Нужней всего

      Саша еле дошла до эскалатора, пытаясь не споткнуться и старательно создавая видимость человека, у которого только что сердце не осталось где-то там, позади. Встав на первую ступеньку, которая без спроса повезла ее вниз, девушка поняла, что обратного пути нет и не будет, и потому бросила последний взгляд в сторону Ани, предварительно вцепившись в поручень мертвой хваткой для устойчивости. И не зря — Аня как раз провожала ее глазами.       На лице Щербаковой читалась обеспокоенность, грусть и, возможно, еще сожаление. И все это было под соусом еле уловимой успокаивающей улыбки.       Черты Саши, в свою очередь, выражали боль расставания, страх больше не увидеть Аню и раскаяние в том, что она так ничего из себя и не выдавила. Слабачка.       Саша очень надеялась, что Аня ничего из этого не заметила, разумеется. Меньше всего ей хотелось быть непонятой, оставить за собой шлейф недосказанности, пусть это будет только ее проблемой.       Эскалатор довез Сашу до устойчивой земли быстрее, чем она ожидала.       «Жаль, а я думала, мы едем в Ад, — девушка грустно улыбнулась своей остроте, а потом хмыкнула, мысленно добавив: — Сама пошутила — сама посмеялась».       Несколько минут она стояла возле поручней, потому что совершенно не продумала план действий, в частности, то, как будет отсюда уезжать и где вообще выход. Затем Саша достала телефон из заднего кармана черных обтягивающих джинсов и открыла «Телеграм». Один вид названия группы «Проводы Анюты» отозвался в ее груди единым ударом сердца.       Девушка шумно вздохнула и поджала губы, открывая переписку с Аленой, где уже висело непрочитанное сообщение. Аленка, 16:12 ну, как?

Сашка, 16:34

я слабачка

Аленка, 16:34 я бы даже не доехала, ты хоть попыталась

Сашка, 16:35

толку то

Аленка, 16:36 вы нормально попрощались?

Сашка, 16:39

не помню

я была не в себе😃

приедешь за мной?

я не могу думать

Аленка, 16:43 я знала, поэтому уже выехала. скоро буду

Сашка, 16:44

ты лучшая

Аленка, 16:44 я знаю

***

      В машине девочки ехали молча. Трусова проверяла время чуть ли не каждые десять минут. В какой-то момент она тяжело вздохнула и посмотрела в окно, в сторону аэропорта, а по ее подбородку скатилась слеза.       — Ну, ты чего? — обеспокоенно отвлеклась от дороги Алена и протянула руку, чтобы погладить колено Саши и тем самым подбодрить ее.       — Я дура, — Трусова по-прежнему глядела за стекло и улыбалась, но поворачиваться к подруге ей было стремно. — Ничего, она просто только что взлетела, и, кажется, тот самолет был именно ее…       — Ты не дура, — Алена вновь легонько похлопала девушку по коленке.       На протяжении всего остатка пути они не произнесли ни слова.

***

      Белый «Ниссан Жук» подкатил к дому Саши около семи вечера.       — Спасибо, дружище, — девушка отстегнула ремень.       — Если хочешь, можешь остаться у меня, — предложила Алена.       — Я планировала до конца дня пиздастрадать, извини, — Саша улыбнулась.       — Это понятно, но давай ты завтра попиздастрадаешь? Утро вечера мудренее, а сегодня закажем пиццу или еще что придумаем.       Впрочем, предлагая это, Алена окинула Сашу довольно безнадежным взглядом. Она давно поняла, что уговаривать подругу не стоит — себе дороже.       А та, будто подтверждая свой характер и видя, что Алена совсем не настаивает, действительно взвесила все за и против. Что ж, сегодня страдать в одиночестве будет грустно. Слишком грустно.       — Ладно, жди, — она встряхнулась и побежала к подъезду. Алена самодовольно заулыбалась.       Но, закрывая за собой дверь, Трусова замешкалась.       Не хочу…       Она снова достала телефон.

Сашка, 18:57

я не могу… прости

Аленка, 18:57 ну Трусова, ну пожалуйста       У Саши к горлу подкатил ком. Она смахнула первую слезу и, разувшись, уже намеревалась быстрее добраться до своей комнаты, но навстречу ей вышла мама.       — Проводила?       — Да.       — Хорошо, я очень рада за Анечку. Надеюсь, она найдет там себе место.       — Ага, я тоже.       Саша, опустив голову, попыталась ретироваться к себе до того, как мама заметила бы ее состояние. Затем опять взяла телефон.

Сашка, 19:07

ладно, возвращайся, поехали

Аленка, 19:07 хорошо я возле дома😉       Саша наспех собрала запасные вещи и выскочила в прихожую.       — Я к Алене, вернусь завтра.       — Хорошо, много не пейте.       — Мам…       — Шутка.       — Несмешно.       — Ну, ты чего такая убитая? На, купи шоколадку, ни в чем себе не отказывай, — женщина протянула ей купюру.       — От души, мам, спасибо за щедрость, — Саша улыбнулась.       — На что не пойдешь ради улыбки любимой дочери.       Саша на секунду даже забылась. С тем же выражением радости на лице она добежала до машины.       — Вот она, посмотрите на нее, — усмехнулась Алена. — Ты что такая счастливая?       — Так, у меня есть двести рублей, гуляем на все. Матушка сегодня спонсирует.       — Чего же ты молчала? Поехали скорее!       Девочки засмеялись и тронулись в сторону дома Косторной.       Но уже через десять минут Алена повернулась к Саше.       — Раз уж мы отъехали на безопасное расстояние…       — Что-о..?       — Лиза позвала нас в бар… и я согласилась.       — Алена! Что из фразы «хочу пиздастрадать всю оставшуюся жизнь» ты не поняла? — Трусова вытаращила на нее свои зеленые глаза. Она никак не ожидала, что подруга подпишет ее на что-то подобное.       — Саша, это алкотерапия! Я тебе обещаю, что будет очень грустно и мы потом втроем пойдем прыгать с моста. Как тебе такой план? — Косторная с опаской покосилась на Сашу. Либо та на ходу выйдет из машины, а в предсмертной записке укажет, что в ее смерти виновата Алена, либо все обойдется.       Саша засмеялась, представив себе такую перспективу.       — Вот что мне в тебе нравится, так это твоя чуткость, Косторная!       — Вот и славно, милая. Едем сначала ко мне. Тебя надо переодеть.       — А тебя не надо?! — Саша уже не сдерживала внезапно охватившее ее веселье.       На этой ноте Алена настроила максимальную громкость и стала подпевать треку «Девочка, танцуй», который начал играть по радио несколько мгновений назад.