Серьезно, Северус? Зелье времени?

             — Я думал, мы направляемся прямо в Больничное крыло, — заныл Питер.       — Мы туда и идем, но посмотрите, — Сириус вытащил карту Мародеров. — Где Лили? Черт возьми, где Марлен? Доркас, или вообще кто-нибудь из гриффиндорцев?       — Я ничего не вижу, — пожаловался Джеймс.       Сириус отмахнулся: — «Ты уже должен был привыкнуть к жалящим заклинаниям. Клянусь, Снейп мог бы быть более изобретателен, учитывая то, с какими темными волшебниками общается».       — Послушай, как Нюниус может быть в двух местах одновременно? — спросил Ремус, указывая на Больничное крыло, в котором имя Северуса Снейпа кружилось с именами МакГонагалл, Помфри и Флитвика вокруг кого-то по фамилии Грейнджер.       — Он не единственный, — сказал Питер, указывая на Ремуса Люпина в кабинете Дамблдора.       — Но я здесь, — возразил Ремус.       — И есть второй Поттер, — сказал Сириус, — но черт возьми, кто такой Гарри? У тебя есть двоюродный брат?       Джеймс покачал головой: «Нет, мой папа единственный ребенок в семье, как и я».       — Я единственный Сириус Блэк, и я не вижу другого Петтигрю, — сказал Сириус, просматривая карту. — Но… подождите, Малфой? Разве он не окончил школу? Он гуляет с другим Нюниусом.       — Драко Малфой. Люциус — единственный ребенок в семье, у него нет родных ни братьев, ни сестер, и двоюродных тоже нет, — сказал Ремус.       — Что-то очень, очень не так, — захныкал Питер. — Что сделало то зелье? Нюниус говорил, что оно неустойчиво. Оно отправило нас в… другое измерение? Как в том маггловском комиксе?       Ремус фыркнул: — «Нет, я сомневаюсь в этом. Мы должны найти другую версию меня, он точно поймет, что происходит.»       — Я не могу ходить, — сказал Питер, указывая на свои вывернутые колени. — Ты случайно не знаешь контрзаклинание?       Сириус похлопал себя по карманам, но так и не нашел свою палочку.       — Черт! Нюниус, должно быть, украл наши палочки, пока мы были в отключке.       — Но мы очнулись раньше него, — возразил Ремус.       — Или он, как подобает подлой, гребаной змее, притворился, что отключился, чтобы мы ничего не заподозрили.       — Моя палочка все еще со мной, — сказал Джеймс, театрально вытаскивая из кармана украденное сегодняшним утром у Лили «маггловское перо».       — Приятель, это тот карандаш, который ты хотел использовать, чтобы предсказать свое будущее с Эванс, — смеясь, сказал Ремус.       — Ну, у меня все лицо распухло, так что простите, если я чего-то не разглядел.       — Того, что твоя палочка короткая и тонкая, как карандаш? — передразнил Питер.       — Итак… Мы ранены, у нас нет палочек, и по замку бегают наши двойники, — простонал Джеймс.       — Если мы доберемся до Дамблдора первыми, то у него не будет другого выбора, кроме как заставить Нюниуса вернуть нам наши палочки, — сказал Сириус. — И мы выясним, что он сделал с нами.       — Звучит как план.       Годы интриг и изучения замка словно готовили Мародеров к этому моменту. Используя свою карту, они нырнули в потайной ход, соединяющий подземелья и кабинет директора. Они достигли конечного пункта в рекордно короткие сроки, и это с учетом того, что травмы Питера немного их замедлили.       — Кто-нибудь знает пароль? — спросил Ремус.       Все четверо по очереди перечисляли названия всех известных им сладостей до тех пор, пока горгулья не открыла проход.       — Как наименее пострадавший, я поднимусь первым, — сказал Сириус. — Да и Дамблдор меня любит.       Ремус закатил глаза: «Мы идем прямо за тобой».       Сириус взбежал по лестнице: «Профессор! Профессор, нам нужна ваша помощь!»       Дамблдор стоял рядом с изможденным, седеющим мужчиной со шрамом на лице. Директор и его гость синхронно повернулись на звуки голоса и побледнели.       — Си… Сириус? — Голос незнакомца показался парню смутно знакомым.       Но это же невозможно.       Ремусу шестнадцать, а этот человек… стар.       — Ты сказал, что он умер, — Дамблдор обратился к мужчине.       — Он… погиб, — сказал фальшивый Ремус. — Я наблюдал за Беллатрикс… Он прошел прямо сквозь завесу.       — Может быть, он вернулся из… Подожди, а это еще кто? — Дамблдор указал на стоящих за Сириусом парней.       Ноздри старшего, фальшивого Ремуса раздулись: «Это невозможно».       Он поднял палочку: «Предатель больше не уйдет».       — Профессор, Снейп что-то варил, и это попало на нас. Джеймс и Питер ранены. И Снейп украл наши палочки! — Поднимая руки в знак капитуляции, закричал Сириус. — Вы должны нам помочь.       — Что это за трюк?! — Крикнул фальшивый Ремус.       — Опусти палочку, Ремус. Пожалуйста, сегодня больше никаких смертей, — сказал Дамблдор.       Фальшивый Ремус дрожал, крепко сжимая ладонью палочку. По его лицу текли слезы, а взгляд метался от Мародера к Мародеру.       — Что с ним случилось? — Прошептал Питер. — Если это альтернативная вселенная, то ты, Лунатик, должен пересмотреть свою диету и режим упражнений.       — Не время для шуток, — предостерег Джеймс.       — Как Северус назвал Лили тогда у озера? — Спросил фальшивый Ремус.       — Этот ублюдок назвал ее словом на букву «г», — усмехнулся Джеймс. — Называет себя ее другом и использует это нецензурное слово.       — Я… Я думаю, что это действительно они, Альбус, — сказал фальшивый Люпин, поворачиваясь к директору. — Их запахи совпадают и… голоса. Но как это возможно?       — Мальчики, вы можете сказать мне, какой сейчас год? — спросил Дамблдор.       — Тысяча девятьсот семьдесят шестой, — ответил Сириус.       — Сейчас тысяча девятьсот девяносто шестой год, — сказал Дамблдор. — Это Ремус Люпин, бывший профессор Защиты от Темных Искусств.       — Бывший?       — Профессор?       — Тысяча девятьсот девяносто шестой?       — Повторите это еще раз, Дамблдор, — сказал Сириус, игнорируя ошеломленную реакцию своих друзей.       — Чем вы занимались до того, как попали сюда?       — У нас были подозрения насчет того, что Северус Снейп делает в заброшенном классе зелий. Он преследует Лили Эванс и…       — О черт. Зелье, — сказал (фальшивый или все же старший?) Ремус. — Мы предполагали, что оно сделает его руки чешуйчатыми и зелеными. Но Снейп продолжал ворчать о том, что мы все испортили и ему придется провести все лето…       — Ах да, я помню этот момент. Поппи потребовалась целая вечность, чтобы очистить его руки от наростов. Оказалось, что это было умное заклинание трансфигурации, а не зелье.       Джеймс неловко заерзал, скрывшись за спиной Сириуса.       — Это был я, сэр, — сказал он. — Я пытался сделать его змеей, которой он является…       — Зачем ты признаешься? — В ужасе спросил Питер.       — Ну, мы перенеслись в будущее. На двадцать лет вперед. И, глядя на старого Ремуса… Я думаю, лучше быть честным, прежде чем сюда придет старый Джеймс и усыновит меня или что-то в этом роде.       Старший Ремус издал судорожный звук.       — Это имеет смысл, — сказал Сириус. — Пусть наши старшие «я» усыновят нас, пока мы не поймем, что делать дальше. Если в этой временной шкале мы есть, то я думаю, нет смысла возвращаться…       — Держу пари, я крут, — сказал, усмехаясь, Питер. — Должно быть, я уже главный аврор.       — Я был бы главным аврором, так что ты, вероятно, мой помощник.       — Мы должны сказать им, Альбус.       Дамблдор вздохнул: «Мальчики, вы не могли бы присесть?»       — Эм, профессор, вы можете это исправить? — спросил Питер, указывая на свои ноги.       Старший Ремус взмахнул палочкой и невербально наложил контрзаклятие на Питера. Его ноги вращались так, что напомнили Сириусу о маггловских вертолетах.       — И мне? — спросил Джеймс.       После нескольких контрзаклятий Мародеры расселись на диванах в кабинете Дамблдора.       — С тысяча девятьсот семьдесят шестого года многое произошло. Если бы вы появились хотя бы на день раньше, я боюсь…       — Мертв. Пожиратель Смерти. Мертв. И я, — прошептал старший Ремус.       — Кто Пожиратель Смерти?! — В ужасе воскликнули в унисон четверо мальчиков.       Сириус мог принять тот факт, что кто-то из них в будущем мертв, как-никак назревала война, и они отчаянно хотели в ней сражаться. Но что кто-то из них присоединиться к Темной стороне?       Нет, никогда. Не Мародеры.       — Мне так жаль, — старший Ремус смотрел прямо на Сириуса.       — Я был тем, о ком ты говорил. Я вчера умер? — спросил он.       Ремус кивнул.       — Белла… Беллатрикс. Вот сука, — прорычал Сириус.       — Когда я умер? — спросил Питер.       — Эй, ты думаешь, что я Пожиратель Смерти?! — закричал Джеймс. — Я влюблен в магглорожденную!       — Ну, это явно не я… Верно? — Питер и Джеймс синхронно повернулись к старшему Ремусу. Их взгляды умоляли его.       — Джеймс и Лили Поттер умерли тридцать первого октября тысяча девятьсот восемьдесят первого года, — сказал Ремус. — После того, как хранитель тайны… Питер…       Старший Ремус не закончил фразу. Никто не произнес ни слова. Никто не пошевелился. В кабинете воцарилась тишина.       — Но… Я бы никогда, — прошептал Питер.       — Профессор… — пробормотал себе под нос младший Ремус.       — Я женился на Лили? — спросил ухмыляясь, Джеймс.       — Ты умер, приятель.       — Да, но после женитьбы на любви всей моей, пусть и очень короткой жизни.       Старший Ремус рассмеялся: — «Сохатый, я скучал по тебе».       — Эй! Я тоже мертв, разве ты не скучаешь по мне?       Старший Ремус поперхнулся вздохом.       — Рана все еще свежа, — предположил Дамблдор. — Я не уверен, что Ремус воспринял твою смерть так же, как смерть Джеймса.       — Так что же нам делать? — спросил Поттер. — Я не думаю, что у нас с Лили была уйма детей, к которым меня можно причислить как давно потерянного кузена?       — Подождите, Гарри Поттер! — воскликнул Сириус. — Не двоюродный брат, он его ребенок, верно?       Дамблдор кивнул: — «Я не думаю, что его опекуны захотят взять под опеку еще одного волшебника, но мы посмотрим, что сможем сделать».       — Единственные живые родственники Сириуса в нашем времени — безумны, — сказал юный Ремус. — Он жил с Поттерами. Куда он теперь пойдет?       — Тонкс? — предположил старший Люпин. — Я думаю, Энди будет счастлива, если ее семья увеличится. Она любит о ком-то заботиться.       Сириус был не против пообщаться со своей классной кузиной: — «Ее ребенок… Нимфадора, верно? Сколько ей сейчас лет?»       Старший Ремус улыбнулся: «Ей за двадцать и она одна из самых молодых авроров».       — Круто, — сказал Сириус.       — Тонкс скоро должна быть здесь, чтобы отчитаться о битве, — сказал Дамблдор. — Мы попросим ее связаться со своей матерью и попросим Энди взять под опеку Сириуса и Джеймса… Но я не думаю, что после всего она согласится приютить Питера.       Старший Люпин кивнул и обратился к своей младшей копии: — «Ремус, если хочешь, можешь остаться со мной».       — Это было бы хорошо. Я полагаю, мама и папа?       — Оба мертвы.       Парень печально кивнул.       — Мы позаботимся о том, чтобы у вас было достаточно зелья для вас обоих, — пообещал Дамблдор. — И вы можете использовать Хижину, если понадобится.       — Спасибо, сэр. Это было бы идеально.       — Так что насчет меня? — спросил Питер. — Я не Пожиратель Смерти.       — Понимаешь… Да, ты невиновен в преступлении, но будет довольно трудно избавиться от имеющейся репутации, — сказал Дамблдор. — Мне очень жаль, Питер. Мы найдем для тебя место. Безопасное место.       — Почему я не могу пойти с Ремусом? — спросил Петтигрю.       Старший Ремус отвел взгляд, отказываясь встречаться с ним взглядом.       — Неужели я настолько ужасен в будущем, что мои лучшие друзья бросают меня?       — Нам всем есть за что ненавидеть Хвоста, — попытался объяснить Сириус, но крыс ничего не слышал.       Он трансформировался в свою анимагическую форму и выбежал из кабинета.       — Мы найдем его, — сказал Джеймс, вытаскивая карту, — он далеко не уйдет.       — У нас нет палочек, — сказал Сириус. — Как он трансформировался без палочки?       — Питер всегда был очень быстр в своей трансформации, — сказал младший Ремус. — Он, должно быть, практиковался в беспалочковой магии, пока вы двое гонялись за хвостом.       — Этот хвост — моя жена, Лунатик, уважай ее, — прошипел Джеймс.       — Была твоей женой, — ответил Сириус, на сердце у него было тяжело. Вся полученная информация, наконец начала перевариваться в его мозгу. — Помни, вы двое умерли. И Питер… Он стал причиной?       Старший Ремус кивнул: — «Он сообщил их местоположение Волдеморту».       — Где ты был?! — Потребовал ответа юный Ремус.       — На задании Ордена, — ответил старший Люпин, плечи его поникли.       — Кстати, ты должен подготовить Гриммо к прибытию новых гостей. Может, стоит послать сов к некоторым членам Ордена и узнать, не приютит ли кто-то из них Питера? Вэнс, может быть? Он достаточно снисходителен. Или Шеклболт?       Старший Люпин кивнул: «Если уж на то пошло, мы можем спросить Уизли. Они скрывали его второе «я» в течение двенадцати лет, что мешает им сделать это снова?»       — Я притворюсь, что не слышал этого.       — Что значит, Уизли приютили его?       — Долгая история. Я обещаю, что введу тебя в курс дела и отвечу на все твои вопросы в течение лета, — сказал старший Ремус своему младшему «я». Он встал и посмотрел на Джеймса и Сириуса. — Рад видеть вас двоих живыми. Я сделаю все, что в моих силах, чтобы все так и осталось.       — Эм, спасибо? — ответил Джеймс.       Долговязый взрослый оборотень шагнул в директорский камин, где был охвачен зеленым пламенем.       Мгновение спустя в камине вновь вспыхнуло пламя, и раздался знакомый голос.       — Состояние Грейнджер наконец-то стабилизировалось. И, директор, вам нужно прийти сюда.       — У меня тут небольшая проблема. Поппи, это действительно срочно?       — Это Снейп. Их двое, — сказала целительница.       Дамблдор, приподняв бровь, посмотрел на трех сидящих на диване мальчиков.       — Возможно, мы забыли упомянуть одну маленькую деталь, — сказал Сириус.