Любить нельзя забыть

      Мы едем покупать обувь. Кто мы? Я, мама и маленькая сестрёнка. Недавно переехали в другую страну, но пришлось выехать обратно на родину. А всё из-за законов и неподготовленности к тому какие документы с нас будут требовать. Не суть. Снова там, откуда бежали… Какой же тут тяжёлый воздух. Не хотелось оставаться надолго, но пришлось. Становится холодно. У меня одной нет тёплой обуви. Решение проблемы весьма скучное. Идём по магазинам. Никогда не любила это занятие, а в этот момент оно и вовсе казалось бестолковым, идиотским. На душе уже три месяца скребут не кошки, а души мёртвых. Они зовут меня за собой. Уже так долго они стонут над ухом и обещают отдых от всех сует света. И я бы повелась. Если бы не боялась стать как они. Такой же бесприютной, мстительной и коварной…       А тем временем за окном проносились улицы, прохожие, светофоры. Все они сливались в серое месиво. Осень… Ничего не поделаешь. Холодно. Автобус полон людей превращающих кислород в углекислый газ, но постоянно открывающиеся двери мешают им согреть воздух до комфортной температуры.       Я рассматриваю все эти живые манекены и понимаю что мне нет дела до их судьбы. Когда-то я смотрела на человека и пыталась угадать что у него на уме, кто он, чем занимается. Но не теперь. Теперь они заходят и выходят, стираются из памяти и не останавливают взгляда. Вот ещё одна остановка. Ещё одна компания исчезнувших и прибывших. Фу. Самой даже противно насколько циничной я стала. Лучшее, что можно сделать это отвернуться к окну и не думать. Ни о людях. Ни о себе. И уж точно о своих проблемах не стоит. Ещё не хватало расплакаться или нагрубить. Я — подросток, но лишена той безумной энергии что заставляет идти против мира. Наблюдатель. И больше ничего…       Снова остановка. Но она какая-то особенная… Появилось странное чувство. И, кажется, оно мне знакомо. Именно так я ощущала взгляд на себе любимого человека. Именно это чувство заставляло оборачиваться и встречаться взглядами, даже если я не знала где конкретно он стоит. Нужно игнорировать! Нельзя. Отпусти уже прошлое! Ты ему не нужна и он тебе тоже! Ложь. Какая же это наглая ложь. Я ведь люблю его. Да да. Все четыре года после расставания я люблю. Мы не общались и даже не виделись, но я знаю только то что помнила его и мысленно желала счастья! Всё равно не нужна ему. Я же исчезну из города всего через месяц, и возможно больше никогда не появлюсь здесь. Нельзя…       Наверное Вы уже поняли. Да. Я обернулась. Он кажется давно уже смотрел на меня. Но как только увидел мои глаза что-то изменилось. Что это? Страх в его взгляде? Презрение? Жалость? Наверное жалость. Я же ужасно выгляжу. Сегодня тот редкий день, когда я совсем не позаботилась о том какой предстать в глазах окружающих. Что это за звук? Шаги? Чьи?! Его? Ко мне? Это сон, да? Он бы никогда…! — Что с тобой? — голос властный, а от самого него веет уверенностью. Это уже что-то совсем фантастическое. Где тот неуверенный юноша, что и двух слов не мог связать рядом со мной? — Что. С. Тобой? — расстановка и чуть раздражённый тон. Что происходит? Он белены объелся или как? — Со мной всё нормально. — я попыталась натянуть вежливую улыбку, но вышло совсем неубедительно. «Врёшь ведь» читала я на его лице. Такое родное, но такое далёкое лицо. Мираж. Бред сумасшедшей девочки. — Ты мне врёшь? — поразительно, сколько иронии было в этих словах. Эта фраза и его тон… Кончено. Во мне что-то хрустнуло, надломилось, оборвалось. Сердце остановилось, как будто и не было его никогда. Вместо него появилась боль. Она пульсировала по венам, подкатывала к горлу, мешала дышать. Не знаю в какой момент этой адской боли я начала плакать, но вскоре я почувствовала как капли стекают по щекам и становится очень холодно. Холодно как в склепе забытого всеми мертвеца. Закрыть лицо руками лучшее, что пришло мне в голову. Так никто не заметит по крайней мере трясущихся рук, красных щёк и глаз, окрашенных прилившей кровью губ. Но в пучину этого холодного упоения ворвалась тёплая ладонь. Отняв руки от лица я узрела, что он сел на свободное место рядом со мной и нежно гладил по голове. Однако его глаза всё ещё оставались настороженными. Он говорил что-то, но я не могла понять смысла его слов. Потом стало яснее. Он. утешает меня? Вроде это похоже на «бедная моя», «родная», «любимая»… Потом он стал ещё более сердит во взгляде и вслед раздался неожиданный вопрос: — Ты так же плакала когда мы расстались? Я перестала понимать что происходит. Почему он это спрашивает и что вообще делает?! Зачем? Может я и отупела глобально в этот момент, но правда не догоняла. Удалось только рассеянно кивнуть. В голове был полнейший штиль. Но это не было душевное спокойствие. Это была пустота, воспоминания о недавней боли никуда не исчезли, но и сама агония уже не подавала признаков жизни. — Какой я был идиот! Я заставил тебя плакать! Придурок! — ну объясните мне, где тут логика?! — Т.ты не виноват. Я же сама. Это к тебе не относится. Ну просто… Мне не дали договорить. Хотя и сказать то было нечего. Кажется он уже и так что-то для себя понял. А я была в объятьях. В тёплых объятьях любимого человека. Я не знала его запаха, не знала его решительности, не знала, что он может быть моим спасательным кругом когда всё плохо… до этого момента. Стало хорошо. Наконец-то настолько, чтобы можно было не волноваться, не печалиться, не загоняться…       Я знаю что «ничто не вечно под луной». Но этот момент закончился слишком быстро. Мама… Да, конечно. Как же без деликатного покашливания и несуразного вопроса: — А это кто? Что ж. В первый раз я допустила ошибку и ничего маме о нём не говорила. Но теперь я молчать не буду. — Познакомься, мам. Моя первая любовь. Тот из-за кого я отшила «хорошего мальчика». И просто замечательный человек. Тут мама опешила. Она смотрела то на свою, до этого момента, правильную и примерную дочь, то на молодого парня, чья рука до сих пор покровительственно придерживала уже не дрожащее плечо. Что сказать она так и не нашлась, поэтому села обратно. Сестра, на соседнем сиденье, хихикнула и скорчила мне рожицу. А остальным в автобусе как будто и не было никакого дела. Дома, думаю, кое-кого ждёт очень долгий разговор, но я уже не двенадцатилетняя девчушка, выдержу и не такое…       Сейчас мой читатель, наверное, ждёт продолжения красивой истории любви. О том, как мы снова сошлись и как стали счастливы. Придётся вас разочаровать. Автобус начал тормозить и Ему нужно было выходить. Не говоря ни слова мы уже знали, что не будем вместе никогда. Так же как знали и то, что бесконечно любим. Что у него после меня не было других и у меня после него тоже. Знали, что, возможно, сейчас наша последняя встреча. Мы всё это видели яснее, чем могли бы разглядеть ангелы с небес. Он в первый и последний раз подарил мне поцелуй в ушко, и вышел из автобуса. Первый раз он был таким храбрым, первый раз сидел так близко, обнимал так нежно. Первый и последний.

***

      Прошло много лет с той самой последней встречи. Я уже взрослая дама. Психолог, помогающий людям обрести себя. Скоро моя свадьба. Шьётся платье на заказ, заключён контракт с агентством по организации празднеств, все подруги бегают по магазинам в поисках платьев, туфель и аксессуаров. Мой будущий муж валяется на кровати и мечтает о нашей первой брачной ночи. А я вспоминаю юность и свою первую любовь. Мы так и не встретились с ним больше ни разу. Но я и не желаю. Помнить хорошие моменты прошлого мне достаточно. В соседней комнате лежит мой мужчина, и я знаю, что он любит это недоразумение в моём лице. А что на счёт меня самой? Не знаю. Я уважаю и ценю его больше всех, а вот смогу ли полюбить покажет только время.