Шахматный блицкриг

Вскинув глаза, я внимательно присмотрелась к реакции своего любовника. Несмотря на то, что сейчас главенствующая роль была не его, никакого волнения и беспокойства по этому поводу тот не выказывал. Но я, словно чувствовала, что еще немного и он просто взорвется. Наклонившись вперед я коснулась губами его поджатых губ, обжигая горящим пламенем желания и предвкушения. Поттер, ощутив всю эту бурю на себе мгновенно расслабился и подался вперед, обещая мне всю головокружительную симфонию этой ночи. Гарри прерывисто вздохнул и запустил пятерню мне в волосы. А когда ощутил, как мои свеженаманикюренные ноготки прошлись по его груди, остановились на соске и несильно надавили, задрожал от предвкушения. В этот момент мои руки были самыми нежными, но в то же время умело доставляли мужчине удовольствие, граничащее на острие с болью. Пальчиками очертила ореол затвердевшего соска, массируя вершинку, делая ее все тверже и чувствительнее. А потом, в момент, когда Поттер не ожидал подвоха, расслабившись в истомной ласке, крепко стиснула сосок, немного выкручивая его и оттягивая, тем самым вырывая из груди мужчины пронзительный стон. Еще раз потянув его и резко отпустив, медленно подула на крошечную горошинку и поцеловала грудь в районе сердца. Жар обжигал и заставлял мысли в голове путаться, но то, с каким видом, сильный и гордый Поттер сходил с ума, подгонял любопытство и грозил свести с ума. Оторвавшись от него, я склонилась еще ниже, языком приласкав покрасневший сосок и немного оглаживая, словно в благодарность за трепетную реакцию. Моим любовникам всегда нравилось, как умело я играла с ними и как заставляла все мысли вылетать за пределы реальности. Моих навыков с лихвой хватало на то, чтобы часами стимулировать лишь соски, доводя до сумасшествия. Посасывая нежную кожу, кончиком языка теребила горошинку, в то время как пальчиками оттягивала второй соск, дразня легкими движениями на полном контрасте с зубами и губами. Мужчина постанывал, запрокинув голову, прикрыв глаза и закусив губу в сексуальном напряжении. Его сильные, тренированные руки впились в обивку дивана, а бедра сами собой слегка приподнимались, требуя уделить внимание стоявшему колом члену, который моей милости так и не дождался. Желание ослепляло, но я не спешила останавливать игру и отдаваться в объятия полноценного секса. Если свободные отношения научили меня чему-то, то это было осознание того, что прелюдия, намного интереснее тривиального полового акта, каким бы страстным он не был. Слегка отстранившись, удовлетворенно осмотрела дело рук своих: крепко сжавшиеся соски, напряженное лицо, истекающий смазкой член. В это мгновение казалось, что передо мной сидит само воплощение порочности в концентрированном виде. Его жена была полнейшей дурой, если не смогла разглядеть жесткую, охочую до ласк натуру, за каменной стеной военного мундира. Ловко сжав один сосок, чтобы в следующее мгновение услышать короткий вскрик, я острыми зубчики зажима сжали вершинку, фиксируя первую игрушку на законном месте. Кажется, выбор был сделан удачно и я потонула в захватывающем водовороте чужой магии. Поттер распахнув глаза, ошалело уставился на меня, и в его глазах я видела свою собственную улыбку, когда с удовольствием тянула за цепочку, увлекающую за собой сосок. Холодное серебро удерживало мягкую плоть в зажиме и вытягивало сосок, причиняя сладкую боль, граничащую с удовольствием. Спина брюнета выгнулась, а смазка мутными каплями покрыла практически весь член, сочась из крошечного отверстия на головке. Так сильно захотелось слизать все это, но я удержала себя от столь поспешных действий, напомнив о том, что это игра носит совершенно иное значение и должна продолжаться до самой полуночи. — Великолепный вид, — томно проворковала я, ослабляя натяжение и легкими круговыми движения приходясь по другому соску, заставляя сосредоточить все внимание на нем. — Я бы никогда не подумала, что под этой строгой формой, скрывается такое распутство. А ты никогда не думал о том, чтобы проколоть соски? Хотя… Нет, у вас же общие душевые, будет непросто, если кто-то еще заметит то, как из-под твоей парадной формы проглядываются вставшие вершинки с аккуратными колечками в них. Так что пока придется довольствоваться зажимами. — Черт! — хрипло простонал мой любовник и, в тот же миг, громко зашипел, когда второй сосок обжег укус зажима. — Это уже не карточный долг, это какое-то издевательство! Цепочка опала между покрасневшими вершинками, уложившись на загорелую грудь стальными переливами света. В свечах мрачной комнаты, я видела, как он сам отклонился назад, позволяя мне любоваться совершенно расхристанным видом. По широкой груди соскользнула бисеринка пота. Соски потемнели, зажатые серебристыми аккуратными зажимами с зубчатым краем. Изящная цепочка так и просилась потянуть за нее, что я собственно и сделала, поддавшись соблазну. Аккуратно подхватив ее я потянула за прохладные звенья, не успевшие впитать в себя тепло человеческого тела, и любовник изогнулся дугой, гортанно застонав и распахнув искусанные губы в мольбе. Я пьяным от вседозволенности взглядом окинула извивающегося в моих руках брюнета, подмечая: румянец на смуглых щеках и крепкой шее, пот, скатывающийся по накачанному прессу, подрагивающий член с покрасневшей головкой, жаждущий ласк и полузакатившийся взор расширенных очей. Покорный, принимающий враг, которого так давно хотелось уничтожить, возбуждал похлеще самого горячего порно, до цветастых мушек перед глазами и мокрых пятен подо мной. Это было отдельным видом помешательства, от которого не хотелось отказываться и в то же время, так сильно манящее к себе запретное наслаждение. Втянув через нос обжигающе горячий воздух, наполненный запахом возбуждения и пота, я не удержалась и шально улыбнувшись, подалась вперед. Наклонилась и медленно слизнула бисеринку пота с подрагивающего живота, вновь потянув за цепочку и все же сомкнула губы на сочащейся смазкой головке. Поттер шумно вздохнул, и я решилась на следующий шаг. Резко дернув рукой, я постаралась проконтролировать силу, но кажется, все же вышел перебор. Мужчина застонал, тихо вскрикнул и выругался сквозь плотно сжатые зубы. Поттер кончил мне в рот, сжимая зубы до скрежета и пальцами стискивая обивку ни в чем не повинного дивана. Подняв взгляд я отметила, как соски порозовели и набухли от притока крови и неласкового обращения. Возбуждение и цветные пятна перед глазами не позволяли расслабиться ни на мгновение. Мне грешным делом начало казаться еще немного и я сама наброшусь на такого развратного в это мгновение любовника. Он все еще развалившись на диване тяжело дышал и приходил в себя. По его поплывшему взору было ясно, что тот балансировал где-то на грани яви и возбуждения, которые застилали здравый смысл и адекватность, превращая в дикое и необузданное животное, живущее лишь на инстинктах. — Как ты? — я оперлась локтем о край столика, крутя в пальцах цепочку, которая все еще мелодично звенела. — Надеюсь, это был приемлемый для тебя уровень? — Это было слишком, — прохрипел он. — Сладко… Ты реально нечто. Никогда бы не подумал, что БДСМ реально может так заводить. Черт! Я всю жизнь считал подобных людей конченными извращенцами, которых нужно лечить. А тут завелся и кончил только от того, что с моими сосками проделали все это надругательство. Сейчас мне хочется растечься перед тобой лужицей и позволить делать с собой все, что твоей душе заблагорассудится. — Что ж тогда играем дальше, — ухмыльнулась я, проведя пальчиками по намокшей ткани собственных трусиков. — Я все еще собираюсь опробовать на тебе максимальное количество фантов из вазочки. Там есть просто нереальные. — Ты верно шутишь? — нахмурился Поттер, но я уже легко скользнула в кресло, занимая свое место для игры. — Ведьма! Как можно тебе сопротивляться, когда ты так нечеловечески соблазнительна? — Да, — невинно взглянула я на него. — А ты хотел, чтобы этот вечер завершился на том, что ты кончишь мне в рот и пойдешь в свое семейное гнездышко видеть радужные сны, а мне придется прибегать к помощи душа и вибратора? Ну уж нет! Даже Малфой занят сегодня практически на всю ночь! Я же хочу секса, потому имей совесть и сажай свою аппетитную задницу обратно за игровой стол. У нас еще много времени до рассвета. — Ты серьезно думаешь, что в таком состоянии я смогу играть? — он выразительно взглянул на меня, обводя руками напряженный член и саднящие, припухшие соски. — Тут уже не до игр, знаешь ли! — Почему нет? — ухмыльнулась я в ответ. — Ведьма! — прохрипел он, но все же занял позицию для очередного сражения. — Я сдаю карты, — поерзав на месте я постаралась сесть удобнее, ведь сама сгорала от возбуждения. — Последняя партия в которой попробуешь взять реванш? Думаю, на большее никого из нас уже не хватит. Честное слово, это выше моих сил. — Кажется, что я уже полностью в твоей власти, — мрачно хмыкнул Гарри. — Последняя партия на полноценное желание, а не на эту дрянную вазочку. Победитель получает полную власть над проигравшим до самого рассвета. — О, ты так уверен в себе? — коварная ухмылка не сходила с моих губ, пока тасовала колоду. — Не ожидала от тебя такого, честное слово, это заводит. — Все или ничего, я иду ва-банк, — проскрежетал тот зубами, взяв в руки карты. — Похвально, — буквально промурлыкала я, играя на нервах своего любовника. — Но не забывай, что в царстве порока удаче нет места. Червовая десятка легла под стопку, ознаменовав начало финального сражения. Поттер демонстративно опустил руки, тут же зашипев, когда пальцы прикоснулись к напряженной плоти, посылая разряд наслаждения, смешанного с болью от слишком долгого сдерживания. В какое-то мгновение я даже забеспокоилась, что он вот-вот кончит, но нет, это явно было шоу для одной единственной зрительницы. Он должен был в обязательном порядке придумать какое-нибудь наказание мне в отместку. Но грань удовольствия была так близка, что любая перспектива почти не пугала. Ключевое слово «почти». Ибо саму себя я все же немножко побаивалась. Любовник одарил меня тяжелым взглядом, но как же хорош был вояка в своем разнузданном совершенстве, что сердился и противился моей воле. Тут даже расстраиваться не выходило, настолько сладкой была конфетка и так сильно хотелось ее сожрать. Тяжело вздохнув, мысленно уже заранее была готова к проигрышу, хотя упорно укладывала карты перед собой. Да и комбинация на руке была весьма хороша. Три козырных старшей масти, не считая дамы на кону и туза, который явно был у соперника. Остальное я оставляла на откуп высших сил, ибо впервые на своей памяти, считала отбой через раз и то больше по привычке, чем с намерением победить. Я даже позволила себе ухмыльнуться, когда он съехал чуть ниже по спинке дивана и раздвинул ноги, позволяя любоваться переливающейся в свете свечей, алой головкой, истекающей смазкой. Пальчики сжались и предвкушение азарта подкатило к горлу удушающей волной. Мужчина напротив тихо захрипел сквозь плотно сжатые зубы, выгибаясь в сладких судорогах, едва не вскочив. Тело омыла горячая волна, хлестнув по оголенным нервам с такой силой, что я подумала, что могла бы любоваться вечно, этим совершенством. Яички поджались и семя брызнуло на карты, пачкая здоровенную пятерню и красно-белый веер. Поттер сотрясался в оргазме, гортанными стонами побуждая во мне желание. Пока я продолжала любоваться своим соперником, медленно поглаживая пальчиками между ног. Влага полностью покрывала кружевную ткань и пачкала бедра. Я не могла отвести взгляда от перекошенного страстью и желанием лица. Он был великолепен. Весь... С головы до пят… Просто божество какое-то в чистом виде. Но в то же время, именно это позволяло мне осознавать, насколько опасно дразнить такого хищника. Ведь сожрет же и не подавится. Да, что уж там, даже не задумается над тем, оставить меня в живых или убить. Открыв, наконец, глаза, одарил меня расфокусированным взглядом пылающих страстью глаз. Поттер непонимающе пару раз моргнул, медленно выплывая из марева дурмана, который затмевал разум и превращал мир в расплывчатое нечто. Карты медленно легли на стол передо мной и я опустила взгляд, чтобы узреть четыре туза вместе с козырным и следующие за ними две шестерки. Пару раз моргнув, я непонимающе уставилась на нагло щурившегося любовника, который рассматривал меня с каким-то научным интересом. Словно взаправду был хищником и теперь примерялся к тому, как бы ловчее сожрать. — Я проиграла? — удивленно произнесла я. — Я почти не удивлен, — хрипло, со смешком выдохнул он, вздрогнув всем телом. — Ты почти не следила за игрой. — Итак, — я тряхнула головой, отгоняя мысли в сторону, — твое желание? Я вся ваша, до самого рассвета, как мы и договаривались. — Хочу опробовать на тебе веревки, — мурлыкнул мой противник и прищурил глаза, подобно довольному коту. — Я уверен, ты не впервые слышишь об этом. — Шибари? — удивленно приподняла я бровь. — Только не перестарайся. Хоть веревки и зачарованы, но и ими можно доставить массу неудобств. — Но ты же меня всегда поправишь или остановишь? — лукаво смотрел тот на меня. — Конечно, — кивнула я головой, — стоп-слово «апельсин». Как только его услышишь, сразу же, немедля ни единой секунды, прекращаешь все! — Хорошо, пусть это и странно, но я запомнил, — кивнул головой Поттер. — Это не странно, — скривилась я в ответ, — это моя безопасность. Прости уж, но тебе я не доверяю, по крайней мере не на столько, чтобы отдаваться целиком и полностью. Тут нужны годы, а не одна партия в карты. Мужчина едва не чертыхнулся. Я умела поставить на место одними словами, практикуясь на всех подопытных и заставляя людей пресмыкаться перед наглостью и самоуверенностью достопочтенной леди из богатой семьи. Однажды это поможет мне достичь тех самых заоблачных высот, о которых я грезила ночами, ну а пока, мне стоило сконцентрироваться на том, что происходило в комнате. Веревки в руках Поттер смотрелись вполне сносно. Алые, плотно скрученные, они змеились сквозь смуглые пальцы и зачаровывали меня. Он подошел ко мне, медленно, позволяя насладиться каждым мгновением. Я тяжело сглотнула, любуясь им, мысленно сравнивая с эталоном мужской грации и изящества. — Сядь, — приказал он. — Руки за спину, ноги раздвинь и подними голову, я хочу видеть твои бесстыжие глаза. Алые гладкие веревки крепко обхватили мое тело, соединяя сложенные за спиной руки, лишая возможности что-либо сделать и как-то помешать данному процессу. С каждым новым витком я ощущала, как в груди разгорается пожар. Я в самом деле думала, что Поттер просто решил проверить на мне свою блажь, но, кажется, он полностью отдавал себя тому, как связывал меня этими широкими витками. В этой ситуации от меня ничего не зависело и это немного волновало и подстрекало ощущения в груди. Петля легла на шею, не крепко, давая шанс остановить все это. — Откинься на спину, раздвинь ноги и подними их к животу, — тихий, мягкий голос успокаивал, ласкал и проникал в каждую клеточку. Гладкая ткань стянула ноги и прижала их к закрепленным за спиной рукам, не позволяя пошевелиться и пойти против воли доминанта. Пальцы любовника ловко порхали, туго стягивая замысловатый узор плетения, отсекая любые попытки к сопротивлению и раскрашивая мир в голове в разноцветные краски. Я была полостью раскрыта перед ним, и лишь кружевная полоска промокшей ткани, отделала мое естество от стоявшего колом члена. Вновь возбужденный и жаждущий, дрожащий от каждого малейшего вздоха, он покачивался из стороны в сторону и манил, как никогда прежде. Закончив работу, любовник отошел на несколько шагов, любуясь своим творением. Магическая волна мягко подхватила меня и увлекла за собой, опуская на прохладные простыни постели. В это мгновение Поттер напоминал бога, сильного, жесткого, всевластного, совершенно не стесняющегося своей наготы и порочности. Подобно самому сладкому греху на планете, он смотрел на меня голодным взглядом хищника и от этого хотелось стонать. Он одним этим пробирал до костей и залезал под кожу. Одурительно хорошо и в то же время, до смешного плохо. Я терялась в ощущениях и не понимала, как вообще вести себя с ним. Словно загнанная в ловушку птичка, я билась в своих путах, но не могла ничего сделать. Поттер оказался идеален даже в этом, казалось бы, сложном действе. Возбуждение уже шумело в ушах и не давало мне расслабиться, ни на мгновение забыться в дурманящей пелене. Его глаза осматривали меня с голодной страстью и в них притаилось ни с чем не сравнимое желание. Такое жаркое и вкусное, что я мечтала попробовать его на вкус. Он не удержался, лаская провел подушечками пальцев по моим разведенным бедрам, очертил кружево трусиков и поднялся вверх, к подрагивающему животу. Шершавые, грубые пальцы могли бы испугать многих, но неизменно притягивали мой взгляд. Потому что за ними таилась такая нежность, что порой казалось, я задыхалась в его объятиях не имея возможности отказаться. Он моя добыча, цель, которая обязательно должна покориться. И в то же время, самый дикий и необузданный монстр, с которым было так интересно и забавно. Его всегда холодные, бездушные глаза сейчас пылали так, что в них хотелось утонуть. Ибо казалось, что они разрывали все преграды и проникали под кожу, подобно сладкому яду. Я видела в них покорность и предвкушение, алчность и страх, вожделение и самоотдачу. Зрачки расползлись, практически вытеснив радужку и собрав ее тоненькой, переливающейся полосочкой. Губами, мужчина поймал теплые пальцы и демонстративно облизал пару раз, давая мне время насладиться шоу. Я лишь пошло улыбнулась на его действия, подаваясь всем телом и побуждая его наконец-то заняться мной. Судорога прошлась по каждой клеточке и закралась под кожу, проникая в солнечное сплетение и растекаясь лавой по всем конечностям. Руки и ноги начали медленно затекать от неудобной позы и от того, что были надежно зафиксированы. Как бы я не хотела освободиться, ничего не получилось бы. Лишь стоп-слово было способно ослабить алые веревки, которыми сейчас было скованно мое тело. Но желание произнести его и остановить игру я в себе не находила. Предвкушение оказалось намного сильнее и било так, что меня едва не подбрасывало на постели, от каждого прикосновения шершавых пальцев.