Серьезно, Северус? Зелье времени?

      — Мисс Грейнджер.       Гермиона напряглась. Несмотря на то, что в этом году она не посещала никаких его занятий, отчетливый голос профессора преследовал ее в кошмарах.       — Да, профессор Снейп.       — С этого момента ваши предрассветные задержания будут проходить со мной. Я жду вас отдохнувшей и подготовленной в моем кабинете завтра утром.       — Д… Да, сэр, — ее взгляд заметался по залу.       Что происходит? Неужели я облажалась, и Филч передал меня Снейпу для более специфических пыток? Или это отсрочка?       Первые две недели занятий были, за неимением лучшего слова, ужасными. Гермиона была загружена по максимуму учебой, и одного этого было бы достаточно, чтобы вывести её из себя, но из-за всё более и более унизительных задержаний с Филчем, она проводила все свое свободное время, прячась от остального мира.       Гарри и Рон по-прежнему ее избегали, что только усугубляло ситуацию.       На уроках она вела себя тихо, но если профессора это и заметили, то не обратили на это внимания. Единственными, кто знал, что она жива, были ее слизеринские друзья.       — Что это было? — спросил Питер. Последним уроком недели была Защита от темных искусств, и Питер догнал ее в коридоре до начала занятия.       — Очевидно, он берет на себя мои задержания.       — Это ведь хорошо, правда? Он не так плох, как Филч.       Когда Снейп был профессором Зелий, его задержания обычно включали в себя чистку котлов. Но Гермиона понятия не имела, как проходят его задержания в качестве профессора Защиты.       — Завтра узнаем.       — Чушь собачья. Что у тебя по выходным?       — Наказание за проклятие других студентов.       — Нет, это наказание за то, что ты…       — Ах да, уроки Мародеров. Я обязательно приму их к сведению.       — Извини.       — Все в порядке, Питер. Встретимся в библиотеке после уроков?       Он прищурился, глядя на подругу: «Но сегодня пятница».       — Да, и что?       — Сегодня вечером будут отборочные матчи по квиддичу, разве ты не хочешь посмотреть?       Гермиона посмотрела туда, где Гарри и Рон болтали с Джеймсом, Сириусом и Ремусом. Ее сердце сжалось от боли. Если бы не путешественники во времени, то она бы сейчас препиралась с Роном по поводу выполнения домашнего задания, а он бы рассказывал ей о том, как для него важны пробы. А потом бы она весь день слушала разные квиддичные байки.       Стоит ли их пропустить?       Слизнорт призвал класс к порядку.       — Мы потратили несколько последних недель на изучение теории, и теперь настало время для практических занятий.       По ропоту учеников было понятно, что они взволнованы этой перспективой. Гермиона же надеялась на то, что практические занятия будут проходить в классе, потому что у нее не было времени на какие-либо задания, не предусмотренные учебным планом.       — Мы разделим класс на две части, половина из вас будет изучать проклятия. Другая половина — способы борьбы с ними. А на следующей неделе мы проведем дуэли.       — Профессор, — сказала Гермиона, поднимая руку. — Не следует ли нам провести пару уроков, изучая то, как нужно проводить дуэли? Из соображений безопасности.       Слизнорт повернулся к ней и, сияя, ответил: — «Я ценю ваше беспокойство, но не волнуйтесь, дорогая. Судя по тому, что я уже видел, с вами все будет в порядке».       За себя Гермиона как раз не волновалась.       — Чтобы сделать это занятие еще более интересным, я предлагаю разыграть премиальные баллы для факультетов. Слизеринцы, встаньте на эту сторону, гриффиндорцы — на эту.       Гермиона с тоской посмотрела на своих слизеринских друзей. Северус, Питер и Драко были бы более чем счастливы (в случае Драко — готовы) помочь ей, если бы она в этом нуждалась. В групповом проекте с гриффиндорцами же ей придется работать в два раза больше.       — Итак, теперь, пожалуйста, разделитесь на пары. Это будут ваши партнеры для дуэльного проекта, поэтому выбирайте их тщательно. Подумайте о своих сильных и слабых сторонах и найдите кого-то, кто сможет прикрыть вас, когда дела пойдут плохо.       — Гермиона, ты будешь моим партнером на сегодняшнем уроке? — спросил «младший» Поттер.       — Я не буду делать твою домашнюю работу, Гарри.       — Слизнорт хочет, чтобы мы выбрали того, чьи сильные стороны дополняют наши слабости… Ты отлично планируешь, а я хорошо соображаю на ходу…       Рон тоже направлялся в ее сторону. Как и Сириус. Джеймс и Ремус объединились в пару.       — Ты уверен, что не хотел бы поработать с Роном или Сириусом?       — Нет никого, кроме тебя, Гермиона, с кем бы я предпочел идти в бой.       — Я не буду одна делать всю работу.       — Хорошо.       — Я серьезно.       — Я согласен, мы партнеры или нет?       Гермиона протянула руку, и Гарри пожал ее.       Сириус прищурился, глядя на нее, и, без сомнения, желая стать партнером Гарри.       — Миона, тебе нужен партнер? Сириус сказал, что работает с Гарри.       Гермиона ждала, что Гарри что-нибудь скажет, но он просто смотрел на Сириуса.       — Что скажешь, приятель? Динамичный дуэт Бродяги и Поттера.       — Извини, Бродяга, но я уже согласился работать с Гермионой.       Согласился работать? Я его не просила.       — Верно, теперь, когда слизеринцы не пугают ее, нужно быть проще. В игре нет стыда. Кстати, Лав, Лав, тебе нужен партнер?       Лаванда повернулась: «Извини, Сири, тебе следовало спросить раньше. Я работаю с Парвати».       Другая гриффиндорка прищурилась, глядя на Сириуса. Гермиона получила небольшое удовольствие, узнав, что по крайней мере одна из ее соседок по общежитию не была одержима Блэком.       — Ну, Ронни, похоже, что мы с тобой, — сказал Сириус. — Но если ты хочешь работать с Мионой, то Гарри мог бы работать со мной.       Рон смотрел на Гермиону своими большими грустными собачьими глазами.       — Нет, все в порядке, — сказал Гарри. — Давайте получим наши проклятия.       Когда они подошли к Слизнорту, Гермиона почувствовала, что снова может дышать.       — Ааа, Поттер и Грейнджер, возможно, вы — пара гриффиндорцев, которая сможет победить, — Слизнорт покопашился в коробке и вытащил из нее две карточки: одну черную и одну зеленую. — Вот ваши проклятие и контрпроклятие. Я ожидаю, что на следующей неделе на дуэли будут продемонстрированы они оба. В углу вы можете записаться в тренировочный зал.       Слизеринцы уже окружили пергамент и препирались со своими партнерами о том, какое время выбрать.       — Если ты не против, мы можем использовать Выручай-комнату, где подготовимся за один день, — предложил Гарри. — Ты свободна в воскресенье?       — А почему не завтра?       — Квиддичные пробы.       — Я думала, что они сегодня вечером.       — Сегодня у нас тренировочные пробы, а завтра — настоящие. Я хочу, чтобы у каждого была возможность попробовать свои силы.       — Ладно, хорошо. Я проверю, свободна ли в воскресенье.       — Чем ты можешь быть занята? Я думал, что у тебя только задержания и уроки… После…       — После того, как твои новые друзья показали всей школе самый унизительный момент из жизни нашего однокурсника и профессора?       Гарри покраснел и потер затылок, отвечая: «Я имел в виду, после того, как ты прокляла и впечатала в стол Рейвенкло моего отца и Сириуса».             — Ну да, МакГонагалл действительно обрушила на меня свой гнев, но я все еще посещаю много занятий. Мне нужно много учиться, и я должна продолжать анимагические тренировки и…       — Не могла бы ты помочь мне с этим?       — С чем?       — Со становлением анимагом.       — Почему бы тебе не попросить своего отца или Сириуса?       — Они на самом деле не помнят, как это делали, ну, кроме медитации и зудящего листа.       — Листа Мандрагоры. Полагаю, ты хочешь научиться этому, чтобы проводить время в убежище одного профессора?       — Это кажется правильным.       — Верно.       — Итак, в воскресенье, после обеда в Выручай-комнате?       — Почему не после завтрака?       Гарри рассмеялся, но затем замер: «О, ты серьезно.»       — Нет, Сириус. О чем разговор? — К Гермионе и Гарри снова подошли Уизли с Блэком.       — В воскресенье после обеда мы тренируемся в Выручай-комнате.       — Мило, не могу дождаться.       — Нет, не мило, это партнерское занятие, — возразила Гермиона.       — Не то чтобы комната не могла вместить всех нас, я имею в виду, насколько большим был Отряд? Мы все там поместились, — сказал Рон. — А что такое Bombarda?       — Ты знаешь, что такое Bombarda, Рональд, — проворчала Гермиона.       — Это то, что она использовала на мне и Сохатом.       Гермиона посмотрела на Гарри, надеясь, что ее глаза доходчиво передают мольбу, которую она хотела выразить.       — Мы должны взять с собой Сохатого и Лунатика, — заявил Рон. — Соберем вместе всю банду.       — Значит, я позову с собой Хвоста? — Поинтересовалась Гермиона, скрестив руки на груди. — Но, похоже, что он в паре с Северусом, так что, надеюсь, ничего страшного, если они оба придут? Это означает, что Драко с Блейзом тоже будут, а если придет Блейз, то Тео тоже захочет, так что…       — Никаких слизеринцев, — прорычал Рон.       — Но ты сказал, что нужно собрать всю банду. Какие Мародеры без Хвоста? — спросила Гермиона с притворной невинностью.       — Он предал Сохатого, — возразил Сириус, хватаясь за палочку.       — Нет, не предал, — возразила Гермиона и вытащила свою собственную палочку, готовясь проклясть Блэка в ответ.       — Стоп, ребята, — сказал Гарри, встав между ними. — Я думаю, что это блестящая идея. Мы сможем увидеть, над чем они работают, и это поможет нам в дуэлях. И кто знает, появятся ли они вообще, верно?       — Появятся, — проворчал Рон. — Похоже, я должен тебе пять кнатов, Бродяга.       — Хотел бы я ошибиться, приятель.       — Пять кнатов?       Это довольно крупная ставка от Рона.       — На что ты поставил?       — Нууу, ты не можешь даже один день провести с друзьями без того, чтобы твой слизеринский гарем не ходил за тобой по пятам. Должна же быть причина.       — Рональд Уизли, на что именно ты намекаешь?       — Я не знаю, Миона, на что намекаю.       Гермиона посмотрела на Гарри.       — Это то, что вы все думаете обо мне?       — Нет, — ответил Гарри, выпрямляясь. — Сириус просто думает, что это смешно. Я уже говорил ему, что это не так.       — Говорил?       Сириус закатил глаза: «Одно то, что ты тоже ею ослеплен, не значит, что я неправ».       — Если ты приглашаешь своих друзей на наши занятия, то я приглашаю своих. Это справедливо.       — Но это же Снейп и Малфой, они ужасны.       Гермиона прикусила губу, но не смогла сдержаться: — «Ты думаешь, они ужасны? Что они сделали тебе в этом году? Потому что Сириус издевается над Северусом при каждом удобном случае. Твои новые друзья нарушили несколько волшебных законов, чтобы унизить его».       — Не будь такой, Миона.       — Заткнись, Рональд. Я не знаю, что на вас с Гарри нашло в этом году, но мне это не нравится. Раньше вы защищали детей от хулиганов, а теперь сами стали хулиганами.       — Хулиганы? Ты думаешь, что мы задираем Снейпа?       — Все в порядке, Гермиона? — Питер стоял позади собирающейся толпы зрителей, наблюдающих за препирательствами гриффиндорцев.       — Нет, Питер, не в порядке.       — Библиотека? — Питер протянул ей сумку с книгами, и она с удовольствием ее взяла.       — Встреча в воскресенье в силе? — спросил Гарри, но Гермиона ему не ответила.       Она не хотела иметь дело с их глупостью.       — Спасибо, что заступилась за меня, — сказал Питер, когда они оказались вне поля зрения класса.       — Что? О, пустяк. Я не сказала ничего, что не было бы правдой.       — Это не пустяк, Гермиона. Это много значит для меня. Ты настоящий друг.       — Спасибо, Питер. Я не знаю, что делала бы в этом году без тебя.        Петтигрю улыбнулся.       — Ну, если честно, то без меня в этом году тебе, вероятно, не пришлось бы иметь дело с остальными Мародерами. И ты бы не ссорилась с Гарри и Роном.       Гермиона рассмеялась, отвечая: — «Нет, наверное, не пришлось бы. С друзьями всегда что-то случается. Но обычно мы быстро миримся, понимаешь?»       — Да, так было с Джеймсом и Сириусом… раньше.       — Они олухи, Питер. И если они не видят, какой ты замечательный, то они не заслуживают твоей дружбы.       — И твоей тоже, Гермиона.       — Гермиона!       Она обернулась, чтобы посмотреть, кто ее зовет и, поняв, что это Гарри, стала раздумывать: остаться или уйти? Но потом решила задержаться, чтобы узнать, чего он от нее хочет.       — В субботу вечером, только ты и я. Ты не против? — спросил он. — Если все пройдет хорошо, и ты захочешь провести еще одно занятие в воскресенье днем, то мы сможем это сделать.       — Хорошо, в субботу вечером. Во сколько?       — Эээ, во сколько закрывается библиотека?       — В восемь.       — Восемь?       — К тому времени ты закончишь с квиддичем?       — Да.       — Хорошо, увидимся в субботу. В восемь.       — Спасибо, Гермиона.       — Удачи на пробах.       — Я капитан, мне не нужна удача.       — Если тебе придется выбирать между старыми друзьями и новыми, что ты выберешь? — спросила Гермиона.       Глаза Гарри расширились.       — Что ты имеешь в виду?       — Ну, Джинни собирается стать охотником, как и Джеймс… Кэти… Дин. Не говоря уже о втором-седьмом курсах, которые тоже хотят попробовать себя в первый раз. Что произойдет, если у тебя будет несколько одаренных игроков? Выберешь ли ты вместо Джеймса и Джинни двух других, объективно лучших игроков?       — Я… Я не думал об этом.       — Что ж, удачи в любом случае.       — Спасибо. Эм, привет Питер.       — Привет, Гарри, — ответил стоящий чуть позади Гермионы Петтигрю.       Два подростка неловко уставились друг на друга.       — Мне жаль, что моя старшая версия предала твоих родителей, — прошептал Питер.       — Мне жаль, что я реагирую так, будто ты тот самый человек, который предал их, — ответил Гарри почти так же тихо, как Питер. — Но если ты нравишься Гермионе, то ты не можешь быть таким уж плохим.       — Эм, спасибо…       — Ладно, мне пора. Увидимся завтра вечером?       — Мы живем в одном общежитии, Гарри.       — Да, но я почти не вижу тебя в последние дни.       — Завтра, в восемь. Пока, Гарри.       Поттер развернулся и помчался обратно тем же путем, каким пришел.       — Это было странно, — сказал Питер. — Как ты думаешь, он это серьезно?       — Что ты не такой уж и плохой? Возможно. Гарри — плохой лжец.       — Верно. Ты же не думаешь, что я похож на того, другого меня?       — Ты и старший Петтигрю — совершенно разные люди, — заверила его Гермиона. — Пожалуйста, ни секунды не думай, что ты должен расплачиваться за его грехи.       — Спасибо, Гермиона.       — Итак, какие проклятия ты получил?       — Как будто я тебе скажу. Нам с Севом и так придется работать сверхурочно, чтобы иметь хоть какой-то шанс на победу.       — Я очень сомневаюсь, что Лаванда и Парвати смогут вам противостоять.       Конечно, Лаванда и Парвати лучше многих слизеринцев, потому что провели большую часть пятого курса в АД с Гарри в качестве учителя. Но у Северуса и Питера преимущество — мы тренировались все лето. Это будет несложная битва, зря Питер беспокоится.       — Какие проклятия получил Сириус? Я слышал, что Рон рассказывал об этом.       — Bombarda — одно из них, — ответила Гермиона.       — Гермиона! — Питер шокировано задохнулся. — Я не думал, что ты действительно мне расскажешь. Он же в твоей команде.       — Моя команда — это Гарри.       — Но есть общий компонент команды Гриффиндор — Слизерин.       — Тогда Рону следовало бы держать язык за зубами, верно?       — Ты должна была попасть на Слизерин.       Гермиона подмигнула ему и открыла дверь в библиотеку.