. Теперь еще вечером отчитываться придется. — Уже пол десятого. Что с тобой? — Бляяя… Отлично, проспал. Черт, через 10 минут буду. Бросив трубку, я быстро начал собирать все учебники и тетради, что были на столе. За окном ливень. Осень. Октябрь. Конец четверти близко, а у меня куча долгов по учебе. Уже через 15 минут передо мной висит табличка, гласящая, что здесь проходят уроки математики. Пытаясь восстановить дыхание после бега, я постучал и открыл дверь. — Извините за опоздание, можно войти? — Почему опоздал? — учительница была на взводе, это было видно по ее глазам. — Проспал. Она жестом показала мне сесть. Теперь я уже обратил на свой внешний вид. Спортивные штаны, домашняя футболка и грязные кроссовки, моя пробежка не осталась не замеченной. Смущенный, я быстро прошел сквозь ряды и сел на свое место. Открыл рюкзак и… Вот черт, алгебры и даже пинала нет с собой. Не готов к уроку — два. Стараясь найти на чем писать, боковым зрением вижу какое-то движение справа от меня. — По твоему лицу было видно, что ты забыл учебник и, вероятнее всего, пенал. Вот листочек, алгебра и ручка. И да, ты даже не поздоровался ни сейчас, ни 15 минут назад, — не дожидаясь ответа, он сунул мне эти вещи и вернулся обратно. На вторую парту. А мое место — на четвертой. Я даже не успел среагировать, как меня поглотило ужасное чувство вины. Не поздоровался, не поблагодарил за помощь, так не делают друзья и вообще любой воспитанный человек. Видимо, кроме меня. — Олег, к доске. Опомнившись, я быстро открыл учебники, чтобы найти нужный номер, и параллельно пошел в сторону доски. — Номер 236. Проснись уже, — кто-то сзади сказал мне, я бросил благодарный и виноватый взгляд на человека, который, даже находясь в обиде, поможет тебе. Вот это настоящий друг. Отыскав нужный номер, я пытался понять, что от меня требуется, но так и не смог. Голова болит и совершенно не соображает. Кажется, еще чуть чуть и пойдут слезы. — Садись. Если покажешь домашнее задание на сегодня, два не поставлю, — вот-вот и она взорвется. Следовательно, сегодня никто не смог ответить правильно или совершали глупые ошибки. Домашка у меня сделана, но с собой ее нет. — Нет, домашки нет. — Тогда два, завтра принесешь все равно покаж… — учительница не успела договорить. — Можно выйти? — резко и с мольбой. Наверное, со стороны это выглядело жалко, но мне было плевать. — Иди. Я удивился ее положительному ответу, однако все равно вышел, забыв оставить учебник в классе. Возможно, она прочитала по моим глазам взвывание о помощи. Зайдя в кабинку, закрылся изнутри. Я сдерживал как мог нахлынувшие слезы, но они вышли наружу. Прикрыв рот рукой, сидел и плакал маленький мальчик. Он думал, что делает не так. Почему жизнь не справедлива? Его съедало чувство вины, он карал себя за безответственность и за эгоизм. И этим мальчиком был я. Мои глаза не могли больше выдавить слез, внутри все так сжимало, а в горле застрял огромный ком. Я бросил взгляд на книжку, которую мои руки сжимали так крепко, что даже костяшки побелели, и открыл разворот. Графики функции, формулы, таблица квадратов и… Надпись, сделанная карандашом в правом верхнем углу: «Ты все сможешь, я верю в тебя». "Это не мой почерк. Я бы не писал такое здесь, в учебнике алгебры. Хотя… стоп. Блять, это не мой учебник. Я не вернул его ему, но зато сижу с его учебником в туалете. Какой я охрененный друг! Но какие же это необходимые мне сейчас слова". Звонок. В туалете начал собираться народ, а я не могу пошевелиться. Е знаю почему, но страх парализовал меня, хотелось впасть в объятия близкого человека или вернуться домой. - Олег, ты здесь? Ты здесь по любому. Давай, ты задрал тут торчать. Пол урока сидишь и почти всю перемену. Я взял твои вещи, выходи давай. Я вышел, затянул его к себе в кабинку и, чтобы ничего не забыть, начал тараторить без остановки. - Прости, пожалуйста. И спасибо тебе. Если бы не ты, я.... Слушай, я ужасный друг, а ты самый лучший. Господи, прости меня. Я не знаю, то есть, я не хочу, нет. Я имею в виду, что... Блять, сукааа, - последние слова выходили не выдохе, тихо, смущенно. Не знаю почему, но при нем материться было немного непривычно. - Эй, ты чего? Все хорошо, ты самый лучший друг в моей жизни. Не надо себя не дооценивать, это пустяки, тем более ничего даже не случилось. Ну проспал, с кем не бывает. Лучше пойдем на урок, а то опоздаем, - он похлопал меня по плечу и не много сконфужено улыбнулся. Я не один, со мной мой лучший друг. - Да, конечно. Спасибо тебе, Степа. Мы опоздали, но со Степой опаздывать даже и не страшно. - Почему опоздали? - В столовке были, - беспроигрышная отмазка. - В столовке значит... А я тоже там была, но вас там не видела. - А вы что, когда едите на нас смотрите? - Степа тоже подключился в разговор. - Ой, да садитесь вы уже, - сдалась. Мы все равно вышли бы победителями, точнее Степа, это он же выкрутился, а я лишь обуза, даже придумать ничего не могу. К сожалению, полностью была свободна только вторая парта на первом ряду. Мы сели за нее. Еще одной двойки не намечалось, история была у меня с собой. - Слушай, а ты.... - Степка не мог почему-то связать слова. - Что я? - Верни учебник. - Ах, да. Вот держи. - Благодарю. - Это мне тебя нужно благодарить, если бы не ты... Вообщем не важно, двойку я все равно получил, родители меня убьют и так, а тут еще и два.... Но все равно спасибо. Как ты понял, что я не готов к уроку? - шепотом говорил я, наклонившись к нему. Не хотелось, чтобы кто-то увидел мою беспомощность. - Я же тебе уже сказал, что по твоему лицу увидел. - Томилов, отвечай на вопрос, - прервала наш разговор учительница. - Да, конечно. Какой вопрос? - Надо было слушать. Расскажи об основных положениях реформы государственных крестьян 1837–1841 и какое значение имела данная реформа? Давай, вставай и отвечай. По лицу моего соседа было видно, что он не знает, но зато знаю я. Значит, теперь моя очередь выручать друга. - Ну... Основные положения реформ... ээ, государственных крестьян.... это... - Систематизировать налоговые сборы в деревнях, - тихо подсказывал я. - Систематизировать налоговые сборы в деревнях, вот! - повторил он. - Увеличить благосостояние крестьян и улучшить условия их жизни, - учительница посмотрела на меня, и мне пришлось не много прикрыться учебником и отвести взгляд. - Увеличить благосостояние крестьян и улучшить условия их жизни. С моей помощью Степа смог ответить, учительница ничего не сказала и мочла поставила 5. - Блин, Олег, ты сапс меня! - Ну, а как иначе, я же люблю тебя! - не подумав, бросил я и начал улыбаться. Послышался хохот девочек, и мне тоже хотелось смеяться, но увидев удивленный и растерянный взгляд Степы, передумал, - Да я же шучу. Ты чего так испугался? - Очень смешно тебе наверное, Зеленов, да? Давай теперь ты будешь отвечать. Расскажи о бюрократизации государственного управления, - громкий голос учительницы вновь помешал нашему разговору. Пришлось отвернуться и отвечать на вопрос, но я чувствовал напряжение Степы. И почему он так отреагировал? Просто шутка же... - Садись, ладно 5 поставлю, но сам понимаешь, очень натянуто, - бесит, нормально ответил, а она выделывается. Я повернулся к Степе, он даже не посмотрел в мою сторону, но продолжал глубоко дышать. - Ну ты че? Что не так? - искренне не понимал я. - Что такое, поссорились голубки? - Иди нахуй, Лиза. - Эм, океееей. Надеюсь вы позовете нас на свою свадьбу. - Ага, обязательно, - сарказм. Степа перестал дышать, а я не отрывал от него взгляд. - Вы засоситесь еще здесь, хотя... Вам же не впервой. - Лиза, заткни свое ебало, а? Реально заебала уже, - повернулся, Степа вновь начал дышать. - Налюбовался? Два пидора сидят, скоро поебутся, хах. А ваши род... - она не успела договорить. - Лиза, что за слова? Еще и не стесняется говорить такое перед учителем. Сейчас к завучу пойдешь! Отвечай на вопрос.....