Gentle and dangerou

Последние несколько недель выдались выматывающими, однако, несмотря на нескончаемый список дел и поручений, путешественница не валилась с ног, хоть и не испытывала энтузиазма, обычно движимая альтруизмом. Девушку посылали по раскиданным регионам, что находились за тысячи метров, притом будто нарочно выбирали последовательность мест выполнения заданий. И каждый поход с учётом спонтанной работы, ведь стоило пройти меньше трети пути, что-то обязательно шло не так. Лагеря встречающихся хиличурлов, их больших братьев, магов бездны, стражей руин, мимо которых не пройдёшь незамеченным, слаймы, бандиты и даже растения. Множество потенциальных врагов, после победы над которыми случается и отхватить приятный бонус в виде съестных запасов и артефактов. Но благодаря подобным событиям девушка становится сильнее. Опыт в сражениях способствовал уменьшению вероятности вернуться изувеченной до неузнаваемости, ранений становилось всё меньше, вследствие этого затраты на лекарственные травы, смеси и различные снадобья сошли на минимум. Заработанное уходило в основном на продовольствие и улучшение оружия. Сегодняшний день можно считать заслуженным выходным, но на кой Чёрт Люмин не сиделось в Мондштадте? Благо, по дороге до пункта назначения не встретилось живых препятствий. Однако, каким бы прекрасным этот день ни был, спонтанность природных условий внесла свою лепту. Моросящий дождик, вместо того, чтобы прекратиться спустя непродолжительный срок, со временем превратился в ливень. Когда Ли Юэ мелькнул на горизонте за застилающей его водяной стеной, Люмин уже порядком намокла. Находились и любители влажной погоды, сидящие под навесами с приглушённым лепетом или вовсе молча наблюдающие за градом капель. Паймон радостно упорхнула в непонятном направлении-Люмин заметила её отсутствие слишком поздно. Малышка совсем не подавала признаков своего сопровождения, лишь несвойственно для себя тихо летела следом. Блондинка догадывалась, куда та могла деться, и всё же, чуть сбавив шаг, оглядывалась в надежде, что взгляд зацепится за спутницу. С запозданием увидела перед собой силуэт и врезалась в прохожего, не успев среагировать. Потирая лоб, принялась извиняться и хотела было уже уйти, но угадываемые черты в человеке перед ней заставили умолкнуть и замереть на месте. –Не ожидал, – аквамариновые глаза окинули мокрое лицо с прилипшими пшеничными прядями с неким удивлением и толикой лукавства, –что же заставило героя Тейвата мокнуть под дождём? Да ещё и в этой чудной гавани. –Работа, –отчеканила девушка, борясь с желанием нагрубить или просто ударить Предвестника. Некоторое время она буравила его взглядом, выражающим ураган сдерживаемых эмоций. Ощущая глубину гнева на периферии сознания, Фатуи едва подавил удовлетворённую ухмылку. С задержкой начало доходить, что они всё ещё мокнут под треклатым ливнем. Видимо, Люмин так же лишь сейчас вспомнила об этом и повернулась, намереваясь бодро зашагать подальше от "приятеля", но он перехватил её за предплечье и поволок в противоположную сторону. Путешественница едва не оступилась, ошарашенно глядя ему в спину. Действие обескуражило, а теплота прикосновения его руки сквозь перчатку отвлекла от мыслей о сопротивлении. Всё случилось так быстро, что она не поспевала улавливать мгновения. Вот они миновали ресепшн, человек за ним еле поймал прилетевший звякнувший мешочек, и тут же преодолели ветиеватую лестницу. Её отпустили лишь по прибытию в комнату. Дверь за спиной хлопнула с тихим щелчком и героиня в ступоре наблюдает за мельтешащим парнем в приглушённом освещении номера. Первым порывом было кинуться прочь и хотя бы поселиться до завтра в другой комнатушке, но в следующую секунду мысленно дала себе оплеуху, вспомнив, что припасённая мора у Паймон, которая пропала невесть куда, и ей нечем будет оплатить. Силясь не ударить себя по лбу, прижала к нему ладонь и медленно развернулась спиной к выходу. Визит сюда не был предусмотрен, тем более при таких обстоятельствах. Однако лучше переждать здесь, нежели опрометчиво бежать от непредсказуемой сумасшедшей личности. Обречённо выдохнула, прикрывая глаза, избавилась от шарфика, служащего аксессуаром, и принялась ослаблять корсет платья. Насквозь мокрая утяжелённая ткань причиняла дискомфорт, поэтому она не задумываясь спустила верхний слой одежды, оставаясь в прилипающей тунике и легинсах. Всё внутри сжалось, когда она почувствовала на себе пристальный взгляд. Люмин с опаской подняла глаза на Чайльда, нервно сглотнула. Однако внешне она сохраняла самообладание и старалась не показывать своего волнения. Девушка ожидала увидеть насмешку или испытующее издевательство на красивом лице, но ошиблась. Он заворожённо уставился куда-то ниже лица и блондинка в недоумении проследила за его взором. Осознание окатило по затылку током. Однако она продолжала стоять как вкопанная, не спешила прикрываться руками, прятаться. Внутренне взволновалась до состояния на грани обморока, выдавало её только лицо, сначала побледневшее, словно белоснежное полотно, а затем напоминающее варёного рака. Окаменевший прекрасный цветок, не сумевший скрыть своего смущения - скорее всего так её в данный момент видел Тарталья. К слову, у него творился беспорядок в голове. Парень судоржно хватался за путающиеся цепочки мыслей, словно юноша, не видавший красоты женского тела. Всякое наблюдать приходилось и до этого он не испытывал никакого волнения, но что изменилось сейчас? Почему, глядя на её вздымающуюся грудь и просвечивающиеся соски, ему хочется дотронуться до неё? Почему с низов поднимается жар и он не способен нормально дышать, не в силах оторваться от созерцания? Попытка успокоить наваждение не увенчалась успехом, потому что пунцовый лик всегда собранной и хладнокровной девы вновь выбил его из колеи, в зобу спёрло дыхание окончательно. Предвестник всеми силами хватался за спокойствие, что получалось с трудом и лишь благодаря нажитой выдержке. Если бы его интересовало лишь тело, он бы спал с каждой приглянувшейся женщиной. Однако испытываемые чувства для него новы и совладать с ними крайне тяжело. Она перед ним - такая беззащитная, застопорившаяся, невообразимо прекрасная в промокшем одеянии. Чайльд не глупый неопытный подросток. Вот только вид девушки обезоруживает, голову посещают очень странные мысли на её счёт. Как она может его привлекать? Какая чушь. Но ведь бесполезно отрицать факт. –Прекрати так пялиться... –кое-как выдавила из себя до нельзя смущённая героиня и ватной походкой отошла от валяющегося под ногами платья. Неловкость превышала планку и Люмин готова была бросить всё в любой момент и в сырой одежде покинуть гостиницу. В то же время что-то удерживало её рядом с этим ненормальным, хоть и вгонял в краску, в открытую поедая глазами. Фатуи смотрел снизу вверх, восседая на сундуке перед двухместной кроватью, с парой расстёгнутых верхних пуговиц на рубашке, не снимая промокших вещей. Пальцы, уже освобождённые от перчаток, скользнули по запястью, мягко сжимая девичью кисть. –Почему же ты всё ещё здесь? –удивило то, что она не вырывалась, и по виду не скажешь, что ей это не нравилось. Кожа покрылась мурашками, но не потому, что ей противно. Люмин позволяла дотрагиваться и Предвестник с сомнением, не выпуская её руки, провёл ладонью по бедру, поддел большим пальцем край туники и немного задрал, оголяя стройный животик. –Тебе же неприятна моя компания. Путешественница задумалась над ответом, максимально концетрируясь, вот только удавалось это с трудом. Поглаживания заставляли забыться, Люмин сама не понимала, как может прощать ему подобное. А возможно и понимала, просто боялась признаться себе. –Это не так, –на мгновенье прикусила губу, подавляя стон, когда его рука переместилась повыше. Речь и так выходила внятной каким-то чудом, а он заставляет запинаться от сдерживаемого удовольствия,– ты меня раздражаешь. Чайльд серьёзно вгляделся в её помутневшие гелиодоровые омуты, заставляя поёжиться, рывком потянул на себя и усадил на колени, из-за чего та вцепилась в его плечи с тихим вскриком. –Ты снова лжёшь, –заключил парень, между делом огладил женские бёдра. Реакция последовала незамедлительно, Люмин шумно втянула воздух, тут же осеклась. –И в чём же я солгала? –Во-первых, причина твоего прибытия, –траектория вновь поменялась, пальцы остановились на зауженных боках, –а во-вторых, ты не честна со мной и самой собой. Подушечки коснулись рёбер, прямо под грудью. Слишком проницательный, в какой-то степени это бесит, однако он прав, как бы не хотелось это признавать. –С каких пор ты так легко раскрываешь мой обман? Тарталья беззлобно усмехнулся, задрал подсохшую тунику и ещё раз вгляделся в глаза, как бы спрашивая разрешения. Секунда раздумий и положительный моток головой. Бежевый элемент гардероба лоскутом упал куда-то за спину. Теперь взору открылась такая манящая часть тела с вызывающе торчащими бусинами. Неловкость и стеснение заглушало другое чувство. Рыжие вьющиеся прядки щекотнули незащищённый участок, когда парень склонился и коснулся языком соска. Происходящее выглядит максимально неправильно, и всё же отстраняться не хотелось. Его ласка, столь непривычная, необыкновенная, будоражила сознание. Девушка сильнее вжала пальцы в его плоть под алой материей, он в ответ обвёл губами ореол, периодически всасывая. Полюбовался рассыпью следов от поцелуев и уткнулся носом в ложбинку, а чуть правее рьяно билось её сердце, заполняя гулким стуком грудную клетку. –Если ты не против... –юркие пальцы проникли под резинку легинсов, легли чуть ниже поясницы. Новая волна мурашек и то, как она закатила глаза, достаточно недвусмысленно являли желание. Последним спусковым рычагом послужило "не против", что она почти буквально промурлыкала. С неприсущей, на первый взгляд, аккуратностью Чайльд умостил её на ложе, стянул мешающую ткань с девушки, отмечая идеальные формы и соблазнительные изгибы ниже таза. Затем неспешно освободил от лишних тряпок и себя. Только расстёгнутый верх прикрывал малую часть. Люмин, казалось, без стеснения разглядывала обнажённую плоть. Однако вспыхнула подобно факелу, когда господин Предвестник зажал меж её бёдер мужское естество, двигая им на небольшом расстоянии от паха. Тарталья находил алеющие скулы и образ краснеющей девы в целом непозволительно очаровательным явлением, что не на шутку дразнило его либидо. Но он не собирается давать волю звериной сущности, рвущейся грубо поиметь партнёршу. Закреплённая репутация злодея не делает его монстром. С Люмин он будет нежным, не причинит ей боль. Ни о чём, кроме её комфорта, он не думал, пока тёрся своим достоинством о бархатную кожу, приводя в эйфорию ангельское создание. Именно такой она предстала впервые за время их знакомства. Кто бы мог подумать, что блондинка не убьёт его за такие фокусы. Хотя не исключено, что завтра ему достанется. Всё же этого было мало, он хотел большего, но в первую очередь - как следует удовлетворить чарующий цветок. Парень отстранил прижатые до этого к собственной груди икры, опустил ступни и поцеловал согнутое колено. –Уверена, что хочешь? –вместо кивка Люмин одобрительно моргнула, не сразу вновь разлепив веки. Чайльд подтянул её поближе, снял последний элемент нижнего белья и запрокинул щиколотки себе на плечи. –Если что не так, только скажи, –приставив головку полового органа к половым губам, со всей осторожностью начал вводить его. Она и сама понимала, что нужно расслабиться, и тем не менее ненарочно сжимала стенки, отчего становилось ещё теснее. Сжимала так, что он испытал бы оргазм, всего раз толкнувшись в неё. Входил медленно, давая привыкнуть к новым ощущениям. Воздух разрезал сдавленный стон и стоило немалых сил не терять голову от сладостной мелодии из её уст. Им же решено быть исключительно нежным, не издеваться над бледной кожей, не оставлять следы от зубов, как бы не хотелось впиться в эту сладкую плоть. Может, это лишь игра его воображения, но Предвестник увидел в выражении её лица мольбу. Толчки стали глубже, движения резче. По мере нарастающего темпа чаще и громче раздавались шлепки о ягодицы, симфонию дополнило хриплое прерывистое дыхание, переходящее в нечто, похожее на рык. Звук становился всё громче. Дабы не привлекать созданным шумом лишнее внимание, Люмин закрыла рот ладонью, едва контролируя порывы кричать в голос. Изголовье кровати жалобно скрипело, но им было совершенно всё равно на аккомпанемент гремящей мебели и шершащей скомканной постели. Скажи кто раньше, что эти двое будут так близки, парень сострил бы на этот счёт и посмеялся над неудачной шуткой. До определённого времени эта красавица, скитающаяся по просторам их мира, абсолютно не интересовала его. Если и собирался сближаться с ней, то только ради каких-нибудь сведений. Даже это не казалось ему чем-то заманчивым. Просто чужестранка, прославившаяся своим стремлением всем помочь. Во всяком случае люди судачили о ней в таком свете. Постепенно замедляясь, Чайльд коснулся губами её лба. Девушка приподнялась на локтях с немым вопросом, не зная, как лучше приподнести это на словах. И что именно она хотела спросить. Тот улыбнулся и ненадолго исчез за дверцей с резными стеклянными вставками. Под шум воды, по-прежнему в одной рубашке, вернулся за ней, чтобы застать врасплох, ловко подняв на руки. Устраивать скандал героиня не стала, также бесприкословно встала под душ. Долго оставаться наедине с собой не вышло, уже спустя несколько секунд повеяло чужим присутствием и к спине прижались. Прислонившись к нему затылком, наткнулась на синеву очей склонившего голову парня. Одна его ладонь упиралась в стену душевой, а вторая накрыла бюст, мягко сминая правое полушарие. Лёгкая пульсация внизу живота свидетельствовала о вернувшемся возбуждении, как и потвердевшее достоинство, ощутимо уткнувшееся в зад. Люмин повернулась к нему лицом, опуская руки на затылок. Её тут же подхватили подколенные чашечки, в следующее мгновенье снова заполняя собой. Прохладные плиты за спиной резко контрастировали с тёплыми струями воды и охватившей горячкой. –Неотразима.. Едва уловимый полушёпот поглощал шум, тем не менее Люмин расслышала. Она в бреду? Как иначе объяснить всё происходящее, этот слегка охрипший голос, которым он произнёс комплимент. Но для галлюцинаций уж чересчур правдоподобно и красочно. Собственное эхо доносилось будто из-под толщи воды, ударялось о каменные границы. В полусознательном состоянии её так же, на руках, уложили, обтёрли. Словно сквозь полупрозрачную завесу видела свои руки, блуждающие по торсу. И сжимала слегка влажные рыжие локоны, пока каждый миллиметр покрывался невесомыми поцелуями.. _______ Пробивающийся свет нагревал предплечье и небольшую часть лица. Тепло от лучей заставило нехотя разлепить глаза. Понадобилось немного времени, прежде чем Люмин потянулась и приняла сидячее положение. Ещё немного, чтобы понять, где она находится. И окончательно добила тушка, развалившаяся на второй половине. Ночное рандеву с членом организации Фатуи ей вовсе не приснилось, не причудилось, Одиннадцатый Предвестник - самое настоящее тому доказательство. Собственно и то, что на ней ничего нет, прикрывает только край одеяла. –Не спится? От неожиданности девушка чуть было не заехала ему по физиономии. Потрёпанный спросонья утопающий в подушках Чайльд разглядывал приходящую в себя путешественницу. –Я выспалась, –по сути это не являлось ложью. Успокоившись, плюхнулась обратно. Но сразу же распахнула очи, уставившись на нависающего Чайльда. Дыхание щекотило губы, непроизвольно она подалась вперёд, склоняя голову чуть влево. В этот момент Люмин внезапно осенило, что вчера она была не одна. Бедный парень чуть не кувыркнулся на пол, когда та резко подорвалась с места и ударилась лбом в носовую перегородку. –Прости! Очень больно? – забыв о том, что не пристало беспокоиться о плохих людях, тем более об этом, она бережно взяла его за щёки и принялась осматривать ушиб. Ничего серьёзного не обнаружилось, по крайней мере пока. Вторая попытка поцеловать её с треском провалилась. Люмин вскочила, подбирая вещи, раскиданные по разным углам. Почувствовала себя глупо из-за испытываемого трепета от его близости, потому старательно прятала лицо и избегала зрительного контакта. На предложение сопроводить её ответила твёрдым отказом и в спешке покинула гостиничный номер. –Неотразимая девица. Расцвела идиотская улыбка и в груди завибрировало от тихого смеха. Об этой трате он ни за что не пожалеет.