Нужней всего

      — Варя, будь аккуратнее, нам лишние травмы не нужны, правда? Иди, повтори дорожку и возвращайся. Женя, давай по новой, ты сбилась с музыки, — распоряжалась Трусова, оглядывая своих подопечных.       В дверь постучали и сразу вошли. Это была Алена.       — Александра Вячеславовна, можно Вас на минуту отвлечь?       — Чего тебе? Что-то срочное?       — Да, очень срочно. Я не хочу идти домой, и мне скучно. Можно я тут посижу?       — Когда ты уже работать пойдешь, ей-богу? Сил на тебя нет никаких… Конечно, можно. Что спрашиваешь-то?       — Ты лучшая. Я буду тише воды ниже травы.       Впрочем, уже две минуты спустя Косторная нарушила свое обещание.       — Саш, есть планы на вечер?       — Есть.       — И-и-и?       — Марк позвал после работы.       — Я уже говорила, что он меня бесит?       — Ты каждый день это говоришь.       — Хорошо, а-то я думала, что забыла напомнить…       — Ален, что ты хочешь от меня? Чтобы я его бросила?       — Если коротко, то да!       — Девочки и Юра, плохо, давайте еще раз, — обернулась к ученикам Саша. — Ален, я не буду это обсуждать в сотый раз. Я не могу его бросить, он слишком много для меня сделал. В то время он меня вытащил, он слишком… блять, удобный, я не знаю… С ним все стабильно и… правильно. Тем более он сделал мне предложение, и я уже сказала «да».       — Извини, конечно, — заметила Алена. — Но жопой чую, что ты пожалеешь, если пойдешь по этому пути.       — Угу, хорошо, я тебя услышала.       Тема Ани между ними не поднималась уже очень давно. Это было табу. В последний раз Саша так рассердилась, что послала подругу далеко и надолго. Они еще неделю не разговаривали после ссоры.       — Я пойду за кофе схожу. Тебе взять?       — Да, спасибо, я уже околела.       Алена вышла с катка, но, миновав два пролета, встала, как вкопанная.       — Охуеть… — она демонстративно начала протирать глаза. — Что… ты… здесь делаешь?       — И я рада тебя видеть, — улыбнулась Щербакова, после чего девушки ускорили шаг, бросившись навстречу друг другу, и крепко обнялись.       — Когда ты приехала?! Почему ничего не написала?!       — Вчера. А ты что тут делаешь? — спросила Аня, чтобы развеять появившиеся у нее сомнения.       — Я забежала после универа, а сейчас иду за кофе. Будешь?       — Нет, спасибо, что-то не хочется.       Неудивительно. Аню буквально тошнило от волнения и страха в преддверии предстоящей встречи.       Щербакова вплотную подошла к двери и слегка ее приоткрыла. Из-за шума на льду никто этого не заметил. Она пыталась, глядя сквозь тонкую щель, отыскать знакомую фигуру и спустя несколько секунд нашла. Сердце, казалось, пробило грудную клетку. Сколько раз девушка представляла ее, сколько раз в ее воображении всплывали вариации их разговоров во время последней встречи и этой!       Саша стояла лицом ко льду — как обычно, в черном костюме от «Адидас», волосы по-прежнему огненно-рыжие и собраны в пучок. Несколько коротких прядей выбилось из прически и свисало вдоль лица. Руки были скрещены на груди. Она практически не изменилась — разве что появилась благородная осанка, как у Этери Георгиевны. Взгляд был сосредоточен на одной из девочек. Аня же не могла оторвать глаз от знакомого лица — находясь на безопасном расстоянии, она хотела детально рассмотреть каждый его сантиметр.       — Вас оставить? — сзади к ней бесшумно подошла Алена. — Вот ее кофе.       — А, ой, спасибо, — Аня взяла стаканчик и шагнула внутрь.