Пятница и мой личный искуситель

Парень сладко спал, сквозь сон почувствовав сначала холодок, который прошёлся по всему телу, от макушки до пальцев ног, следом последовал скрип кровати и резкое ощущение впившихся зубов на правой ягодице. Громко вскрикнув и распахнув свои глаза, которые уже были готовы вылезти из орбит, он медленно оборачивается на человека, который посмел во-первых, разбудить его, а во-вторых, покушаться на его зад, но застывает. "— что, чёрт возьми, он здесь делает?" Рядом с ним лежал юноша с хитрой улыбкой и кошачьим взглядом, который, скорее всего, в отличие от младшего прекрасно помнил все детали их встречи и взаимодействий. В висок ударяет головная боль, а следом и воспоминания вчерашнего вечера.                                *** Пятница. Раннее утро. Джисон. который совсем забыл про сегодняшнюю сессию по точным наукам. Ну всё, можно заказывать гроб. Брюнет с забвением сердца подходит к нужной двери, у которой толпились не менее напряженные однокурсники. Все что-то повторяли, готовились к очередному моральному изнасилованию и запивали горстки успокоительных водой, то ли чтоб они 100% подействовали, то ли чтоб просто отключиться и не сдавать эту конченную геометрию и другие предметы, которые входили в этот зачёт. Ещё и как назло, вёл у них один из самых популярных преподавателей университета, который прославился своим сложным характером, умудряясь заваливать даже отличников. Его лекции всегда были достаточно интересными, он старался понятно доносить нужный материал до студентов, но и требования у него были очень высокими. Ну, так то, необходимая информация была дана, а то, что другие это не выучили — не его проблемы. Оценивал Ли Минхо тоже всегда довольно жёстко, даже если понимал, что человек этот материал знает и готовился к сдаче. Если он заметит замешательство в твоём поведении, относящееся к заданному вопросу или какой-то определенной детали, на первый взгляд совсем незначительной, то жди гору вопросов, затрагивающих именно это. И этот опрос он не завершит, пока до конца не прощупает человека, пусть даже если видит, что студент вообще не готов, нужно же нервы потрепать за то, что на сдачу забил. Каким бы мудаком он бы ни был в университете, на самом деле являлся достаточно мягким и добрым человеком, который заботился о других, что совсем не скажешь, зная его только как преподавателя. Да и на внешность, гад такой, Минхо был очень привлекательным молодым человеком. Вот и всё, так и настала очередь Хана сдаваться в руки этому зверю. (Кто бы мог подумать, что чуть позже эта фраза будет означать иной смысл) Желая быстро отстреляться, брюнет зашёл в аудиторию и стремительно направился к профессору Ли, но тот, заметив эту слишком уверенную походку, словно поглотил его настрой. И теперь, всё стало совсем, да наоборот. Старший властно сидел, немного развалившись на своём месте, в глазах можно было прочитать едва уловимую ухмылку, пока младший, дойдя до своей цели, стал вновь зажатым и мялся около учителя, пытаясь вспомнить свою «дерзкую» речь, которую придумывал целое утро вместо того, чтоб повторить хоть какой-то материал. — Хан Джисон, мне показалось, вы хотели мне что-то сказать. Если вы думаете, что я умею читать мысли, то очень ошибаетесь. — он пожал плечами, рассматривая лицо парнишки напротив. — ваша очередь ещё не наступила, поэтому если вам сказать нечего, идите занимать себе место. — выжидающе сказал рыжеволосый. — я не готовился, до свидания. — пробурчал Джисон и поспешил к выходу из помещения, но оказался окликнутым. — куда собрался? Сядь на место и ожидай своей очереди. Ну вот, кажется, всё ещё хуже, чем можно было подумать. Он точно хочет его убить, сожрать, закопать, пришибить, прибить, кокнуть, прикончить, задушить, сравнять с землёй, затоптать, отрубить голову и ёбнуть (читать, как выебать). Некрофил блять. Как и ожидалось, опрашивал Ли, как какой-то голодный чёрт, который только что выбрался из преисподней. Жадно цепляясь за каждое слово бедного парнишки, который уже в открытую говорил, что к этому не готовился, закусывая свои губы от волнения. Вот же подлец, специально заставляет переживать по этому поводу. Кажется, что из этой аудитории Джисон не выходил, а выбегал сломя голову, чтоб поскорее завалиться домой и заедать своё горе, смотря какие-то сериальчики. Просидев под пледом до самого вечера, Хан понимает, что обычной еды и просмотра разных фильмов не хватает, поэтому он встаёт с кровати, подходит к шкафу и начинает себе выбирать супер-дед инсайд образ. Волосы он предпочитает оставить такими, какие они есть, а то есть достаточно лохматыми. На себя же одевает чёрные джинсы, которые не так сильно облегают по стройным ногам, и свободную чёрную футболку. Часов в 8 вечера он выходит из своего укрытия и в полной готовности пропить все оставшиеся мозги, шагает к ближайшему ночному клубу. Вечерний воздух уже успел достаточно остыть, поэтому щёки и нос начинает немного щипать, делая их красными. Пальцы на руках, кажется, тоже скоро отвалятся, из-за чего страшно подумать, что же будет зимой. Рыжеволосый выходил со своей работы позже, чем обычно, сегодня выдался достаточно трудный день, особенно если учитывать то, что он принимал зачёты. Не забываем конечно и про такого парня, как Хан Джисон, который лишь одним присутствием уже всё усложняет. Минхо нравилось заставлять его нервничать рядом с собой, видеть, как бегают его глазки, когда он не знает, как лучше ответить или среагировать, ведь прекрасно понимает, что старший читает его, словно открытую книгу. Он жил через 5 остановок от универа, поэтому дойдя до нужного места, стал ждать автобус, параллельно листая ленту в своём телефоне. Подняв взгляд, ему на глаза попадается знакомый парень, который направлялся в сторону одного из ночных клубов, если конечно Ли не подводит память. "— посмотрим, чем это ты вместо подготовки к моим зачётам занимаешься." — подумал старший и, плюнув на автобус, который уже виднелся на горизонте, перешёл дорогу, следуя за ним. Он уже успел приметить стройные ножки своего студента, которые сейчас хорошо подчёркивались этими чёрными джинсами, за причёску тоже отдельный лайк, подписка, репост и тому подобное. Джисон уже минут 10 назад зашёл в здание, которое выделялось светодиодной вывеской с названием самого заведения. Другой же решил немного подождать на улице, где уже была слышна музыка. Внутри эти мелодичные биты отзывались пульсирующей головной болью, которая успела образоваться в первые секунды посещения этого места. Чуть позже, это уже не будет так заметно, ведь парень перейдёт к своему плану, а пока что остаётся ждать полной адаптации к этому шуму. Младший уже успел выпить пару алкогольных коктейлей, завязав немного странный диалог с барменом. Тот выглядел довольно дружелюбно, даже пытался тоже что-то говорить от себя, но думаю, все понимают, что он бы был рад продолжить свою работу в тишине. Ну, как сказать «тишине», без лишней болтовни и разговоров. Жалуясь на своего преподавателя в университете и на то, как тот специально мучает его, Джисон не заметил, как на стул рядом с ним кто-то приземлился. Парень продолжил рассказывать свои драматичные тирады о его убивающей любви к некому Ли Минхо, который, такой негодяй, издевается над бедным мальчиком. А, самое главное, он ведь совершенно случайно забыл о грядущей сессии, а тот так с ним поступил. Ай-ай-ай. Когда Хан на какое-то время затих, Ли решает наконец-то подать голос и попросить бармена сделать ему 2 шота чего-то покрепче. Тут то до младшего и доходит, кто именно сейчас сидит рядом с ним. Он медленно поворачивает голову, будто боится быть замеченным, но тут же сталкивается взглядом с карими глазами напротив. — чего затих, Сони? — с хитрым прищуром произносит старший, а его голос эхом разносится в голове юного парнишки. Кажется, ещё немного и у него начнёт дёргаться глаз. Перед Минхо поставили 2 шота, которые он заказывал ранее, и тот кивнув, пальцем подвинул один в сторону растерянного Джисона. — я угощаю. Младший, наверное, боялся даже дышать рядом с ним, особенно после того, как тот услышал его пламенные речи. Но алкоголь, который он пил до этого, дал о себе знать, приятно ударив в голову. Он начал немного расслабляться, развязывая свой язык всё больше, теперь у него появилось ещё пару функций. Хан выпил содержимое стакана, который ему подсунул старший. Далее было сделано ещё около трёх таких подходов. Ли старался сильно не напиваться, а вот младшему мог позволить это сделать, даже с радостью. Он видел, как в глазах Джисона становится меньше и меньше здравого рассудка, и тот подвигается всё ближе и ближе к учителю. Минхо тихо сидел и слушал пьяные бредни парня, проводил лёгкими касаниями вдоль его руки, от запястья и до края плеча, улавливая каждые мурашки, которые пробегали по юному телу от таких простых махинаций. — сладкий, ты случайно не сахар? Тогда почему такая сахарница? — ... В какой-то момент Хан замолчал, всматриваясь в глаза старшего, ну а тот решил, что пора ловить этого зверька в свою клетку. Он наклонился чуть вперёд к чужому лицу, еле касаясь своим носом носа другого и опалял горячим дыханием. Долго это не продлилось, так как план — планом, а младший то всё-таки нравился Минхо. Ли неожиданно (ну да, конечно) накрывает его губы своими, сразу же начиная их медленно и аккуратно сминать, стараясь не спугнуть парня. Все громкие звуки, песни и крики затихают, сливаясь лишь в один отчётливо слышный звук — стук сердца. Уши словно закладывает, а они оба будто проваливаются в бездонную пучину чего-то неизведанного. Каждый из них уже давно мечтал почувствовать этот вкус таких желанных губ, который являлся к ним во снах на протяжении месяцев. И вот сейчас, когда их языки пляшут в горячем танце, они наконец-то чувствуют некое облегчение, ведь получили то, чего так жаждали долгое время. Джисон уже давно успел пересесть на колени старшего, трепетно обвив тонкими руками шею Минхо, пока тот одной рукой прижимал его к себе за талию, а другой блуждал от колена, поднимаясь всё выше к бёдрам и упругим ягодицам, позже сжимая в своей руке. Он получает томный выдох себе в губы, и это является конечным рывком к безвозвратности. Парни отстраняются друг от друга, оставляя между собой ниточку тянущейся слюны, заглядывают друг другу в глаза, и тут младший выдаёт, — к тебе или ко мне? Ухмыльнувшись на такой вопрос, тот аккуратно спускает Хана со своих коленей, после чего хватает его за руку и тянет в сторону выхода сквозь толпу таких же пьяных людей, которые пришли сюда, чтоб забыться в череде необдуманных решений. Да простит их бармен Ян. От накатывающего желания, до дрожи в руках и ногах, у Джисона еле получается открыть свою квартиру. Двое парней вваливаются внутрь, один поспешно закрывает дверь на ключ, после сбрасывая с себя уличные вещи, другой, скидывает куртку и быстро освобождается от пыльной обуви. Будто на счёт «1, 2, 3» они одновременно толкаются вперёд и сливаются в очередном поцелуе. Младший сначала оказывается прижатым к стене, умудряясь почувствовать уже достаточно твёрдую плоть, что утыкалась в его бедро сквозь ткань штанов. Самому же джинсы уже тоже ужасно мешали, поэтому кое-как разорвав этот поцелуй, повёл старшего в свою комнату. Он толкнул того на кровать, усаживаясь поверх его бёдер и немного поёрзав на месте, наклонился над лицом, возобновляя начатое дело. Хоть Минхо и находился сейчас снизу, показывать кто тут главный ему это явно не мешало. Он начал целовать более напористо, заставляя младшего приоткрыть свой рот, чтоб запустить туда свой юркий язычок, который при попадании внутрь начинает гулять по всей полости, проскользив по каждой стеночке и десне, втягивает поочерёдно то верхнюю, то нижнюю губу парня, чуть прикусывая, на что в ответ получает тихое мычание. Минхо резко отстраняется, одновременно поменяв друг-друга местами. Теперь уже точно видно, что тут доминирует он. Старший начинает блуждать руками по горячему телу под футболкой, в одно движение избавляясь от ненужной ткани, в то время, как припадает губами к шее младшего, оставляя мокрую дорожку из поцелуев и позже расцветущих засосов. Кусает нежную кожу, тут же зализывая эти следы, пока парень под ним продолжает плавиться и не может найти себе место от сильного возбуждения. Из его рта вырываются пошлые выдохи и тихие постанывания, от которых старшему явно скоро просто снесёт крышу. От шеи, рыжеволосый переходит к твёрдым соскам, вбирает одну горошину в рот и нежно обводит её языком, а другую, поместив между пальцев, слегка оттягивает. Джисон же, громко простонав, уже начинает возмущаться, хныча от нетерпения. Младший кусает старшего за плечо, а после уже самостоятельно тянется дрожащими пальцами к пуговицам на рубашке учителя, чтоб скинуть эту чёртову мешающую вещь куда-то на пол. Через какое-то время они оба предстали перед друг другом абсолютно голыми. Им хотелось прочувствовать жар возлюбленного каждой клеточкой души и тела, поэтому руки обоих по-хозяйски блуждали по чужим изгибам, а губы старались не пропускать ни одного миллиметра. Отвлекая Хана на очередные ласки, старший решает, что пора переходить к растяжке, так как ни он, ни Джисон, вряд ли выдержат ещё какое-то время без такой близости. Минхо аккуратно проталкивает внутрь младшего сначала одну фалангу, а после и весь палец, одновременно слегка надавливая на уже довольно влажную от предэякулята головку члена, размазывая его по всему стволу, чтоб заглушить возможные неприятные ощущения. Он аккуратно добавляет второй палец, продолжая растягивать Хана в манере ножниц, пока тот мог периодически шипеть под ним. Чуть позже, в Джисоне свободно двигались уже 3 пальца, а он безболезненно толкался им навстречу, издавая тихие стоны, естественно, желая чего-то большего. В один момент пальцы касаются того самого заветного комочка мышц, из-за чего младший сильно выгибается в спине и несдержанно стонет, умоляюще посмотрев на Ли. Тот лишь похотливо улыбался, глядя на такого открытого, в прямом смысле слова, и нуждающегося младшего перед собой. Возможно, со стороны он выглядел, как голодный зверь, наблюдающий за своей жертвой, хотя почему «как»?.. Старший вытаскивает пальцы из разгорячённого тела, улавливая разочарованный выдох, наклоняется к уху брюнета, и еле касаясь губами спрашивает, — Хани, ты хочешь, чтобы я тебе помог? Младший кивает головой, в надежде на то, что этого будет достаточно. Но это был бы не Минхо, если бы он дал сейчас Джисону то, чего он желает, поэтому решил слегка поиздеваться над ним. — тогда попроси. — уже более властным тоном произносит старший, облизывая мочку уха того. — прошу, помоги мне, — выдавливает из себя Джисон, а желание укрыться одеялом с головой накатывает всё больше. — и как же мне тебе помочь, Хан-и? Щёки младшего начинают гореть, а язык не поворачивается для таких слов, Ли Минхо, разве так можно? Ну всё, жди того, что в следующий раз он будет жаловаться тому парнишке за барной стойкой уже на это, если вспомнит конечно. — хён, я хочу почувствовать тебя внутри себя. Это было сказано очень тихо и невнятно, но для Ли хватило, чтоб его тормоза уже полностью отказали. Руки старшего намертво оказались прицеплены к бёдрам младшего, он аккуратно толкается и входит наполовину, следя за меняющимися эмоциями на лице Хана. Да, член — это ему не 3 пальца. Когда старший понимает, что тот уже не испытывает какой-то боли и дискомфорта, начинает медленно двигаться внутри него, войдя уже до конца. Тишину ночи разбавляют звонкие шлепки влажных тел друг об друга и бархатистые стоны, которые наполняют каждый уголок этой небольшой комнаты. Лунный свет, что пробивается сквозь окно, падает на два обнажённых тела, на двух людей, которые пытаются раскрасить эту ночь страстными оттенками, что проявятся бордовыми метками на их телах утром. Двух людей, которые спустя долгое время наконец-то объединились и хотят одарить друг друга своей неугасающей любовью. Жаркие вздохи, еле уловимый шёпот, в котором не всегда удаётся понять суть сказанного, нежные поцелуи и трепетные прикосновения, которые после переходят в жёсткое втрахивание податливого тела Джисона в кровать. — Хан-и, ты будешь встречаться со мной? — словно невзначай шепчет старший, пока парень под ним запрокидывает голову с закатанными глазами и не может произнести ни слова. Попытки отдышаться тоже оказываются провальными, а когда Минхо решает поменять угол проникновения, воздух из лёгких вообще предпочитает полностью испариться. Пару попаданий по чувствительному комочку мышц и разрядка не заставляет себя ждать, она волной находит на младшего, и он незамедлительно изливается себе на живот, в сопровождении с громким стоном. Горячие стенки сжимаются, сдавливая член Ли внутри, и он тоже в скором времени заполняет младшего тягучей беловатой жидкостью. Рыжеволосый падает рядом с уставшим Джисоном, подминая его себе под бок, утыкается ему в шею и вслушивается в тихое сбитое дыхание младшего. Когда оно наконец-то восстанавливается, Хан поворачивается лицом к Минхо. — буду. Старший глупо лупает глазками, пытаясь понять к чему сейчас было сказано это несвязное "буду", пока наконец не слышит полное предложение. — да, Хо, я буду встречаться с тобой. — улыбается младший, рассматривая счастливые глаза напротив. *** — погоди, то есть ты просто споил меня и мы переспали? — возмущённо проговорил Джисон, сидя в одеяле около старшего. — ну, получается, что так. — парень зевает, пока слушает все претензии в свою сторону. — И ты так просто это подтверждаешь? — Хан-и, успокойся уже. Зато в следующий раз ты не забудешь про мой зачёт. Младший тяжело выдыхает, падая обратно на свою подушку и закрывает лицо руками. Минхо же наоборот виснет над ним, пытаясь открыть вид к его лицу, чтоб всунуть ещё пару словечек. — я, кстати, теперь твой парень. И если ты сейчас не пойдёшь на кухню и не приготовишь мне поесть, то его скоро не станет, — драматично вздыхает старший, — не делай такое недовольное лицо, я же знаю, что ты меня любишь. ~The end~